Помнишь?

Как бы ни было страшно,
Не сдавайся.
Как бы ни было больно,
Иди вперед.
Как бы ни было трудно,
Помни:
Сначала – чужие,
а после -
И для своих
время придет.


Никогда заранее не знаешь, что где найдешь, что – потеряешь.

Был яркий, невыносимо солнечный день. Снег переливался всеми цветами радуги, весело хрустел под ногами – и казалось ужасно неправильным, что в этот белый, непередаваемо светлый день кто-то должен был пасть жертвой человеческого безумия. Кому пришло в голову устроить эту бойню зимой? Теперь уже этого никто не узнает, поскольку всю блистательную верхушку власти старательно вырезали  мы с тобой. Просто в один момент мы поняли, что не в силах больше терять друзей так, без цели и повода, лишь из-за прихотей каких-то зажравшихся тварей. Объединились. Как следует спланировали операцию. Стали родными, хотя и прошло всего несколько дней. А ведь изначально мы были по разные стороны баррикад.

Помнишь?

Мне досталась честь убрать мага, этого хитрого засранца, из-за которого всё и началось. Не спасли его ни толстые стены, ни стража, ни слои защиты. Благо, даже в тот, самый первый раз, никто не смог устоять ни перед тобой, ни передо мной. Хотя, о чем тут говорить? Против наших клинков никто не мог устоять, никогда. И то, что после того, первого, раза мы всегда работали в паре, стало залогом успеха. Из-за нашего постоянного вмешательства в игры лордов ни одна междоусобица не смогла как следует разгореться. Теперь-то уж можно с уверенностью сказать: когда обезглавлены обе стороны, война почти моментально прекращается, не важно даже успела она начаться или нет.

Одно только плохо: не всегда мы с тобой побеждали без ущерба для себя. Помнишь тот случай? Это была самая первая вылазка, одна из самых трудных. Не было ни опыта, ни сил. Была неодолимая жажда крови и справедливости. Помнишь? Мы ещё верили в справедливость. Мы верили в честные поединки равных, думали, что наши враги будут сражаться за свою жизнь честными способами. Как мы были молоды, как мы были наивны…

Помнишь кровь на белом паркете? Да, тот танец был почти на грани последнего. Ты тогда ещё не совсем усвоила, что работать нужно в паре, что мы – одно целое, и тебе уже никогда не придется отдуваться в одиночестве, что за наши проступки в ответе мы обе. А я была ещё слишком горда, чтобы читать тебе лекции по этому поводу. Мне казалось, что ты и сама это всё прекрасно понимаешь. Как же мы обе были не правы! Но, к счастью, плата за эту ошибку не стала неподъемной. Мы справились. Мы всегда справлялись.

Ты улыбаешься, вспоминая, – да, с тех пор многое изменилось. После того танца мы провели много времени, пытаясь научиться чувствовать, мыслить, воспринимать мир так, словно мы – одно целое. Быть самостоятельными, свободными частями одной системы. Знать, что есть опора. Мы долго этому учились, но не так долго, чтобы кто-то успел организовать новую войну. Принять это единство было, пожалуй, труднее всего, ведь вся наша жизнь учила нас обратному, всё говорило: никому не верь, выполняй свой долг, будь ответственной! Мы обе слишком привыкли отвечать за всех, принимать самостоятельные решения, привыкли, что никто нас не поддерживает. Мы слишком долго знали, что никто нас не прикроет в бою, что никто не опечалится, если вдруг мы не вернемся с поля битвы.

И всё же, помнишь тот наш танец?

