Пациент

Этот рассказ был найден в моем архиве, когда я копался в своих нужных и ненужных бумагах. Собственно, этот рассказ о том, что происходит с нами после смерти или в коме был написан мною несколько лет тому назад, но мне сказали, что данная тематика мало кого заинтересует, поэтому рассказ и залег на дно книжного шкафа в старой папке. Выбросить это детище, на рождение которого я потратил четыре дня жизни, у меня не поднялась рука, и вот, я решил вынести на Ваш суд этот рассказ.
----
Все должно было быть не так, как планировалось заранее. Инкассаторская машина заглохла, деньги хоть и были в банковском отделении, но помимо одного охранника, серьезную проблему могли бы составить два инкассатора, которые как раз и были в той машине. Но налетчики все же решили действовать. Действовали по стандартной схеме: один держит на прицеле посетителей, другой охранника, третий доит деньги с кассира. Но охранник решил сыграть героя, за что получил пулю в ногу. Выстрел всполошил инкассаторов, которые, нарушая все инструкции, выскочили из машины с АКС-74у наперевес. Заметив замешательство грабителей, кассир нажал на тревожную кнопку, отправив сигнал в ближайший участок. Давши очередь над головой кассира, налетчики устремились к выходу, но попали под перекрестный огонь инкассаторов, свинцовые пули калибра 5.45 легко прошили кожаные куртки выбежавших, свалив всех троих. Один из инкассаторов оглядел лежащих в крови налетчиков, но у одного из них пощупал пульс.
 - Подмога едет? - инкассатор посмотрел на своего напарника.
 - Да, едут, - утвердительно закивал тот, с опаской глядя на убитых налетчиков.
 - Скажи по рации, что двоих из этих на повал, а вот третий дышит.
 - Эх, а добить то хочется, - инкассатор вздохнул, и отправился делать поручение старшего.
 Ему придется писать рапорты, объяснительные, отчеты... Может быть, его наградят чем-нибудь, но на данный момент ничего хорошего для него не будет. Все равно, среди начальства найдётся идиот, который будет пилить, долбить, выкорчевывать мозги. Зачем вышли из машины? Зачем стреляли на улице? Почему не задержали?
 Скорая, следователи, милиция и корреспонденты приехали быстро, и, как показалось двум инкассаторам, почти одновременно. Трупы грабителей закинули в катафалк, охранника отнесли в скорую, налетчика, с наручниками на руках, отнесли в другую карету скорой помощи. Хотя, наручники были явно лишними, с его-то раной на груди. Но инкассаторов это не так сильно волновало, так как впереди было написание тьмы тьмущей бумаг...
----
Он очнулся в непонятном для него месте, таком знакомом и в то же время неизвестном, постоянно меняющемся. Оглядевшись вокруг, он понял, что находиться в больнице. Силясь вспомнить, что с ним произошло, он прошелся по комнате, но так ничего и не вспомнил. Умывшись у умывальника, он решил выйти из своей комнаты. На всякий случай оглядевши всю комнату, он не нашел ни чего, что могло бы говорить о названии того заведения, в котором он находиться. За окном простирался огромный лес, которому не было конца до самого горизонта. Оглядевши все вокруг, он взглядом остановился на стареньком, пошарпанном столе, который показался ему смутно знакомым. Знакомый, родной, с ним он прошел как будто всю жизнь, но только где, где и как? Так и не сумев дать себе, ответ на этот вопрос, он просто вышел из комнаты. По огромному белому коридору шла целая вереница таких же одинаковых, белых дверей. Посмотрев по сторонам, он увидел, что бескрайний коридор ровно посредине обрывается широкой и красивой лестницей вниз. Пожав плечами, он направился к лестнице, слушая то, что твориться за дверьми. Но за чужими дверьми ничего не было слышно, и он, оставивши бесполезные попытки, что-либо услышать и просто пошел к лестнице. Спускаясь вниз, он обратил внимание на то, что лестница была годами отполирована шагающими по ней людьми. Но только где они все? Его не покидало чувство полнейшего одиночества, но сейчас, наверное, это не самая главная проблема.
 - Здравствуйте, мы рады приветствовать Вас в нашей клинике.
 Холодный, без чувств, металлический голос буквально прошиб человека, который спускался по лестнице.
 - Новоприбывший пациент номер восемь один четыре один, мы должны предупредить Вас о наших правилах в нашей больнице...
 - Эй, Вы где? - пациент смотрел по сторонам, но никак не мог найти источник шума.
