Потерявшая жизнь

1.Город
Провинциальные города России живут своей особенной жизнью. В самый разгар летнего зноя улицы их пусты, только изредка дети перебегут дорогу и скроются где-то в тени дворов или лениво проползёт чья-то машина в сторону городского пляжа.
 Город, в котором произошли странные события, имеет историю, уходящую корнями в глубокую древность. Хоть он и невелик и не так развит, как соседние крупные города, зато в нём теплится какой-то особый дух товарищества и взаимопомощи среди односельчан.
В центре этого замечательного городка находится старое здание школы, построенное ещё в начале девятнадцатого века. До начала двадцатого века она являлась церковно-приходской, и в ней обучалось не более ста человек. В военные годы в её здании укрывались раненые солдаты, а когда неспокойное время закончилось, её изувеченное здание отремонтировали, и школа заработала снова. Летом в её коридорах витала непривычная тишина, а в её дворе к вечеру собирались весёлые компании. Кто-то пил пиво, кто-то трунил, а школа будто наблюдала, вздыхая беззвучно, за их поведением. Если вдруг показывалась фигура взрослого, все бутылки со спиртным и сигареты прятались, а лица подростков почтительным взглядом смотрели на неё, пытаясь узнать, кто это. Город не давал возможностей как-то иначе проводить школьникам свой досуг, поэтому они встречались здесь, а потом, когда пожилой сторож недовольно окликал их, выглянув в окно второго этажа, вставали с лавочек и, хохоча, уходили в парк, раскинувшийся неподалёку. В парке они всё так же резвились, ожидая начала дискотеки в душном танцевальном зале местного дома культуры, всем видом дававшего понять, что ему нужен капитальный ремонт. Когда в зал запускали людей, многие из них начинали бесцеремонно курить, даже девушки дымили, как паровоз, считая это верхом красоты. На этих танцах с грязным залом и неадекватными от алкоголя людьми нечего было делать хорошо воспитанному человеку, каким была одна прекрасная девушка по имени Анна.
Анна переехала в этот городок вместе со своим отцом после того, как пять лет назад от рака умерла её тридцатидевятилетняя мать. До того, как Анин отец стал вдовцом, их семья объездила практически всю страну, так как глава семейства был военным. Теперь они вдвоём нашли приют в этом тихом маленьком городишке.
  Внешний вид этой светлоглазой милой девушки будто говорил: « Мой отец очень строг!» На самом деле папа частенько баловал её, она сама не желала расстраивать отца, да и плевать ей было на мнения легкомысленных одноклассниц. Когда она где-либо появлялась, её длинные светло-каштановые волосы спускались по левому плечу аккуратно заплетённой косой. Строгий отец отзывался плохо о женщинах, носящих брюки, поэтому дочь одевала либо платья, либо юбки, только на уроки физкультуры она являлась в светло-сером спортивном костюмчике из мягкого приятного для кожи материала. Но, не смотря на всю скромность её одежды, в ней таился какой-то неповторимый шарм, которого не найдёшь среди девушек, живущих в одном городе с ней. Некоторые из её сверстниц пытались задеть её своими унизительными насмешками, а Анна, не теряясь, умело давала жёсткий отпор, оставляя обидчиц в дураках.
У них с отцом дома был разбит небольшой садик с плодовыми деревьями и ухоженными клумбами, усеянными всё лето пёстрыми гирляндами цветов. Вечером она выходила туда и долго сидела, погружённая в свои мечтания, а отец украдкой наблюдал за ней из окна, радуясь, какая у него красавица растёт. Закончив мечтать, она удалялась в уютный двухэтажный дом, обшитый бежевым пластиком. В своей большой комнате, похожей на кукольный домик с мягкой мебелью и розоватыми пышными шторами, она принималась рисовать или делать записи в свой личный дневник, который выглядел, как тоненькая книжечка в блестящей светло-зелёной обложке. Казалось, она никогда не скучала, всегда находила себе увлекательное занятие.
