Ой-Ля-Ля или Только, Без Обид

Но Игорю не до романтики.
Он, даже, не замечает жары.
Сразу же, после столь оперативного закрывания люка, он в ту же секунду, не прерывая своих движений, быстро взял /резко схватил/ Галину за левую руку чуть выше локтя, а второй своей рукой, одним круговым движением подхватил себе подмышку "Мишку" и вот - он уже уверенно, как в сто первый раз, движется /несётся сломя голову/ по лабиринту пыльно-брезентовых пирамид, по направлению к слуховому окну, рассеянно-солнечным пятном светлеющему в метрах восьми-девяти-десяти от того места, где они залезли на чердак. Галя, как привязанная, молча и босиком, обречённо следует за Игорем с его же скоростью, и маневренностью на поворотах.
В считанные две, максимум три секунды, они подбежали к окну, деревянно-ребристые ставни которого были плотно закрыты изнутри на маленький медный крючёчек довоенного /ВОВ/ образца. /камера оператора неотступно следует за ними/
На полном ходу подбежав к окну и резко остановившись, Игорь тут же выпустил /разжал пальцы/ Галину руку из своей, почти бросил на пол магнитофон, типа поставил, и молнееностным, и синхронным движением обеих своих рук, одновременно сорвал брезент с двух пирамид, находящихся слева, и справа от себя.
Как и предполагалось - с больших, деревянных, ящиков, военного образца.
На секунду-другую-третью два густых облака пыли, плотно, окутали обоих супругов.
Но это, лишь, на мгновения.
Следующим движением /толкательным/ Игорь, так же двумя руками, одновременно открывает настежь, обе створки слухового окна.
Навстречу ему, на чердак, прожектором врывается солнечный свет, облака пыли колыхнулись и рассеялись, а медный крючёчек оторвавшись от ставни, со свистом улетает куда-то за спину./отрывание, отлетание, а по возможности и падение крючёчка, надо будет реально показать,- это будет, как бы намёк на наступающие, радикальные перемены в мире, типа: "прощай, стабильность и здравствуй, хаос"./
А за те короткие секунды без присмотра, пока Игорь был занят брезентом и окном, Галя успела бросить "Маузер" на раскрывшуюся пирамиду больших зелёных ящиков, военного образца, и пальцами обеих рук, что есть силы, пытается хоть чуть-чуть ослабить касочный ремешок, медвежьим капканом сжимающий ей лицо.
И делает она это - очень, и очень поспешно, можно даже сказать - лихорадочно,и импульсивно, но не успевает ничего, толком, сделать.
И всё потому, что Игорь развернулся от окна, подошёл к ней, и не совсем нежно /они - женаты/ взял её за плечи обеими своими руками, повернул её лицом к окну, и одним полусинхронным движением их тел, он один шаг, Галя - два, подводит её распахнутому слуховому окну.
Игорь, из-за всех, своих сил, старается быть, хоть чуть-чуть, вежливым и галантным, но сейчас, это всё относительно.
Плюс, руки у него, мелко, но ощутимо и заметно дрожат от перевозбуждения.
В смысле - нервного.
И вот, Галя - смотрит в окно./её лицо с улицы, крупным планом, секунд пять-шесть-семь./
За эти пять, а может быть - шесть или семь секунд, на её лице, жёстко стянутым, врезавшимся в кожу, касочным ремешком и в её глазах, смотрящих, сквозь наполовину закрытые чёрной, немецкой каской с рожками, домашние очки для чтения, с погнутыми, всё тем же ремешком, душками, неожиданно, и реально вспыхивает, и играет всеми красками цветовой политры, богатейшая гамма эмоций еёшного мозга от невероятности, открывшегося ей, вида из окна./зритель должен понять по её лицу, что именно сейчас, именно в этот момент, у неё и произошло, пока что, самое сильное впечатление за сегодняшний день, и что это впечатление для неё - не просто так, а что это впечатление, нуждается в серьёзном перевосприятии её, только что, окончательно, пошатнувшейся психики./
За эти мгновения, её руки, только что державшиеся за касочный ремешок /тянули, вцепившись в разные стороны изо всех сил/, резко ослабли и как бы безвольно, опустились вниз. /просто упали вдоль тела/.
Дальше камера, как бы Галиными глазами, переходит на улицу и зритель видит то, что только что, увидела она.
Перед нами /и Галей/ - примыкающий к Октябрьской улице, городской Сквер и Стелла Победы над фашизмом /что - очень символично/.