 - Где находиться Диктор не имеет значения. Вы должны запомнить эти правила: Вы не должны выходить за пределы клиники, так как это не безопасно для Вас же самих; запрещено нарушать процедуру лечения других пациентов, за это Вас выпишут из клиники; запрещены встречи с близкими, кроме Ваших умерших родственников...
 - Как я могу их встретить? Они же мертвы. А жена и сын еще живы, и ищут меня. Только я не помню, как их зовут.
 - Своих умерших родственников Вы встретите в этой клинике, - металлический голос Диктора спокойно говорил из ниоткуда, - встреча с живыми родственниками запрещена. Ваша память вернется к Вам в процессе курса лечения, и в зависимости от Вашего состояния будет рассмотрен вопрос о Вашей выписке, или о продолжении курса лечения.
 - В чем заключается курс? Когда я выйду отсюда? Какая опасность в лесу? Где я вообще?
 Пациент с номером восемь один четыре восемь кричал, боясь того, что невидимый собеседник просто исчезнет.
 - Курс лечения состоит в восстановлении Вашей личности и исправлении Вами ошибок, совершенных Вами. Время выписки зависит от Вас самих. В лесу Вам стоит бояться самого себя. Вы находитесь посередине.
 - В какой середине?
 Пациент номер 8141 попытался повторить свой вопрос, но резкая усталость сшибла его с ног. Он почувствовал сильное жжение на правой ладони, и увидел как, словно бы их выжигали клеймом, на ладони появились цифры его номера. С появлением цифр исчезла боль, словно ее и не было.
 - Процесс регистрации завершен, - голос Диктора появился из ниоткуда, как и в прошлый раз, - добро пожаловать в клинику.
 - Ты где? - прошептал пациент.
 - Нигде. Меня не существует, ибо я плод твоего воображения, - голос Диктора не менял своей интонации, - но ты меня слышишь, следовательно, я живу.
 - Я не могу этого понять.
 - У каждого человека есть свой диктор, который указывает ему то, что он обязан делать. Но работа диктора зависит от желания его владельца.
 - Если все зависит от меня, скажи, кто я?
 - Этот ответ ты должен найти сам. Все зависит от процесса лечения, исправления ошибок, и переработки памяти.
 - А где остальные пациенты?
 - Они появятся в процессе Вашего лечения.
 - Я ничего не понимаю, - больной с порядковым номером на руке сел на ступени лестницы, - как они могут появиться именно в процессе лечения?
 - Они плод твоих воспоминаний и твоего воображения. Ты должен понять, кто из них реален, а кто нет.
 - А все же, я где? - пациент 8141 задумчиво посмотрел на свои тапки.
 - Ты находишься посредине. Курс лечебной терапии и остальных процедур начат.
 - Уже начат? А где врачи?
 - Все впереди, - Диктор, как показалось пациенту, усмехнулся, - а сейчас начнется первичный медосмотр.
 Пациент 8141 попытался встать и осмотреться в поисках врача, но неожиданно он обмяк и упал на ступени. Как ему показалось, ступени стали какими-то мягкими и податливыми как трава. Но пациент почувствовал, как ступени начинают проходить сквозь его тело, еще пара секунд, и он исчез. Ступеньки, которые изменили свою форму под весом больного, потихоньку изменили свою деформированную форму, и вскоре стали такими же, как будто это не они пару секунд назад поглотили человека.
 Через некоторое время по ступенькам стал спускаться еще один, испуганно, и удивлено озираясь, человек, который присел от неожиданности, когда над ним прозвучал холодный голос:
 - Здравствуйте, мы рады приветствовать Вас в нашей клинике...
----
Вместо больницы он очутился в одном из старых двориков, просто в больничной одежде, прямо посреди одного подъезда. На лавке сидели старушки, которые никак не отреагировали на свалившегося невесть откуда молодого парня в больничной одежде. Он пожал плечами, и пошел прочь от двора, но уйти никуда не смог - в глазах зарябило, и он очутился там же, где появился минутой раньше. Пожав плечами, он решил пойти к другому подъезду, и это ему удалось. Улыбнувшись, он посмотрел на скамейку - на ней сидели те же самые бабушки.
