Уроки плавания

     Когда подошел к концу мой пятый десяток, я заскучал от своей прелестной и мудрой жизни. Слишком долго ничего не происходило. Запас испытаний и стрессов, посылаемых мне судьбой, по моим прикидкам иссяк,  и я  вдруг испугался, что  ничего интересного со мной  больше не случится, что этот гладкий, удобный для неспешного передвижения рельеф моей жизни уже не изменится и  позволит мне без приключений, монотонно катиться к старости. Этот, много раз проклятый мною в сердцах, “гигантский, постперестроечный слалом” закончился, и мне стало скучно.
     Все перипетии по завоеванию места под солнцем в славном городе Москва благополучно закончились, а новых не предвиделось. Дом был построен, дерево посажено, а сын и дочь  уже выросли. Супруга, моя ровесница, к этому времени как-то внезапно располнела и, в отличие от меня, потеряла интерес к интимной стороне нашей жизни, стала ближе к внучке, в остальном оставаясь самым близким мне человеком и доброй женой. Безусловно, к ней пришло смутное осознание того, что баланс в нашем семейном союзе отчего-то нарушился.
    Она старалась всячески указать мне на мои возрастные изменения, пытаясь психологически уравнять наши позиции, осадить меня. Особенно когда я купил себе мотоцикл. Ей казалось, что я веду себя не серьёзно, по “пацански”. Эти скрытые попытки  выглядели нелепо и беспомощно, и она  в душе понимала это,  стараясь не  устраивать сцен. У меня не было намерений хоть как-то обидеть её или ущемить, но чувство вины всё равно поселилось где-то в закоулках  моего сознания. Мне было жаль её, но в ежегодный двухнедельный зимний отпуск я стал уезжать один, с её молчаливого согласия.
    Что-то томилось во мне, какое-то блюдо побулькивало во внутреннем тигле, разогреваемом огнём неясных желаний и ожиданий чего-то. Чего я хотел и чего ждал? Этого я не смог бы внятно сформулировать. С равным успехом это могло быть что-то новое и неожиданное; новая необычная работа,  новая влюблённость. Я даже  был бы не прочь усыновить ребёнка. Мне по-прежнему хотелось испытывать всё то, что осталось в молодости, войти в ту же воду. 
      Пара моих любовниц, которые числились в этом статусе на тот момент, мне тоже стали надоедать. А может быть это мой “главный орган” стал терять неутомимость? Одно время, когда с подругами в постели у меня стали происходить осечки, я так было и подумал.  Мой “дружок” стал каким-то не очень бодрым. Несколько раз я даже пробовал принимать виагру.
      Невесёлые философские мысли стали посещать меня. Человек глуп и материален, и если отбросить всю метафизику, то его тело и его органы имеют свой конечный ресурс. Не смотря на то, что я давно относился с иронией почти ко всему в жизни – в том числе и к себе - увидев край этого ресурса, я забеспокоился.
     Я, было, даже  загрустил, но, слава богу, всё скоро разъяснилось; я уже два года принимал статины (таблетки против холестерина), которые угнетающе действовали на эту, насущную для мужчины, функцию. После ознакомления с этой “ужасной” информацией, я тут же бросил принимать эти зловредные пилюли, как отбрасывают от себя что-то омерзительное, вроде дохлой мыши. Вот вам и маленький кусочек внутреннего мира мужчины; он предпочтёт сократить годы своего пребывания на поверхности земли, чем расстанется со своей “функцией”!
     В самом начале отношений с женщинами, я всегда честно предупреждаю, что  женат, и ни на что кроме постели не гожусь. А ведь женщинам непременно хочется замуж! Обе моих подружки периодически делали попытки обрести этот статус, но каждый раз разочарованно возвращались ко мне. Я их понимал и принимал обратно. Женщина всегда чья-то: если о ней никто не заботится, будь то отец, брат, муж, любовник или сутенёр на худой конец, она превращается в замкнутое, рефлексирующее чудовище или в ломовую лошадь!
    И хотя внутри себя я не чувствовал изменений, я стал немного стесняться  и скрывать свой возраст, поняв, что далеко не каждая свободная молодая женская особь считает нормальным общение с мужчиной который старше её на двадцать лет; начал подкрашивать волосы, пытаясь скрыть обильную седину. Сбросить вес при моей любви к кулинарии  удавалось с трудом, но я стремился! Я ещё всего хотел и, мне казалось, многое мог.
       Я стал крутить головой по сторонам ещё интенсивнее чем раньше. Моё обострённое эстетическое чувство заставляло меня обращать внимание только на молодых и симпатичных мне представительниц женского пола. При виде привлекательной девушки я непроизвольно втягивал живот. С этим я ничего не мог поделать!  Мужику, которому полагалось думать о семейных ценностях и справедливости по отношению к своим ровесницам – и эти ценности он в какой-то мере действительно разделял – думалось совсем о другом...  Но всякий умный мужчина должен задуматься над простым вопросом и по возможности ответить на него самому себе честно:  хватит ли его  ресурсов  на кардинально-новую жизнь “после пятидесяти”? Их  может и не хватить. Но не всякий  может всё правильно оценить и остановиться вовремя.
