Ожерелье мудрости. Часть 6. Глава 13

                Глава 13. Братья меньшие или старшие?

               
                Счастлив я, что целовал я женщин,
                Мял цветы, валялся на траве,
                И зверье как братьев наших меньших
                Никогда не бил по голове.
     Сергей Есенин

   Одна из наших лодок атаковала самца и самку, моржиху ранили в голову, когда она кормила на льдине своего сосунка, прижимая его к груди ластом. Самец немедленно нырнул в воду с явным намерением мстить лодке; самка же старательнее прикрыла детёныша левым ластом и стала передвигаться к краю льдины, не обращая внимания на три копья, торчащие у неё в груди; наконец она плюхнулась в воду, чуть не потопив лодку. Очутившись в воде, моржиха отпустила малыша, и тот, громко фыркая, с таким бешенством набросился на лодку, как будто хотел, проглотить её, но, получив удар по голове, повернул обратно к матери. Между тем, мать, страдая от полученных ран, пыталась взобраться на каждый проплывавший мимо обломок льда, однако самец, словно предвидя возможность новой атаки, всякий раз стаскивал её бивнями вниз; будто задавшись целью удержать её в воде и тем спасти, он толкал её вперед, как можно дальше от нас, пока она не очутилась вне нашей досягаемости.
   Мы видели много проявлений сострадания у этих животных по отношению к раненым товарищам. Однажды на побережье Шпицбергена вблизи залива Магдалены наши люди преследовали нескольких моржей. Первый мушкетный залп прогнал всех, кто мог двигаться, в море, но едва только паника улеглась, моржи вернулись на берег и принялись перетаскивать раненых в воду либо волоком, либо перекатывая их с помощью клыков.
     Капитан Бакан (из книги Ричарда Перри «Мир моржа»)

   Мы подплыли на лодке к берегу и направились прямо к стаду моржей, лежавших на небольшом холме. Мы предпочитали молодых моржей, так как их гораздо легче разрезать на куски. Сперва я застрелил самого маленького, затем еще одного побольше. Взрослые звери после первого выстрела приподнялись и начали озираться, а при втором всё стадо поднялось и устремилось в воду. Но матери не захотели покинуть своих мертвых моржат. Одна из них обнюхивала и подталкивала носом своего детёныша, не понимая, очевидно, что с ним приключилось. Она видела, что кровь течет у него из головы, и стонала и плакала совсем как человек. Наконец, когда всё стадо погрузилось в воду, мать начала толкать мертвого детёныша перед собой к воде. Боясь упустить добычу, я кинулся, чтобы схватить его. Но мать меня опередила. Она обхватила детёныша одним из передних ластов и нырнула вместе с ним. То же самое сделала и вторая моржиха. Всё произошло так быстро, что я ничего не успел сообразить. Я стоял, как вкопанный, и глядел им вслед, разинув рот.
     Фритьоф Нансен (из книги Ричарда Перри «Мир моржа»)

   И тоска, тяжелая лошадиная тоска навалилась на меня, пригнула к земле. И вскоре я уже сам казался себе каким-то нелепым, отжившим существом. Существом из той же лошадиной породы.
     Федор Абрамов. 1973 г.

   Потому что участь сынов человеческих и участь животных — участь одна; как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимуществ перед скотом, потому что всё — суета.
     Книга Екклесиаста, или Проповедника. Гл. 3:19

   Сострадание к животным так тесно связано с добротой характера, что можно  с уверенностью утверждать: кто жесток с животными, тот не может быть добрым человеком.
     Артур Шопенгауэр

   Никто не может иметь права забавляться жизнью другого творения, коему Бог вложил дыхание. Жестокость к несмышленым тварям приучает нас к жестокости и в отношении людей
     Барон Адольф фон Книгге

   Любовь к животным мы теперь не ставим в людях ни в грош, а над привязанностью к кошкам даже непременно смеемся. Но разлюбив сперва животных – не неизбежно ли мы потом разлюбливаем и людей?
     А.И.Солженицын

   Мощный Куинджи был не только великим художником, но также великим Учителем жизни. Его частная жизнь была необычна, уединенна, и только ближайшие его ученики знали глубину души его. Ровно в полдень он поднимался на крышу дома своего и, как только гремела полуденная крепостная пушка, тысячи птиц собирались вокруг него. Он кормил их из своих рук, этих бесчисленных друзей своих, голубей, воробьёв, ворон, галок, ласточек.
     Н.К.Рерих

   Однажды ко мне на плечо уселся воробей, и я почувствовал в этом более высокое отличие, чем любые эполеты.
     Генри Дэвид Торо

   Я, правда, люблю животных — но это не увлечение. Мне иногда кажется — это наше спасение, нам уже у них пора учиться тому простому и мудрому, что в них заложено природой, а из нас вытравливается «заумностями века техники».
     Ирина Соколова

                Трехногий одноглазый пёс,
                Глухой на оба уха,
                Всего осталось: глаз да нос,
                А сколько силы духа!
     А.Т.Твардовский

   Терапия домашними животными. Это очень важный вид терапии, поскольку эмоциональное тепло, которое животные (собаки, кошки и др.) дают человеку, несоизмеримо ни с каким иным источником эмоций.
     А.В.Гнездилов. - 1995 г.

