Александр и его женщины. 8 часть. Молодая

    
 
   "Как я устал. Сбежать бы от всего" - с этой мыслью Саша неделю пролежал в больнице. Женя - кран в ту ночь вернулась к морю и убедилась, Саша дышит. Пыталась разбудить - не получилось. Домой пришла и не могла уснуть, лежала слушала удары волн. С рассветом решила вызвать "скорую" для Саши и, спрятавшись на берегу, смотрела, как его забрали.

   Об этом в городе теперь все говорили; вот, мол, напился и пошел купаться, чуть Богу душу не отдал. А вроде бы приличный человек. Глаза у всех вокруг, как лучики сияли любопытством. Никто и никогда не видел его пьяным. А тут!  Интеллигент...

   От этих разговоров Александр только расправил плечи. Твердо решил в Москву уехать и там, в лесу людей запрятаться от любопытных глаз и разговоров. Выйдя из больницы, он шел уверенной походкой, понимая, что закрывает страницу своей жизни в этом городке. Еще день-два, и он уедет. Все будет позади. Входя в подъезд, услышал крики, шум и плач. Конечно, это соседи. Александр спокойно слушал вопли (к ним привык), но крики становились все сильнее. Внезапно дверь открылась, и Ирина, истерзанная вся, буквально вылетев, вцепилась в Александра.
   Её муж с безумными глазами с ножом стоял. На несколько секунд он замер, но затем рывком и как-то неуклюже ударить попытался. Сашка мгновенно увернулся и всем своим тяжелым телом прижал его к стене. Ирина сразу выхватила нож у мужа.
   Противно зверем быть. В подобных драках столько мерзкой низости жестокой. Предательский удар из-за угла, насилие над слабым - примеры низости людской породы. Гораздо правильнее - вызвать на дуэль. Лицом к лицу сражаться, понимая неизбежность выбранного шага, понимая всей душой, а не звериной сущностью урода.

   Так думал Александр, когда все было позади. Муж поплакал пьяный и уснул. Ирина принесла закуску-водку и на кухне изливала душу. Впервые, за долгие года знакомства, они не занимались сексом.

   - Разве я несла кому-то боль! Разве я удерживала мужа? Кто не давал ему уйти? Я предлагала много раз. Не захотел. Удобно жить со мною... пускай гулящей, но кормящей всю семью. Сам-то небось не переутомился! И мать его, и родственники, все моим трудом живут. Саш, я устала. Меня грызет мой страх за дочку. Анжела уже третий месяц дома не живет. А без неё во мне все умирает. Я, как тень. И не хочу работать. И денег не хочу, если представлю, что моя Анжела может пропасть. Я для неё живу.

   Ирина выпивала и курила. Почти не ела. Она за эти дни заметно изменилась. Нет! Красота осталась, но легкость красоты исчезла. "Саша, я же тебя не обижала!  Правда? Я старалась... Конечно... Ты можешь мне ответить, я гребла все под себя. И будешь прав, но все равно... прошу, - она заплакала, - пожалуйста, ты позвони Анжеле. Пускай домой приходит. Помоги".

   Александр все так и сделал. Анжела, услышав его голос, сразу спросила: "Где ты? Понятно... Я сейчас приду".
   Она не вошла... Она влетела! У Александра от волненья почему-то задрожали руки. У этой девочки в глазах сияло торжество победы. Этот ребенок вырос на его глазах. И вот! Ребенка нет. Анжела села, сама водки налили, спокойно выпила и закусила.
  - Ма, ты ему сказала?  Понятно. Струсила. Ты думаешь, что я шучу? - Ирина сжалась вся. Заплакала опять.
  - Да не реви!  - Анжела закурила. - Послушай, Саша.  - Александр от слова "Саша" оживился. Она по возрасту могла быть его дочкой.
   - Я слушаю тебя - он улыбнулся.
   - Мама меня не понимает. Это и ежу понятно. Но не будем ковыряться в вашем прошлом. Я тебе сразу "в лоб" все объясню... Вот... Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ.
   Я так давно тебя люблю, что и не помню сроков. И не хитри. Ты это знаешь. И, если ты не станешь моим мужем, я уйду из жизни, буду укором вечным совести твоей. Вот так. Я предлагаю с этого момента твоей женою быть. Во мне не сомневайся; знаю, как наш союз сберечь. И за меня не беспокойся - я счастлива уж тем, что за одним столом с тобой сижу. Об этом столько лет мечтала. Ну, вот. Я все сказала. Мама, ты иди домой.

   Ирина с облегчением вздохнула - часть этого кошмара позади. Саша поможет. Он умница. Он понимает все. Теперь все это как-то нужно завершить. "Анжела, мы не слышали ответа, что Саша думает?"

   Анжела встала. - Повторяю. Саша, если женой твоей не стану - я умру. Я не шучу. Если, мама, ты счастья мне желаешь, ты все поймешь. Ты сможешь Сашу полюбить, как мужа моего. Я говорила это много раз. Иди домой. Мы сами разберемся.

