Экспериментатор

Я попробовал многое в своей жизни. Собственно, цель моей жизни такова: попробовать все, что только можно, и чего нельзя. Я воровал, грабил, играл в карты, напивался до потери сознания, нюхал кокс, герыч, курил траву, употреблял ЛСД, бил, унижался, издевался, каялся и грешил снова. Нет, не подумайте! Я не какой-то там псих – я исследователь. Исследователь своего же собственного сознания. После совершения того или иного поступка – неважно, плохой он или хороший – я писал подробный отчет. Я извращался, участвовал в оргиях, а затем шел в церковь, на исповедь. Я сидел в тюрьме и нисколько об этом не сожалею. А однажды я изнасиловал какую-то толстую дуру поздней ночью. Она была уродлива, но мне было плевать на это – я хотел ощутить в полной мере полноту своей власти и понять, что же на самом деле чувствует насильник, совершая свое преступление. Но один только поступок я не совершал никогда. Я не убивал. Я шел к этому терпеливо, тренируясь на менее значимых вещах. И однажды я решил попробовать это. Убийство. Звучит устрашающе, не так ли? Но я не был напуган. Какая-то часть меня устрашалась этого, какая-то часть остерегалась возмездия, а третья часть садистски предвкушала, как я буду умертвлять свою несчастную жертву, упиваясь безграничной на момент совершения убийства властью. Однако Разум – то, что отвечает за наши поступки и ощущения – Разум был спокоен. Я понимал, что это всего лишь отрезок моего пути. Все равно все умирают, так какое же имеет значение то, что мы делаем в этом мире? И поэтому я стал планировать преступление.

План был предельно прост – убить! Убить и убежать с места преступления. Убить в перчатках, в сменной одежде, в черной маске. Убить в том месте, где на подобное событие никто не обратит внимания. Убить стремительно. А затем исчезнуть, раствориться в окружающей среде. Орудием убийства должен был стать мой складной ножик, маленький, но очень острый! После совершения преступления мне нужно было вернуться домой и записать все ощущения. Когда-нибудь, когда глупые люди оценят всю силу разума, а не чувств, я опубликую свои наблюдения. Или же это сделает кто-то другой. Мой литературный талант не оставляет сомнений. Даже если я умру, мои произведения не пропадут – обязательно кто-нибудь оценит эти шедевры. Так я думаю и сейчас, записывая эти строки, и не имеет значения тот факт, что в скором времени мне придется расстаться с жизнью.

***

Итак, в один прекрасный вечер я вооружился, надел серое пальто, а сверху накинул черный плащ. В кармане плаща был ножик, в кармане пальто – бутылочка бренди с растворенным в ней кокаином. Я взял ее на тот случай, если у меня не будет хватать сил для того, чтобы сделать то, что я намереваюсь сделать. Я шел по темным улицам, удаляясь от своего дома. Я направлялся в ту часть города, где каждый вечер происходят злодейства, где на каждом углу притоны и бордели; где никто не обратит внимания на твою одежду и даже на черную маску. В конце концов я оказался в том районе. Теперь нужно было найти жертву. Я шел вперед, смотря по сторонам и надеясь на удачу. Как назло, улица была пуста, не было даже птиц. Пройдя длинный квартал вдоль стены какой-то фабрики, я дошел до перекрестка и осмотрелся. Вдалеке я увидел девушку в красном пальто. Она не спеша удалялась по поперечной улице. Кажется, мне повезло! Я свернул и последовал за ней.

Как назло, дамочка вскоре свернула в какой-то закоулок, и я чуть было не потерял ее. В конце концов мне удалось догнать ее. Она шла по тротуару, ее туфли клацали: «цок, цок, цок». У меня же были ботинки на мягкой подошве, которые я специально приобрел в дорогом магазине ради своих опытов, и поэтому мои шаги были почти бесшумны. Тем не менее, девушка вдруг ускорила свой шаг, не оглядываясь назад. Я поспешил за ней. Засунул руку в карман, достал ножик, раскрыл. Внезапно, девушка побежала. Как она поняла, что я преследую ее? Меня разозлил подобный ход действий, и я тоже побежал. Каблуки не очень подходят для бега на короткие дистанции, поэтому неудивительно, что после ста метров моя жертва споткнулась и полетела на асфальт. Я прыгнул, как тигр и приземлился прямо на нее. Схватил за волосы. Она хотела закричать, но ледяной ужас сковал ее, и она смогла только тихо охнуть.

