Сказочка про жучков-короедиков

                – И будете вы платить мне дани многие, – продолжал князь, – у кого овца ярку принесёт,
                овцу на меня отпиши, а ярку себе оставь; у кого грош случится, тот разломи его на четверо:
                одну часть мне отдай, другую мне же, третью опять мне, а четвёртую себе оставь.
                Когда же пойду на войну – и вы идите! А до прочего вам ни до чего дела нет!
               – Так! – отвечали головотяпы.
               – И тех из вас, которым ни до чего дела нет, я буду миловать; прочих же всех – казнить.   
               – Так! – отвечали головотяпы.
               – А как не умели вы жить на своей воле и сами, глупые, пожелали себе кабалы, то называться
                вам впредь не головотяпами, а глуповцами.
               – Так! – отвечали головотяпы.

                (М. Е. Салтыков-Щедрин, «История одного города»)




              В некотором Лесо-Царстве, Роща-Государстве, по преимуществу произрастающей там растительности, зовущемся Дубрава-Держава, жили-были Пупок и Медок, и было у них всё замечательно. Пупок считал себя центральным Пупом рощи и всех ейных окрестностей.
          – Эй, дубы! – кричит он, стуча для солидности по пеньку кулачком, – что-то соседняя роща расшумелась без согласования, покажем, что и мы не лыком шиты.
          – Покажем, покажем, – в едином порыве отвечают дубы и давай шуметь по ветру пуще прежнего, забивать соседей.

              А Медок был такой добрый-добрый, ласковый и очень справедливый. Хитрован, конечно, но он-то считал себя главным, а главным по-другому нельзя. Как где что не так, Медок всё медком подмажет и всё хорошо. А если не хорошо, тут уже Пупок за дело принимается. И так всё ладненько да споренько у них получалось…
              Дубов гордость распирает за Отечество: Дубрава-Держава у нас де самая большая, воздух де самый свежий, земля де самая, что ни на есть, тучная и обильная, дождик де исключительно грибной, а удобрения де столько, что на продажу в другие Лесо-Царства хватает.

              Жили они, жили, жили, не тужили, и вдруг заметил однажды Медок, что молодые жёлуди как-то не так себя ведут. Созреют в родной Дубраве, сока наберутся, дождутся попутного ветерка, скок со своего дуба – и в соседнюю Рощу укатятся. Доложил Пупку. Тот, понятно, обсерчол, разгневался, ножёнками сучит, кулачишкой по пеньку стучит:
          – Что бы с сего дня все жёлуди исключительно в своём Отечестве приземлялись! Погодили, посмотрели – ан, не слушаются! Тогда Медок решил пространство вокруг Лесо-Царства мёдом обмазать. Прикинул он, что к чему, видит – не хватит медка-то. Вот и вымазал всё пространство удобрениями, толстой-притолстой, широкой полосой. А сверху тоненьким-тоненьким слоем медка прикрыл – и всё опять замечательно получилось. Иные смотрят:
          – А мёду-то!! А чуть ковырнул – там… одно удобрение.

              Но Пупок-то всё равно поглавнее всех будет, последнее слово за ним! Осмотрел он просторы окрест и говорит:
          – Молодец, Медок, для нас главное, что гламурненько. А что бы не сомневались, мы на всех каналах покажем, в какой замечательной Дубраве-Державе им всем жить посчастливилось. Пусть наши радуются, а не наши завидуют.

              После этого отдельные молодые жёлуди по глупости, не рассчитав, действительно прилипали. Завязнут в удобрении – и ни туда ни сюда. Подёргаются, подёргаются, деваться некуда, приходится тут корни пускать. Вот, думают, беда! Ну ладно, раз самим выбраться не посчастливилось, всё сделаем, чтобы уже наши детки-жёлуди не влипли. Запустят корни поглубже да пошире и ну сосать из родных недр. А как там остальные – не важно.

              К тому времени пеньков в той Дубраве накопилось видимо-невидимо. Ведь большинство дубов, как ни крути-верти, в конечном итоге пнями становятся. Поэтому те молодые жёлуди, что половчее, всё равно дождутся свежего попутного ветерка, прицелятся в пенёк, прыг с родного дерева, стук, прыг, стук, прыг – только их и видели…

              Тут и до дубов доходить стало, что что-то не так в родном Царстве-Государстве: удобрения направо-налево раздаются, долгоносиков расплодилось, червяков, кровососов, тли, гнили, жулья, ворья, мошенников-лжепатриотов, прочей дряни всякой… То ли от обильного дождичка, то ли от того, что он с мёдом и удобрением смешивался, корневая система Державы единым образом стала приходить в полную негодность. Через эту беду сухостоя полным-полно появилось. А что дубы могут сделать? Только сильнее шуметь. Шумят они, шумят, куда ветер, а толку никакого. Пупок с Медком пуще прежнего сердятся, запрещают шуметь, если не по команде. Приняли меры: ограничили дождик, подровняли пеньки, укрепили дубовую вертикаль. И что же? Те-то дубы, что в удобрении застряли, все соки из родной земли успели высосать. Сухостоя через это ещё больше стало. И тут вдруг гарью потянуло. То тут, то там что-то загорится – ужас. Дел у Пупка с Медком и вовсе невпроворот стало. Трудятся они, трудятся, не покладая рук, как бы на благо Рощи-кормилицы, а дубы сохнут, лучшие жёлуди поголовно разбегаются, уже и пеньки досрочно трухлявить да рассыпаться стали и в придачу, пожары кругом, караул!!

              Но тут вдруг тучи собрались, гром, молния, как дунул ветрище-ураганище, всю Дубраву-Державу и завалил. И остались Пупок с Медком вдвоём. Кругом тарарам, дубы вповалку, пеньки гнилые, а всё мёдом и удобрением так жирно обмазано, что и самим ни в жись не выбраться.

              Если не померли, то, наверное, до сих пор там живут, сушёной древесиной питаются, как те жучки-короедики.
               
             

               
                M.V.

                май 2012г. (в редакции за март 2013г.)




                Иллюстрация из Интернета