Признание с продолжением

Там в заброшенной дали, куда добираться простому смертному было бы далеко, да и попросту бессмысленно, в том опустошенном, выжженном холодом месте всегда было промозгло и пронизывающе до самых укутанных или пульсирующих нервов. Там никого никогда никто не ждал. Так была вечность, запертая в четырех ветхих стенах, запертая изнутри на ключ, прикрытая покрывалом сдержанности и тишины, чтобы никто не знал, что все еще жива.
Прячась от появления новой жизни в ее отчаянном изгнании, она сжигала остатки прошлого, которые ничего теперь не стоили и не имели значения. Неживое не имеет смысла. Холодное не трогает сердца.
На дверь она смотрела с ужасом, до кровавых следов сжимая в руке ключи. Она не боялась  хронически бушующего по той дали ветра, но боялась шороха живого за дверью. Она боялась жизни...
Он пришел и постучался где-то около полуночи, когда она припоминала, который час безвременья ее мучил. Лежа в своем углу, укутанная, как ребенок, она обернулась в ужасе, наблюдая за застывшей перед дверью вытянутой лунным светом тенью. Полными страха глазами она наблюдала в поддверной щели за размеренными шагами вдоль двери, но не смела двинуться с места. Она надеялась, что ее тишина вернется, но всю ночь она слушала его дыхание, его сердцебиение -  она слушала его тишину, не смыкая глаз и теряя покой.
Он ушел на следующее утро, проведя ночь рядом с закрытой дверью в размеренном сне и в каком-то убаюкивающем тепле, которого давно не было в этой местности. Она слушала звук удаляющихся шагов и записывала все до мельчайших подробностей на пленку память, но дверь открыть нараспашку так и не отважилась. В тот день она начала передвигаться по своей никчемной комнатке, пытаясь отыскать остатки уюта и тепла по углам, собирая все это вместе. Она ждала  его возвращения и не ждала, проклиная себя. Но места для нее больше не находилось в этом бестолковом уединении.
Он вернулся спустя какое-то время. Он постучался в дверь снова, но очень слабо, потому что в себе он был не уверен, наверное. Она все равно не открыла, но подошла к дверям и не отходила более от них до его утреннего ухода. Она грелась в его тепле, которое он дарил ей, сам не зная этого, она перенимала ритм сердца и дышала с ним в унисон. Ей хотелось быть ближе и найти смысл. Она провожала его всем своим нутром.
Ее жизнь изменилась. Проводя каждый день в надежде, то веря себе, то не веря, то видя его, то не видя, то слабея, то собирая всю силу воедино и противостоя, она начала перебирать все связанные когда-то ключи, чтобы найти тот единственный, который откроет ей жизнь. Она подходила к дверям с нервно, трясущимися руками, роняла ключи, потом поднимала, искала один, потом отбегала в противоположный угол комнаты, не понимая, что делает, а главное-не признаваясь себе в очевидном...
Она нашла тот единственный ключ, она открыла дверь ему одному и теперь, по-девчачьи теребя складки на задрапировавшемся платье, смотрела только в него, а внутри текла горячая карамель...