 Чертыхнувшись, он пошел дальше, не оглядываясь по сторонам, просто смотрел под ноги. Пару раз он ловил себя на мысли, что камушек на тротуаре один и тот же. Уставши, он оторвался от разглядывания асфальта, и потихоньку стал поворачивать голову назад. Охнув, он обречено рухнул на пол - он был в том же самом дворе, на скамейке сидели те же самые бабушки, та же самая клумба с цветами, та же... От злости он взвесил камушек в руке, тот самый, который постоянно попадался ему, и швырнул на противоположную сторону улицы. Камень спокойно пролетел до того места, которое отшвырнуло назад пациента тогда, когда он пытался пройти там, и резко растворился. По воздуху пошли волны, как будто бы камень был брошен в воду, а не в воздух. Пациент устало вздохнул, опустил руку, и вздрогнув. Поднявши руку, он увидел тот самый камень, который только что исчез. Пациент бросил камень еще раз в то же место, камушек растаял и появился на том же месте, на котором был раньше. Парень бросал его в разные места, но камень появлялся снова и снова. Наигравшись камушкам, парень попытался завести разговор со старушками, но они его не замечали. От злости и безысходности он легко ударил ладонью одну из старушек по плечу, но ладонь прошла сквозь старушку, не причинив ей вреда.
 - Что это значит? - спросил вслух пациент сам у себя, не надеясь на то, что его кто-то услышит.
 - Это плод твоих воспоминаний, - голос Диктора прозвучал неожиданно, но парень не испугался. - Это отрезок твоей памяти в промежутке от одного года до пяти лет.
 - Я не помню этот двор, - пациент покачал головой, - и не могу уйти отсюда.
 - Ты не уйдешь отсюда до тех пор, пока не вспомнишь столько, сколько нужно для восстановления начальной памяти.
 - Хорошо, но я уже час торчу здесь, и куда-бы я не пошел, я возвращаюсь в исходное место.
 - Все правильно, ты не должен отсюда уходить, - голос Диктора оставался невозмутимым.
 - А куда мне идти, Диктор? - Пациент задумчиво огляделся вокруг.
 - Ты не должен уходить, а тем более идти. Попробуй просто войти.
 - Войти? - Пациенту 8141 этот совет Диктора показался неожиданным, и в то же время правильным, - а я не ошибусь дверью?
 - Не сможешь физически.
 - Ну и ладно, - пациент пожал плечами и вошел в подъезд.
 Вторжение в дом было безболезненным, и пациент поднялся по лестнице, и глянул на номера квартир. Все номера трех квартир старого сталинского подъезда и двери были абсолютно одинаковыми. Немного подумавши, пациент поднялся на второй этаж, но все три номера и двери повторялись.
 - Дом пятиэтажный, - сказал пациент, - он пятиэтажный.
 Пациент подошел к перилам и посмотрел наверх - лестничные марши тянулись бесконечно...
 Но и в низу, так же как и вверху, тянулась целая спираль, которая не имела конца. Больной пожал плечами, спустился, что бы уйти, но вместо двери подъезда была та же самая дверь...
 Оббитая красным дерматином дверь с цифрой 81 была смутно знакомой, какой-то родной и в то же время чужой.
 - Я туда не пойду, - пациент мысленно обратился к Диктору, но ничего не услышал.
 Пациент повернулся обратно, и остановился как вкопанный - теперь дверей было не три штуки. Двери простирались безгранично, тянулись километрами в разные стороны. Вздохнув, он открыл двери и зашел в квартиру. В нос ударил аромат луговых цветов, знакомый запах детства. Когда-то, еще давным-давно, его мама ездила в поле на велосипеде и собирала луговые травы, и этот запах он не мог забыть.
 Пройдя скромную прихожую, в которой лежал на полу знакомый ему коврик, он зашел в гостиную и не поверил своим глазам.
 - Мама, ты жива?
 - Жива сынок, - женщина отложила вязание и посмотрела осуждающе на сына, - не таким я тебя хотела видеть, не таким.
 - Прости меня мама, прости.
 - Зачем мне твое "прости"? Я тебя давно простила, поняла... Помнишь эту квартиру?
 - Да, мы переехали отсюда, когда мне было пять. Мама, скажи, где я?
 - Ты посередине сынок, - мать печально вздохнула, - а я уже на той стороне.
 - "Посередине", - пациент начал задумчиво посмотрел на свою мать, - то есть я...
 - Ты еще не умер, сынок, но ты и не живой, - мать грустно улыбнулась, - теперь ты посередине.
 - Я понял смысл твоих слов, мама, - сын посмотрел на свою умершую мать, - получается, что я в коме.
 - Да, это так. Но ты можешь что-то исправить.
 - Но как я исправлю, если я в коме, скажи мне, мама?
 - Ты это сам поймешь, - женщина внезапно начала таять, - а сейчас мне пора уходить.
 - Мама, подожди! - парень дернулся к ней, но упал на ступеньки лестницы Поликлиники.
 - Первый этап завершен успешно, - голос Диктора как всегда был холоден, - ты справился.
 - А где мама?
 - Она дала тебе ответ.
 - Какое же ты бездушное животное, Диктор, - простонал пациент.