  Отец по вечерам вспоминал то время, когда его покойная жена, Ульяна, была жива. Ульяна выглядела потрясающе, все сослуживцы завидовали её мужу. Она была заботливой мамой, верной женой, отличной хозяйкой. Вечерами они втроём частенько играли в забавные настольные игры, сидя на мягком ковре посреди зала. Анна имела что-то и от него, и от Ульяны. Кроме дочери у него никого не осталось, как и у неё самой. Они, словно две звезды: одна молодая и неопытная, другая – познавшая жизнь и ищущая покоя, - плыли по безоблачному небу под названием жизнь. Годы не просто шли, а летели, и он копил и копил, чтобы в случае беды у дочери были деньги.

2. Необычный гость
  Августовский прохладный вечер вступил в свои права. Анна вышла в тёмно-зелёную массу сада, залитую светом лениво уплывающего солнца. Сегодня вечером отец оставил её одну, потому что пообещал ранее помочь своему приятелю с ремонтом. Анне же хотелось погулять с одноклассниками, ведь сегодня был день рожденья её подруги Кати. Она смотрела на калитку и представляла, как она, нарядная и очень красивая, плавно выходит на улицу и все, кто знал её до этого, восхищаются её красотой. Но тут она подумала об отце и решила не переживать из-за его строгости, ведь старик так печется о благе своей дочери, заботится о ней не хуже, если бы это делала женщина.
 - Меня не пустили к Кате, значит, буду мечтать здесь до потери памяти! – утешила она себя, разглядывая куст красной смородины, на которой не осталось уже ни ягодки, а резные листочки начинали кое-где желтеть. И тут она заметила, как тёмный клубок, будто слепленный из густого чёрного дыма, прокатился под её ногами к входной двери. Сердце невольно стало колотиться, Анне хотелось, и умереть от страха, и закричать, и зарыдать. Но вдруг Анна направилась к неопознанной сущности, отбросив все свои страхи, а в голове крутилось:
 - Всему есть своё объяснение…..
  И вот она подошла совсем близко к этому существу. Возле двери было весьма темно, но девушка точно знала: оно там. И тут её отшатнуло назад: оно сверкало жёлтым кошачьим взглядом и медленно надвигалось на неё, но Анну будто парализовало, и неожиданно для себя она произнесла:
 - Кто ты?
 - Гррр…. – раздалось рычание, смешанное с тихим шипением.
 - Интересно, - сказала она себе, пытаясь понять, как она может видеть и слышать нечто подобное. Напротив неё застыла тень, ростом с девятилетнего ребёнка, не выше. Она напоминала нескладный человеческий силуэт, состоящий из какой-то невесомой черноты.
Анна попыталась, как можно вежливей обратиться к столь странному гостю:
 - Ладно, милая тень, ступай своей дорогой и не пугай, прошу, меня, - отворачивалась она в сторону заветного выхода на улицу, чтобы бежать за отцом, не желая оставаться с этим жутким созданием. Но ничего не вышло: что-то воздушное с силой толкнуло её в спину, от чего она звонко шлёпнулась на коленки. Дышать стало тяжело и из светлых глаз девушки ручейками побежали слёзы, но вскоре её мучения прекратились. Она оглянулась по сторонам: никого не было кругом. Резко подорвавшись с земли, Анна понеслась в дом, заперлась в нём и стала считать минуту за минутой до прихода отца. Ей очень хотелось поведать ему о вечернем происшествии, но через пол часа от того желания не осталось ни следа. Она поцеловала папу в грубую мужскую щеку и удалилась к себе.
  Уже час пошёл с того момента, как она легла, но сон не спешил к ней. Лежать было неудобно, большая подушка выводила из себя, и Анна нервно швырнула её на пол. Луна же и вовсе издевалась: её едкий серебряный свет до того бил по глазам, что бедняжка схватилась за голову и разрыдалась. Тут она встала с кровати и направилась к письменному столу и включила лампу. Порывшись в ящиках стола, она нашла припрятанную косметику, подаренную старшей сестрой Кати за то, что Анна сделала ей пару рисунков речных рыб для института. Часы показывали второй час ночи, когда она распустила волосы и сделала себе макияж. Из небольшого круглого настольного зеркала на неё смотрела красавица, будто сошедшая с обложки популярного журнала, но взгляд этой девушки был холоден и пуст, никогда прежде не смотрела так Анна.
