Возвращайся...

"Именно поэтому ты не оставишь меня, а если и оставишь в силу неизбежных причин, то обязательно вернешься однажды. Ты придешь на рассвете, когда сумерки еще сгущаются над морем. Я встречу тебя на пороге, и обниму, что бы ни случилось между нами. Пойми, скажу я тебе, пойми все заканчивается однажды, и неизбежно приходят новые времена. Ничто в этом мире не может продолжаться вечно, даже сумерки над бескрайним морем"

/дневники Анны/

* * *

...И снова ветер легко пошевелил её волосы, словно напоминая о чем-то знакомом, но давно позабытом. С моря доносился тихий, мягкий шум волн. Где-то закричала чайка, далеко, почти на самой грани ощутимого. Тени скользили по песку – длинные, странные, словно живые.

Анна стояла у самой кромки волн и долго, задумчиво наблюдала за игрой теней у своих ног. Это переплетение света и тени странным образом откликалось в её опустевших чувствах. Что-то беспокоило ее  – легко, мимолетно, но порой ощутимо. Какой-то далёкий голос проникал в сознание - тихий, печальный голос, или, может быть, даже не голос, а шепот. Хотя, наверное... это просто ее фантазии. Это просто шум ветра и шелест песка. Это просто дыхание моря - теплого, причудливого
южного моря, которое она еще не понимала до конца, но уже училась с ним говорить на одном языке.

Впрочем… как знать, что на самом деле скрывается за этими тенями и тихим шелестом волн? Всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Слишком мягко, слишком нежно этот ветер касается сейчас ее волос, слишком ласковые песни поет он ей, обнимая ее, словно живое существо, которое он любит больше жизни и боится однажды потерять навсегда.

Одна вещь беспокоила ее, очень странная вещь. Она давно обратила внимание на эту странность - но такие состояния редко навещали ее. Состояние, когда ты можешь быть одновременно в нескольких местах. Как правильно описать его? Наверное, прикосновения ветра к коже несут какую-то свою магию. И шелест песка, и чуть слышный шум волн, и далекие голоса странников, словно приходящие из ниоткуда. И еще солнце… какое оно удивительное здесь, словно на другой планете. Ослепительное, яркое, пронзительное.

А происходит это так – ты на мгновение теряешь нить реальности, исчезаешь из нее, начинаешь подсознательно следить взглядом за тенями у твоих ног, словно попадая в какой-то древний, ещё никем не разгаданный лабиринт, из которого уже не можешь выйти самостоятельно. Тени перестают быть тенями, переплетаются в странные узоры на песке, слагают какие-то рисунки, скользят в пустоту, словно тонкое и прозрачное кружево. Это кружево поглощает тебя, растворяет, уносит вдаль. Как и пение, как и голоса. Голоса? Пение? Да, очень похоже. Не совсем голоса - скорее, переливы чего-то неясного, отголоски, отзвуки.

И в этот миг тебе начинает казаться: один лишь шаг - и тебя здесь уже не будет. Ты исчезнешь, перенесешься в другой мир  – а волны и ветер останутся. На это место придут однажды другие люди, и коснутся своими тёплыми ладонями этих скал, и будут говорить те же слова, что и ты сейчас, и переживать те же чувства, что и ты сейчас – но тебя здесь уже не будет.

Она улыбнулась своим мыслям и покачала головой. Потом встала и медленно пошла вдоль линии прибоя, вглядываясь в кромку волн. И все-таки, что-то очень тревожило ее сейчас. Эти глаза. Печальные, глубокие. Этот шепот, голос. И эта грусть в сердце, словно теряешь что-то очень близкое, родное тебе - и теряешь навсегда. Эти слезы на глазах…

«Странно, - подумала она, - странно, откуда вдруг эти слезы? Наверное, это очень больно - расставаться навсегда с мечтой. Но ведь это приходится делать постоянно. Выбирать одно - и отказываться от другого. Быть в жизни не тем, кем хочешь быть. Делать не то, что хочешь делать. И не всегда жизнь складывается так, как тебе нужно, и не всегда ты счастлива в той степени, в которой хочешь быть счастлива. Нет, не всегда.

