3

***
Я проснулся. Голова была чиста, как небо в январе… И пуста, как город перед грозой.
Я привстал на кровати, оглядывая помещение. Двуспальная постель с темным бельем, небольшой компьютерный стол в углу с самим компьютером, рядом аккуратно свешана одежда… вероятно моя. Отчего-то, правда, ничто в этой комнате не напоминает мне обо мне.
Ах, да – кто я?
Голова была пуста, как… Даже не знаю… Как сама Пустота? Нечто похожее на мысли лениво носилось в моем черепе, но не вызывало никаких откликов ни в душе, ни в памяти. Я встал, прошел в ванную. Зубная щетка, паста, гель для бритья, гель после, станок, мыло, шампунь… Зеркало.
Я подошел к нему и, с некоторой опаской, поглядел на свое отражение. Я бы, пожалуй, не удивился, не окажись у меня отражения, или если бы из зеркала на меня взглянул зеленый монстр. Но в зеркале стоял молодой человек с коротко остриженными темными волосами и янтарными глазами, с недельной щетиной на подбородке и в трусах. Я механистически взял станок, намазал на лицо гель и принялся за бритье, по-прежнему изучая незнакомца в зеркале.
Странно. Я не помню себя. Но, это я.
Странно то, что меня не удивляет мое беспамятство. Нечто похожее на мысль, единственное подобное в тот момент – меня должно все это удивлять, но не удивляет.
Я ополоснул лицо, вытерся. Приблизился к зеркалу вплотную. Что-то щелкнуло в голове – это точно я. Я себя узнаю. Правда, мне казалось, что глаза были иными… Не помню. Так. Имя…
Меня зовут?
Л… Я с сомнением посмотрелся в зеркало – отражение отрицательно покачало головой. Арчи? Да, точно. Я Арчибальд Эртис, для друзей – Арчи. Работаю детективом в отделе расследований. Живу здесь, хотя и имею свой личный особняк… Почему? Еще пока не разобрался.
Я прошел обратно в комнату. Надел рубаху, брюки. Запищал будильник. Все верно – нужно идти на работу.
Я накинул пиджак, вызвал флаер, бросил коммуникатор в нагрудный карман. Странно. Память вернулась, но все же организм реагирует сам – автоматически, по привычке.
Флаер прибыл минут через пять на платформу, я сообщил адрес офиса и полетел над городом.
Виндейл. Я живу здесь. Работаю. Здесь я любил и ненавидел. Но отчего-то все это не задевает никаких струн на душе. Память вернулась, где-то задерживаются эмоции. Я точно помню, что такого раньше не было… Отчего такие непонятные явления в организме? Что я делал вчера? Работал, вечером выпил в баре виски и отправился домой… Лег спать? Плохо помню. Похоже да. Хотя какая-то назойливая мошка сомнения наталкивала меня на мысль, на событие, которое было вчера. Но нет. Я пришел домой, глянул почту и лег спать.
Странно.
Я прибыл в отдел. Прошел по коридору в свой кабинет. Все мне приветливо с уважением кивали. Да, я стал достаточно известен за полгода работы здесь, у меня теперь свой кабинет и свой помощник… Помощница. Вот и она.
- Здравствуй, Ками, есть что-то новое?
- Пока нет, шеф… Начальник отдела просил зайти к нему, если будет свободная минута.
- Хорошо. Принеси мне кофе, пожалуйста, - моя смуглокожая напарница удалилась. Я уселся в кресло, закуривая сигарету. Значит старый хмырь хочет меня видеть. Зачем интересно? И стоит ли к нему идти, когда я не могу толком разобраться в себе. Хотя он вряд ли обратит внимание, а если и обратит - то не придаст значения. Мало ли что на уме у аристократа. Да…
Точно. Я аристократ, наследник рода Эртисов – одного из немногих уцелевших родов после Смуты. Нас мало, нас не очень любят, мы как инопланетяне для прочих людей. Хотя по мне не скажешь, что я аристократ – наследственные черты мне не передались. Волосы хоть и темные, но не черные, да, и глаза не красные. ДА, раньше они были карими – обычными. Сегодня, отчего-то янтарные. Интересно. Я проглядел новости в сети, посмотрел бумаги… Ладно. Сходим к начальнику отдела.