   Чтобы не обделить ни одной твари, должен я помянуть скотов и зверей и птиц, что учили меня. Как сказал Иов (35:11): «кто наставит лучше скотов земных и умудрит больше, чем птицы небесные».
     Шмуэль Иосеф Агнон (из речи при получении Нобелевской премии). - 1966 г.

   Животные — старшие братья людей.
     Иоганн Готфрид Гердер

   Возможно, не мы приручили животных, а они нас — и выжидают подходящий момент, чтобы деликатно объявить нам об этом.
     Владимир Богатырев. - 1988 г.

   После окончания четвертого курса института мы, группа студентов и студенток, приехали на практику в одну из районных больниц Псковской области. Поселили нас в двух больших комнатах одноэтажного дома. Хозяева были очень милые люди. Но временами неизвестно откуда прибегал еще один хозяин — Рекс, свирепый метис восточно-европейской овчарки. Никогда не знавший не то что поводка, но даже ошейника, Рекс вел совершенно свободный образ жизни, появляясь лишь затем, чтобы поесть и жестоко досадить беззащитным студентам. Рыцарски снисходительный к нашим девушкам, на нас, мальчишек, он выплёскивал переполнявшую его злобу. Особенно невзлюбил Рекс меня. Даже когда мы шли гурьбой, он, ощерившись и рыча, следовал за мною и, стоило мне ускорить шаг, вгрызался в задники моих и без того потрёпанных ботинок. Ни увещевания хозяев, ни наши робкие попытки задобрить его так и не смягчили это чудовище.
   Под конец практики мне предложили остаться еще на месяц, чтобы поработать самостоятельно в должности фельдшера. Я быстро согласился, хотя многие сочли такое решение неосмотрительным. Незадолго перед тем я вступился за нашу студентку, к которой приставал местный парень. Коллеги подоспели нам на помощь. Отступая, противник заверил меня: «а ты жить не будешь». На следующий день один из студентов вернулся в сильном смятении. Он рассказал, что его скрутили три парня, но подбежавший четвертый крикнул им, что это не тот, хотя и похож. Мы и в самом деле были немного похожи. После этого друзья не оставляли меня одного.
   И вот все уехали. Я сижу один в опустевшей комнате. Поздний летний вечер. Очень душно. Окно, выходящее на пустынную улицу, открыто. Вспоминаю об обещанной мне расправе. Придётся закрыть окно. Осознаю, что, если даже угроза не осуществится, сон у меня будет тревожный (как гласит арабская пословица: «Нет житья тому, кто спит со страхом»). И это целый месяц.
  Вот и сейчас мне мерещится, что кто-то затаился под окном. Выглядываю на улицу. Внизу — изготовившийся запрыгнуть ко мне в комнату Рекс. «Хорошо, что здесь очень высоко. У него ничего не получится», — только и успел подумать я и взяться за раму, как тяжелая серая масса взметнулась на подоконник. Я устремляюсь к двери, но Рекс еще одним прыжком опережает меня. Мы стоим и смотрим друг на друга. В попытке примирения протягиваю руку к голове Рекса. Он угрожающе оскаливает зубы. И вдруг отворачивается, идет к дальней стене комнаты, где стоит моя кровать, и забирается под неё. Я сажусь к столу и с иронией и тревогой задумываюсь над своим новым приключением. Посматриваю на Рекса: он дремлет, положив голову на лапы. Внезапно Рекс выныривает из-под кровати, проносится через комнату, едва не сбросив меня со стула, взлетает на подоконник и рычит в темноту. Где-то чуть слышны шаги и бормотание запоздавшего прохожего. Потом Рекс возвращается под кровать, а я осторожно, для пробы, присаживаюсь на ее краешек, затем тихо ложусь. Окно закрывать я не стал. В этом уже не было необходимости.
   Утром Рекс выпрыгнул через окно на улицу. Но когда я пошел на работу, он направился со мной, очевидно, ему было по пути. После рабочего дня, выйдя из дверей больницы, я увидел Рекса; он, мне это показалось случайностью, пробегал мимо. Остановился, позволил себя погладить, и мы пошли вместе.
   Каждый вечер в течение всего месяца, даже если была плохая погода, даже если шел дождь, я ненадолго открывал окно. И очень скоро в комнату, почти не касаясь лапами подоконника, впрыгивал Рекс. Не обращая не меня особого внимания, он располагался под кроватью.
   Куда бы я ни шел, Рекс сопровождал меня. Изредка отбегал, чтобы пообщаться с другими собаками, но быстро возвращался. И все же ходить с ним было непросто: все приближающиеся к нам мужчины были ему ненавистны. Прохожие кричали мне, что такого зверя надо держать на цепи, а не водить по улицам. С трудом удерживая Рекса за шею, я оправдывался, как мог, не признаваясь однако, что это не я его вожу, а он меня.
     Фуат Утенчеев. -  1959 г.

http://www.proza.ru/2013/03/26/1909 (Часть 6. Глава 14. Самое главное в жизни)


Рецензии