Однажды, летом

Потому что, разглядывая после своего нелёгкого подъёма на холм всю эту тропическую сказку и определив по Солнцу примерное время, парни пришли к выводу, что настала пора
отобедать на вершине холма.
- Такое не часто бывает, Игорь... Буквально - раз в жизни....
- Ты о чём, Серёж?
- Ну - водопад, пальмы, виноград, вино, виски, сигары и обалденная погода....
- Круиз, кораблекрушение, шторм, берег или остров, Серёга. Давай, открывай вино лучше.
- Какое изволите, сударь?
- А изволю я, пожалуй, вот это, сударь.
- Отличный выбор, сэр. Вы не пожалеете. Вот увидите, в ней литр отличнейшего вина.
И Сергей вытащил из деревянных ножен свой рыбацкий нож, и очистил им горлышко зелёной, и пузатой бутылки от наростов времени, и сургуча.
После чего, ввинтил в пробку бутылки штопор своего складного ножика, и пару минут понапрягавшись, отдал бутылку Игорю.
- Ваша попытка, сэр.
- Давай, салага. Учись.
Но Игорь тоже не смог вытащить пробку из бутылки.
Они посмеялись над этим фактом и порешили, что пришло время "по-гусарски", то есть ножом отбить горлышко у этой бутылки.
Так они и сделали.
И первым это решил сделать Игорь.
Он вытащил из ножен свой кортик и прицелясь, ударил им кончику горлышка бутылки.
Но бутылка никак не отреагировала на это.
Игорь ударил ещё раз и опять никакой реакции со стороны бутылки.
С удивлением посмотрев на кортик, Игорь отдал бутылку Сергею.
Сергей взял в руку свой увесистый и солидный, рыбацкий нож, и прицелясь, ударил ножом по горлышку под самую пробку.
От горлышка бутылки отлетел его верхний край и из бутылки выплеснулось немного красного вина.
Почувствовался слабый, но терпкий винный запах.
- Давай бокалы, Игорь. Понял как раньше гусары открывали бутылки?
- Да, Серёга. Рыбацкими ножами из деревянных ножен. И именно поэтому, они не сдавали свои бутылки в магазин.
- Кто? Гусары? Гусары не сдавали бутылки?
- А ты думаешь - сдавали?
- Я думаю - да... И бутылки, и пустые банки, и металлолом, и макулатуру. Они же - гусары, Игорь. Ты - чё?
- Да я-то - не чё. Ты, наливай! Гусар, твою мать.
И Сергей налил полные пластиковые стаканчики вина и они ещё раз, но уже в полном объёме, почувствовали его неземной, как им показалось, запах.
Парни взяли в руки свои стаканчики, поднесли к своим лицам и стали глубоко вдыхать запах вина.
- Обалдеть....
- Пи...дец...
Они беззвучно чёкнулись и выпили по полстакана.
- Сильно......
- Пи...дец...
Целый час умиляясь и восхищаясь, друзья восторженно пили изысканное, с их точки зрения, красное вино, которое, как выяснилось в процессе очистки бутылки от временного покрытия, было испанским, одна тысяча восемьсот девяносто девятого года выпуска.
И один этот факт уже заметно кружил им головы.
- Люблю - Испанию... А-а-а-а-а.....
- Люблю Испанию и испанок, которые собрали виноград для этого вина... А-а-а-а.... 
Вместе с вином они ели бананы и виноград, курили советский "Космос" и обсуждали свой дальнейший, сегодняшний маршрут и насущную необходимость, всё ж таки поймать, застрелить и съесть, хотя бы одного поросёнка, или хотя бы какую-нибудь птицу.
При наличии оружия это становилось вполне реальным делом.
Плюс ко всему свиньи здесь не были редкостью, так как они дважды видели небольшие группки свиней, когда подымались наверх холма, и ещё раз десять глядя в бинокль и намечая свой маршрут.
Ну-а птицы, так вообще, водились здесь повсеместно.
Правда, с птицами была одна загвостка - в них надо было попасть с пистолета, в чём парни немного сомневались.
В конце концов, допив своё благородное испанское вино, парни аккуратно поставили пустую бутылку с обрубленным горлышком возле крупного камня, собрали вещи, надели на себя рюкзак и сумку, взяли в руки свои копья, нашли звериную тропинку, ведущую вниз, и стали по ней спускаться вниз.
Спук оказался не таким напряжённым как подъём, даже весёлым, но главное - быстрым и не таким экстримальным.
Минут за пятнадцать, они благополучно спустились с холма, подошли к неширокой речечке, вяло текущей после водопада в океан и увидели, что она в принципе неглубокая.
Что самый большой её максимум был примерно Игорю по пояс и чуть ниже Сергею.
