Кабанчик

Кабанчик

Как же хорошо было кабанчику, когда он прижимался к теплому боку своей матери и сосал ее молоко. А наевшись, довольно похрюкивая, вволю резвился со своими братьями и сестрами!

Но однажды детский мир кабанчика рухнул. Пришли какие-то страшилища и сунули его в темный мешок. „Мамка! Чё они! Чё! Мамка!“ – отчаянно завизжал кабанчик – „Ничего! Ничего! Сейчас вам моя мамка всем задаст! Она сильная!“ – испуганно грозил он из кромешной темени. Но мамка почему-то не спешила на выручку. Его страхи, как и путешествие в мешке, оказались недолгими. Кабанчика вытащили на свет божий и пустили в просторный сарай. Он пометался, пометался по помещению. Поорал, поорал до хрипа в горле. И вконец утомившись, рухнул на постеленную в углу солому.

Утром страшилища налили в лохань еды. Голодный кабанчик сразу принялся за дело. Потом последовал роскошный обед и не менее сытный ужин. „А здесь ничего, жить можно! И не такие они ужасные!“ – подытожил день кабанчик, засыпая с набитым желудком.

Потянулись вереницей дни, мало чем отличимые один от другого. Он не мог пожаловаться на питание или уход. Потихоньку привык и к двум страшилищам. Одного стал называть теткой, а другого дядькой. Те тоже обращались с ним ласково и называли Борькой. „Ну, Борькой, так Борькой! Лишь бы лохань не забывали до краев заполнять!“ – милостиво разрешил он.
 
Как-то кабанчик привычно увидел дно лохани. И ощутив привычную тяжесть в животе, собирался немного вздремнуть. Вдруг скрипнула дверь. Он встрепенулся - „Закрыть, что-ли, забыли?! Не залез бы кто?!“  Осторожно подкрался к двери и сунул свой пятачок в щель, посмотреть что там?! А там цвела и пахла майская природа. Кабанчик охнул от открывшейся красоты, и даже сам не заметил, как выбежал в огород. Набродившись по зеленым грядкам, уткнулся в высокий забор. „Ага! стена! А дальше что?!“ – он пробежался вдоль забора и только в самом конце его нашел небольшую брешь, там отсутствовала доска. „Выбраться, что-ли?! Посмотреть, что дальше! Может, мир за забором много лучше и сытнее! А может… Вообще, кончается?!“ – долго колебался кабанчик. Любопытство все же взяло верх, и он храбро прыгнул в неизведанный мир.

Новый мир встретил его деревенской дорогой. Потрусив по ней, он увидел старого борова, рывшегося в канаве. „Здравствуйте, дядя боров!“ – вежливо поздоровался кабанчик. „Здравствуй! Здравствуй юноша! На волю что-ли, вырвался или только погостить  собрался?“ – между делом спросил боров. „А что такое воля?“ – поинтересовался он. „Воля! Это сладость свободы! О которой многие мечтают, но мало кто уживается с ней,  как со сварливой женой! Хотя она всегда рядом. Вон в лесу, за мостком!“ – прохрюкал боров и принялся рыться в грязи дальше. „Воли, конечно, хочу воли!“ – возликовал кабанчик и побежал к мостику. А вот и загадочный лес! Он тепло встретил кабанчика мягкими травами, свежими корешками и новыми запахами. Когда светило доброе солнышко, кабанчик резвился, гонялся за бабочками, слушал пение птиц. Даже пробовал на вкус зацветающие ягоды и прошлогодние плоды. Лес был не дремучим, тут и там валялись различные обрывки газет и цветных журналов. И кабанчик с интересом рассматривал скомканные отрывки ему совсем неведомой жизни.

Но внезапно спряталось солнце. Резко потемнело. Кабанчик по-настоящему испугался. Появились какие-то порождения ночи. Они громко ухали и страшно рычали. Кабанчик забился в кусты и продрожал до рассвета. Выбрался он, когда совсем рассвело. Вместе с утренней росой мгновенно улетучился страх. Но на освободившееся место пришел сильный голод. Разных несозревших ягод и прочих деликатесов на любителя, что-то не хотелось. Хотелось просто жрать! И он, подражая дяде борову, принялся ковыряться в земле. Правда, без особой сноровки, голод утолялся как-то с неохотой…

Через несколько дней, сильно отощавший кабанчик случайно оказался у тех же  мостков. Вдали виднелась деревня. Повеяло родными запахами. Даже померещилась полная лохань еды! Ноги сами понесли его, но теперь обратно. „ А может, тетка с дядькой меня простят?! А на волю я еще успею вернуться! Потом…“ – убеждал сам себя кабанчик.

„Нагулялся уже?“ – спросил его, там же лежащий дядя боров. „Да, я только отъемся немного и снова в дальний путь…“ – хотел было ответить он, но услышал радостное – „Борька! Борька вернулся!“ - это тетка уже спешила к нему.
Его совсем, совсем не ругали за побег, а наоборот, напоили и накормили до отвала.

Жизнь быстро вошла в свое привычное русло. Борис все меньше и меньше вспоминал про свои мечты о жизни на воле. Да, и когда вспоминал, старался отмахнуться от них, как от назойливых мух. Он сильно вымахал, растолстел. Характер его тоже испортился. Если что-то не нравилось, он принимался противно визжать! Сучить ногами! Рылом переворачивать лохань! Гадить, где попало! И по тому, как за ним тщательно убирали и ухаживали, приходил к логичному выводу, что, пожалуй, хозяин здесь он!

Однажды Борис увидел сквозь тусклое оконце сарая необычную картину – Холодные хлопья медленно падали прямо с неба и бережно укрывали огород белым, пушистым одеялом. „Хорош был бы я, останься в лесу до сих пор! Замерз бы, наверное…“ – с грустинкой отметил он.
 
Вскоре к нему завалилась целая делегация с дядькой во главе. Все принялись говорить ласковые слова и чесать Борису за ухом. „Ну, чего надо, приперлись, чего!“ – хрюкал он, довольный таким большим вниманием к себе. И тут кто-то ударил его огромным ножом! Прямо в грудь!
 
„АААААААААААА!“ – истошно завизжал кабанчик от такой подлости и легко раскидал державших его. „АААААААААААА!“ – продолжал вопить он и щедро плескал кровь на свежевыпавшей снег. „ААААААААААААА! На волю…“ – хрипел он, захлебываясь кровавыми пузырями. Из последних сил кинулся к спасительной дыре. Но дыра в заборе оказалась настолько маленькой, что кабанчик засунул в нее только свое растолстевшее рыло. И тут силы окончательно покинули его. „Мамка! Чё они! Чё! Мамка! Больно! Чё они меня мучают!“ – только тихо выдохнул кабанчик.

Но в этот раз кабанчик услышал откуда-то сверху – „Это кто там моего сынка посмел обижать?“ „Мамка! Мамка!“ – закричал кабанчик, но уже от радости и бросился к ней. Они встретились и, повизгивая, терлись пятачками! „Вырос! Вырос, как ты у меня! Не бойся! Теперь тебя никто не посмеет обидеть!“ И кабанчик, как когда-то, давно-давно, прижался к ее теплому, родному боку. И они поспешили в свой рай!

Сало вышло из Борьки просто отменное! А с квашеной капустой, солеными огурчиками, да под крепкую водочку – вообще, не  описать словами, так вкусно и здорово! Особенно аппетитна была широкая мясная прослойка. Память о блужданиях кабанчика! Недолгая память о всей его Воле!


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.