Под знаком водолея

  Участок граничил с водокачкой. В этом был большой плюс. Частенько, когда нещадно палило солнце, вода подавалась только вечером, около семи. Огороды высасывали все три цистерны досуха за полчаса, а несчастный насос не в силах был обеспечить сколь-нибудь значимый проток. Но первыми и последними, получавшим воду всегда оставались кто поближе.
  А еще водокачка была отличным ориентиром, местом для встреч и секретным грибным местом Валька. На излете каникул там всегда можно было найти три-четыре подберезовика. И не бледных болотных, а самых настоящих. С коричневой шляпкой и толстой ножкой в черненьких точках. Подосиновики и белые случались реже.
  Сама водокачка запиралась. Между прутьями не проскользнула бы даже худющая Открывалка. Но со стороны участка секции забора стыковались. Между прутьями получался чуть больший промежуток. Поэтому грибы вызревали как в заповеднике.
  Валек уже поужинал и теперь ждал появления Водолея. Сгорбленный человек в неизменных очках, кепке и комбинезоне, в одно и тоже время посещал будку под фермами, на которые, собственно, и были вознесены цистерны. В окошке загоралась лампочка, что-то таинственно щелкало. Водолей выбирался наружу, шел к вентилю и отворачивал огромный штурвал. В трубах шумело.
  Все четко знали свои обязанности. Валек хватал шланг и начинал поливать клубнику, огурцы и грядки с зеленью. Мать заполняла все доступные емкости на ближайшую половину суток, а отец - запасную бочку.
  Вечером Валька донимали комары, и поливать было сплошным мучением. Вдобавок, очень хотелось посмотреть, как красивые желтые цветы сворачиваются в бутоны до утра. Действо это было небыстрым, но очень занимательным.
  К тому же грачи на верхнем проводе высоковольтки рассаживались. О чем-то галдели, переругивались и явно готовы были стаей куда-то сорваться. А это тоже очень захватывающее зрелище - когда стая ворон срывается с провода...
  Засмотревшись на птиц, Валек забыл про полив.
- Валентин, что ты дорожку поливаешь?
  Вздрогнув, мальчик направил струю на клубнику. Почему-то вспомнилось, что отец называл провод, служивший грачам насестом, громоотводом.
  Напор воды стал стухать. Настройка распылителя уже не могла выдавить хоть сколь-нибудь серьезной струи.
- Ма, у меня все!
- Закрывай кран.
  Закручивая барашек, Валек увидел, как в будку пришел Водолей. Заскрипела калитка. Старик закрутил  штурвал и пошел к будке. Свет, щелканье и низкое гудение - заработал насос. Снова громыхнул металл. Водолей поплелся к себе.
  Интересный он человек, все-таки. Обладатель серой «Победы» крайне редко появлялся на улице кроме как по делам. Беседы вел только по необходимости. Но над его участком частенько можно было увидеть голубое зарево электросварки. Тогда старенький Рекорд начинал трещать, превращая в полосы остатки изображения. И как разбирало: стоило начаться мало-мальски интересному фильму, как Водолей начинал варить.
  Участки были от завода. И на бывшем этом болоте культивировали свои частнособственнические инстинкты коллеги-сослуживцы. Многие, естественно, друг друга знали хоть мельком, раз проводили восемь часов каждый рабочий день на одной и той же территории. Водолея тоже знали, но не общались. Был он уже пенсионер и никто никогда толком не знал, чем он был занят в заводском КБ.На все осторожные вопросы Валька родители отвечали неохотно и чаще всего односложно.
  Ситуация уже стала попахивать тайной. Это означало мучительное любопытство. А каникулы не вечны. Валек твердо решил для себя, что выяснит все про Водолея раз и навсегда. Как-нибудь обязательно.
  Следующий день выдался жарче предыдущего. Из леса ленивый ветер приносил тяжелый влажный воздух. Даже птицы попрятались. В такую погоду одна дорога - на пруд.
