Ехать или не ехать в Киев3?

Следующий день посвятили поездке в Лавру. Надеясь попасть на левый берег и искупаться в Днепре, прихватили с собой купальники и полотенца. Метро Арсенальная встретило свежим ветром, поднимавшим пыль с дорог и тротуаров и грозившим дождем. Стоящие вдоль тротуаров продавцы с чудесными вышивками, рушниками, салфетками, разными ручными поделками не обращали внимания на  непогоду и наперебой зазывали покупателей. Задерживаться нигде не стали – скорее в Святые ворота. Стих ветер, прекратился, собиравшийся было, дождик.
 
Какое чудо, увидеть вновь построенный Успенский собор! Помню руины взорванного фашистами главного Собора Лавры, как с безнадежностью и  сожалением говорила экскурсовод, что за тридцать лет не нашлось средств, чтобы восстановить святыню. Мы тогда были советскими школьниками далекими от церкви, но чувство потери, связанное с посещением Лавры, помню до сих пор. И вот он стоит посреди площади, и я с трепетом вхожу в него, теперь уж не веря, что были руины!

Завтра сороковой день со дня кончины мамы. Заказываю молебен. Так случилось, что это лето принесло большую скорбь. Сколько себя помню, всегда боялась потерять родителей. Слава Богу, мама прожила со мной огромную жизнь, и мы до последнего были вместе. Чудесным образом сложилось так, что сиделка и другие помощники в этом тяжелом деле, оказались родом с Украины, даже с Харьковщины – прародины ее дедушки и бабушки. В последние дни жизни мама слышала речь, на которой говорили в семье в детстве. Не знаю, придало ли ей это какие-то силы, но украинские интонации их голосов скорее всего ее успокаивали, а меня отвлекали от безысходности. Отчасти желание побыть в этой среде еще и еще подтолкнуло меня к поездке именно в Киев.

А вот и пещеры. Также с трепетом вновь спускаюсь в пещеры с группой паломников. Женщин и девушек снабдили длинными юбками и велели покрыть головы платками. Под землей тепло и влажно, экскурсовод торопит, не давая задерживаться нигде. Почти бегом проходим те места, где наш девятый «А» шутил над некоторыми девчонками-трусихами. Память снова выхватывает знакомые повороты и мощи. Пещерных храмов, кажется, стало больше, но остановиться и в них не дают, торопят. Не проходит ощущение, что слишком много тел и глаз побывало здесь, и покой и климат пещер нарушен.

С облегчением выходим на свет. Снова разглядываем картину Страшного суда на стене храма при входе в пещеры. Очень доходчиво и наглядно, каждая сцена с надписями на старославянском языке.
А во дворе Лавры продолжается лето. Паломники, экскурсанты, служители – все это движется, суетится или наоборот степенно плывет мимо нас. Вот и медовая ярмарка, протянувшаяся вниз по аллее на добрых двести метров. Как не завернуть?

Ходим по ярмарке и не можем оторвать глаз не столько от медов, трав и продуктов пчеловодства, сколько от лиц и типажей продавцов. Вот монахини из какого-то далекого монастыря – совсем молоденькие чистые румяные лица, свежие певучие голоса и проворные руки. Вот колоритный дедушка с белыми длинными усами, в таких же белоснежных нарукавниках, важно поглядывающий из-за своего роскошного прилавка, а вот дородная тетенька, не боящаяся роя ос, так и вьющихся вокруг ее пухлых рук, умело уговорившая нас купить ее кориандрового полтавского меда.
 
Выходим через западные ворота по мощеной дорожке, полные сил и желания продолжать путешествие, и направляемся к мемориалу Родина-Мать. Путь оказался неблизкий.
Музей военной техники под открытым небом надолго задержал около себя – множество танков, несколько самолетов, вертолет, в кабину которого можно забраться за отдельную плату. Вижу макет самолета ЯК-9. Так вон он какой – истребитель-фоторазведчик Особого Коррекционно-Разведывательного полка, в котором служил мой папа-авиамеханик во время войны. Украина, Белоруссия, Польша, Германия, снова Польша до 1950 года. Ремонт, переборка мотора, обкатка, снова ремонт – в жару, мороз, в промозглую прибалтийскую осень, сырое лето, днем, ночью и так семь лет. Медали «За боевые заслуги», «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина» и память о войне на всю жизнь. Думаю, что за все пятьдесят послевоенных лет папе не довелось вот так близко увидеть свою машину.

