Критический момент

Есть дни, которые хочется вычеркнуть из памяти, как ненужную страницу из тетради. Этот день, суббота, стал для меня, Сергея Россина, студента географического факультета, настоящим кошмаром. Я люблю своё хобби — иногда подрабатываю с братом на стройке, но не в роли строителя. Мы разрушители. Дайте мне кувалду, и я покажу, что такое настоящий разгром! А ещё у меня есть девушка, Инна — русая, миниатюрная, но жутко капризная особа. И всё равно я её люблю.

На нашем факультете тридцать отъявленных бездельников, которые только и делают, что деградируют. Но есть и три нормальных парня: Олег, Михаил и Хун Тунд. Хун — китаец, и если он вас поймёт, считайте, что вам повезло. В будни мы отдыхали, а университет решил перенести все занятия на субботу. Утром пришли немногие — многие просто проигнорировали решение декана. Из группы явилось человек двенадцать. Аудитория на шестом этаже нашего огромного и престижного университета выглядела как крепость, но пять пар подряд в тёплый майский день — это перебор.

— Пировет, друга! Как зизнь? — Хун поздоровался, будто с горячей картошкой во рту.

Я кивнул парням и плюхнулся на своё место.

— Хун, ты просто так не здороваешься. Что тебе надо? — я знал, что он работает на рынке, продаёт всякую ерунду. Не просто китаец, а настоящий коммерсант, впаривает товар всем подряд в универе.

— Купи пиррикурку дёсиво! Всиго за три пяцота! — выпалил он.

— Хун, ты давишь на меня! Нахрена мне твоя куртка? — я начал закипать.

Тут подскочил Олег, рыжеволосый парень с руками-вёслами и весьма влиятельными родителями — его отец мэр нашего города. Он похлопал Хуна по плечу.

— Ну, ты же знаешь, Серёга, Хун у нас по обмену, ещё не акклиматизировался!

— Спасибо, друга Олег! Ну так чё, купишь пирикурка? Или трусы ннада? — не унимался Хун.

— Убери его от меня! — рявкнул я.

Михаил, как всегда, опаздывал. Кудрявый, вечно похмельный, он мечтал завязать, но, кажется, это была пустая затея.

— А ты ещё не завязал? — подколол Олег. — Люди в твоём возрасте только начинают, а ты уже со стажем!

— Ой, Олег, не гунди, и так голова раскалывается, — Михаил проглотил таблетку пенталгина, морщась.

Я развалился на стуле.

— Слышали, в столовой сегодня рассольчик вместо компота!

Тут вошла моя принцесса — Инна, не особо весёлая с утра. Если бы я был деканом, ввёл бы для неё послеобеденное обучение.

— Опять заснула на плюшевом медведе? — улыбнулся я, но, заметив её хмурый взгляд, быстро извинился.

Пары на географическом факультете тянулись бесконечно. После занятий нас оставили на собрание — нужно было сдавать деньги на какие-то нужды.

— А нельзя просто сдать деньги и по домам? Уже темно, домой охота, — возмутился Олег, наш мажор.

— Нет, дорогие друзья, всё должно быть официально, — непреклонно заявил преподаватель Антон Петрович.

На улице стемнело на редкость быстро. Демагогия про устаревшие аудитории, компьютеры и паркет растянулась на три часа.

— Друга, Антон Пьетровитс, мне уже на рынок пора! — Хун не выдержал.

— Сиди! Никто твои пуховики без спросу не унесёт, — отрезал преподаватель.

— Ты чё, васе сума сошёл? Кто будет моих детей корсить? Ты, что ли, куня? — Хун разошёлся, будто я оказался в центре базара, где тебе впаривают шмотки.

— У нашего восточного друга нервы сдали? — хмыкнул Михаил, без остановки глуша газировку.

Меня приспичило. Отпросившись, как школьник, я вышел из аудитории. Туалеты внутри закрыли из-за санитарной чистки, и я направился к старому уличному сортиру, построенному ещё при закладке фундамента университета для гастарбайтеров.

Вернувшись, я замер у входа. У здания стояли чёрные затонированные фургоны и автобусы. Внутри — хаос. Куча омоновцев с немецкими овчарками, все с оружием, заламывали руки преподавателям и студентам, которые отказывались подчиняться.

— А что случилось? — робко спросил я.

Ко мне повернулся мужчина, вооружённый до зубов, в бронежилете.

— Парень, иди в свою аудиторию. Мы — государственная антитеррористическая организация.

— Какого чёрта? Здесь есть террористы? — любопытство взяло верх. Не каждый день такое увидишь в родном универе.

