Бани на Казани

На пароходе вниз по Волге плыла веселая компания музыкантов. Голод тридцать третьего уже позади, на дворе тридцать пятый, преддверие ежовщины. Когда рассматриваешь фотографии того времени, нищета и убогость, конечно, чувствуются. Но молодые наши бабушки и прабабушки в коротких юбках почему-то рассеивают тучи. Стройные ноги комсомолок, короткие стрижки и воодушевленные строительством светлого будущего лица говорят о другом, о том, что впереди целая жизнь, родятся новые поколения, и так ведь оно и произошло!

В Саратове публика принимала джаз-оркестр на ура. Единственная в городе газета сообщила, что следующая остановка — Казань, и поклонники поехали туда. На Волге стояла отличная погода, и пароход не спешил. Белые песчаные берега не были пустынными, тут и там скапливался народ, чтобы поглазеть на заезжих знаменитостей хотя бы издалека. Парни, загорелые и чумазые, подплывали на рыбацких лодках совсем близко.

Молодожены наслаждались медовым месяцем. Вечерами засиживались на верхней палубе, любуясь закатом, а потом и появлением луны. Говорить не хотелось. Да и о чем говорят влюбленные, зная, что вот сейчас спустятся в свою каюту, где никто не помешает. Все у них, Веры и Андрея, протекало плавно и томно, как и должно быть на разморенной за день Волге прохладной и ласковой ночью.

Дитрич целыми днями работал с оркестром, утром репетировали, вечером давали концерты. Если в городе или поселке не было подходящего зала, публика устраивалась рядом с пристанью на траве. С верхней палубы доносились современные мелодии, в основном иностранные, зажженные огни парохода создавали атмосферу праздника, не требовались специальные декорации. Джаз шагал, вернее, плыл по стране, скрашивая бедность и тревогу трудного времени.

Музыканты все были молодыми и несемейными, кроме Дитрича. Обычно поклонницы дожидались у самого парохода, но редко кто из девушек мог привести незнакомца к себе, а о гостиничных номерах не было и речи. «Где же все происходит?» - поинтересовалась Вера, услышав, как хвастаются мужчины легкими победами. «Где, где», - Андрей рассмеялся, - «в бане!»

Верочка, конечно, посещала общественные бани с мамой и бабушкой, выстаивали огромные очереди, ведь в коммунальных квартирах редко встречались ванные, а еще реже горячая вода. Но чтобы заниматься сексом в бане, об этом даже представить было страшно комсомолке. Все равно что подумать о публичных домах, которые остались в прошлом и за пределами СССР.

Но посетить баню в Казани Вера не отказалась. Хотелось подсмотреть, как все происходит, заодно и помыться. После Москвы они с мужем купались в Волге, в своем номере обтирались влажной мочалкой, вот и вся гигиена.

О Казани Вера читала, что этот татарский город брал Иван Грозный, что в университете учился Ильич, и что там полно русских. Увидев мужчин в халатах и тюбетейках, а девочек со множеством тонких косичек, Вера удивилась. Надписи на магазинах и общественных заведениях были выведены на двух языках: русском и татарском. Андрей с Верой спросили у постового, где находится ближайшая баня.
 
- Вам люкс или общую, товарищ? - уточнил милиционер.
- Конечно, люкс, на двоих, - не раздумывая ответил Дитрич. Страж порядка с усмешкой бросил взгляд на Веру, разница в возрасте между нею и мужчиной, с которым она собиралась в люкс, видимо, вызвала определенную догадку.
- Мы с мужем давно не мылись! - встрепенулась Верочка, которой неприятен был недвусмысленный взгляд постового.
- Вон там, «Рай страсти и неги», бывшие серно-минеральные, там и перепихнетесь за бутылку! - заржал милиционер.