Пока осмотрели каждый экспонат по два раза, стало смеркаться. Последние солнечные лучи отражались от блестящей фигуры Родины-Матери. Но рядом ландшафтный парк: вряд ли выберемся сюда еще раз.
 
По длинной безлюдной аллее спускаемся вниз и не напрасно. Парк тоже готовится к Дню Независимости. В центре естественной впадины устроена круглая сцена со зрительскими скамейками – певческое поле, где будет выступать хор, а пологие склоны украшаются панно из живых цветов. Весь процесс мы и наблюдали.
 
Цветоводческие хозяйства придумали разные сюжеты. Тут и ветряные мельницы, и хаты с белыми стенами, плетнями, подсолнухами, колодцами-журавлями и петухами, огромные павлины с роскошными хвостами, переливающимися всеми цветами – все это мастерски подобрано из разных цветов, декоративных трав. Жаль, что на самом празднике побывать не удастся. Усталые цветоводы заканчивали свои работы, темнело прямо на глазах.

А мы спустились по крутым обросшим мхом ступеням вниз в надежде быстрее добраться до метро, т.к. идти снова вверх к Арсенальной было уже не по силам.
 Из тишины и зелени парка попали на набережную, по которой мчатся машины, и встали в растерянности: дорогу даже не у кого спросить.

Решили идти по узкому тротуару влево, в сторону Лавры и моста через Днепр, едва видного вдали. На полпути встретилась, наконец, нагруженная сумками женщина. Обрадовались и стали спрашивать дорогу. Она поставила сумки на тротуар и стала объяснять, как дойти до станции метро Днiпрo.

А потом спросила: были ли мы на Лаврских источниках? Так мы узнали, что на территории Лавры есть два источника Антония и Феодосия, а здесь недалеко на середине склона - третий – Слеза Богородицы. Долго еще наша разговорчивая встречница рассказывала о себе, о Лавре и подарила нам целую бутылку воды с тех двух лаврских источников. Мы помогли донести до остановки ее сумки с бутылками и сами по ее совету поехали к метро на автобусе.

Для того чтобы попасть на станцию метро Днiпро, расположенную прямо на мосту через шоссе, нужно пройти по подземному переходу. Входим в тоннель, а там кромешная тьма: вандалы разбили люминесцентные лампы, оторвали все плафоны и они угрожающе низко висят над головами. Чтобы хоть как-то различать дорогу включили свои мобильники и, освещая то пол, то потолок, пробрались на ту сторону. Картину дополнили огромные страшные пауки на паутине у ограждения станции.

Зато вид Днепра и раскинувшегося на левом берегу ярко освещенного города вознаградил нас за беспокойство. Непривычно видеть поезд метро, выезжающий с того берега, и войти в его привычную духоту со свежего речного простора.

Порезав толщу склона, поезд моментально доставил нас на нужную станцию, откуда до гостиницы довольно близко, но и этот путь усталые ноги преодолели с трудом.
Да еще пришлось зайти в универсам подкупить продуктов на легкий ужин. Ассортимент в нем оказался очень похожим на московский – те же названия и картинки на упаковках – только некоторые разновидности хлеба и молочных продуктов украинского производства говорили о том, что мы все-таки в Киеве.
Заснули с твердым намерением еще раз побывать в Лавре. Так закончился второй день.


Рецензии
В Киеве мечтала побывать. Но теперь уж... Спасибо за путешествие по Киеву.

Тамара Белова   28.03.2015 11:21     Заявить о нарушении
Доброго дня! Это Вам, Тамара Фоминична, спасибо за то, что прочитали и отзыв оставили. Ваш труд о родословной буду читать постепенно, хотя захватывает - не оторвешься!

Ольга Юрьевна Колоскова   28.03.2015 13:38   Заявить о нарушении