За ними, уходящая в перспективу, улица им.В.И.Ленина.
Всё в зелени.
Деревья, кусты, цветы и трава застыли в безветрии и жаре, как нарисованные.
Отчётливо виден, находящийся на улице им. Ленина В. И., в самом первом её доме, ресторан "Биробиджан", его парадный вход: крыльцо, вывеска и большая, двухстворчатая, тяжёлая, парадная дверь из красного дерева /дерева, покрашенного красным лаком/, с большими, вычурными, блестящими под "золото", металлическими ручками.
И прямо на неё /на Галю/, во всю ширину улицы им.Ленина В.И., и сбоку, по Октябрьской улице, со стороны Дворца Культуры, сплошным потоком, и через Сквер Победы со стороны Универмага, в бесконечном множестве и количестве, с видом конкретно бесчинствующих, и отмороженных "ультра, наступают /быстро идут, всё ломая/ пешие вражеские дессантники, вооружённые длиными, и широкими, сверкающими серебром на Солнце, большими, китайскими ножами, и новейшими, двухствольными винтовками, к стволам которых, примкнуты огромные, острозаточенные штыки.
И все они, как один, одеты в зелёную, военного покроя, хлопчатобумажную одежду, типа ненашего спецназа, и все - с маскировочной, боевой раскраской на лицах для неузнаваемости.
И у них, у всех, на груди, с левой стороны /на сердце/, имеются красно-бело-жёлтые значки с лицами их военначальников, или родственников, или ещё кого-то, из очень близких, им людей.
И у всех, на касках, одеты маскировочные сеточки, с воткнутыми в них, веточками лиственных деревьев, и все они обуты в китайские кроссовки, тоже зелёные.
И на первый взгляд, их было, не меньше миллиона.
И лица у них, у всех, хоть, и раскрашенные, но всё равно видно, что злые-презлые, аж перекошенные от злости.
А глаза, хоть и узковаты, но всё равно, смотрятся кровожадными, дальше некуда.
Сразу видно, что это - фанаты войны, и им страсть как хочется, пролить чужую кровь.
Им срочнейше нужно кого-нибудь победить /застрелить, зарезать, покалечить/.
А им никто не попадается./камера близко, почти вплотную к ним, хорошо видны их лица, и их одежда, во всех своих, военных атрибутах/.
Но в выражениях их лиц, кроме злости, прослеживается и присутствует, и изрядная гамма разочарования.
Они все, находятся, как бы в агрессивной расстерянности.
Почти десять минут назад, они целой десантной армией, секретно спустились с "неба" на специальных дессантных троссах, с чёрт знает с какой высоты, а вокруг - никого.
Вообще - никого.
И от этой, затянувшейся жажды крови, и неожиданно жаркой, даже для них, погоды, вражеские десантники звереют, прямо на глазах.
Ломают всё подряд по ходу своего движения и очень-очень громко злословят на своём, высокотональном, иностранном языке, чем, крайне обидно, ранят уши Галины, и Игоря.    
И ещё - в этом кино /в сюжете/, есть пару штрихов, о которых я забыл сказать, вначале.
Так вот: штрих первый - времена тогда, были не особо сытые, как сейчас, и все-все-все, абсолютно все, жители города, ещё в пятницу вечером, а сейчас - суббота, уехали на два дня /на выходные/ загород, на свои дачи, и огороды,и о вражеской экспансии с "неба", ещё никто из них, ничего знает.               
А знают о ней, получается, только двое - Галя и Игорь, у них нет дачи.
Но это - не второй штрих, это просто, один из моментов первого штриха.         
Вторым штрихом было то, что по какому-то, по истине - роковому стечению обстоятельств, их, самые близкие друзья - Зуб /Сергей/, Вадик /Вадим/и Димыч /Куликов/, у которых тоже нет дач, именно в это время, /абсолютная случайность/ совершали свой, очередной, трёхдневный турпоход.
То есть - спускались на резиновых лодках по р. Бира из пгт. Бира в г. Биробиджан.
И, соответственно тоже, не могли помочь им, справиться с этими врагами. /по фильму, эти факты и моменты нужно будет, как-то объяснить зрителю, как-то показать, донести-преподнести, растолковать и т.д., режиссёры обычно знают, как это делается./          
А заодно и показать, что когда парни оттолкнулись вёслами от берега в пгт.Бира, и пошли вниз по реке на своих, резиновых лодках, мимо различных, населенных пунктов, и дачных посёлков, то там, везде, видели, как со всех сторон, все люди, либо работают на своих огородах, и дачах, либо рыбачат - кто на что, либо охотятся - кто на кого, либо, что-то собирают в лесу, либо - просто пьют водку, или самогонку на берегу, и как могут, культурно отдыхают.