- Ма, можно мы искупаться съездим?
- Ты вчера уже накупался. Вон, сопли уже.
  Какие сопли? Ну, шмыгал вчера носом. Но то вчера... Все время мама преувеличивает.
  - Ну, мам, мы туда и обратно только. Я с Машей. Ей одной нельзя.
  Такой аргумент безотказно заставлял маму смягчиться. Девочка, по ее мнению, хорошо влияла на Валька. Внеклассное чтение хоть как-то продвигалось и руки он тщательней мыл. Это ж не хулиган-Снегирь.
  Вот на отца такие аргументы никак не действовали, к сожалению. Поэтому во время его отпуска Вальку частенько приходилось вести себя в соответствии с представлением родителя о дисциплине. А это совсем не сахар.
- Ладно. Но только чтоб к обеду как штык. Тебе еще сегодня Пушкина надо дочитать. И заскочи в магазин, хлеба купи. Вот авоська.
- Хорошо, ма!
- Плавки не забудь. Вон на веревке сохнут.
- Угу!
  Сняв с веревки плавки Валек затолкал их вместе с авоськой в сумочку для инструмента.
Осторожно толкнув калитки в избранную штакетину колесом, он выкатился на дачную грунтовку.
За великом потянулся хвост пыли. Можно было представить, будто это мотоцикл и из трубы идет дым. Ну, как тогда. На снегиревском велике с моторчиком.
  Де шесть. Моторчик в просторечии именуемый дешка, отчаянно дымил, когда удавалось растолкать самодельный агрегат. И если успеть было поддернуть тросик газа, то велосипед с моторчиком мчался, обгоняя ветер. До самого конца перекрытого шоссе. Правда, такие катания все время оставляли на одежде пятна масла, запах бензина от волос и синяки с царапинами на теле. И бегать с агрегатом пока не "схватит" приходилось по десятку минут, слушая как поршень где-то там в холостую булькает. Зато поездки...!
  Когда-нибудь Вальку повезет, и он обязательно такой мотор приобретет. А пока - педали.
- Что ты летаешь, как черт оглашенный? А вдруг ребенок выскочит?
  Возмущенная бабка осталась позади.
  Юрка возился со своим агрегатом. Рядом затаив дыхание сидела на корточках открывалка. Чумазый Снегирь прилаживал к карбюратору прозрачную трубочку от краника. Машка была пока еще чистой. Значит, только пришла.
- Привет, Валек! А мы тут карбюратор перебирали.
  Открывалка потыкала пальцем в недра дешки. Снегирь почесал лоб тыльной стороной ладони: теперь черные пятна появились и там.
- Вот, не заводится. Все перепробовал. Будешь заводить?
Заводить, в понятии Снегиря, означало бегать по жаре до упада, откручивать и закручивать свечу, подстраивать винтиком с разбитым шлицом кулачки зажигания.
- Поехали скупнемся лучше. - Выдвинул контрпредложение Валек.
  Машка посмотрела на бледно-голубое, выгоревшее небо и поддержала.
- Юр, сегодня жарко будет.
Снегирь засопел, потер рукой зачесавшийся глаз и снова принялся что-то протягивать ключом.
- Ну и мотайте.
- Да ладно. Приедем и позаводим.
  В это время ключ-таки сорвался и Снегирь костяшками проехался по ребрам охлаждения цилиндра. Зажав другой рукой раненную кисть, мальчик зашипел от боли.
- Блиииин! Оуууу!
  Машка сделала ошибку, участливо задав вопрос:
- Тебе очень больно?
- Дура ты! Конечно!
  Открывалка насупилась, в глазах блеснули слезинки.
- Сам ты дурак! - Она взяла свой велик, - Валь, ты едешь?
  Снегирь все еще тряс рукой, но уже поспокойней. Из под слоя черноты выступили капли крови.
- Ну, ты ладно, Маш. Больно ведь, а ты…
  Но Открывалка, поджав губы, гордо шла в сторону калитки.