  Часы в гостиной пробили три часа ночи, когда Анна скрылась за калиткой. Она бежала средь мрачных домов по спящим улицам в сторону реки, пока не скрылась на берегу. Бледный шар луны хохотал над блестящей поверхностью речной воды. Девушки нигде не было видно.

   3. Новая Анна
  Утром Анна встала со своей постели – вся простыня была в какой-то грязи, ноги оказались ничуть не чище. Она посмотрела на свои руки, на которых краснели мелкие царапинки. Девушка, не теряя времени, побежала в ванную, где умылась, причесалась и отстирала простынь, пока отец этого всего не увидел.
  На кухне, куда вошла Анна, суетился весёлый отец. Он обернулся к ней, и выражение его лица резко изменилось.
 - Это что ещё за внешний вид?! – возмутился он, заметив, что волосы дочки не заплетены в косу.
 - Доброе утро, папочка! – как ни в чём не бывало, поприветствовала она его.
 - Считай, что я не видел этого! Марш к себе и заплети косу! – указал он на дверь.
 - Мне так лучше, папа! Какая разница, что у меня на голове, главное, что в самой голове!
 - Какая умная! Хочешь быть с распущенными волосами, тогда вон из кухни! Голодной будешь у меня!
  Анна молча удалилась в свою комнату. Обедать она тоже не явилась, тогда отец серьёзно заволновался и направился к ней. В её комнате было сумрачно, а сама она сидела на краю кровати, тупо уставившись в одну точку. Отец не знал, как с ней заговорить, его пугали столь ярко выраженные перемены в поведении дочери.
 - Что с тобой, дочь? – как можно нежнее спросил он. Дочь медленно перевела наполненный безумием и ненавистью взгляд на него и резко рявкнула:
 - Пошёл вон!
 - Что?! – отшатнулся он, будучи неприятно удивлённым.
  Анна равнодушно отвернулась и стала смотреть в ту же самую точку, что и до прихода отца. Он же, не находя всему этому здравого объяснения, покрутил у виска и ушёл, громко хлопнув дверью.
 - Надо обратиться к психологу, - ехал он в поликлинику в районный центр, потому что в маленьком городе всё очень быстро узнают посторонние люди да ещё так приукрасят, что жить не пожелаешь. Но сплетни незаметно ползли, ведь женщина, живущая по соседству, заметила, как Анна возвращалась домой вся в грязи под утро.
  Пока отец был в отъезде, Анна прогуливалась в саду. Вдруг за её спиной раздался голос Кати:
 - Привет!
 - Ну, здравствуй, - недовольно попустила сквозь зубы Анна.
 - Ты чего такая невесёлая?
 - Ах, тебе есть дело?!
 - Ты не заболела? Или шутишь?
 - Я что, похожа на больную или клоуна?
 - Ты на себя не похожа….
 - Да, на серую мышь с косой, - засмеялась нервно Анна.
 - Я вовсе не это имела в виду.
 - Ну, да! Как же?! Хочешь убедить меня, что внешность не играет никакой существенной роли при общении с противоположным полом?
 - Парни разные бывают….
 - Я поняла: ты явилась ко мне, потому что я не пришла на твой день рожденья? Хочешь подарок?
 - Разговора у нас, как вижу, не получится. Ты обижаешь меня….
 - Ступай-ка ты куда подальше, врунья!
 - Почему врунья?
 - Ты врёшь своим родителям, что ты девственница, хотя не раз грешила с моим одноклассником, - прищурила Анна глаза.
 - Это он тебе сказал?
 - Нет.
 - Ненавижу тебя! – расплакалась Катя и побежала к себе домой.
  Анна сорвала яблоко и услышала снова голос в голове:
 - Они все тебя предадут. Слушай меня и учись.
 - Хорошо, - покорно прошептала она, откусывая сочное яблоко.
 - Пора ставить на место твоего папашу. Представляешь, он хочет запереть тебя в психушке. По-моему, наказывать так за стремление к совершенству своего внешнего вида может только истинный псих.