– Не убивай меня, я сделаю все, что ты хочешь – пискнула девушка, но мне это было безразлично. Я нанес ей удар ножом. Нож вошел ей куда-то под левую грудь. Я стукнул ее кулаком в висок. Она обмякла. Я был весь в ее крови. Бросил нож. Все в сером тумане. Теперь надо было бежать. Я шмыгнул в ближайшую подворотню, выкинул свой плащ, перчатки и шляпу в кусты. Достал из кармана бутылочку бренди, сделал большой глоток. Еще один. Ух… Я вздохнул. Сердце стучало, меня переполняли ощущения, но сейчас было не время для того, чтобы обращать на них внимание. Достал из-за пазухи предварительно спрятанную кепку, серую, под стать пальто. Положил бутылочку обратно в карман, из другого кармана вытащил черные очки. Пришло время сматываться отсюда.. Где-то неподалеку слышались голоса. Они громко спорили о чем-то. В соседнем доме было одно окно, в котором горел свет. Из этого окна слышались крики, звон. «А что, если меня оттуда могли увидеть?» – подумалось мне. Пройдя через двор, я вышел на улицу, на которой были редкие прохожие и даже работали какие-то питейные заведения. Шел вперед, не оглядываясь.

Внутри все клокотало, эйфория смешивалась со смятением, а смятение – с паранойей. Я чувствовал, что я сделал это. Вид крови жертвы стоял у меня перед глазами, и это меня возбуждало. Мне серьезно повезло – вокруг не было никого, жертва попалась слабая и беспомощная, обошлось без шума. Теперь нужно просто идти домой. Там записать все. Затем напиться, или сначала вызвать бабу, а уж потом напиться. И забыть обо всем этом… Я понял, что очень устал. У меня не было сил ни на что, и даже бренди с размешанным в нем кокаином не сильно бодрил меня. Очень странное ощущение – быть возбужденным и при этом чувствовать себя обессилевшим. Я продолжал идти.

Путь домой был сумрачным, все мельтешило перед глазами. Я не помню, по какой дороге шел домой, не помню даже, в котором часу вернулся. Было темно. По дороге я допил весь бренди, вернувшись, выпил еще бутылку вина, залпом. Болело сердце. Мне было хорошо, в голове скакали самые разные идеи. К сожалению, я был немного не в том состоянии, чтобы записать все свои мысли… Кровь убитой мною девушки все еще стояла у меня перед глазами, и алкоголь не помогал избавиться от этого. А мне почему-то хотелось забыть. Забыть все, что я сделал за этот вечер. Я вспотел, руки дрожали, спать не хотелось. И тогда я решил позвонить одной проститутке.

Дрожащими пальцами я набрал ее номер, позвал ее к себе. Она работала по ночам, но к счастью, когда я позвонил ей, она была свободна. «Сейчас приеду», – услышал я ее голос и обрадовался. Мне нужно было позарез «слить пар».
Она приехала. Я не стал отвлекаться на болтовню, сразу сказал ей раздеваться. Я трахнул ее прямо на пороге. К сожалению, удовольствия от этого я не получил. Я натужно пыхтел, пытаясь кончить, но не выходило. Я лапал ее везде, изнывал от похоти, но при этом никак не мог дойти до конца. Мне это все-таки удалось, но с трудом. Неудивительно – к тому моменту я был пьян в дым, к тому же под кайфом. Я всунул ей в руки мятую купюру и велел убираться. Она сердито покосилась на меня, открыла дверь моего дома, сказала: «Да пошел ты» и ушла. Я оторопело смотрел на дверь, задыхаясь от гнева. Мне хотелось догнать эту шлюху и порвать на куски – но к счастью, я был слишком слаб для этого, да и хватит с меня одного убийства! Опыт был совершен, лишняя кровь теперь была ни к чему. Вообще, мне очень повезло, ведь с рождения мне был дан острый ум, который не отказывал почти никогда.
Выгнав проститутку, я выпил еще двести грамм бренди из другой бутылки, и, обессиленный,  пошел спать. Запер дверь на замок, задернул все занавески – мне почему-то почудилось, что за смерть девушки кто-то может отомстить – и рухнул на кровать, не раздеваясь. Уснул моментально.