Вновь уважительные кивки по коридорам. Я не знаменитость, но близок к этому. Интересно, как бы изменилось отношение, если бы они знали о моем происхождении?
- Джесс, шеф просил меня подойти, - сказал я секретарше у входа. Мила, интересно она здесь только секретарша, или еще и помогает шефу снимать стресс в конце рабочего дня…
- Да, проходи. Он сейчас свободен.
Я зашел в кабинет. Начальник, грузный мужчина лет за шестьдесят, стоял около окна. Он мельком глянул на меня.
- Арчи, хорошо, что ты пришел. Не мог бы ты забрать ЭТО, - он кивнул в сторону стола. Я проследил за его взглядом и вздрогнул. На столе лежала черная пластиковая карта, даже издалека я видел золотой оттиск – звезду с одной стороны, и текст с другой…
- Это же…
- Да. Так же как полгода назад. Можешь прочесть ее теперь?
Я подошел к столу, взял карточку. «Организация Жнецов. Мы дадим вам все, забрав все у вас. Заинтересованных приглашаем в 7:00…»
- Все то же самое. Только дата – завтрашнее число и время – семь утра. – Я посмотрел на шефа, он мелко трясся просто глядя на нее. – Мне этим заняться?
- Как хочешь. Мне не нравится эта чертовщина. Если тебе интересно – расследуй, я оплачу сверх положенного, но соваться сам в это больше не хочу.
Я недоуменно посмотрел на начальника.
- Это принесла моя дочь, она хотела идти завтра. Я с трудом смог незаметно забрать и принести ее сюда. Ты понимаешь? Я держал ЭТО в своих руках.  Дьявол, - неожиданно воскликнул он, - я такого страха никогда не испытывал.
- Хорошо, я постараюсь. А чем все закончилось полгода назад? Я как-то упустил этот момент.
- Я тоже. После посещения вами этого треклятого особняка, карточки стали обычными кусками пластика, а потом… как-то оно забылось, и никто не вспоминал про них.
- Странно, - сказал я.
- Не то слово. В общем, делай что хочешь, только унеси ее отсюда. Я не хочу, чтобы эта дрянь попадалась на глаза мне или моей дочери. Будь так любезен.
Я положил карточку в карман.
- Я могу идти?
- Да, спасибо тебе.
Я прошел к себе.
Вот и эмоции. И полное восприятие себя. Что со мною было с утра? Не важно. Куда больше меня беспокоила эта карточка. Полгода назад все как-то замялось и забылось. Отчего?
- Шеф, ваш кофе остыл, я принесла новое, - Ками зашла в кабинет.
- Спасибо, - ответил я, отложив карточку и взяв кружку. Краем глаза заметил остекляневший взгляд моей напарницы. Она смотрела на кусок пластика, который так необъяснимо пугает людей.
- Ты можешь на нее смотреть? – спросил я.
- Да.
- Может, и прочтешь? – я усмехнулся. Незаметная деталь присоединилась к паззлу в голове, сформировав полную картину. – Я тебя вспомнил. Ты была на том «собеседовании», - я отхлебнул кофе. - Но ты не уходила оттуда. Что там было?
- Извините, шеф, но я не могу вам этого сказать. Однако замечу, что если у вас есть что-то дорогое вам в этой жизни – не стоит туда ходить, - она мельком глянула мне в глаза. – Однако ж вы пойдете, как я понимаю.
- Верно. На третий-то раз я все же послушаю, что могут предложить эти «жнецы»…
***
Говорят, вечность имеет свойство быстро заканчиваться. Но вечность вечности рознь.
Когда впереди была вечность жизни – она стремительно пронеслась мимо, не дав опомниться, не дав ни малейшего шанса хоть что-либо сделать. Пусть были попытки, пусть вся эта недолгая вечность вся была заполнена попытками и движением. Всего лишь вспышка, оставшаяся позади. А когда впереди вечность на искупление… Невыносимо тягучий кисель каждодневной рутины, и что ни делай, ничего не изменишь – даже умереть уже нельзя. Каждый новый день будет таким же как прежний. Только искупление.
Хотя где же оно искупление?