А вода в ней просто обалденная - чистейшая, в меру тёплая, и в меру прохладная.
И парни, тут же скинув с себя всю свою поклажу, с огромнейшим удовольствием после потного, пыльного, и напряжённого покорения первого холма, зашли по колено в эту реку, и стали полоскаться, и пить её воду.
Потом, они набрали свежей воды в канистру и переложив из карманов своих брюк все нужные им вещи в сумку, не торопясь, перешли эту речку вброд, попутно удивляясь обилию любопытных, ярко-красочных рыб.
А выйдя на противоположный берег, они с удивлением обнаружили на берегу такое же обилие небольших, с ладошку, красно-оранжевых крабиков.
Дело в том, что вчера, идя по песчаному берегу вдоль океана, они вспоминали о крабах и  даже специально высматривали их по сторонам, но так ни одного и не увидели.
А тут такой же песок, а крабов несколько сотен.
Но они не стали их ловить, так как собирались уже взобраться на второй, более высокий холм.
Поэтому, перекурив возле его подножья, они, как сказал Сергей, пошли его "покорять".
Для этого они снова  нашли тропинку и петляя между деревьями, кустами, травой, и камнями, цепляясь руками, и ногами за эти деревья, кусты, траву, и камни, опять, метр за метром, стали уверенно подыматься вверх.
Второй холм хоть и был повыше первого, но был более пологим, и удобным для подъёма.
И их восхождение продвигалось значительно быстрее, чем на первый холм.
Да и к тому времени они уже приобрели определённый опыт хождения по узким, неказистым тропкам, проложенными разными, небольшими животными.
Но во время подъёма появился один неинтересный момент.
Дело в том, что когда они спустились вниз с первого холма и затем находились между холмами, то слышали шум только того водопада, который видели.
Возможно, что конечно с небольшим добавлением от того, который пока не видим, но главное, что они могли при этом относительно более-менее спокойно разговаривать и всё слышать.
Но, чем выше они поднимались на второй холм, тем громче становился шум падающей и бурлящей воды, и метров за десять до вершины этот шум стал таким громким, и плотным, что они стали кричать друг другу в ухо.   
Второй не совсем приятный момент наступил тогда, когда парни поднявшись на каменистую вершину холма, взглянули с него вдаль.
От увиденного они глубоко и откровенно разочарованно громко вздохнули .
Земля, которую они всё же надеялись увидеть безконечной, заканчивалась буквально через три или четыре километра, а за ней начинался бесконечный океан.
Но зато, они наконец-то увидели реальный источник волновавшего их целые сутки шума, который сейчас заглушал все остальные звуки на свете. 
Это был ещё один водопад.
В метрах пятидесяти-семидесяти направо от них, зажатый с двух сторон одинаковыми примерно по высоте холмами и распадающийся на четыре самостоятельных потока, надрывно ревел во всю свою мощь громадный, и нескончаемый водопад.
Откровенно купающийся в своём великолепии и величии, он завораживал взгляд и заставлял любоваться собой.
С его вершины, рассечённой тремя огромными, каменными пиками, падали четырьмя взрывающимися потоками безконечные тонны воды, гудя беспрерывным рёвом дикой природы, и окутывая всё вокруг радужным облаком разноцветных капель, образуя в последствии небольшое озерко как бы кипящей воды.
И над этим озерком то и дела возникали, и потом куда-то пропадали маленькие, скоротечные радужки.
Водопад был метров сорок в высоту и примерно столько же в ширину, и внизу его, только что упавшая с высоты вода, буквально кипела и пенилась метров на пятнадцать во все стороны от него.
Потом, вода постепенно успокаивалась и текла до самого океана ровной, прозрачно-голубой речушкой, создавая собой уютную, метров сто в длину, неширокую бухточку пресной воды.
А напротив них, метров через сто пятьдесят по прямой, возвышался ещё один холм, который был чуть пониже того, на котором они стояли сейчас.
Вершина холма с которого они сейчас смотрели во все стороны была не так уж сильно, относительно его склонов, покрыта растительностью.
Здесь, как и на первом холме, наверху было много крупных камней, и мало кустов, и травы, но зато были деревья.
Вокруг парней, между камнями росли, как они предположили, хлебные деревья, на которых было полно удивительно крупных, жёлто-коричневых плодов.
Это была целая хлебная роща, которой парни и удивились, и обрадовались одновременно.
Вчера, пройдя вдоль берега столько километров, а так же на первом холме, они не встречали таких деревьев.
И поэтому, подняв с земли по одному самоопавшему недавно плоду, они почистили их и обливаясь соком, стали тут же пробовать эти плоды.
продолжение следует.