И вновь я посетил... Ершов, 2011, ч. XVII

Начало: http://www.proza.ru/2012/03/16/470

     Долгожданная встреча со своей старой любимой 29-й железнодорожной школой, где я проучился со второго класса до одиннадцатого, состоялась в июне 2011 года.

     От всего комплекса строений школы осталось, к моему великому сожалению, первичное двухэтажное кирпичное здание под листовым железом на крыше да новое четырехэтажное здание рядом, построенное уже после моего окончания школы в 1966 году.
     Так что для меня оно чужое. В нём я и не появлялся никогда.

     Осталась ещё техническая постройка – здание котельной, которое как раз появилось в пору моего ученичества, где-то уже в начале 60-х годов прошлого века.

      До этого каждый класс школы обогревался круглой печкой-голландкой, облицованной листами железа, выкрашенного черным битумным лаком.

      В школе существовал “институт” истопников, которые приходили до занятий и затапливали печи. Поэтому утром зимой в классах было довольно прохладно, зато к обеду даже жарко. А к вечеру температура снова опускалась до нормальной.

      Зимы в конце пятидесятых – начале шестидесятых годов прошлого века являлись снежными и лютыми.
Часто даже старшеклассники не учились – они это время с пользой для здоровья проводили время на улицах – играли в хоккей, катались с ледяных самодельных горок.

      В «печное» время развивалось в школьной среде одно «невинное» развлечение – когда печка уже разгоралась, в неё на переменке закладывались запаянные ампулы с любым лекарственным раствором.

       Жидкостная основа нагревалась, превращалась в пар, ампула взрывалась, и раздавался довольно громкий хлопок!
       Из щелей дверцы печи и поддувала вырывались струи дыма и пепла, учитель пугался, ну а школьники делали вид, что не понимают, в чём дело.

       Хотя надо отметить, что такими «диверсионными» актами занимались обычно ребята, которым было скучно на уроках, сам процесс обучения был им мало интересен, вот и развлекались.

       Когда-то печка такой конструкции стояла и у нас дома, на Пушкина, 18, до тех пор, пока уже где-то в 80-х мы не провели магистральный газ. А она так и осталась стоять.
       Устояла она даже после пожара, погубившего весь дом.

       В памяти после единственного посещения сгоревшего родного дома осталась выдвинутая чугунная заслонка печки, которая от страшного жара огненного сквозняка потекла и согнулась под углом девяноста градусов.

       Посмотрел в Интернете – температура размягчения чугуна полторы тысячи градусов. И как только отец не сгорел в этом пекле, когда пытался погасить пожар в нашем доме.
Тяжкое воспоминание, оно само пришло мне на перо, пусть извинят читатели!

       Но без него невозможно понять, насколько глубока связь между прошлым и настоящим.

       Это тяжкое воспоминание.

       Но оно важно, потому что без него невозможно понять, насколько глубока связь между прошлым и настоящим.
       Каждый раз, когда я захожу в свою старую школу, я чувствую, как прошлое оживает в моих воспоминаниях.
       Это место, где я провёл свои лучшие школьные годы, где я учился, дружил и мечтал. И хотя школа изменилась, она всё равно остаётся для меня родным и близким местом.

   

       Фото автора, на фото современный фасад нашей бывшей школы, где в описываемое время размещалась «Дорожная техническая школа Приволжской железной дороги».


Далее: http://www.proza.ru/2013/02/12/1075.