Сказка о золотой рыбке

Говорят, что вода – это одна из тех вещей, на которые можно смотреть целую вечность. Ну, вечности, конечно, у меня в запасе не имеется, зато есть целый час! Была назначена встреча в шесть, я приехала в пять. С чего бы? Никогда раньше со мной такого не бывало. Я решила прогуляться по набережной. Ветер дул с моря, нагонял волну. Запах воды, водорослей, соленой прохлады навевал ощущение, что должно непременно случиться какое-то необыкновенное, волшебное событие. Дойдя до бывшей теплоходной пристани, я спустилась вниз по ступенькам и села на тумбу, к которой когда-то привязывали швартовочный канат. Вода была темной и мутноватой. Вдруг я увидела какое-то яркое пятно. Через секунду оно оказалось выплывшей на поверхность рыбкой, размером с плотвичку, чешуя которой горела на солнце всеми оттенками золотого, а взгляд казался странно осмысленным... И тут, как в известной сказке, рыбка подплыла ко мне и спросила человеческим голосом : «Чего тебе надобно...». Интонация фразы была такова, как будто рыбка хотела обратиться ко мне, да не нашла адекватного обращения. Помолчав секунду, сердитым голосом, отделяя одно слово от другого, она повторила вопрос: «Надобно. Тебе. Чего?».
Хорошо, что в тот момент я сидела: а то, чего доброго, свалилась бы в воду от изумления. Не каждый же день встречаются говорящие рыбы. Я, во всяком случае, с таким чудом столкнулась в первый раз. Волшебная! Точно, волшебная – золотая рыбка, исполняющая желания!
В одну секунду десятки мыслей промелькнули в моей голове. В Париж – не хочу, ремонт- сама сделаю, новые туфли- куплю... и тут я поняла, что хочу получить от волшебной рыбки.
- Знаешь, рыбка, есть один журнал, в котором я изредка публикуюсь, - затараторила я, - На нем одном свет клином не сошелся, но поскольку я уже въехала в их философию...
- Короче можно?, - иронично произнесла рыбка, - Не интересуют меня ваши журналы. Ты желание почетче формулируй, а то уплыву в далекое море, поминай, как звали.
- Сударыня рыбка!, - в испуге перешла я на официальный тон, - Хочу написать много хороших рассказов, и чтоб их напечатали. Можно один, большой, сегодня. И пять маленьких на следующей неделе. Но на следующей, а сегодня один, но большой, или...
- Короче!, - уже не скрывала своего раздражения рыбка.
- Рыбонька, помоги мне написать и опубликовать хорошие рассказы про любовь. Именно про любовь. Вдохновение что-то меня покинуло..
- Ну что ж, - приняла рыбка важный вид., - Попробую твоему горю пособить. Не знаешь, о чем писать? Я сейчас тебе столько сюжетов расскажу! Вот, к примеру: жила-была одна мечтательная барышня в деревне, а тут вдруг в соседнее поместье приезжает молодой дворянин, дядя которого не в шутку занемог..
- Это ж Евгений Онегин! Все этот сюжет знают., - разочарованно произнесла я.
- Ну хорошо, - слегка всплеснула хвостом рыбка, - Двое помещиков поссорились, а между тем у одного растет сын, у другого дочь. Барышня решила переодеться крестьянкой..
- Рыбка, это тоже все знают. Сюжет уже не нов и всем известен.
- Ну, тогда о том, как капитанская дочка.....
- Рыбка, не годится. Это ж снова Пушкин!
Золотая рыбка выпучила свои глаза еще больше и обиженно стала погружаться на дно. Испугавшись, что поклонница творчества нашего классика больше не вернется, я завопила истошным голосом:
- Рыбонька, погоди! Ты меня совсем не поняла. Я тоже люблю Пушкина. «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты..», - выкрикивала я первые пришедшие на ум строки поэта. И рыбка явилась. Как Анна Керн перед Пушкиным.
- Ну, так это совсем другое дело, - сказала она уже совершенно не раздраженно, - Так ты тоже любишь Пушкина? А какое произведение тебе нравится больше всего?
- Чудное мгновенье, про попа и Балду, и еще... о Вещем Олеге, - сказала я наобум.
- О, у тебя есть вкус! А мне нравится еще это: «О, если правда, что в ночи, когда покоятся живые...».
Рыбка продекламировала все стихотворение, противно и гнусаво завывая, но я не перебивала ее. Более того, всем своим видом я выражала восторг. И мой скорбный труд не пропал: рыбка сменила гнев на милость.
