Вторая смена

    Ночь. Ближе к середине июня это узенькая полоса тьмы между сумерками. Часа в три призраки, едва успев появиться, сливаются с предрассветным ожиданием. Звезды? Они еще остаются, силясь прорвать пелену наступающего дня. Получается лишь у самых ярких. Может быть красиво, но смотреть на них все равно не успеваешь. Светила качались и над снастями парусников. Но красоту ночного небосвода описывали досужие пассажиры. Или пленницы, когда пиратская посудина забрав женщин и груз отправляла на дно неудачливого торговца. И хоть рождались по воле моряков вроде как романтические созвездия, но больше это были все же мнемонические схемы. Так решались задачи навигации.
  Лучи фар не скользят. Они прыгают по неровной поверхности асфальта. Иногда в противофазе с кочками. А я стараюсь увидеть то, что за границами света. Предупредить опасность вроде как. Тоже стереотип. Это как чет-нечет. Везет - не везет. На обочине разорванная в клочья резина валяется. Изредка нет-нет, да и увидишь обломки. Там оборвалась дорога. Иногда и жизнь. Вы зря думаете, что дорога вам обязана. Это вы жертвуете свои время, пот, слезы, кровь… Трасса – гигантский алтарь. Кому-то на роду написано стать агнцем на заклание, чтобы боги дороги были милостивы.   
  Вон и красные точки ползут вверх и правее. Где-то поворот, не проскочить бы. Чую я уже это местечко. Тянет.
  Вот и фары. Встречка сбрасывает дальний. Отвечаю. Проскочил.
Где там этот поворот клятущий? Едва не цепляю правыми колесами обочину. Выравниваюсь. Ловлю какой-то трамплин. Эфемерная разметка слегка помогает сориентироваться. Какой-то горб впереди оказался. Влетел на него, жду.
   Слева огни какого-то поселения и чьи-то габариты впереди. И всей реальности - гул движка. Даже не так. Все звуки. И к ним прислушиваешься сквозь гул движка. Все остальное - на автомате. Руки, ноги сами собой что-то там выполняют. Глаза обрабатывают какие-то абстракции и грузят их куда-то в мозг, загружая сознание только при возникшем вдруг напряге. Как обычно.
Время зависло каплей.
  У фур не бывает таких кровавых габаритов. Ярких, одинаковых. Все больше тусклые разновеликие по мощи лампы. Светит и ладно. И не легковые новомодные. Светодиоды на задке  не горят столь ровно - утомляют этим как старый монитор. Ошибся! Все же это были габариты. Значит это трак.
  Серые сумерки еще только пыжились отодвинуть тьму.
  Я вышел на дистанцию, чтоб водила рассмотрел меня в левое зеркало. Как обычно, на автомате. Что-то неприятное кольнуло. Никак не мог усечь эту неправильность.
Догоняю. Встречки нет. Жму на газ и разгоняюсь по своей полосе. Дизель бодро рычит, ровненько, мощно. Выхожу на обгон и врубаю дальний. Фура рыкнула и начала быстро набирать ход. Серьезный движок. Длинный борт медленно ползет вперед.
  Ненавижу подобные шуточки.
  Злобно поглядываю на трак, стараясь рассмотреть в зеркале рожу шутника. Вот она где, неправильность эта. Зеркало чернее ночи. В нем даже не отражаются мои фары. Словно черная дыра там жадно глотает любой свет.
  Хорошо встречки все еще нет. С отчаяния мысли понеслись галопом. Либо притормозить, либо попытаться обойти. Из-за очередного холма вылетает-таки встречный. Отчаянно торможу и чую - поздно. Идущий в лоб заревел.  Прижимаюсь к фуре. Тот и не пытается сдвинуться. Наоборот, он будто выталкивает меня под встречный трак. Тот, кстати, тоже прет на всю и на обочину не собирается. Времени на подумать нет. Левее уже бесполезно. Впечатываюсь правой стороной в борт фуры. Гул захлестывает на машину. Трясет и кренит кузов. Лопаются стекла, усеивая салон мелкими квадратиками осколков. Скрежет. Колесо кромсает борт. Что-то яростно хрустит и рвется. Встречный не уходит - бьет. Капот задирается мятым картоном, вылетает лобовое стекло. Пар смешивается с туманом. Места в салоне становится все меньше. Педальный узел ломает ноги. Жутко трещат кости. Руль сгибается о грудную клетку, сокрушая ребра. Крыша изогнулась, соседнее сиденье заваливается… Вдруг все стихает, а моя тележка лихо вылетает на обочину.
  Траки пропали. Они растворились.
  Торможу. Дизелек стучит на холостых. Руки еще подрагивают, испарина начала подсыхать. Зеваю и тру виски. Нормально все прошло. По настоящему. Чисто, ничего не осталось.
  На дороге лежит темная кучка. Кто? Вздрагиваю, вдоль хребта продирает морозом. Если кто- то посторонний остался в прошлом, то придется исправлять долго-долго. Вглядываюсь в серую пелену. Нет, это еще днем собаку сбили. Это уберет дневная смена.
  Что-то справа в кювете виднеется. Чуть сдал назад и подсветил. Искореженное железо, пластмасса. Остатки машину уже увезли. Быстро работают. Мелочевку уберут на неделе.
  Вздыхаю. Втыкаю передачу и выползаю на трассу. До рассвета постараюсь успеть убрать еще одну смерть, пока солнышко на покой не отправило. Хоть и нелегко, но участок нужно успеть очистить, кровь из носу. Иначе следующей ночью будет работы невпроворот.
  Чую, место где-то рядом...