Рашен полицай. Рассказ таксиста

   Было это аккурат на 9 мая.
   Сели ко мне двое стариков, муж и жена, по всей видимости. На старике был синий, помнится, пиджачок, весь увешанный медалями и орденами.
   Он впереди сел, а жена - сзади. Ехали мы к памятнику "Неизвестного героя", что на Ворошиловском.
 
   Едем, значит, разговоры разговариваем. Старик этот рассказывает, что ему пенсию надбавили, аж на девятьсот тридцать два рубля! Оченно он по этому поводу хвалил президента тогдашнего, Медведева. Чтоб ему...

   И тут, впереди, выворачиваются справа несколько автобусов, а на них крупно так написано красными буквами: ПОЛИЦИЯ.
   Ну, мне-то что, полиция и полиция. Наверное, полицаев везут в оцепление, к тому же памятнику.
 
   Но тут вдруг старик-то как палкой своей стал колотить по стеклу, по панели! Покраснел весь, кулаком грозит и кричит: "Я с вами, полицаями, на Брянщине воевал! Стрелял вас, гадов, предателей! А вы теперь по улицам ездите?! Ах же суки вы! Ах же!.. Я вот вас!" И опять палкой по стеклу лупит!

   Я думал, высадит он мне окно. Свернул, от греха подальше, на боковую улицу, чтоб не видел он те проклятые машины с надписями...
 
   Вот ты и подумай, что наши управители ради бабла сотворили! Партизаном ведь тот старик был. Навидался, что те полицаи с нашим народом делали. Эсэсовцы не так лютовали, как полицаи.
 
   У меня тетка в войну под Гомелем, в деревне жила. Ей в войну четырнадцать было. Так по голодухе она с младшими братишкой и сестренкой ходили к комендатуре, еду выпрашивали. У фрицев там полевая кухня стояла. Повар ихний всегда им наливал в кастрюлю то, что после обеда оставалось.
 
   А один раз там, возле котла, полицай стоял. Увидел он Ольгу - тетку так мою звали, царство ей небесное - да плеткой стал её по спине хлестать. А сам орет: "Пошла отседова, проститутка ****ская! И щенков привела, а!" И хлещет! А дело летом было. Тетка спину подставляет, чтоб, значит, на младших плетка не попала... Так она мне рубцы показывала, что от той плетки остались. Страшное дело!
 
   А мать её вообще от полицая смерть приняла. Он, паскуда, через окно углядел, как они за стол сели, поесть: щи крапивные у них были в тот день. Так он гранату в окно бросил! Она с деревянной ручкой была. Ручка та длинная, за оконную раму задела, потому на стол не упала. Хорошо, мать заметила, как та сволочь гранату кинула. Так она детей - их двое рядом с ней сидело - на пол, за ящики толкнула. У них в хате разбитые ящики были, они их собирали, чтоб было чем в зиму топить. Так когда граната взорвалась, её всю осколками посекло, двух дней не прожила. Полицай, гадина такая, что сделал, а!..