- Прости, пожалуйста.
  Девочка остановилась, положила велик. Присев на корточки, открыла сумочку для инструментов и достала оттуда пузырек с зеленкой, потом завернутый в бумажку рулончик пластыря.
- Иди руки помой.
  Снегирь, ощущая груз вины, безропотно оттирал масло в бочке. По воде поплыли радужные разводы.
- Все.
  Открывалка с серьезным видом накапала зеленки. Юрка засопел, но сдержался.
  Развернув пластырь, Машка надкусила край, оторвала полоску и залепила ранки.
- Вот и все.
  Снегирь кивнул и с тоской посмотрел на свой многострадальный мопед. Потом вывел из-за сарая велик.
- Поехали.
На пруду было многолюдно. Там, где были песчаные спуски народу было вообще не протолкнутся. Но местечко рядом с ивой сегодня никто не занял. Ветер нагнал ряску и вода выглядела не очень.
Валек разбежался и нырнул с берега в прохладную воду. Звуки стали странными, глухими. Плотная среда сковывала движения, мешала двигаться быстро. Валек проплыл под водой метра три и вынырнул.
- Ух!
Снегирь плюхнулся бомбочкой. Открывалку, стоявшую по колено в воде, накрыло брызгами. Она пискнула от неожиданности, а потом нагнулась, оттолкнулась от дна и осторожно поплыла по-собачьи.
  Выбравшись на берег, компания млела от казавшегося прохладным ветра. Снегирь достал потрепанные карты. Сыграли в дурачка. За игрой Валек поведал, что хочет проникнуть в тайну водолея:
 - Кто он такой?
- А я видел его сарай. - Сообщил Снегирь. - Там какая-то штука железная у него. Я и рассмотреть толком не успел, а Водолей меня увидел и закрыл воротину.
- Ой, а к нам он приезжал, трубу подваривал. У него сварочный аппарат смонтирован в прицепе.
  Чужие слова Открывалка повторила значительно. Даже, вроде как, пытаясь скопировать чьи-то интонации.
  Информация была интересной. Валек про прицеп и содержимое сарая ничего не знал. От того тайна стала еще более притягательной. Друзья договорились встретиться вечером.
  Чтоб подсмотреть, чего там такое Водолей творит, придется пожертвовать сегодняшним фильмом.
  Этот день тянулся долго. Даже минутная стрелка словно присохла к циферблату, а солнце и не думало двигаться к закату. Пушкин читался плохо. Постоянно мысли с сюжета книги съезжали на вечернюю слежку.
  Никогда вечерний полив не был таким желанным и таким долгим. Никогда огород Валек не поливал так тщательно. Все ради того чтобы со стороны мамы не последовало дополнительных заданий.
- Чтоб в десять был дома.
- Ага.
  Сегодня можно было и на полчасика припозднится. Отец будет только завтра к вечеру. Что-то там важное у них на предприятии происходит.
  Августовским вечером попасть в темноту гораздо легче, чем июньским. Но все равно было довольно светло. Чтоб у взрослых не возникало лишних вопросов, друзья проехали через поселок и вернулись обратно по лесной тропинке.
  Велосипеды пришлось оставить на опушке. Через рябиновую поросль с ними было не продраться. Да и шума много.
  Со стороны общего забора огораживающего поселок, участок Водолея неплохо просматривался.
Притаившись в кустах, они принялись ждать. Близость болота сказывалась не только наползающим сырым туманом, но и комарами. Если бы не запасшаяся диметилфтолатом Открывалка, плохо бы пришлось наблюдателям. Разозленные насекомые жужжали над ухом, но не решались нападать.
