Шедевр

- А вы - чё, там уселись ? Привет. Хотите - покататься? Хе-хе-хе...Так, эта лошадь - старая и вас двоих, она - не вывезет. Ха-ха..., - услышали они, по подвыпившему, весёлый, но тем не менее, педагогически выставленный, тренерский голос Зубова Сергея и оторвав свои взгляды от своего шедевра, молча, и с укоризной, посмотрели на него, и на его руку, держащую художественную кисточку, самой максимальной ширины, - Лучше идите к нам, пацаны - по-ри-су-ем...
- Да-а-а, парни..., Боливар - двоих не вывезет. Привет-привет! Идите к нам - поможете с шедевром ! , - с умным видом оторвавшись от рисования и таким же балдым бодрячком, поприветствовал их, ораторским баском Евгений Павлович.
После чего, призывно махнул им рукой, в которой, тоже была кисть, и которая, была заметно пошире Серёгиной, а по виду, вообще, была как  малярная.
- Привет-привет, господа ... - насупленными голосами ответили им Зуберман и Вадик, и ещё сильнее загрустили.
Сергей и Е. П., сделав удивлённые лица, и непонимающе посмотрев друг на друга, синхронно пожали плечами, и положив свои кисточки на импровизированный мольберт, подошли к ним.
Затем, заинтригованно глядя им в глаза, интеллигентно протянули им свои руки для рукопожатия, продолжая при этом улыбаться пьяненькими, и ироничными, приветственными улыбочками.
Вадик же и Зуберман, не слезая с коня, со скорбными лицами, безрадостно, и молча, но тоже, интеллигентно, поздоровались с ними за руки.
Оценив такой нерадостный, со стороны своих друзей, ритуал, Сергей и Е.П. реально заволновались, и перестав улыбаться, сделали, свои глаза, как можно, серьёзнее, и строже.
- А чё, чё-то случилось, пацаны ?   
- Вы, водку - будете ? Можь...
- Подожди, Палыч. Чё, чё-то - серьёзное, что ли ? Да?
- Не, ну-у - это самое, если что, то мы с вами, парни. Это - по-любому. Вы же, знаете нас, так что...
Наперебой, заговорили  Сергей и Е. П., с реальной, уже тревогой, глядя на их, через чур, уж, похоронный, и убитый вид.
Но Вадик и Зуберман, попрежнему, сидя на гимнастическом коне, продолжали, молча и грустно смотреть на них.
Но, видимо затронутые, в глубинах своих душ, их заботой и товарищеским сочуствием, смотрели они, уже, несколько теплее, и ласковее, чем полминуты назад.
- Так, чё - случилось, пацаны? Чё, вы - молчите? Умер, что ли, кто-то? Или - чё, Вадик ? - продолжал их расспрашивать, явно встревоженный их поведением, Зубов Сергей.
- Да-не, Серёга. Так-то - всё нормально. Все, пока, слава Богу - живы-здоровы. Мы, просто, с Витькой, порисовать хотели... Ну, в смысле, очень сильно хотели... А-а-а, это -вот, э-э-э...Ну-у-у, в общем, водка у нас, тоже, есть. - ответил им Вадик и показал рукой на, стоящий возле ножки гимнастического коня, чёрный, магазинный пакет с закуской, и двумя пол-литрами "Столичной" в нём, - Да - Вить?
И дантист Зуберман, который, пока, попрежнему молча, сидел рядом с ним на коне, но вдруг, услышав вопрос в свой адрес, тут же, интеллигентно поддержал его слова, мощным, утвердительным кивком своей головы. И вслед за этим, очень широко, и опасно пошатываясь в разные стороны, неопределённо протянул свою руку в сторону шедевра.
Услышав слова Вадика, Зубов Сергей и Е.П., высоко подняли свои брови, и по дурацки выпучив глаза, с усмешкой посмотрели друг на друга, изображая из себя удивление, и весёлое неверие услышанному .
- В смысле, парни ?! Вы, что/!/, хотите сказать, что дескать-якобы, так захотели рисовать, что аж - расстроились до невозможности ? И это - всё? А вы - ничего не забыли? Вадик, братуха - вы, чё так нас пугаете ? - с появляющейся иронией в глазах и поглядывая на Е.П., то ли спросил их, то ли возмутился Зубов Сергей, и переступил с ноги на ногу.