Наивно полагая, что маги – наименее слабая сторона, я взяла на себя того борова. Потом, разумеется, оказалось, что защита у него была гораздо менее совершенная, нежели у вампиров. Маг слишком полагался на себя – и проиграл. Вот только я тогда слишком вымоталась, а в итоге чуть было не потеряла тебя. Знала бы ты, как я перепугалась, когда тебя не обнаружилось на нашей базе! Наглоталась каких-то энергетиков, похватала первое попавшееся оружие – пошла на вампиров с арбалетом! Глупые мы с тобой тогда ещё были, молодые. Гордые. Верили, что со всем можем справиться без чьей-либо поддержки и помощи. Молодые мы были… И думали и отвечали только за себя, забывая учесть, что теперь уже есть человек, которому не всё равно. Не было ещё этих проклятых шрамов, не было этой горы трупов позади. Но не было и возможности доверять. 

Впрочем, к великому моему счастью, опоздала я не сильно: тебя ещё не успели искалечить. Небольшая рана на ключице в счет не шла -  я видела, что ни одного из жизненно важных сосудов твой враг не задел. А ты у меня умница, сильно проредила тогда ряды противника. Из всех линий обороны боеспособных вампиров осталось только две живые боевые единицы. И главарь – наша с тобой цель. Вампиры так радостно рассмеялись, осознав, что я явилась отбивать у них сестру практически с голыми руками… Этот смех и стоил им жизни. Я же всё-таки маг.

Но радость была недолгой. Ты была без сознания и постепенно бледнела. И только упорное биение твоего сердца заставляло меня двигаться и бороться. За твою – и мою тоже - жизнь. Было страшно, было безумно страшно.

Помнишь кровь на белом паркете? И слепящее зимнее солнце в самом зените? Тот день для меня растянулся надолго. Несмотря на видимое отсутствие смертельных ран, ты просто не желала приходить в себя. Ох, какими словами я тогда крыла свои «аналитические» способности. Как же я себя корила за то, что отпустила тебя одну, когда знала, что мы должны быть вместе. Но ты так рвалась, так хотела показать и доказать кому-то, что ты сильная, что ты ничего не боишься... Так стремилась быть героем.

Я допустила разделение.

Я ошиблась.

И потом, когда я сидела у твоей кровати, пытаясь распутать тонкое вампирячье плетение чар, я не раз и не два испуганно замирала. Мне казалось, что твое дыхание становится слабее. Я теряла контроль, срываясь в истерику, но тут же пинала себя, заставляя успокоиться и продолжить дело. Не хочу вспоминать, чего я натерпелась, пока не сняла эту плетенку. Ты просто не представляешь, какая была радость, когда я почувствовала, что ты просто спишь. Я ещё  долго сидела рядом, перебирала твои волосы и шептала всякую чепуху. Я тогда почти решила, что больше ты никого убивать не пойдешь. Но людям повезло, я просто так и уснула, рядом с тобой, не решив ничего окончательно. Это не раз и не два помогло им избежать кровавой бойни.

Наверное, нет ничего лучше, чем спокойное утро после целой ночи обреченности и страха. Помнишь, ты ещё смеялась тогда, что я смотрю на тебя, как на восьмое чудо света?

Помнишь, говорила, что почаще надо так спать, чтобы и ты высыпалась на всю неделю, и я таким радостным щенячьим взглядом тебя радовала? Я же только смеялась. Вечером того же дня я и поставила условие: отныне и всегда ходим «предотвращать войну» только вместе. Ты обиделась. Я в ответ тоже обиделась. Всю ночь обижались.

А потом я, тихо напевая какую-то песенку, плюхнулась на диван рядом с тобой. Тебе пришлось смириться. Скажи мне, неужели ты хоть раз пожалела об этом решении? Разве тебе наш симбиоз не нравится? Я ведь не ограничиваю твою свободу – просто прикрываю в бою. А ты прикрываешь меня. И ты всегда вольна уйти, если захочешь. Но пока мы вместе, все придется делить пополам. И радость, и грусть. И боль, и счастье. И решения, и ответственность. И поступки, и последствия. Ведь ты не одна. Теперь нет. И одна ты уже никогда не останешься. Запомни это.