  Водолей открыл створку сарая. В свете лампочки действительно просматривалось какое-то сооружение. Старик завел стоявшую на дворе Победу и стал сдавать задом. Вышел, отворил ворота. Потом снова сел в машину и выехал за ворота. Сзади был прицеп. Поманеврировав, Водолей подогнал его к двери сарая. Затем водолей начал неторопливо разматывать провода, затаскивая их в сарай. Один конец закрепил на какой-то штучке на самом верху, второй - на выступе справа. Щелкнул чем-то. Лампа едва заметно мигнула.
  Ребята ожидали, что он начнет варить, но ничего подобного не происходило.
  Установка в сарае вдруг тихо загудела и задрожала. По ней стали пробегать искры. У самых ворот вспышки голубого света сливались друг с другом. Сплетались, словно кусочки удивительной ткани. Неуловимое мгновение, и перед сараем появился словно бы сотканный из всполохов молний шар. Водолей шагнул внутрь и исчез. Но буквально спустя несколько секунд вернулся. Пройдя в недра сарая он выключил машину. Гудение стихло, шар пропал.
  Старик отогнал прицеп и закрыл сарай.
  Ребята дождались, когда водолей уйдет в дом, и покинули наблюдательный пункт.
- Ребя, зыко.
  Снегирь был явно восхищен зрелищем.
- А что это такое было? - Открывалка кривясь вытаскивала из волос мелкие ветки.
  Валек пожал плечами:
- Надо будет подсмотреть. Почаще следить.
  Но с наблюдением возникли проблемы. Зарядили дожди. Полив огородным культурам перестали устраивать даже самые отъявленные садоводы, закрывать вентиль нужды уже не было.
Водолей перестал регулярно навещать водокачку, зато поперли грибы. За один поход между прутьями Валек запросто набирал красавцев на суп.
  Всполохи же сварки по вечерам не прекращались.
  Наконец, солнышко снова стало пригревать. Тучи разбежались. За дни ненастья Снегирь умудрился довести мотор до состояния, когда его можно было завести буквально за пару оборотов колеса. К сожалению, этим дело и ограничилось. Тяги мотор не давал. А чтоб поехать, надо было сдвинуть в зажигании пластинку с кулачками. Но при этом чтоб завести бегать приходилось гораздо дольше, чем до ремонта. Но на юркином чумазом лице светилась гордая улыбка гениального механика.
  К вечеру друзья собрались у сирени на полянке. Снегирь был серьезен и деловит:
- Придется нам подобраться поближе. Я возьму плащ-палатку и фонарик. Машка, ты диметилфтолат не забудь. Валек, лыжная палка есть?
- Ага. Стоят в сарае.
- Прихвати тогда. Можешь парочку.
- Зачем?
- Ну, на всякий случай. - Уклончиво ответил Снегирь.
  Вечером ребята подобрались поближе к общему забору и накрылись палаткой. Вонь от диметилфтолата сразу стала невыносимой. Водолея не было видно. Юрка стукнул по доске - гвоздь легко вышел из подгнившей слеги.
- Ты чего? - Прошептал Валек
- Поближе подойдем.
- Так заметит.
- Скажем, что мимо шли. - Встряла открывалка.
- Правильно, Машка.
- А он... - Начал Валек.
 - Тсс... Тихо. Началось. – Шепнул Снегирь.
  То же самое как и раньше действо с прицепом, сараем и рубильником. Снова шар.
  Едва Водолей скрылся в шаре, ребята пролезли через дырку. Выхватив у Валька лыжную палку, Снегирь перемахнул через низенький штакетник участка и ткнул ею в мерцающие всполохи. Кончик палки пропал, как отрезало. Дернул обратно. Снова целая. Вернувшись, Юрка бросил алюминиевую трубку в проем забора и раздраженно рассматривал дырку от гвоздя на штанах.
- Черт! Мать прибьет.
  Ребята встали на дороге, ожидая появления старика. Тщетно. Прошло уже с полминуты, а из шара никто не выходил.
  Валек дернул калитку. Она оказалась открыта. Снегирь сплюнул.
  Около шара попахивало как после грозы. Мальчик опасливо протянул руку. По запястью пробежали мурашки, а рука пропала. Испуганно отдернув конечность обратно, Валек убедился, что с ней все в порядке.