Все вокруг теперь какое-то тусклое, ненастоящее. Знаешь, когда я была маленькой, мне все казалось совершенно другим – живым, глубоким, искренним, сильным. Я верила тогда, что люди рождаются и умирают не просто так, что у каждого человека есть своя цель в жизни, своё предназначение, а сама его жизнь полна удивительных открытий, которые он постепенно постигает, становясь взрослее.

А сейчас… что сейчас? Всё есть - но всё не то. И душа бьется, словно птица в запертой клетке - но никто не понимает ее, эту душу. И люди вроде бы близкие, родные - но не понимают моих чувств и желаний. Впрочем... я сама себя в последнее время не понимаю. Наверное, веры мне теперь не хватает. Теплых чувств… просто прикосновения руки любимого человека, с которым я готова провести вместе всю жизнь.  И ведь такой человек есть - я вижу его глаза, слышу его голос. Такой человек есть – я понимаю это. Он также грустит в эти минуты, как и я, и задумчиво смотрит на другое море, быть может, расположенное на другом конце земли, а по ночам видит во сне мои глаза… глубокие, печальные глаза.

Да, сложно даже представить, как я хочу прикоснуться рукой к его руке, заглянуть в его глаза. Как хочу сказать ему: «Я здесь, рядом, и никогда уже не оставлю тебя». И тогда он обнимет меня, и прижмет к сердцу, потому что я – самое дорогое, что есть в его жизни. Не будет меня – и ему жить незачем. Я буду грустить – и он будет грустить вместе со мной. А если со мной вдруг случится беда – он почувствует это в ту же минуту, даже находясь за тысячу километров отсюда, он все бросит и немедленно придет ко мне».

Анна глубоко вздохнула, и ветер играл в её длинных волосах. Она ещё долго смотрела вдаль, на туманную линию горизонта, зовущую в неведомое. Да, она по-прежнему верила в мечту, она все еще оставалась человеком, несмотря ни на что. Длинное белое платье трепетало на ветру, она сдвинула шляпу, чтобы солнечные лучи не скользили по ее щеке. Море было очень мелким - бесконечная нежно-лазурная отмель, а вдали были видны коралловые рифы, и там вода становилась более темной, там уже была глубина.

Да, она очень любила море. Это был близкий, родной друг. Друг, знакомый с самых ранних дней ее жизни. Общаться с ним – это непередаваемое чувство. Словно вспоминаешь прежние отголоски счастья или былых обид, а иногда тебя тревожит боль былых утрат, но тревожит очень легко, мимолетно, не проникая глубоко в сердце.  И радуга над океаном была ей не безразлична, а дарила бурю новых эмоций. Она такая нежная, тонкая, прозрачная, эта далёкая радуга, она словно неразделима с небом. Волны легко перекатываются по песчаной отмели, а ты бежишь, едва касаясь сандалиями воды, ты теперь часть этого неба, часть солнца.

Ты бежишь в неизвестность - и ты счастлива. Тебе не нужно больше ничего, кроме шелеста песка, бликов солнца на глади воды, кроме этого ветра, играющего в твоих волосах. Ты свободна, словно птица, словно ветер. Ничто не беспокоит тебя, а впереди – лишь счастье и свобода полета. И жизнь кажется тебе волшебным цветком, и ты внимательно проникаешь в самое сердце этого цветка, распустившегося на восходе солнца. И необычные мысли сами собой приходят тебе в голову, и необычные слова сами собой слетают с твоего языка. Ты не думаешь больше ни о чем - а губы твои шепчут сами какие-то странные слова, возникшие непонятно откуда. «Что это за слова? – удивлённо спрашиваешь ты у ветра, у солнца, у моря. – Что это за голос, зовущий меня в неизвестность? На каком языке я сейчас говорю?»

Она вздрогнула, словно приходя в себя, возвращаясь в реальный мир после сна. Да и сны у нее в последнее время стали какие-то странные, необычные.

«И мне до тебя, где бы я ни была,  дотронуться сердцем не трудно…» -  произнесла она, вспоминая слова из своих снов. Откуда они сейчас появились, она не знала - но они пришли в голову сами собой, словно кто-то подсказал их. Может быть, есть где-то в мире человек, который в эти минуты думает обо мне. Может, ему очень грустно, очень одиноко без меня. Может, он даже обнимает меня в своих мыслях и чувствах, обнимает искренне, глубоко и нежно - и на глазах его блестят слезы.