   Ирина с облегчением вздохнула - пусть так. Здесь главное - Анжела рядом будет. Только бы Саша не прогнал её сейчас.

   А Саша улыбался. Вот так ворвалось в его жизнь это прекрасное создание. Бог видит - он не ожидал. И не хотелось слов. Но! Что-то сказать надо. - Посмотрим. Поживем. Ирина, не волнуйся. Анжела мне, как дочь.

   Ирина с облегчением вздохнула уже который раз. Как просто разрешилась эта боль. Спасибо, Господи. Ушла.

   А Александр так и остался сидеть на стуле. Смотрел на каждое её движение. Анжела улыбаясь на кухне прибирала все. И, прибирая, рассуждала так: "Нет, эти чашечки стоять должны отдельно. Они не смотрятся ни с чем. Поставим их вот здесь". Включила музыку. И, мимо проходя, губами прикасаясь к его плечу, шептала: "Люблю тебя. Ты солнышко моё".

   - Анжела, я женат официально. И в паспорте есть штамп". Анжела засмеялась: "Я это давно знаю. Саша! Я знаю все". Она серьезно посмотрела. Села рядом. "Вера в женский монастырь ушла. Послушницей. Здесь в области, в поселке Заливное. Я там уже была. Мы виделись. Я все ей рассказала. Вера будет за нас молиться. Мы туда съездить обязательно должны. Она нас ждет. А что касается твое жены в Москве - так это не проблема. В Москву приедем, разведешься. И я ей вечно буду благодарна; такого мужика мне подарила".

   Александр не мог переварить всего, что в этот день случилось. Не находил в душе своей ответа, что их ждет. Решил пока смириться. Потерпеть. Кто знает, может её фантазии "счастливой жизни" растают быстро.
   Перед сном Анжела постельное белье сменила, проветрила квартиру, строго объяснила: "Секса пока не будет. Не потому, что не хочу. Я не хочу в твоих глазах быть... моей мамой. Ты понимаешь. Ты такой умный, сильный и красивый человек... хочу родить таких же. Но пока я буду спать в соседней комнате в кресле-кровати. И не волнуйся, к твоим вещам не прикоснусь".

   Александр не думал ей перечить. Это девчонка хочет быть хозяйкой. Пусть. Не стоит ей мешать. А дальше будь, что будет.

   А дальше жизнь его текла в спокойном русле. Если мешала-раздражала, то объясняла свои поступки так непосредственно, смягчающе наивно "Ты не психуй. Я умный человек. Я научусь всему. Дай только время".
 
   Теперь к ним каждый день на час не больше стали приходить её друзья. А с ними шум и споры. Мальчишки умно-глупые читали его статьи, вслух спорили до драки о России, о воровстве, о силе, которая в руках держала власть. Все их решения были просты и радикальны: воришек госбюджета всего имущества лишать без всяких церемоний и голыми их провести разочек с плакатом "Вор"; Всех депутатов - слуг народа лишить всех привилегий, а лучше распустить задумчивую думу, и экономия, и меньше болтовни; насильников кастрировать, учителей омолодить; а старикам раздать по шесть соток, будет меньше нравоучения дома; но главное - дать заработать. В России, как по всей земле, труд всех спасет. Вот так уверенно за пивом решались все проблемы. Как только Саша уставал от этой болтовни, Анжела выпроваживала всех бесцеремонно.
   Однажды явилась Женя -кран и таинственно шепнула "Саш, не сердись. Прости. И будь уверен, с Анжелой тебе будет хорошо. Она давно, еще ребенком мечтала стать твоей женой".

   Анжела с Сашей была согласна жить в любой стране. Но к этой теме не любила возвращаться. В Москву решили ехать через месяц. За это время необходимо сделать много дел. Одно из них -  поужинать у Александры. Сашка вначале разозлился, но . его гнев растаял фразой "Она нас ждет".
  Все тосты в этот прощальный вечер были  "все помнить будем", "не будем связь терять", и "что ни делается..."
   В который раз по-человечески напились.

   И монастырь поехали вдвоем. Увидев Веру, Александр стал сразу злиться. Он понял - она теперь свободна от него. Она, как бы в охранной силе. В глазах уверенный покой. И это его стало раздражать.
   Вера, как всегда смягчит хотела его злость: "Саша, не злись. Мне так спокойно, так хорошо". Но Сашка еще больше разозлился! Увидев это, Анжела быстро поменяла тему: "Пойдем, покажешь, где живешь. У вас здесь  строго? А как монашки? Такие же, как мы? Что? Всякое бывает?... Понятно. Все грешны". Анжела тарахтела без умолку. Такого трудно управляемого Сашу, она не знала и старалась своею болтовней заполнить сложность этой встречи.
   Они гуляли в тихом парке. И тишина листвы, и сонная речушка, и высота небес - все тихою молитвою звучало. И не хотелось говорить. И каждый мысленно просил о чем-то: кто сожалел, а кто душою плакал. Среди молитв и воздух был другой.
  И "Воздух - Дух"  в который раз спасал, оберегал, давал надежду.