— Парень, мне придётся тебя нейтрализовать, — отрезал он.

Я не дурак, решил вернуться к своим, но ради приличия прихватил плохо лежащий рюкзак одного из омоновцев. В аудитории мои друзья сидели перепуганные, жалея, что пришли учиться в субботу.

— Хорошо ты вышел, Серёга! — нервно сказал Олег, щёлкая зажигалкой.

— Эти боты — антитеррористы, но что-то я им не верю. Они мутят какую-то дрянь, — я поставил рюкзак на стол. — Миха, выкати наш телевизор, надо кое-что проверить.

Михаил достал из шкафа университетскую плазму, я нашёл в рюкзаке пульт, тонкий приёмник, похожий на DVD, зарядки для телефонов и два пистолета — электрошокер и транквилизатор.

— Ты думаешь, это стандартный набор антитеррориста? — спросила Инна, хмурясь.

— Не знаю, что они обычно делают, это же засекреченная организация. Подключим к телеку, — ответил я.

Хун всё ещё дулся из-за рынка и, кажется, не вникал в происходящее. Мы включили телевизор, подключили приставку. На экране началось видео: как нейтрализовать противника, проводить экспериментальную программу по выявлению и уничтожению врагов, как пытать…

— Это что, нас как подопытных свинок сейчас прошьют? — Михаил схватился за свои кудри, нервно расхаживая.

— Друга, тё васе происхотит? Щто им надо? — очнулся Хун, в нервозе мял пачку доширака. — Простите…

— Серёга, парень долго не протянет. Надо устроить план побега из этой тюрьмы, — Михаил был настойчив.

— Говорил я родителям, университет — зло! — Олег потёр затылок и взял электрошокер.

Дверь открылась, вошёл мужчина в бронежилете.

— Мне нужна одна девушка. Эм, вот вы! — он указал на Инну.

— Эй, ты не ушибся головой? Я её не отпущу! — я вскипел. Не каждый день у тебя отбирают девушку, да ещё человек с оружием.

Вояка молча схватил Инну за руку и потащил в коридор. Парни держали меня, чтобы я не натворил глупостей. Но я собственник, и это он зря…

— Всё, всё, парни, я спокоен. А ну пошли вы нахрен! — вырвавшись, я схватил табуретку и рванул за ним. Потом всё как в тумане. Парни позже сказали, что я подпрыгнул и в воздухе вломил табуреткой по голове парня в бронике. Тот сразу отключился.

Мы с Олегом затащили тело в аудиторию, привязали к стулу скотчем.

— Ну и что дальше, опер? — Михаил дыхнул перегаром в лицо бедолаги. Тот очнулся.

— Нужно узнать их планы, но как? Их хорошо готовят к таким ситуациям, — задумался я.

— И ни нато думать, Сегей! Моя отсец был китайским военным, я знаю, как питать его! — Хун отбросил пачку доширака, взял швабру и ножом настругал щепок. — Дайте его пальци!

Мы опешили. Наш спокойный Хун оказался настоящим пытальщиком!

— Всё, всё, ребята, я скажу! Только не подпускайте этого узкоглазого! — завопил бедолага. — Вы правы, мы отрабатываем экспериментальный вариант против террористов на вас. Потом всё свалим на пожар или ЧП.

— Это законно? Можешь не отвечать, придурок, тебе и твоим дружкам крышка, — я был вне себя и с радостью вломил бы ему ещё раз.

— Мы делаем это не в первый раз. Президенту плевать, главное — качественная работа, — после этих слов он получил мой удар по морде.

— В шкаф его! Дальше действуем по обстоятельствам, — скомандовал Олег.

— А что наш мажорик раскомандовался? Даже папочка не поможет! — возразил Михаил, встав в бойцовскую позу.

— Да пошёл ты, алкоголик! — огрызнулся Олег.

— Постойте, ребята! Наш враг — не мы друг другу, а эти ублюдки. Прячем тело и думаем, как выбираться, — вмешался я.

Мы спрятали тело в шкаф, но тут вошёл второй. По рации на его поясе кричали: «Где Дэн? Найти Дэна! Всё должно пройти чисто!» Мужчина огляделся.

— Что здесь происходит?

И, как назло, из шкафа выпало тело.

— Друга, пирикурку купишь? — Хун попытался отвлечь.

Инна набросилась на мужика сзади, Миха держал ноги, а мы с Олегом обстреляли его из транквилизатора. Мужчина заснул — доза могла уложить слона.

— Серёга, мы не герои. Нам повезло с двумя, но их будут искать. Внизу ещё двадцать человек с собаками и оружием, — пожаловался Олег.