    А в этом январе я целыми днями сладко и увлеченно бездельничал на Северном Гоа. Распорядок моей жизни был почти неизменным изо дня в день: проснувшись, я недолго гулял по берегу, наслаждаясь утренней прохладой, поглядывая на одиноких в этот час бегунов и медитирующих личностей, затем шел завтракать. Wi-Fi в кафе был бесплатным, и мой завтрак обычно затягивался до одиннадцати часов. Затем я опять шел на берег, и валялся там до четырёх часов, слушая музыку или читая книгу. Довольно быстро я приобрёл  загар, которому  стали завидовать мои знакомые. Вечер обычно проходил в различных злачных заведениях, где мы с приятелями, покуривая травку и попивая прохладные слабоалкогольные напитки, проводили время в приятном, необязывающем общении. Часто я просто выходил на берег провожать уходящее в океан солнце.
    На Гоа бывают множество людей, но не все хотят вернуться туда вновь.   Многие, приехавшие сюда впервые, в первую очередь  замечают грязь и мусор на узких улицах. Их раздражает отсутствие удобств и гуляющие везде коровы. Дурные запахи. В Гоа или влюбляются навсегда или забывают об этом месте.  Как мне кажется, это место подходит только людям определённого душевного склада. Но главное здесь – это атмосфера спокойствия и отсутствия агрессии, которая позволяет тебе расслабиться. Даже собаки здесь кажутся не злыми. Здесь что-то забывается, на что-то начинаешь смотреть по-другому. Здесь хочется остаться навсегда. Мне довелось побывать в нескольких странах юго-восточной Азии. Взять, к примеру, Тайланд. Я бывал там не раз. Хорошие дороги, чудесные храмы и природа, торговые центры. Развитая индустрия туризма. Всё для гостей. Всё на показ. Почти всё подогнано под среднестатистического туриста.    Он стал заказчиком, зрителем и потребителем. Он уже повлиял на всё.
       А здесь я просто жил. Я общался с такими же как я. Существовал  в том ритме, который меня устраивал. И этот процесс меня, привыкшего к действительности огромного мегаполиса, просто завораживал.  Здесь месяц казался днём. Мне нравилось  засыпать и просыпаться под мерный шум океана. Глядя на малиновый закат, я забывал о своём “трудном хлебе”. Каждый закат был словно новая притча, которая читается только один раз...
Для меня это место навсегда останется “местом, где разглаживаются морщины”.
      На этом чудесном берегу все показатели моего организма приходили в норму. Моему пульсу и давлению могли бы позавидовать молодые космонавты. Мне здесь нравилось настолько, что я всерьёз начал задумываться о том, чтобы перебраться в тёплые края навсегда. Прокручивал в голове разные схемы со сдачей в аренду  московской квартиры и т.д.  Придумывал способы, которыми можно было заработать на жизнь имея удалённый доступ в интернет.
     Но помечтав немного я понял, что не стоит себя обманывать – слишком глубокие корни пока держат  меня в Москве…  А здесь мне просто было очень хорошо!
    В один из вечеров я ехал на своём скутере по главной улице Арамболя, сейчас уже и не вспомню куда. Моё внимание привлекли двое полицейских разговаривающих с молодой черноволосой женщиной. Медленно проезжая мимо, я успел уловить тон их разговора - они разговаривали о чём-то серьёзном. Затем прозвучало русское слово. Я остановился неподалёку и прислушался.   Они предлагали ей проехать с ними в участок.  Она плохо знала английский и ничего не понимала. Обстановка постепенно накалялась.
    Бросать в затруднительной ситуации земляков за границей не в моих правилах, и я подошел.
- Привет! Что случилось? – вначале я обратился к ней.
- Чего-то они от меня хотят. Как я понимаю, они увидели у меня в руке джойнт.
     Я, на своём ломаном, но вполне понятном для них английском, смог объясниться с полицейскими. Они хотели, чтобы она проехала с ними в участок для досмотра. Пятьдесят долларов бывшие у меня с собой уладили этот вопрос.
- Меня зовут Игорь. Садись, подвезу.
- А я Татьяна. Спасибо. Я не далеко от Тату обитаю. Знаешь где это?
   Так мы познакомились. Она мне сразу понравилась. На вид ей было лет тридцать или тридцать пять. Спокойная улыбка постоянно блуждала по её губам. Когда она села сзади, обняв меня руками, положив голову мне на спину, внутри меня всё радостно запело и мне показалось, что это было то, о чём я скучал последние годы. Далёкие звуки набатных барабанов тихо зазвучали в моей груди.
    Я довез её до условленного места, и мы договорились встретиться вечером на берегу.
     Тот вечер прошел чудесно. Мы ели что-то вкусное и болтали на разные темы,  полулёжа на мягких подушках в прибрежном ресторанчике. Она рассказала мне о своей жизни и о семье. Рассказала и о том, что  в Дели один человек составил гороскоп с предсказанием её судьбы, который чудесным образом полностью, до мельчайших подробностей, сбывается. По этому предсказанию ей ещё предстояло родить дочь и она в это верила. В наличии божественных сил она  совершенно определённо не сомневалась. При всей мягкости её манер, в ней чувствовался умный и сильный человек, с которым следовало, по крайней мере,  быть искренним в общении.  Я вдруг попытался представить себя  участником её гороскопа.