 - Уж поставлю, он для меня ничего не пожалеет.
 - Иди, собирайся, нужно пройтись.
 - Как скажешь….
  Анна медленно направилась в свою комнату, из которой вышла в ярком нарядном платье, какое до сих пор не решалась одевать. С пустым взглядом она зашагала по узким улицам, словно кто-то невидимый вёл её куда-то. Встречные прохожие удивлялись, видя такую милую, но одновременно пустую девушку. Так она бродила по городу неведомо зачем почти до самого вечера, а когда всё-таки вернулась домой, застала во дворе мило беседующего отца с женщиной примерно его возраста, но её Анна прежде не встречала.
 - Здравствуй, красавица! – нежно и слащаво протянула незнакомка, явно пытаясь добиться её расположения.
 - Это ещё кто? – не глядя на улыбающуюся женщину, Анна решительно задала вопрос отцу, который был готов сгореть со стыда за свою любимую дочь.
 - Это Татьяна Ивановна, она хороший специалист. Я пригласил её пожить у нас недельку, чтобы вы пообщались, чтобы ты привела себя в порядок к школе, - ответил отец, сдерживая своё недовольство и внешним видом дочери, и неподобающим поведением в обществе старших людей.
 - Прекрасно! Он нанял тебе няньку! – вступился голос в голове Анны.
 - Ты со мной посоветоваться не мог? Конечно, лучше наорать на меня и не давать поесть, а потом искать каких-то сиделок, папочка! Мне не нужна помощь! Не нужна! – сверкая одержимым взглядом, уходила расстроенная Анна к себе, где первым делом завешала, как следует шторы, и уселась на краю кровати, ровно и неподвижно.

4. Что ты знаешь о ней?!
  Тем временем отец Анны и Татьяна Ивановна прошли на кухню и стали пить чай, рассуждая, что могло явиться причиной столь резких изменений в поведении и внешнем виде Анны.
 - Егор Денисович, расскажите, как складывались отношения вашей дочери в школе, с друзьями, есть ли у неё молодой человек? – начала разговор Татьяна Ивановна, наслаждаясь ароматом свежезаваренного чая.
 - Молодой человек?! Что вы?! Ей только семнадцать…. – возмутился он в ответ.
 - Возможно, вы просто не в курсе, потому что она знает, как вы отреагируете.
 - Нет, она у меня дома, никуда не ходит.
 - То есть, вы ей запрещаете посещать те места, куда ходят её сверстницы?
 - Не совсем так, я строг, но вы должны меня понять.
 - В чём?
 - Она у меня одна и я у неё один на всём свете, я желаю ей только добра, поверьте.
 - Возможно, что сейчас такой тяжёлый период, когда время идти на уступки.
 - Я не могу позволить ей шататься по ночам.
 - Можно отпустить и днём с подружками погулять, поговорите с ней по душам, не указывая, что ваше мнение приоритетно. Да, вы не рассказали мне почти ничего о ней.
 - Я не разрешаю ей носить непристойную одежду, волосы должны быть заплетёнными….
 - Извините, я вас прерву. К сожалению, я вижу только ваши интересы и не вижу Анну! Первое, что вы должны сказать, это то, что нравится ей…
 - Знаете, - задумался Егор Денисович, – вы правы, что я ничего о ней не знаю.
 - Я постараюсь выяснить, что с ней происходит.
  Наступил очередной прохладный вечер, какие бывают на закате лета, когда уже пахнет чем-то осенним и появляется ожидание чего-то нереального, отчего сердце сжимается в груди. Егор Денисович смотрел в окно на тусклый сад и низко висящее солнце над ним. Уже пора было звать дочь к столу, но впервые в жизни у него возникло нежелание общаться с ней, будто что-то строило невидимую крепость между родными людьми. Наконец, он вдохнул глубже и решительно зашагал в комнату дочери. Он отворил дверь и снова застал дочь, сидящую, как восковая статуя, окружённая полумраком.
 - Аннушка, пойдём, поужинаем! – ласково пригласил он её.