- Да-а-а, парни...Ну, вы - даёте. И в чём же, здесь, тогда - прикол, а ? - с прорывающейся иронией, авторитетным баском поддержал его Е.П. и с психологическим облегчением, обопёрся локтём на стоящего рядом гимнастического козла.
- А что - этого, мало, Серёга ? - с интеллигентной, трагической интонацией в голосе, ответил им Вадик.
- Ну-у-у, в общем-то - немного. А больше, с вами, точно - ничего не случилось ? А то - видон-то у вас - какой-то...нездоровый, парни...,- уже, с откровенной иронией в голосе, продолжал Сергей и тоже, подойдя к гимнастическому козлу, так же обопёрся на него локтём, только с другого краю от Е.П..
- Какой-такой - нездоровый ? Нормальный у нас вид, Серёга. Да - Вить ? - возмутился Вадик и ища поддержки своих слов, по-дружбански, не сильно, толкнул Зубермана локтём в бок.
- Вообще - чёткий...- безапелляционно выдохнул дантист Зуберман и завалился противоположным, своим боком на гимнастического коня, но, тут же, оттолкнулся от его дермантиновой поверхности, и восстановил своё, сидячее положение, обхватив другой своей рукой Вадика за плечи.
- Ну-у, то что - чёткий, это мы, уже поняли. Хе-хе. Просто, вы были только что, как буд-то бы, убиты чем-то насмерть. Типа, у вас - беда, горе, понос, хе-хе-хе, золотуха, голод, обокрали, обосра...- уже откровенно иронизировал над ними Зубов Сергей, - Да - Палыч?
- Да - Сергёга.Как буд-то у них дом сгорел, а вместе с ним - все деньги. Ха-ха-ха...- продолжил издевательскую веселуху Сергея, Е.П.
- А ты - не догадываешься в чём дело, да - Серёга ? Жень, ты, тоже - не врубаешься? - как настоящий поэт с трибуны, не сдавался Вадик, добавляя к интеллигентной трагичности в своём голосе, ещё и интеллигентную обиду.
- Я - нет. А ты - Палыч ? - ответил ему Сергей, из-за всех сил сдерживая своё лицо, некорретно расплывающееся в улыбке, которая сейчас, судя по интонациям в голосе Вадика, была не к месту и посмотрел на Е.П.
- Можь, они, просто - обкурились ? Да? Я - угадал, парни ? - высказал своё предположение Е.П. и вытянув свои губы в трубочку, помахал им ладошкой, как буд-то он с перрона прощался с уходящим поездом.
- А-а-а... Так вот, где здесь, собака-то живёт. Вас просто - прёт, да? А то - рисовать, рисовать.- опять, во весь рот заулыбался Сергей и по педагогически, погрозил им указательным пальцем,- признавайтесь, господа, это - правда? Вы - просто, обкурились? 
- Ну, так-то - да. Мы - признаёмся. Нас - чуть-чуть прёт. Так - местами. Но главное-то - другое. Мы, правда, хотели шедевр свой закончить. Помнишь, мы его начинали рисовать у тебя - месяц назад. А сейчас у нас появились свежие мысли и концепции, и мы пришли, а тут вы - рисуете.- не стал отпираться Вадик, и заодно, выложил ему настоящую причину их грусти, и печали.
- Да-а-а! У нас - свежие мысли есть и мы хотели их...Ик-ик! - вступил в разговор Зуберман, но прервался и громко икнул,- Но, кажется, что мы - опоздали...Ик-ик! Вы уже, его нари...Ик-ик!
- В смысле ? - в голос ответили им Сергей и Е.П. и посмотрели на них с претензией.
- В смысле, вы же, его, уже - рисуете. Наш шедевр. Икк! - борясь с икотой, продолжил Зуберман.
- А это - наш, с Женей шедевр. Ваш - в коптёрке стоит. Идите за ним, несите сюда и рисуйте сколько хотите,- ответил им Зубов Сергей и оторвавшись от гимнастического козла, пошёл в сторону своего шедевра.
- Так, эта картина - не наша ?! - вслед ему, хором крикнули удивлённые и обрадованные Вадик и Зуберман.
- Эта - нет. Эта - наша с Палычем. Но если хотите, мы можем взять вас в соавторы, господа - художники со свежими мыслями, хе-хе-хе, - обернувшись к ним, ответил Сергей,- И вообще,- он показал пальцем на гимнастического коня, на котором они сидели,- Эта лошадь сдохла - слезайте. Палыч - пойдём рисовать. Ну их - в баню...

продолжение следует.