***

Проснулся поздно, часа в два. Голова гудела, желудок скрутило, сил не было никаких. Я сморщился от боли, перевернулся на бок и рухнул на пол. Тугая струя блевотины залила паркет. Я попробовал вспомнить, что было вчера. Как ни странно, но я вспомнил все почти сразу – и девушку в крови, и дворик, в котором я менял одежду, и шлюху, и бренди. Мною овладел ужас – меня уже ищут, скоро ко мне придут! Перемазавшись собственной рвотой, я пополз к окну. Встал сбоку, мельком глянул на улицу из-за занавески – все чисто. Ни копов, ни еще кого-нибудь. Надо было привести себя в порядок и думать, что же делать дальше. Думать было тяжело, но я справился. Доковылял до ванной, умылся. Из зеркала на меня смотрела неприятная бледная физиономия – опухшая, небритая морда человека, которому лет тридцать с лишним. Глаза огромные, зрачки расширены. «Надо будет написать об этом в моем научном труде» – вяло подумал я – «обязательно надо». Побрел на кухню. Не было ничего, чем можно было бы опохмелиться, а выйти из дома я не мог. Да и чего греха таить, я боялся возмездия. Мой план убийства был идеален, все обстоятельства происшествия были мне на руку, но все же меня мучил страх. «А что если меня видели в том окне, из которого доносились крики?», «А что, если где-то рядом были камеры?», «А что, если убитая мной девушка осталась жива?» – такие мысли гуляли у меня в голове. Нужно было срочно успокоиться, да и заодно избавиться от похмелья. И тогда я вспомнил об идеальном средстве, которое помогло бы мне решить обе проблемы.

Набираю номер, звоню. Говорят, что такого номера не существует. Меня это встревожило. Неужели дилера загребли? Да, скорее всего. Видимо, копали под меня. Но все-таки решил перезвонить – вдруг я просто неправильно набрал номер? Звоню еще раз. Гудки. Берет трубку.

– Да?
– Это Хэнк, ты помнишь меня.
– Хочешь заказать пиццу?
– Да. Привези самую горячую, самую вкусную, самую дорогую из всех, которые у тебя есть. Привези три куска сразу, упакованные.
– Окей.

Короткие гудки. Не думайте, что я заказывал пиццу; нет, мне позарез приспичило дунуть, ну а разговор о пицце был всего лишь конспирацией. Сейчас барыга привезет три косяка с отличной травкой, и мне станет куда легче. Расслаблюсь после тяжелой работы…

Барыга должен был приехать минут через двадцать. Я выпил около литра воды, сел в кресло и стал ждать.

Минут через десять кто-то постучал в дверь. Меня словно током дернуло – никогда курьер не приезжал так быстро. За пятнадцать минут – бывало, но за десять?.. Значит, это кто-то другой. Полицейские, например…

Меня прошиб холодный пот. Я понял, что это полицейские, что они нашли меня! Наверняка тело девушки подключили к капельнице, оживили ее, ну а затем она дала им показания на меня! Тихо, чтобы меня не услышали с улицы, я прокрался к ящику стола и достал оттуда пистолет. Пистолет всегда был заряжен, на всякий случай. Я сунул его в карман и пошел к двери. Было страшно, я был готов в любую секунду расстрелять того, кто стоит за дверью. Мало того, поначалу я так и хотел сделать, мне очень хотелось выпустить весь магазин в нежданного гостя. Но Разум не подвел меня. Хватило ума посмотреть в глазок. Курьер с товаром. Но почему он приехал так быстро? Его подослали, наверняка. «Они все знают» – подумал я, и даже не удивился этой мысли. Горло пересохло, голова кружилась.
Курьер снова постучал. «Эй, есть кто дома?» – крикнул он из-за двери.

Глубокий вдох. Каменное лицо. Вытер пот со лба, открыл замок правой рукой. Левая покоилась на рукоятке пистолета в кармане пальто, которое  так и не снял.

– Привет, Найджел. Все при тебе?
– Ага. Ты почему так долго не открывал эту чертову дверь? Я уж собрался валить отсюда нахер. Ты же знаешь, как неприятно ждать у двери. Сразу мысли о палеве.
– Давай сюда товар, держи 20 баксов и проваливай. Я не в настроении, – сказал я курьеру. Этот черный действовал мне на нервы. Я смотрел ему в глаза. Думаю, что мне тогда просто почудилось, что его прислали за мной. Ничерта этот парень не знал. Или знал? Я до сих пор не могу понять.

Курьер дал мне пакет, взял двадцатидолларовую купюру, злобно блеснул глазами и был таков. Я оглянулся по сторонам. Палева нет, копов нет. Вообще, улица была пуста. «Что-то везет мне а последнее время на пустые улицы» – подумал я и рассмеялся. Я смеялся и не мог остановиться, я просто хохотал! Все бесило. Я хотел убежать отсюда. Мысли окончательно спутались в голове. Я шагнул в дом, сгибаясь пополам от хохота, закрыл замок. Смех прекратился так же внезапно, как и начался. Я дошел до кухни, налил себе воды из под крана, выпил. Еще стакан, и еще. Стакан про запас, а то еще укурюсь, лень будет опять идти за водой.

Тогда я думал, что покурив травы, я смогу расслабиться и хоть как-то отойти от происшедшего. Я ошибался.