Может быть, я давно уже забыла о нем, а, может быть, и не знала никогда - но он обо мне помнит, беспокоится обо мне, верит в меня, легко касаясь своей рукой моей руки на восходе солнца. А еще он мог бы гулять со мной на закате, рассказывая, как он живет на своей хрустальной планете, если бы я пришла к нему. Нежный звон ледяных цветов всегда сопровождает его, тени скользят у его ног, и голос его такой странный, словно это и не голос вовсе. Хотя, наверное, это не голос. Возможно, это просто шелест морских волн, а, может быть, песни первых звезд на вечернем небе.

Она оглянулась - но  вокруг не было ни души, лишь волны шумели, набегая на песчаную отмель. Да, она понимала, как это бывает. Ты еще не знаешь человека, ничего не знаешь о его прошлом, о его привычках и увлечениях - но тебе и не нужно знать все это. Ты просто понимаешь – это близкий, родной человек. Ты понимаешь, что можешь подать ему руку - и он поймет тебя с полуслова.  Он всегда поддержит тебя, обнимет в трудную минуту, вытрет слезы. Он может даже ничего не говорить - тут не нужны никакие слова. Он просто обнимет тебя - и ты поймешь все сама.

И ты поверишь ему – однажды и навсегда. Ты поверишь ему, и никогда не бросишь, не предашь его больше, потому что искренность и открытость – это самое ценное, что человек может тебе предложить. Свои чувства. Свое сердце. Свою тоску по дому. Свою нежность и свою печаль. Ваши чувства переплетаются, они уже не существуют друг без друга. Ваши чувства теперь – часть единого потока. Сверкающий, чистый поток, словно слезы на восходе солнца. Твои и его слезы, прикосновения ваших рук, биение ваших сердец.

Она снова задумалась. А что же осталось в ее сердце от тех былых надежд? Прежний, родной и теплый мир незаметно исчезает, покидает ее. Уже ни солнце, ни море, ни ветер не радуют ее, как прежде. И нет больше в сердце той свободы, тех чистых, естественных, открытых чувств, что переполняли его прежде. Это море… оно все-таки какое-то чужое, незнакомое, ты не понимаешь его до конца. И эти люди вокруг – они по-своему неплохие, но они чужие, неродные.

Весь мир меняется, ты должна меняться вместе с ним. Так, кажется? И зачем, спрашивает тебя лёгкий морской ветер, зачем тебе все эти новые наряды, дорогие туфли, серьги и брошки? Разве они добавили тебе  хоть немного счастья? Разве твое счастье в этих красивых, но мёртвых вещах, а не в том, чтобы оставаться собой, смеяться и плакать, когда тебе хочется, быть частью неба, солнца, далеких звезд?

И зачем тебе, скажи, все эти сигареты и вино, красивые, но бесполезные наряды, бассейны с искусственной водой, которые никогда не заменят живого прикосновения любимого тобой океана? Разве это то, о чем ты мечтала всю жизнь? Это красивые вещи, но они ничего не добавляют к тебе, как к живому человеку. Они ничего не добавляют к тебе, но отнимают у тебя самое ценное – твои чувства, твои мечты, твою веру в прекрасное.

Заменить душу на тряпки, разменять ее на красивые наряды… а стоит ли это делать? Живые чувства – вот что главное. Новые находки и открытия. Нет, не коктейли, не красиво сложенные салаты, не бассейны, не дорогие интерьеры, не вазы. Это все пустое. Все эти вещи, вместе взятые, не стоят ни твоей совести, ни искренности, ни свободы.

Да, я знаю много таких мест. Именно в таких местах пустые люди разменивают свои души на пустые вещи, начинают жить этими вещами, потому что больше в их жизни нет никакого смысла, начинают любить эти коктейли, эти сигареты, это красиво сложенные закуски. А однажды понимают, что их уже не радует заря над океаном, им неинтересен шум волн, что они разучились любить по-настоящему, смеяться по-настоящему - а за деньги этого не купишь.

Анна снова вздохнула, отгоняя прочь грустные мысли. А помнишь, почему-то подумала она, помнишь, что говорил этот человек, пришедший из океана, своей любимой, когда принес ей жемчуг из морских глубин, который он так долго и бережно собирал только для нее одной, когда она одним лишь легким движением руки выбросила его подарок в бушующие волны?