Анна встала плавно и, не вымолвив в ответ ни слова, проследовала за ним. На кухне она бросила еле заметный равнодушный взгляд на Татьяну Ивановну, которая сияла от количества комплиментов, которые сыпались бесконечным потоком из уст отца. Он пытался всячески отвлечь её от безобразного поведения своей дочери. Поужинала Анна с огромным аппетитом, ни на кого не глядя, и лишь выдалась возможность уйти, она скрылась за дверью своей комнаты. После ужина ни отец, ни Татьяна Ивановна не докучали ей. Голос в голове девушки сообщал ей ядовитым тоном:
 - Они выбрали тактику игнорирования твоих выходок. Ждут, пока тебе станет скучно, и смотрят телевизор в гостиной. Видишь, ни один из них не поговорил с тобой по душам, им наплевать на тебя, а мне нет. Ты особенная, а они – простота земная!
 - Ну, пускай, игнорируют. Я не выйду к ним!
 - Молодец, ты быстро всё схватываешь.
  В это время Татьяна Ивановна предложила Егору Денисовичу, что она сейчас сходит к Анне и побеседует с ней. Он, в свою очередь, ответил согласием. Женщина тихо подошла к двери и постучала.
 - Заходи, нянька! – раздался голос за дверью, и Татьяна Ивановна удивилась, что девушка угадала, кто к ней пришёл.
 - Можно с тобой поговорить лично, я не стану ничего передавать твоему отцу, - вошла в тёмную комнату Татьяна Ивановна.
 - Попробуйте, - фальшиво улыбнулась Анна.
 - Может, включим свет….
 - Вы пришли сюда поговорить со мной, а не свет включать!
 - Хорошо, тогда приступим. Расскажи о своих вкусах.
 - То есть, о вкусах моего папаши?
 - Тогда расскажи о своих друзьях.
 - Вам не стоит о них знать.
 - Почему?
 - Просто не стоит. Что ещё вы хотите узнать?
 - Есть ли у тебя парень или, возможно, кто-то нравится тебе?
 - Есть один тут, сегодня мы собираемся весело провести время.
 - А отец знает о нём?
 - И вы, и отец знаете его, - Анна разразилась истерическим смехом.
 - С тобой всё в порядке? – удивлённо посмотрела на неё Татьяна Ивановна.
 - Идите вы уже, не умеете вы вопросы задавать, - не прекращала смеяться Анна.
После этих слов Татьяна Ивановна направилась к отцу с угрюмым видом, пытаясь подобрать слова для того, чтобы объявить ему, что Анне нужно обследоваться.
 - Как она там? – сразу спросил Егор Денисович.
 - Боюсь, что нужно её вести в клинику на обследование, - сухо заявила женщина.
 - Вы хотите сказать, что она у меня дурочка?!
 - Что вы несёте?! Вероятно, что она могла либо сильно удариться головой, либо испытать сильнейший стресс, что повлекло некоторые отклонения в поведении, - успокаивала его Татьяна Ивановна.
 - Давайте, тогда с утра решим всё. Это нельзя так оставлять.
 - Я рада, что вы поняли меня.
 - Я никуда не поеду, - совсем рядом раздался голос Анны, но её не было в гостиной, а Егор Денисович и Татьяна Ивановна вздрогнули.
 - Что это было? – испуганно озиралась женщина по сторонам.
 - Голос Анны, вот только где она сама?!
  Они приблизились к комнате девушки, отец постучал, но никто не ответил. Тогда он тихо вошёл, переживая, что с ней могло что-то случиться. На расстеленной кровати он увидел Анну, погружённую в глубокий сон. Он тихонечко вздохнул и вернулся к Татьяне Ивановне.
 - Ну, что? – обратилась шёпотом Татьяна Ивановна к нему.
 - Спит, как ангел. Такая милая, хрупкая, беззащитная!
 - Она хорошая девочка, просто ей нужна помощь.
 - Завтра поедем в Свелецк, в клинику. Я всё решил.
 - Вот и отлично!