 - Чем ты лучше меня, больной с номером? Я всего лишь твой диктор, не более. Кстати, это не я не поехал тогда, когда ты ей нужен был. И это не я не обращал внимания на ее проблемы.
 - Кто ты такой, что бы судить меня, Диктор?
 - А кто ты такой, что бы ты не получил по заслугам за свои поступки?
 - Да ну, ты у нас Бог, единый, всемогущий, всех прощающий!
 - Бог это не больше чем ваша, людей, выдумка. Вы думаете, что всего лишь один раз попросив прощение, Вы его получите. Но Вы должны просить прощения не только у одного субъекта, на которого Вы надеетесь, сворачиваете все свои беды, злость, просьбы... Вы должны просить прощения у всех тех, кого вы хотя бы один единственный раз обидели и не заслужили прощения.
 - Ты прав, но ведь я не могу вспомнить все. Скажи, эти четыре цифры на руке значат все те номера, которые каким-то образом связаны с нашей жизнью?
 - Да, но их не четыре, поверь. Их значительно больше, чем ты представляешь.
 - А сколько их всего?
 - Бесконечное множество. Это номера квартир, домов, улиц, телефонов, номер задач или примеров в учебниках... Это все то, что раньше для тебя имело значение.
 - А почему, к примеру, это не слова?
 - Это облегчило бы курс лечения, и ты бы не прочувствовал все то, что ты сделал.
 - Значит, все упирается на воспоминания?
 - Не только на них. Пациент должен испытать на себе всю правильность или неверность всех своих решений.
 - Скажи, я могу, что-либо исправить в своей жизни?
 - Если ты полностью выздоровеешь, то может быть. Зачастую все заканчивается выпиской или продолжением лечения.
 - Выписка это выход из комы?
 - Или выход из комы, или смерть. Продолжение лечения, это продолжение лечения, независимо от состояния тела.
 - А что будет после прохождения курса лечения?
 - Прошедший полный курс лечения пациент имеет право вернуться в одну из точек своей жизни и исправить то, что он хотел бы исправить больше всего.
 - Я могу вернуться в четырнадцатое февраля на десять лет назад и поехать к своей маме?
 - А ты не хочешь, не сесть в ту машину, на которой вы втроем поехали грабить банк? Ты можешь изменить этим свою судьбу и жить дальше.
 - Нет. Я понял свое настоящее преступление. И я понял то, что значит это все.
 - И что же это все значит? - в голосе Диктора не было интереса, но пациент знал, что его невидимый собеседник заинтересован.
 - Все состоит из нескольких миров, различных ответвлений. Это сопоставимо как с магнитофонной пленкой, у нее же несколько дорожек. Запись одна, но возможно ответвление, другое слово, другой поступок, шаг, мысль... И происходит искажение.
 - Мир состоит из нескольких, как ты сказал, дорожек. Тот, кто не может изменить свою судьбу, застревает на ней. А кто-то меняет. Но все накладывается друг на друга. Ты окончил полный курс лечения. Прощай.
 - Я понял тебя, Диктор. Спасибо тебе, но скажи мне, кто ты?
 - Я - это всего лишь плод твоих воспоминаний. Тебе дается второй шанс. Проживи свою жизнь достойно.
----
Он очнулся у себя в квартире, и сразу же вскочил с кровати. На отрывном календаре висела бумажка с цифрой тринадцать, которая значила прошедший день, вчерашнее число. Он сорвал бумажку, и увидел зловещую дату - четырнадцатое февраля. Бросившись к телефону, он судорожно начал набирать номер.
 - Скорая срочно на такой-то адрес. Да, ключ под ковриком, а я сейчас подъеду.
 Он не мог вспомнить того, как он вообще добрался домой к маме, но когда он забежал в её квартиру, его на пороге ждал врач.
 - Знаете, это просто чудо, что мы успели вовремя приехать. Но сейчас Вам незачем волноваться, с Вашей матерью все в порядке.
 - Спасибо, доктор...
 - Да не за что, - врач усмехнулся, - поблагодарите лучше своего внутреннего диктора.
 - Диктор, где-то я это уже слышал.
 - Слышали ли Вы о нем или нет, я не знаю. Но он реален. А сейчас идите к матери. Я Вам сейчас список лекарств дам, все облагорозумится. Недельку попринимайте, а потом все будет хорошо. Идите.
 Через полчаса скорая уехала, а он зашел к маме в комнату.
 - Мама, ты как?
 - Все нормально сынок, все хорошо. Знаешь, я думала, что ты не приедешь.
 - Но я...
 - Поверь, мать всегда поймет и простит. Простит даже то, что нельзя прощать. И простит всегда.