«Ты не хочешь принять от меня такую малость - значит, ты меня не любишь»

Нет, улыбнулась Анна, вспоминая эти слова, нет, любит она тебя. Любит, поверь. Иначе не выбросила бы жемчуг в море. Ведь он стоит больших денег - а ей не нужны были от тебя никакие деньги. Ей вообще ничего не было не нужно, кроме твоих чувств и мыслей, кроме твоей руки и твоего тепла.

Да, это глубокое чувство, пришедшее к ней сейчас, было ей хорошо знакомо. Знакомо, понятно, вызывало симпатию и интерес. Жемчуг – какая в нем вообще может быть ценность, кроме той ценности, которую вложил в него любящий человек? Ценность только в его чувствах - и ни в чем больше. А сам по себе жемчуг – бесполезная, мертвая вещь, если она не согрета живыми чувствами любящего человека.

Да, неожиданно подумала она, только мы, люди, пришедшие из океана, понимаем эти вещи. Это характерно только для нас – увлечения, игра, погоня на иллюзорным, когда всю жизнь можно отдать за один лишь взгляд и прикосновение руки. В этом и есть смысл… а больше в жизни нет смысла, если убрать из нее чувства людей, а оставить только вещи, имеющие конкретную цену, выраженную в деньгах.

«Знаешь, милая… – тихо сказал ей ветер, обняв её, – Знаешь, иногда люди не могут общаться друг с другом в силу разных причин. Но если они небезразличны друг другу - они всегда найдут возможность для общения. Видишь, я тоже твой друг, и ты сейчас понимаешь меня. Быть может, я просто передаю тебе свои чувства, интонации - и для этого не нужны никакие слова. И мне не обязательно идти с тобой рядом и держать тебя за руку, чтобы ты поняла меня. Я просто нарисую тебе ряд картин, скажу тем языком, на котором говорит море, солнце, ветер, передам, что я думаю и что чувствую – и ты поймешь меня значительно лучше, чем если бы я был рядом с тобой…»

Анна еще долго стояла, внимая этим словам, задумчиво глядя на туманную линию горизонта.

«Но что это за человек? – снова подумала она, глядя на вечернее море и заходящее солнце, – Что за музыка, откуда эти тексты, чей это язык?  Откуда эти чувства, природы которых я не понимаю? И где сейчас этот человек, который всё время думает обо мне, руку которого я всегда чувствую своей руке, даже когда нет никого рядом?»

Ей показалось в тот момент, что где-то вдалеке звучит какая-то музыка, то приближаясь, то отдаляясь, и даже шум волн незаметно стих, и ее отголоски незаметно превратились в слова, которые зазвучали в ее сознании, и ее губы сами собой шептали их, словно знали всегда.

«И даже в краю наползающей тьмы, за гранью смертельного круга, я знаю, с тобой не расстанемся мы…»

Она вздрогнула, словно от прикосновения ледяного ветра - но откуда вдруг взяться ледяному ветру в жаркий летний вечер? Кажется, впервые в жизни она по-настоящему ощутила эту безысходность, эту холодную, темную бездну, которая навсегда разделяет людей, за которой уже не будет ничего и никогда. И все, что ей так дорого - ее сердце, душа, ее слезы и надежды – все это исчезнет навсегда, словно ничего этого и не было.

А еще она впервые почувствовала это – легкое прикосновение теплой ладони любящего человека, бросающего вызов этой смерти и пустоте, протягивающего ей свою руку, почувствовала через многие километры, расстояния, ледяной холод вечности. Она поняла, что он теперь всегда будет с ней, что он никогда уже не оставит ее, что бы ни случилось между ними. И еще она с удивлением поняла, что сердце переполняет какое-то странное тепло, которое сложно передать обычными словами. Мягкое тепло, смешанное с грустью и сожалением.

Она еще раз улыбнулась своим мыслям, словно обнимая кого-то близкого, родного, пока поднималась по ступенькам к человеку в соломенной шляпе и тёмных очках, ожидающему ее за небольшим столиком. Ее длинное  белое платье развевалось на ветру, словно крылья причудливой птицы, волны провожали ее, и на сердце ее впервые за долгие годы было тихо и тепло.


/Август 2012/