- Пошли.
- Ты чего? А если Водолей там?
- Скажем, что проходили мимо и испугались. Вдруг с ним чего там не так?
  Валек вспомнил, как дед лежал в комнате, сраженный неизвестной болезнью. И не войди в тот момент отец, так, говорят, и помер бы.
  Оправдав свое любопытство заботой, мальчик почувствовал себя уверенней.
- Я пошел.
  И собравшись с духом как перед прыжком в холодную воду, шагнул в шар. Покалывание, темнота. И миг состояния, будто он застыл в желе. Нечем стало дышать. Но не успели еще появиться и первые признаки паники, как Валек снова очутился на улице.
  Лес, поляна и странное сооружение посреди. Сверкающая голубая башня, окутанная паром.
На вершине сверкали вспышки. Молнии били в небо.
- Это Стабилизатор. Нравится?
  Валек подпрыгнул от неожиданности и обернулся. За спиной рядом с аркой стоял улыбающийся Водолей. Все в той же кепке и комбинезоне.
  Мгновение спустя из арки вывалился обалдевший Снегирь. За ним тут же появилась испуганная Открывалка.
- Вот вы и в сборе. Я как раз ждал вашего появления.
- Ждали? - Чуть не хором спросили ребята.
- Конечно. С тех пор, как ты, Валентин, стал за мной подсматривать из дома, я ждал, когда вы решитесь проследить. Теперь вы здесь.
- А здесь это где? - Снегирь подозрительно огляделся.
- На земле. Рядом со Стабилизатором.
- А где это? - Открывалка тоже озиралась, пытаясь опознать местность.
- За углом. Между сараем калиткой.
- В шаре? - Сообразил Валек
- Что ты! Шар – просто… э-э-э… калитка. - Водолей поправил очки и оглядел башню. - Подойдите, посмотрите. Можете пощупать. Она сейчас работает. Ребята опасливо подошли к башне.
  Ближе сооружение казалось вообще бесконечным. Поверхность стабилизатора оказалась теплой. Валек вдруг почувствовал, как на душе стало совсем легко. Любые проблемы казались разрешимыми, Затаенные страхи, пережитое горе... Вообще, все негативное, что тлело в воспоминаниях, куда-то улетучилось. Нет, память осталась. И переживания были живы, но совершенно перестали как бы побаливать в настоящем. Это было потрясающее ощущение!
  Валек взглянул на Открывалку. Та, похоже, испытывала что-то подобное. И Юрка тоже, если судить по прикрытым глазам и блуждающей улыбке.
  Водолей кашлянул:
- В общем-то я тут закончил. Пойдемте обратно, в дом. Я угощу вас чаем с вареньем.
  Ребята с неохотой отошли от сооружения.
  Обратный переход прошел совсем легко. Скорее всего потому, что все знали чего ожидать.
  Водолей зашел в гараж и щелкнул выключателем. Шар исчез.
  Чай и варенье не казались вкусными. Тайна стала огромной, непонятной и очень-очень притягательной. Старик это почувствовал.
- Давайте знакомиться. Я - Наладчик. Искусственный человек.
  Валек поперхнулся чаем и заплевал скатерть, Открывалка ойкнула. 
- Как искусственный? Так не бывает. - Затряс головой Снегирь. – Вы - робот?
  Водолей улыбнулся.
- Нет, искусственный человек. Именно так. В мою задачу входит поддержание в рабочем состоянии Стабилизаторов.
- А их много? Для чего они?- Сладкоежка Открывалка перекладывала из банки в розеточку очередную порцию вишневого варенья.
- Да, их много. Это системы для поддержания планеты в жилом виде. Чтоб и дождь, и солнце, и ветер были всегда в свое время. Когда-то таких планет было три. Но оказалось, что достаточно и одной. Две запасные. Остальные, Марс и Венеру, отключили. Очень много энергии уходит.