***

Я сидел в кресле и курил. Дым задерживал в легких. Музыку врубать не стал – боялся, что враги могут услышать меня с улицы. Да и не было настроения.

И тут меня накрыло. Просто накрыло! Страх, который мучил меня несколько минут назад, когда я стоял возле двери и думал, завербовали курьера или нет, не шел ни в какое сравнение с той волной паники, которая захлестнула меня. Я не мог соображать, не мог контролировать свои действия. Никогда раньше я не ловил паранойю с марихуаны; наоборот, нередко хороший косячок помогал мне успокоиться. Но не в этот раз! Я вскочил, задыхаясь. Сердце бешено колотилось, оно готово было выпрыгнуть из груди! «Бум-бум-бум». Я смотрел вокруг и не видел ничего. Я понял, что за мной следят, уже давно, что все мои злодейства отслеживаются ФБРовцами. Сейчас в моем доме рванет взрывчатка, и мне каюк! А все из-за того, что я пишу что-то, что противоречит Системе! Вдруг я услышал грохот. Грохот доносился с улицы, скорее всего, разгружали мусорные баки, но тогда я понял, что эта самая взрывчатка, которую положили ко мне в дом, взорвалась. И я побежал. Разбил окно, изрезал все руки. «Кровь! На моих руках! На моих руках теперь всегда будет кровь и ее не смыть!» Я бежал по улице. Бежал, куда глаза глядят. Меня окрикивали прохожие. Я не очень помню, что происходило тогда. Помню только, что выбежал на большую дорогу. Я был весь в грязи, в порезах.. Даже не представляю, какое у меня тогда было лицо… Я остановился, чтобы перевести дух. И тут я увидел девушку. Она был похожа на ту, которую я убил. Или это она и была? Я запутался! Я не могу сейчас утверждать ничего. Я не сошел с ума, но я уже не могу четко говорить о прошлом – что было наверняка, а что нет. Точнее, я могу описать факты. Факты? Ха! Мои догадки и мысли – вот это, это гораздо важнее любых гребаных фактов! Разум покинул меня тогда, и это было ужасно.

Я пошел за девушкой. Она посмотрела назад. Не было никаких «мистер, вам плохо?», нет – она сразу увидела, что я не в себе. Впрочем, я не стал ждать. Рука сама вытащила пистолет, сняла с предохранителя. Выстрел – и все. Моя пуля размозжила ей череп. Крики по всей улице. Я вижу ее кровь. Опять кровь! Кровь повсюду! Нет! Кровь стояла у меня перед глазами. Я опять побежал. Пистолет я, скорее всего, выкинул, так как позже у меня его не нашли. Я не знал, куда я бегу. Паника, ужас, кровь! Я увидел полицейского. Он стоял в нескольких метрах передо мной.  «Стоять!» – крикнул он. Я плюхнулся на колени.

– Я, я убил их! Я их убил! Вы поймали меня! Вы сплели свою сеть и поймали меня! Поймали! Ааааа! – Я вопил, истошно орал. – Я убийца! Я не закончил свой опыт! Я виновен! Виновен! Вам это надо было услышать? Да! Я не буду больше терпеть! – и я упал на землю. Перед глазами плыли цветные пятна. Я уже не мог бороться. Знаю, я допустил просчет. Не смог совладать с эмоциями. Мой разум оказался не таким сильным, как я думал.

***

Меня задержали, я даже не сопротивлялся. Это было бессмысленно. Я рассказал им все – заодно признался в первом убийстве, рассказал, зачем я это сделал. Они не поняли! Куда им до моих идей…

Я попался все-таки в эту ловушку. Курьер? Не знаю. Камеры? Жучки? Люди из того окна, в котором горел свет, когда я менял одежду? Возможно. Но больше всего виноват я сам. Перед собой. Мой опыт провалился.

Вместо того, чтобы оформить научное описание своего эксперимента, я решил записать все эти события. Они точнее всего описывают мой опыт убийства, а также мои просчеты. Мои предыдущие труды были найдены и уничтожены; мало того, меня приговорили к высшей мере за два убийства, изнасилование, несколько краж, употребление наркотиков и за призывы к насилию. Я подтвердил свои поступки. Ничтожные копы! Они думают, что обезвредили опасного преступника, но на самом деле они попытались уничтожить величайшего мыслителя! Тем не менее, им это не удалось. Я не сломлен. Можно даже сказать, что просчет с убийством пошел мне на пользу, ведь неудачный опыт – тоже опыт. Вскоре мне придется совершить свой последний эксперимент – смерть. Я не смогу записать его, и это единственное, о чем я жалею.

Что ж, теперь вы знаете мою историю. Возможно, найдется кто-то, кто продолжит мое дело.


Рецензии