— Ты прав, нам нужно подкрепление и СМИ, — задумался я.

— Други, я позвать своих! Они тут сделать — Хун что-то выпалил, но мы ни слова не поняли.

— Олег, звони отцу. Он сможет вызвать репортёров? — предложил я.

— Не выйдет. Мы поставили глушилку для телефонов, — промямлил сонный омоновец.

В окно тоже не вариант — шестой этаж не шутка.

— Но цирк никто не отменял! Можно переодеться в этих МЧСников, — предложил я.

— Сергей, и кто будет счастливчиком? — спросил Михаил.

Переоделись мы с Михаилом — одежда более-менее подошла. Выйдя из аудитории, Миха сразу признался, что ему стрёмно.

— Миха, мы их сделаем. Не на тот факультет нарвались! Надень респиратор, так точно не узнают, — подбодрил я.

Олег был прав: внизу творился хаос. Территорию оцепили, куча людей в броне, собак, все напуганы. Похоже на захват заложников террористами.

Вдруг закричала девушка — сестра Михаила. Он не удержался, набросился на одного из омоновцев, и нас завалили. Мы оказались пристёгнутыми наручниками к батарее.

— Прости, Серёга, просто… — начал Миха.

— Не оправдывайся. Я понимаю, сам бы сделал так же. Знаешь, хотели они террористов? Я сделаю настоящего террориста! — огрызнулся я.

Вошёл бородатый мужчина в гавайской рубашке и очках, копия Вассермана.

— Ребята, вы в кого решили поиграть? Здесь работают профессионалы, — сказал он с усмешкой.

— Слушай, придурок, если с моей сестрой что-то случится, я на тебе потопчусь вот этими бутсами, — Михаил был в ярости, я такого его ещё не видел.

Бородатый улыбнулся.

— Да что ты можешь, студент? — Он кивнул охраннику. — Отведите их в автобус. Они нарушили порядок. Изолировать.

Я сообразил, что трубы старые, с основания университета их не меняли. Хорошенько дёрнул — кипяток под напором хлынул в глаза охраннику. Мы свободны! Михаил не медлил.

— Ну, чё, старикан, поехали в ад? — Миха втоптал бородатого в землю, а охранника мы вырубили.

— С него хватит, Миха. Надо устроить маленькое шоу, — сказал я. В детстве я любил всё взрывать и поджигать, и сейчас это пригодилось.

Мы подкрались к автобусам антитеррористов. Нашли пять канистр с бензином — больше и не надо. Когда я видел счастливое лицо Михаила, обливающего бензином всё на своём пути, мне стало немного жутко.

— Давай бухнем здесь всё к чёртовой матери! — прокряхтел он.

— Сейчас, я приманю побольше, — я двинулся к входу, но Миха остановил.

— Давай я! Ты сообразительнее, а я, как всегда, накосячу.

— Миха, ты что-то недоговариваешь. Зачем разум, чтобы просто вовремя поджечь эти чёртовы автобусы? — возразил я.

Но он стоял на своём. Мой совет: не спорьте с алкоголиком — гиблое дело.

Я затаился с турбо-зажигалкой. Михаил подошёл к входу, поднял руки и закричал:

— Эй, чокнутые, сюда! Я завалил вашего профессора!

На удивление, выбежали все. Миха продолжил:

— Бегите за мной, а то я с этого телефончика позову репортёров, и пиши пропало!

Он рванул к автобусам, за ним — вся бригада маски-шоу. Самое время! Я поджёг лужу бензина. Огонь мгновенно перекинулся на автобусы, добрался до открытого бензобака. Взрыв! Антитеррор весь в огне, горящий бензин плавил бронежилеты. Остальных мы добивали чем попало. Они особо не сопротивлялись. После такого шоу приехала полиция, не знавшая ни про какой антитеррор, пожарные и, главное, местные новости — прямой эфир!

Я быстро снял костюм, иначе меня бы забрали с этими обожжёнными ряжеными. Но где Михаил? Его заламывали полицейские.

— Постойте, ребята, он студент, могу доказать! — крикнул я.

— Ага, берите меня! Я от водки не сгорел, а от вашего пиротехнического шоу — тем более! — возбуждённо орал Михаил.

Проверили паспорт и отпустили. Я вытер сажу с лица. Кто-то накинулся на меня сзади. Ложная тревога — это Инна!

Скажу я вам, это самый хреновый субботний учебный день в моей жизни!

— А цё слуцилось? А? Перекурка ннада? Трусы, футболка ннада? — Хун, как всегда, был на своей волне.