Ковыль

Раннее  летнее утро. То ли солнце ещё не взошло, то ли взошло и сразу же растворилось в лёгкой туманной дымке. Едем с товарищем из Балтийска в калининградский аэропорт. Умытая дорога вьётся в сплошном зелёном тоннеле из огромных лип, кроны которых неприкрыто обнимаются  высоко под небом.  Но липами меня не удивить, так как несколько раз  проезжал похожей дорогой.

Свежо и чисто на душе. Микроавтобус "Фольксваген" мягко несёт по хорошей дороге. Наверное, она ещё помнит, кто её строил.  Осматриваю окрестности, пытаясь запомнить радующие глаз виды. Мне эти влажные и прохладные опушки по душе! Наверное, потому, что не считаю себя посторонним - здесь мой дед  Иван Васильевич Дудник воевал в Отечественную.

Смотрю налево – молча восторгаюсь. Смотрю направо – громко ликую.
- Какие замечательные дубы! – произношу, показывая рукой. Борис – мой товарищ за штурвалом никак не реагирует: видать, думает о своём. Обычно заливается соловьём.
- А полянка! – вновь не могу скрыть изумление от очередного проявившегося в тумане "кадра". Рулевой молчит, только как-то напряжённо держится за  штурвал. А может быть, мне это только кажется.

Тут  открывается картинка, очень напоминающая липовую аллею, вдоль которой мы на первом курсе училища, чуть ли не каждый день, бегали кросс. Моя последовавшая сентенция по поводу  великоления  местного леса  неожиданно выводит водителя из себя.

- Да что там лес?! -  с чувством нажимая на газ, так как видимость улучшилась, и не отрывая взгляд от дороги, необычайно эмоционально произносит он,- Вот у нас, выйдешь за околицу,- пылко продолжает Борис, - ковыль волнами идёт по степи. Вот где красота! А ты мне: "Лес! Лес!" Зачем  мне лес?!– Борис  - казак: его выдают  пышные усы и повадки основательного человека.

- И что я, как юннат, разомлел при виде балтийских вязов, лип и дубов?!- смутившись и, наверное, покраснев, думаю под  гимн степным просторам в исполнении товарища, - Ведь у  меня на родине  в Казахстане тоже ковыль  из края в край!