  Если бы не калитка и не прикосновение к Стабилизатору, то Водолей вполне бы сошел за сумасшедшего.
  С интонациями провокатора Снегирь вдруг спросил:
- А если мы кому расскажем?
  Старик поправил очки и вновь улыбнулся.
- Я не запрещаю. Попробуйте.
  Юрка вздохнул.
- Да-а-а, точно. Не поверят.
  Чаепитие завершилось в молчании.
- Что ж, - Водолей хлопнул ладонями по коленям. - Пошли? У меня есть подарки для вас.
  Первым в недра сарая был приглашен Снегирь. Вышел он, с трудом волоча перевязанную бечевкой серую коробку.
  Второй вошла Машка. Вернулась с подозрительно оттопыренным карманом куртки и блеском в глазах.
  Валек шел последним.
- Этот подарок в будущем очень пригодится. - Старик протянул Вальку пластинку. - Когда отыщется производственный модуль, подключи ее. А пока - смотри красивые сны.
- Зачем она... оно вообще?
- Скажем так. Это я. Модуль сделает меня.
  Валек осторожно рассмотрел пластину и сунул ее в карман.
- Спасибо!
- Тебе спасибо! Была вероятность, что мы бы не встретились. - Водолей вздохнул. - Завтра я… уезжаю. И когда-нибудь, когда очень буду нужен – вернусь.
- А как же башня?
- Стабилизатор отлажен и будет работать долго без присмотра.
  Выбравшись из сарая, Валек чуть не заплакал. Ему было почему-то жалко старика. Уезжает, опять же.
  Водолей вышел, закрыл ворота и попрощался с ребятами.
  Уместив на багажнике коробку, Снегирь покатил велик за руль одной рукой, придерживая подарок за веревку.
- А у меня вот что! - Открывалка достала слабо светящийся шарик.
- Это чего?
- Дай руку, Юрка.
- Зачем?
- Ну, вон ту. С царапиной.
- Ну...
  Машка поднесла шарик к ране. Тот засветился чуть сильней, и царапина пропала.
- Ух, ты!
- А у тебя чего, Валек?
- Пластинка для производственного модуля. Водолей сказал, что это пригодиться потом.
- А у меня движок.
- Класс!
  Укладываясь в кровать, Валек со вздохом сунул пластинку под подушку. Счастливчик Снегирь заполучил целый двигатель.
  В эту ночь снились странные сны. Робот-садовник вскапывал огород. Светящиеся башни водили хоровод. Во сне были бабочки, солнце, дождь. Красивые люди и таинственные глубины космоса.
  Пробуждение было сладким. Хотелось что-то творить. Рисовать, читать, писать стихи…
После завтрака Валек запоем прочитал "Дубровского" и потом домысливал разные окончания к произведению. Это было очень увлекательно. В томике Пушкина были стихи и проза. Не хотелось останавливаться, бросать героев на полпути.
  Встревоженная мама заглянула в комнату.
- Сынок, погода хорошая. Чего ты дома сидишь? Погуляй. Каникулы скоро кончаться.
- Ага, иду.
  Валек с сожалением закрыл книгу и отправился к Снегирю. У того дел было навалом. Он приспосабливал подарок – двигатель - к раме. Дешка лежала рядом. Открывалка аккуратно протирала снятый строптивый мотор тряпочкой.  Движок оказался не совсем обычным. Цилиндр казался маленьким, а вместо карбюратора стояла какая-то толстая трубка с проводами.
Мотор завелся с полоборота. Тихо жужжа, он чутко отзывался на движения тросика газа. Сделав круг по двору, Снегирь аж засветился от счастья.
  Открывалка вдруг вздохнула и сказала:
- А Водолей уехал. Нет победы и прицепа. Жалко.
- Ага, я знаю… - сказал Валек, и чуть не расплакался.
Но тут же успокоился, коснувшись лежавшей в кармане души Наладчика.