Гладиатор

Гладиатор.
Ему можно было не выходить на арену. Он не был рабом, не был никому ничего должен, не был убийцей, желающим ощутить привкус крови поверженного врага на губах. Он просто любил. Любил сильно, так, что это чувство накрывало его с головой, отправляя на второй план все остальное. Он любил, и  не знал, что с этим делать. А главное, он не знал - любят ли его… Он посылал письма, на которые приходили непонятные ответы, да и то не всегда. Когда они встречались, все было прекрасно, но когда она покидала город и возвращалась в своё имение в провинции, он ощущал пустоту и потерянность.  Дикую тоску и одиночество запертого в узкую клетку зверя. Да он был свободен, но зачем нужна такая свобода, если её не на кого потратить? Одиночество, подкрепленное неопределенностью – гремучая смесь, способная затуманить разум и подорвать здоровье.
Поэтому он вышел на арену. Он умел воевать и убивать, его род не одно поколение стоял на страже интересов государства во многих конфликтах, и мужчины всегда возвращались домой из самых сложных походов живыми.
Сегодня у него должен был состояться очередной бой.  До выхода на арену оставались минуты, а голова опять была забита Ей. Она не ответила на очередное письмо: почему, из-за чего? Он это понять не мог, и от того становилось еще мучительнее.
Ворота поднялись, заливая мрачный коридор солнечным светом. Под ногами зашуршал мелкий белый песок арены. Его противник уже был здесь: двух метровый великан с щитом и мечом, одетый в тяжелые доспехи. На нем же был лишь легкий панцирь, шлем, с открытым забралом, щит и короткий меч. Ему этого было достаточно.
Противники начали движение навстречу друг другу, толпа на трибунах взревела в предвкушении зрелища!
Мечи встретились в воздухе, полетели искры, предвещая зрелище для толпы и неминуемую гибель для одного из бойцов. Нет смысла описывать бой, ибо слова не передадут все те ощущения и эмоции, те приёмы и ситуации которые были на арене. Толпа ревела от восторга, бойцы истекали кровью, но продолжали свой замысловатый танец с оружием.
И тут это случилось. В толпе, на одной из трибун ему показалось, что он заметил Её, ту которая сейчас должна была быть не здесь, а за многие мили отсюда. Он потерял нить боя, пропустил один удар, второй, меч вылетел из его руки, а он сам оказался на песке. Его противник завис над ним, поставив ногу на грудь и подняв свой меч к небу, по традиции обращаясь  к толпе, что бы именно она решила судьбу повершенного воина. Толпа взревела.
А в это время наш герой лежа на песке смотрел туда, где он увидел знакомую фигуру.  Для него время остановилось. Голова его была наполнена не мыслями о грядущей смерти, а надеждой на то, что он не ошибся, что это действительна была она. Так это и было. Она сидела на одной из трибун  для почетных гостей, её волосы были уложены в аккуратную прическу, а воздушная туника, подчеркивала все прелести её тела. И сейчас она смотрела на него. На её лице появилась улыбка, а в глазах пробежал непонятный огонек.  Она встала со своего места и…
И подняла рука с большим пальцем опущенным вниз. Время снова обрело свою нормальную скорость. К нашему герою вернулось чувство действительности и рев толпы, неожиданно ударивший в уши, снял с него оцепенение. Пришла злость, появились силы и он в  несколько движением сбросил с себя своего оппонента, отобрал его меч и продолжая движение отсек ему голову от тела. Над ареной повисла гробовая тишина. Гладиатор медленно перевёл взгляд с поверженного противника на ту, за кого он был готов отдать свою жизнь. Его рука, трясущаяся от напряжения и ярости, по-прежнему сжимала меч, с которого на песок капала алая кровь.
Он снова посмотрел в её глаза, в них был ужас, она закрыла лицо руками. Его рука с мечом взметнулась в её сторону, он хотел что то сказать, закричать! …  Но сдержался…  Отвел в сторону взгляд, отбросил в сторону меч, и пошел к выхода с арены. И только тогда толпа снова взревела, с удвоенной силой приветствуя нового  победителя этой арены.
А нашего героя больше никто не видел. Говорят, он записался на службу и до самой смерти воевал с варварами где-то в северных провинциях Великой империи. А девушка, через несколько лет вышла замуж, и неё родились дети. Но вот была ли она счастлива, это нужно спросить у неё, или у её подушки,  мокрой от слез холодными безлунными ночами…