Раньше, до того, как Смерть стала править бал, демоны проверяли всех и каждого. Свободные души перерождались, освобождая искру. Праведные и порочные проходили испытания и истязания, заслуживая себе Рай или Ад. По крайней мере, об этом писал Даор. Он и сейчас порой треплется об этом, в те нечастые мгновения, когда к нему возвращается рассудок.
Лиса сидела на скамье около небольшого деревянного дома и курила трубку, в которую был забит чертополох. Да, чертополох – в Чистилище не растет табак, только чертополох и яблони. За долгие годы проведенные здесь она привыкла к этому отвратительному горькому вкусу. Можно, конечно, не курить ничего, но привычка все же принудила ее к этому бредовому занятию. Да, и делать тут все равно почти нечего. Вот придет кто-нибудь интересный, можно будет и поговорить про жизнь и мир, который остался позади.
Она поправила выбившуюся челку черных волос. Застыла, глядя на свои ногти. Десять ярко-алых иероглифов. Когда-то они обозначали всю ее суть.
Лиса встряхнула головой. Ну, вот… кажется, и она тоже сходит с ума. Может пойти поиграть в шахматы с Даором. Впрочем, нет. С утра он был сильно не в духе. Бегал от дома к дому и нес какую-то тарабарщину. Женщина выдохнула облако дыма и вновь продолжила смотреть за дорогой.
Дорого простиралась до горизонта сквозь безжизненную степь, узкая колея в ухабах и рытвинах. Можно идти по ней сколько угодно душе, придешь лишь сюда. Отсюда нет возврата. Нет… Однажды придет колесница и заберет тебя. Дорога в один конец.
- Сегодня тихо, - сказала Тира, подошедшая к женщине со спины.
- Да. Как думаешь, мог Лик победить?
- Нам остается только верить в это. Вам что-нибудь нужно? – спросила девушка. Им так же совершенно нечем заняться. Они еще пока не привыкли к этой не-жизни.
- Нарвите мне чертополоха, если хотите, только выбирайте…
- Постарше и посуше. Мы знаем.
Девушка ушла. Лиса осталась. Сегодня действительно очень тихо. И вчера, и всю последнюю неделю. Значит, последние семь часов в мире людей Смерть не собирала душ. А с месяц назад посланник Смерти забрал Лиру. Он как-то странно улыбался при этом. И это было странно. Обычно он только приводит сюда Жнецов. Теперь же он забрал отсюда. Могла ли Лира вернуться к жизни? Вряд ли.
Да нет, конечно. Лиса снова встряхнула головой. Какой только бред не лезет в голову. Она постучала трубкой по скамейке, вытряхивая пепел и перегоревшие листья. Набила еще, раскурила и вновь уставилась в горизонт.
Лира. Странная девочка. Лисе она не нравилась, было в ней что-то сумасшедшее с самого начала. Хотя кого из здесь «живущих» можно назвать здравомыслящим? Обычные люди сдаются где-то через недельку-другую. Жнецы держатся дольше, но и их нервов не хватает надолго. Месяц назад окончательно свихнулась Белла, еще одна ученица Лика. Наверное, дело в том, что Жнецы еще до попадания сюда полностью чокнутые. Кто-то больше, кто-то меньше… А Лира…
Лиса тяжело вздохнула. Хотя кто она такая, чтобы судить.
- И – дут! Иххаха! И-дут онниииии ииииидут! – провыл за спиной Даор, а это несомненно был он. Больше этот визгливый безумный голос принадлежать не мог.
Лиса вгляделась в горизонт. Действительно. Два человеческих силуэта двигались в их сторону. Один, опираясь на другого.
Вскоре подошли Тира и Мили – ученицы Лика, и они вчетвером, вместе с приплясывающим и воющим какие-то безумные вирши Даором, наблюдали за приближающейся двоицей.
Когда они подошли ближе, стало видно, что на самом деле их трое. За спинами первых двух, истрепанных и еле плетущихся, бодро шагал еще один персонаж, как всегда при фраке, с гривой густых черных волос, развевающихся на несуществующем ветру. Его Лиса узнала сразу – Люцифер, посланник Смерти, проводник душ в сие угрюмое и безнадежное местечко. А перед ним…
Лиса села на скамью. Стоять было невыносимо.
Перед посланником Смерти шагала девушка с длинными каштановыми волосами, а на ее плечо опирался мужчина в изодранном плаще, с окровавленной повязкой на глазах…
Лик.
***