В общем, все люди были заняты своими делами, и в город, явно, не торопились.            
А шум, похожий на стрельбу, друзья Игоря и Гали, услышали, почти сразу же, как только, Игорь начал стрелять.
Но, как и все, остальные жители города, и области, не придали, вначале, этому должного внимания.
Но, уже во время первой, а уж тем более, во время второй ночёвки, сидя за чаем, на берегу у костра и покуривая папиросы /традишен/, они поняли, что это - стрельба, и стреляют, скорее всего, в Биробиджане.
И что это стрельба, очень похожая на стрельбу из пулемётов системы "Максим", и поэтому реально заволновавшись, решили ускориться с возвращением в город.
И поэтому, во вторую ночь, они уже решили не ночевать до утра, а поесть, пипить, покурить, чуть-чуть передохнуть, и продолжить движение по реке ночью.
Так они и сделали - плотно поели походной пищи, и отдыхая, за разговором, выпили по две кружки крепкого чаю с лимонником, скурили несколько папирос, и двинулись в путь; в походах, они обычно курили только папиросы, потому что на берегу реки, возле костра, с кружкой горячего чая в руках, курить одну папиросу на двоих или троих, было весьма натурально, и очень-очень, по походному./оператору нужно будет, эпизодически, на пять-шесть-семь минут отрываться от показа Гали и Игоря; в сюжете есть, подходящие для этого места, и показывать Зуба, Вадика и Димыча, как они идут по реке на лодках, гребут вёслами, купаются, сидят у костра, о чём разговаривают, что едят, как пьют чай, курят папиросы, слушают стрельбу, и смотрят на ночное небо./.
И на всякий случай - в кино эти парни выглядят так: Зуб /Сергей/ - высокий, сантиметров сто девяносто, тяжёлый - килограмм сто десять минимум, тёмно-русый, с короткой, спортивной стрижкой, достаточно приятный молодой мужчина, лет тридцати пяти, не больше. Он собраный и подтянутый, с пружинистой, спортивной походкой, и ироническим взглядом. Много говорит, ещё больше шутит, хорошо поставленным, мужским, педагогическим голосом. Много смеётся и улыбается. В условиях походной жизни, может и умеет всё.
Димыч выглядит по-моложе, лет тридцать, где-то так.
У него длинные, до плеч, тёмно-русые волосы, сантиметров сто семьдесят роста и килограмм шестьдесят пять веса. Он тоже, приятный, симпатичный и подвижный мужчина, с двумя барабанными палочками в заднем кармане своих джинсов.
Димыч весёлый и общительный парень, разговаривая, он часто заикается.
И он так же, абсолютно приспособленный к кочевой жизни, человек.
Вадик, как и Зуб, выглядит лет на тридцать пять.
У него чёрные, с прогрессирующей сединой, длинные волосы /почти до плеч/.
Он худощавый, смуглый, приятный мужчина с задумчивыми глазами и блестящими, золотыми, передними зубами. Его рост, примерно - сто восемьдесят сантиметров и всего - килограмм шестьдесят пять весу.
Он, тоже, любит поговорить, посмеяться и поучаствовать в активно-физических, и походных мероприятиях, и самоиспытыниях.          
Я что хочу, всем этим, сказать.
Что до этого момента, всё это время, шла только закрутка сюжета, создавалась типа интрига фильма.
А вот сейчас - начнётся и сам сюжет, само его зерно, и его сакральный смысл.
И это - бой, и даже не бой, а - буря/!/, героическая по своей сути, и по своей сущности ,/эпос всё-таки/.
И поэтому, весь бой - только вдвоём, только сами, против всех этих, вражеских солдат, сержантов, и офицеров.
И это будет - конкретно неравная битва.
Только вдвоём - против целого миллиона.
Это будет - буря и битва, с ранами, болью, и кровью.
И обязательно - с нашим отечественным, непередаваемым по ощущениям, упёртым, и несгибаемым в принципе, непобедимым героизмом.
В России, так принято, - когда Родина-мать зовёт, мы сами не знаем, откуда, что у нас берётся.
А в результате этой битвы, по смыслу и идеи фильма, и Галя, и Игорь, должны покрыть себя славой героев.
И как Бони, и Клайд,навсегда войти в историю Земли.
продолжение следует