Бани выглядят, наверное, во всей России одинаково. Бабушка рассказывала, что в царские времена они были так же востребованы, как храмы. Наверное, и большевики быстро смекнули, что в церквях самые лучшие оздоровительные заведения могут быть, поэтому и переоборудовали кирпичные здания с высокими потолками под всякие «раи страсти». Эта баня, перед которой остановились супруги, представляла трехэтажное здание из красного кирпича с запотевшими стеклами. «На тюрьму похоже», - с опаской подумала Верочка. Народ выстроился в огромную очередь, и судя по смешкам, взвизгиваниям девиц и шороху газет, в которые тут же подвыпившие мужчины заворачивали бутылки водки, люди шли не на помывку, а развлечься. Были в очереди и такие, кто сжимал под мышкой шайку и действительно собирался использовать баню по назначению. Старик у входа, распределявший поток по отделениям, был очень похож на старорежимного швейцара. Только вместо фуражки с кокардой у него была тюбетейка. И был, скорее всего, татарином, потому что говорил с акцентом, требуя «вотку-руплу», то есть пропуск или плату за люкс.

Наконец дошла очередь и до Веры с Андреем. За мзду татарин провел в комнатуху, сырую и дурно пахнущую. Наверное, не один десяток тел оставил здесь свой запах. Диван был покрыт засаленным покрывалом, стол заставлен пепельницами и стаканами. Газеты валялись на полу, мусорное ведро было наполнено ими же до отказа. Вера с отвращением спросила у мужа: «Как можно в таких условиях заниматься любовью?» Дитрич с улыбкой отворил вторую дверь, вероятно, в банное помещение. И действительно, здесь находились краны с горячей и холодной водой, а также два низких стола, на которых обычно моются. Столы были сдвинуты и совершенно сухие. «Да, похоже, мы тут первые, кого волнует личная гигиена, давай обмоем это дело!» - Андрей налил воды в шайку и поставил ее на стол. Вера припасла кусочек мыла и мочалки. Намылив ее, женщина с нежностью прикасалась к мускулистой спине мужа. Тот млел от удовольствия и просил сильнее нажимать на позвонки. Потом Вера сполоснула покрасневшую кожу Андрея прохладной водой и легла животом на стол. Муж встал на колени, а Вера в который раз доверилась его сильным рукам, забыв о времени. Но очень скоро послышался стук в первую дверь, в раздевалке появилась сначала фигура «швейцара», а потом и другая пара.

В просторном коридоре были расположены два отделения, мужское и женское. На дверях висело объявление «У нас запрещено использовать газеты с изображениями членов партии и правительства». Во дворе висел плакат с надписью «Справлять нужду опасно ввиду оголенных проводов». Вера с Андреем смеялись всю дорогу, настроение после бани было отличное.


 
Начало: http://proza.ru/2012/05/11/1037

На снимке Казань. Вывеску дореволюционную не сменили, но по одежде  чувствуется мода 30-х годов.

Название зарисовки автор умышленно исказила, в следующих главах героиня будет именно так говорить.


Рецензии
Когда был маленьким - для отца, коменданта посёлка, топили баню только для нашей семьи. Родители и нас, мелких трёх, с собой брали. Учили мыться с обязательным окатом холодной водой в конце. А как пахло чистое полотенце! Разврата на Руси не было, но были общие бани, где просто мылись все вместе независимо от пола. В Германии и сейчас Oeffnet sauna. Понравился Ваш экскурс! Дотошность моя не даёт покоя:"...на разморенной за день ВолгОЙ".
С уважением,

Николай Бузунов   07.06.2015 18:57     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Николай! Очень рада Вам. Огромное спасибо за внимательное чтение.

Я исправила благодаря Вашему верному замечанию, получилось так:

Все у них, Веры и Андрея, протекало плавно и томно, как и должно быть на разморенной за день Волге прохладной и ласковой ночью.

Милла Синиярви   07.06.2015 19:16   Заявить о нарушении
Я тоже рад! Извините за мелкие придирки!

Николай Бузунов   07.06.2015 20:01   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.