- Хорошо, если классика не подходит, другое придумаем. Какие рассказы о любви публикуют в вашем журнале?
- Да разное. Чаще всего в этих рассказах герой с героиней просто знакомятся.
- И как же они знакомятся?, - поинтересовалась рыбка.
- По-разному. Чаще всего на улице или в общественном транспорте. В трамвае, например.
- А поподробнее можно?
- Поподробнее? Ну... детали, конечно, всякие: о чем думал герой, о чем думала героиня. Какие у нее были необыкновенно синие глаза – ни у кого таких не было. Во что была одета..
- Ну, и ты так напиши.
- Так это ж уже было, - простонала я., - Не могу ж я повторяться?
- Не надо повторяться, - чувствовалось, что в рыбьей голове происходит усиленная умственная деятельность, - Творчески преобрази. Пусть они у тебя знакомятся не в трамвае, а на теплоходе. Героиня пусть одета будет во что-нибудь экстравагантное – вот тебе и полстраницы готово. Один глаз у нее будет зеленый, а другой фиолетовый – таких уж точно ни у кого не будет. Имя для нее придумай непростое, запоминающееся. Геновефа, например, или Нимфодора. На худой конец, Саския.
- Интересно, но очень уж на пародию похоже, - засомневалась я. А другого ничего у тебя нет? Про любовь.
- Такой капризный клиент мне не попадался со времен той старухи с корытом. У меня. Есть. Все. , - отчеканила рыбка. Но только не для средних умов.
-Например?
- Например, история о том. Как просветленный Гуру Падмасамбхава отправил свою супругу Мандараву на съедение диким зверям. Когда звери растерзали ее тело...
- Рыбка, да я ж о любви просила!
- А ты думаешь, он не из любви решил ее освободить от бремени земного существования? Ну, если не нравится, вот тебе еще одна история. Одна жена самурая...
- Давай оставим в покое этих будд и самураев. Менталитет у них какой-то странный, простая женщина не поймет, - попросила я.
- Ну тогда.. тогда... тогда я просто не знаю, что делать, - с глубоким вздохом призналась золотая рыбка. Воцарилось молчание, прерываемое только плеском волн.
- Я придумала!, - вдруг воскликнула рыбка., - Почему Александр Сергеевич хорошо писал? Потому что у него были Музы, которые вдохновляли его. Волконская, Оленина, Анна Керн... Да и Натали Гончарова, - тон рыбки вдруг стал холодным и она презрительно задрожала жабрами, - эта тоже вдохновляла.
- И у меня есть Муза, - радостно воскликнула я, - Она живет в Москве, и я нее очень люблю.
- Вот и есть о чем писать, - оживилась рыбка. Опиши свою запретную страсть, это модно в наши дни. Я даже название придумала: «Пологая равнина». Почему-то мне пришло на ум именно это название.
- Да я ее люблю просто общечеловеческой любовью! Об этом разве что-то напишешь?
- Не напишешь об общечеловеческой, - согласилась рыбка, - Но вот о чем я веду речь: тебе нужен некто, кто тебя вдохновлял бы. Муза мужского пола. А Музы мужского пола называются Гениями.
- Ну, нет! Только не гений,- возразила я., - Один гений у меня уже был. Непризнанный. Второго не хочу.
- Темнота... Это просто название такое для Муз мужского пола. Впрочем, неважно, как ты его назовешь. «Что в имени тебе моем?», - писал Александр Сергеевич. Главное то, что сейчас наволшеблю тебе такого, и вы будете взаимно любить и вдохновлять друг друга! Тогда ты не только несколько жалких рассказов, а эпопею напишешь! Десять эпопей! Тысяча и одну!
Рыбка разошлась не на шутку. Она плавала кругами, а от ударов ее хвоста пошли волны. Неужели сбудется то, что сказала рыбка?
- Рыбонька, это правда?, - спросила я с надеждой.
- Истинная правда.
- Обещаешь?, - не унималась я.
- Клянусь. Пушкиным клянусь! - торжественно произнесла золотая рыбка.
- Честное-пречестное слово? А он будет симпатичный?
- Да, да, да. Да иди ты.. достала уже, - с этими словами рыбка повернула ко мне свой хвост и поплыла прочь. Но через пару секунд она повернулась и сказала уже более кротким тоном:
- Ступай себе с Богом. Будет все по твоему хотению. А на любовных рассказах пока не зацикливайся: пиши что-нибудь другое. Про меня, например.
Я обещала золотой рыбке непременно написать про нее. И. Как видите, свое обещание не нарушила. Сдержит ли рыбка свое слово, а? Как вы думаете?

2008