5. Ночь
Анна открыла глаза: что-то звучно ударилось об угол. Ей стало не по себе, что-то ёкнуло внизу живота, в горле комом стал воздух, как в тот вечер, когда ей повстречалось то загадочное существо. Она стала смотреть в угол, откуда полезла маленькая тень, очертания которой хорошо прорисовывались на фоне светлых обоев. Пара желтых глаз уставилась на неё, ей чётко стало слышно, как тень говорит ей:
 - Пока, дорогая моя! Я должен покинуть тебя! Не скучай, я же обещал, что к тебе кое-кто придёт. Ты не бойся его.
 Анна не смогла и слова сказать в ответ – её веки налились тяжёлым свинцом  и опустились. Она поспала немного. Проснулась оттого, что кто-то крепко держит её за руки и целует в шею. Открыв глаза, она увидела над собой молодого красивого парня, но не смогла позвать отца на помощь. Анна попыталась вырваться, но когда посмотрела на пол, то с ужасом обнаружила, как на нём в темноте извивается целая масса змей. Они занимали весь пол, казалось, что внизу течёт змеиная река. Анна не знала, куда ей податься: внизу полчище змей, а на постели с ней загадочный незнакомец. Его глаза сияли из темноты, и когда их взгляды встретились, Анна потеряла сознание от охватившего её так внезапно страха.
  Два с лишним часа ночи на дворе, а Егор Денисович ходил из угла в угол. Бессонница била пыльным мешком по голове, мысли, одна хуже другой, навалились на него. Татьяна Ивановна тоже долго не могла уснуть, но всё-таки не стала вставать с постели в комнате Аниного отца, куда он сам её заселил.
 Часы в гостиной, где на диване уснул Егор Денисович, пробили три часа ночи. Он недовольно перевернулся на другой бок, будто часы виноваты, что ответственно выполняют свою работу. Вдруг раздался громкий крик. Сонный Егор Денисович не сразу понял, кто кричит, что случилось. Через полминуты он сообразил, что это кричала Татьяна Ивановна, и быстрым шагом он направился к ней. Он застал её испуганной и дрожащей, прижавшейся спиной к стене и закрывающей лицо руками. Её спасением стал включённый Егором Денисовичем свет, она опустила руки и села на край кровати в каком-то неведомом оцепенении.
 - Пойдёмте на кухню, я вам дам воды, - сразу предложил он.
 - Да, пожалуй, пойдёмте, - промямлила она и встала с постели.
  На кухне их разговор продолжился, когда женщина попила воды и собралась с мыслями.
 - Татьяна Ивановна, вы меня встревожили! Вам кошмар приснился?
 - Я не знаю, как это рассказать. Дайте слово, что не посмеётесь надо мной!
 - Ну, что вы?! Мы же взрослые люди….
 - Мне не спалось, я лежала и лежала. Слышу: раздался шорох в углу. Я подумала, что показалось. Потом там появилась тень, схватила с полки книжку….
 - И….?
 - Она швырнула книгу в меня и приказала покинуть мне ваш дом, - смотрела Татьяна Ивановна прямо в глаза своему собеседнику, ожидая, что с его стороны последуют какие-либо здравые объяснения по этому поводу. Егор Денисович, в свою очередь, сонно глядя на растерянную женщину, молчал. Она постепенно начинала жалеть, что со страха донесла всё случившееся с ней до слуха этого неблагодарного слушателя в ночной пижаме, глупо сидящей на его полноватом теле. Он же до последнего надеялся, что всё происходящее – это всего лишь нелепое, но очень явное сновидение.
 - Денис Егорович, можете не воспринимать мой рассказ всерьёз. Я вижу, что вы из тех людей, которые ни за что в подобное не поверят, пока не увидят. Я утром вернусь домой на самом раннем автобусе.
 - Татьяна Ивановна, я просто думаю, пытаюсь понять. Не легко мне, поймите, с доченькой моей! Всё так навалилось! Видимо, плохой я отец! – неожиданно для себя он излил ей душу.
 - Я понимаю, что вам трудно, но остаться не могу. Такие необъяснимые вещи просто так не происходят, - поёжилась она, вдруг вспомнив ту тень, бросающую в холодный пот, только стоит посмотреть на неё.
