Вы слыхали ли о точке опоры?

ABRAXAS

Вы слыхали ли о точке опоры,
Нужной, Землю сдвинуть чтоб, Архимеду?
Если да, друзья, услышите скоро
Вы про лебедя сказанье и Леду.
Эта Леда была Спарты царицей
И супругою царя Эбалида.
Надо ж было с ней такому случиться,
Знать, по воле Афродиты Киприды!
С ней случилось то, что позже, и с риском
Заклейменными быть званьем "урода   
От науки", все уфОлоги близким
Назовут контактом третьего рода.
Годы мчатся, лето лето сменяет,
Только Леда остается бесплодной.
Спарты царь свою супругу ругает
И готов с ней сделать все что угодно.
Ждет наследника престола он, сына,
От супружницы во что б то ни стало.
Одолела Леду злая кручина,
Даже есть она и пить перестала.
Вот покинула в печали и в горе
Крепкозданный дом супруга царица,
Слёз пролив пред этим целое море,
На заре, чтобы в реке утопиться.
А река Эврот приветливо плещет
И журчит, распространяя прохладу.
Леда в страхе перед смертью трепещет.
Надо ей топиться или не надо?
Сняв хитон и обувь, села на трАву.
Все никак на смерть не может решиться.
Но, суровые спартанские нравы
Вспомнив, все-таки решила: топиться!
Только в реку собралась прыгнуть Леда,
Прямо в омут чтоб уйти с головою,
Как (пророча Трое с Грецией беды)
Лебедь выплыл ей навстречу. Их двое
Было лишь в то достославное утро
На брегу Эврота. Зевс Громовержец
Поступил, послав ей птицу, и мудро,
И обдуманно весьма. Миродержец
Уж давно замыслил Трою с Элладой
Покарать за их грехи и пороки.
Только повод лишь найти было надо -
И нашел его. Да, боги жестоки
И карают до седьмого колена
Род людской, искореняя пороки
(Безуспешно, впрочем - ведь неизменно
Люди вновь грешат). Плескались в потоке
Рыбки быстрые, резвясь, златобоки,
Поднимая серебристую пену. 
В камышах, среди зеленой осоки
Преклонила молча Леда колена
Перед лебедем. А он неотрывно
На нее глядел. Янтарное око
С черной точкою зрачка его дивным
Показалось ей (на вставшую боком
Он смотрел на четвереньки царицу,
Опустившую главу к водной глади -
Ведь глаза его, как у всякой птицы,
Сбоку расположены, а не сзади
И не спереди - так, как у царицы,
У собаки были или у кошки!).
В тыл зайдя царице, на ягодицы
Лебедь ей поставил черные ножки,
Что, как будто два царица прекрасных
Полушария из кости слоновой,
К солнцу подняла. Она сладострастно
Отдалася ощущениям новым.
Опираясь на колени и локти,
В первобытной стоя позе звериной,
Ощутила Леда лебедя когти,
На себе, призывно выгнувши спину.
Цепко кОжистые лебедя лапы
Им распяленную Леду держали.
Лебедь стал входить в нее тихой сапой,
Леды бедра все сильнее дрожали
Мелкой дрожью, и бежали мурашки
По атласной, нежной Лединой коже -
Эта мУка показалась ей тяжкой
И жестокой, но и сладостной тоже.
Он все чаще бил в нее, как тараном
Бьют в ворота осажденного града,
Смята, сплющена таким ураганом,
Леда вскоре запросила пощады.
Но ведь лебедь - это все-таки птица,
Речи эллинки ему непонятны,
Продолжал он над царицей трудиться -
Было ей мучительно и приятно.
И она, подобно скифскому луку,
Изгибаясь в ритме страстном и диком,
Испытала столь блаженную муку,
Что, забившись, изошла с громким криком.
Ей казалось, что она улетает
Птицей ввысь от этой сладостной муки,
И кричала она, что умирает,
И кусала в наслаждении руки.
Стала лебедя рабыней царица,
Будто вывернута им наизнанку.
Он, раздвинув властно ей ягодицы,
Проникал внутрь самой узенькой ямки.
Волны дрожи все сильнее катились
По спартанки распростертому телу,
Пальцы судорожно в землю вцепились...
Влив в нее посев свой, прочь улетел он.
Долго Леда не решалась вернуться
В мужнин дом после такого событья -
Согласитесь, впору было рехнуться -
Ведь не так-то часто с птицей соитье
Происходит у привыкших к рутине
Представительниц прекрасного пола
(Ну, с ослом бывает - этой скотине
Отдавались жены ради прикола;
Ну, с козлом - такое тоже бывало,
Иль с полукозлом, ну, то есть, с сатиром,
Или, скажем, с жеребцом; кому мало
Жеребца - с кентавром; Древнего мира
Две красавицы в далекие годы
Отдались - я разумею Европу
С Пасифаею - по зову природы
И души быкам, а кто-то - киклопам)...
Наконец решилась Леда вернуться
В дом царя после той встречи ужасной.
К ней лишь стоило тому прикоснуться,
Как царица оказалась непраздной!
Свив тайком гнездо в укромном местечке,
Тайно там снеся четыре яичка,
Высидев их потаенно у речки
(Из них вылупились враз две сестрички
И два братца), Леда снова снискала
Благосклонность у супруга и милость,
Хоть потом немало слез проливала -
Но на то, что с ней потом приключилось,
С ее дочкою Еленой Прекрасной,
Погубившей крепкостенную Трою,
И судьбину всей Эллады злосчастной,
В новой песне я глаза вам открою.