 - Что же мне делать…. – положил он подбородок на сложенные на столе руки, задумчиво глядя куда-то сквозь Татьяну Ивановну. Она же перевела глаза на кухонные часики с нарисованным под стрелками петушком, думая, как бы поскорее избавиться от чужих проблем.
 - Может, это был сон? – спросил он, нарушив тишину летней ночи, полагая, что Татьяна Ивановна согласится остаться.
 - Знаете что, ищите-ка себе другого специалиста, я не стану вам доказывать, показывать и объяснять. Я, даже в силу профессии, способна отличить сон от реальности.
 - Извините, но я и в бога-то не верю после смерти жены….
 - Всегда нужно верить, ведь это спасает.
  Егор Денисович не захотел больше ничем делиться с ней, он видел, что Татьяна Ивановна не стремится работать у них, что оскорбляло его до глубины души. Она засобиралась в дорогу: до отправления автобуса оставалось не больше двух часов.
  Без десяти шесть он отвёз её на автостанцию, которая сереньким строением уныло выпячивалась из темноты. Накрапывал мелкий дождик. Он посадил её на длинный белоснежный автобус с тонированными стёклами. Заметно было, что Татьяна Ивановна радовалась своему отъезду, словно чему-то нужному в своей жизни. Всё было каким-то странным, как в бреду. Вот и остался он наедине со своей бедой.
 - Помоги себе сам, - вертелось у него в голове, пока он добирался домой.
  В гостиной он включил телевизор, где уже пугали ранних зрителей магнитными бурями и холодной осенью, которая совсем уж близко. Он улёгся на диване и быстро вырубился под монотонную болтовню телеведущих.

6. Выбор
  Анна, пробудившись, испытала новое чувство, не то, что в последние дни. Её разум не находился под густой пеленой тумана, когда не понимаешь, что ты творишь. Она лежала и чувствовала: кто-то рядом. Комната была пуста. Мурашки бежали по коже снова и снова. Волосы, казалось, шевелились сами собой. Тело ныло, будто всю ночь она занималась тяжелым трудом. Правая нога прилипла к простыне. Она села и скинула одеяло на пол – на бёдрах запеклась ручейками кровь и бледно-розовая поверхность простыни была испачкана…. Лёгкий прохладный ветерок пробежался по её горячим щекам, будто кто-то дышал ей в лицо.
 - Я знаю: здесь кто-то есть, - нерешительно прошептала она, помня ещё о той загадочной тени.
 - Иди, ешь и занимайся своими делами, - зазвучал прямо рядом с ухом тихий низкий голос, а Анна вздрогнула и в шоковом состоянии со слезами на глазах выбежала в гостиную, где спал отец, и плюхнулась в мягкое кресло.
 - Вот так реагировать не стоит! Я тебе не папочка! Ты не спрячешься от меня! – громко раздался тот самый голос, разбудив её отца. Анна, ошарашенная и белая, как больничная простыня, замерла в кресле. В ушах её шумело, будто она находилась под водой.
 - Дочь, ты чего такая бледная? Давай, сядем на кухне за стол и поговорим о твоём поведении в последние дни, что делать нам с тобой дальше….
 - Папочка, прости меня! – неожиданно для него разрыдалась Анна и бросилась к нему, будто ищущий защиты маленький ребёнок.
 - Это хорошо, что ты всё поняла! Жаль, Татьяна Ивановна уехала…. – он увидел вдруг, что на ногах у дочки кровь и руки в синяках.
 - Что за кровь на тебе и синяки?!
 - Папочка, я не знаю, я боюсь! Что-то разговаривает со мной!
 - Это ещё как? Давай, рассказывай!
 - Сначала голос в голове заставлял меня пакостить, совершать дикие поступки, на которые я сама никогда не решилась, а сегодня со мной заговорили вслух. Папа, как мне страшно! – рыдала Анна.
 - Анечка, милая….
 - Я в саду до всего этого видела маленькую тень, она сбила меня с ног и я чуть не задохнулась тогда, а ночью этой на меня напал молодой парень, а по полу ползли змеи!
 - Что же это за напасть?!
 - Папочка, я чувствую, как оно стоит рядом и смотрит на нас! Как же мне холодно!
 Телевизор, который стал произвольно переключать каналы, вдруг заслонила мутная пелена. Анна плотно прижалась к отцу, который не мог осознать, что с ними происходит.
 - Я тебя в обиду не дам, кровинушка ты моя! Доченька, давай же, чёрт возьми, помолимся!
 И они начали, путаясь в словах, полушёпотом читать молитвы, но в доме начало твориться невероятное: по комнате загулял ветер, упала ваза с цветами, задёрнулись шторы.
 - Что же ты, папочка, не уберёг её?! – издевательски прозвучал голос где-то рядом, а дочь крепче прижалась к отцу, как к последней надежде на спасение. Отец подхватил дочь на руки и попытался выбежать из дома, но что-то резко ударило по ногам – они упали на холодную поверхность пола и с ужасом стали наблюдать, как по стенам, окнам и дверям побежало жёлтое пламя.
 - Кто ты?!! – что было сил, заорал обезумевший отец.
 Анна услышала над своей головой:
 - Ты мне нужна, Анна! Живи, как я велю, и я не причиню боль ни тебе, ни твоему отцу! Я жду твоё слово….
 - Я знаю, кто ты! Я боюсь тебя! Я не желаю жить с тобой! Уйди, молю тебя! – плакала Анна от охватившей её слабости.
 - Я не уйду!
 - Тогда я пойду в церковь, где мне помогут выгнать тебя! – угрожала она.
 - А сил хватит?! Хотя бы дом покинуть, глупая, ты сможешь?! – веселился буйный дух.
 - Уйди! Уйди! Ненавижу тебя!
  Вдруг что-то невидимое выхватило Анну из слабых объятий отца и подняло под потолок, душа её за тонкую шею. Егор Денисович метался внизу, просил, умолял на коленях, но получил обратно лишь мёртвое тело, а дом вместе с ними поглотил беспощадный огонь.
  Пожар на Садовой улице начался без четверти часа после полудня. Помощь вызвала соседка, которую мало тревожило, что в пылающем доме находятся отец и дочь – она боялась, что огонь перекинется на её дом. Но не прошло и десяти минут, как вспыхнул её дом, а следом за ним другой, а потом - ещё один…. И так, как загораются фонари один за другим, сгорело дотла семнадцать домов. К такой катастрофе никто не был готов в этом маленьком городке.

  7. Школа
  Здание старой школы, почуяв едкий запах гари, протянувшийся через весь город густой пеленой, зловеще поглядывала свысока на одиноких прохожих. Ещё пусты её коридоры, не слышен шум учащихся, лишь изредка в ночи скрипнет деревянная половица где-то в коридоре, и вздрогнет старый сторож, перекрестится и выпьет водочки стакан, чтоб крепче спать. Но в уголках мрачного здания не дремлет тот, кто выбрал это место для охоты, выбирая себе либо жертву, либо надёжного союзника. Ни одна живая душа не догадается, что из школы принёс домой не те знания, каким обычно обучают, что за ним бредёт маленькая тень-следопыт, которая в подходящий момент начинает покорять молодой разум безумными идеями, а когда всё готово, приходят другие….

  Первое сентября – первый учебный день, когда всем не интересны уроки, ведь ещё тепло и немножко пахнет беззаботным летом. В классе, в котором училась Анна, все старались не вспоминать о случившейся беде. Катя в этот день грустила, глядя на пустое место за партой, где сидела её подруга. Она ещё не знает, что на уроке физкультуры получит сильный толчок в спину и, задыхаясь, упадёт без чувств, а потом….


Рецензии
"Я тебя в обиду не дам, кровинушка ты моя!" - забавная фраза.

"Доченька, давай же, чёрт возьми, помолимся!" - откровенное богохульство ))

Понравилось. Намного лучше остального из "коротких". "Длинные" пока не читал. Кроме концовки - все написано здорово и интересно. Конец чуть подкачал. Но все же общей картины не испортил.

Ивви Вольф   26.03.2015 17:30     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.