     Мне показалось, что ей тоже было хорошо со мной. Это придало мне смелости, и я попытался пригласить её к себе в номер. Она искренне удивилась – не оскорбилась и не возмутилась, а именно удивилась, чем необычайно смутила меня. Мы обменялись телефонами и договорились встретиться  завтра. Засыпая в одиночестве,  я думал только о ней. В голове моей сами собой складывались поэтические строки. Такое со мной раньше случалось только в состоянии влюблённости.
     На завтра мы уехали на  дикий пляж, где между заходами в воду покуривали травку,   валялись и загорали на белом песке до самого вечера. Общение с Татьяной всё больше захватывало меня. Нам было хорошо вместе.
     Вечером, по дороге назад, мы перекусили в придорожной харчевне и выпили пива. Дорога прихотливо извивалась, проходя через местные деревушки, которые в этот предзакатный час выглядели очень живописно. Мы двигались в пёстрой тени деревьев, и тёплый ветер гулял в наших волосах. Я уже стал забывать те времена, когда мне  бывало также чудесно.
    На следующий день она позвонила мне сама, и мы условились встретиться вечером на пляже.
     Я увидел её танцующей на закате под ритмичные звуки  производимые группой барабанщиков среди таких же как она стройных и загорелых людей, совершающих энергичные движения. Вокруг танцующих на пляже плотным кольцом толпились зрители. Для прибывших на Гоа впервые всё это выглядело диковато и экзотично. Многие снимали действо на видео.
      Прикрыв глаза она совершала ритмические движения  в такт звучащему хору тамбуринов. Её смоляные кудри метались из стороны в сторону, усиливая общее впечатление.   Извивающееся в танце, стройное тело Татьяны излучало какую-то  неудержимую силу; такое ощущение возникает, когда стоишь рядом с  молодой породистой, ещё не объезженной вороной лошадью.
     Публика завелась, и многие непроизвольно подтанцовывали. Я несколько минут зачарованно глядел на эту молодую, прекрасную женщину. От волнения моё сердце забилось чаще. В ней было всё то, чего мне так не хватало, о чём я думал все последние годы.
     Но в  тот же  момент до меня дошло, что завоевать и увести с собой эту женщину мне будет нелегко, а  удержать против её желания будет невозможно.  Для этого нужно стать таким же молодым и сильным, с лоснящейся от потной испарины шкурой, существом, за которым она пойдёт сама…  Ей нужно было подарить будущее, а значит посвятить всю мою оставшуюся жизнь,  отбросив, перечеркнуть всё то, что было до этого момента – по-другому с таким человеком не получится. Забыть про дом и посаженное дерево, начать всё с начала.
     Почему-то вспомнился давно прочитанный мною рассказ про существовавший в неком городе магазин желаний, в котором можно было приобрести всё: успех в бизнесе, власть, деньги и даже счастье – счастье было самым дорогим товаром!  Но за всё необходимо было заплатить. Цены были разные.
      Например, любимая работа стоила отказа от стабильности и предсказуемости (возможно даже материального благополучия), готовности самостоятельно планировать и структурировать свою жизнь веры в собственные силы и разрешения себе работать там, где нравится, а не там где надо.
      Власть стоила чуть больше. Надо было отказаться от некоторых своих убеждений, научиться находить всему  разумное объяснение, уметь отказывать другим, знать себе настоящую цену, научить себя говорить «Я», заявлять о себе, игнорируя одобрение или неодобрение окружающих.
      Некоторые цены казались странными. Замужество можно было получить практически даром, а вот счастливая жизнь стоила дорого - персональная ответственность за собственное счастье, умение получать удовольствие от жизни, знание своих желаний, отказ от стремления соответствовать стандартам окружающего общества, небольшое чувство вины, умение ценить то, что есть.  А на двери того магазина висело объявление: «Если твое желание не исполняется, значит оно еще не оплачено».
      А готов ли был я заплатить свою цену за исполнение моего желания?
     Танцевальное действо продолжалось, а я отошел в сторону и присел на песок. Край малинового диска ещё висел над океаном, и на этом полотне заката каждый мог прочитать  всю правду о себе.  Та вода, по которой я так скучал,  утекла далеко - далеко, и никто и никогда не сможет помочь мне войти в неё ещё раз. Мне нужно было учиться плыть в той, которая текла передо мною.
     Солнце уже село, но я знал, что завтра оно  обязательно взойдёт, и его закат будет таким же завораживающе красивым. До отъезда в Москву оставалось два дня.
      
А.И.
10.05.13.


Рецензии
Александр, у вас получился приятный откровенный рассказ. Многие люди, равно мужчины и женщины, в какой-то момент жизни "обламываются". Приходит понимание, что жизнь не вращается вокруг него (нее). И вот тут надо перестроиться и принять эту объективность, чтобы не быть смешным. В рассказе, по-моему, это схвачено.

Тамара Непешка   21.12.2017 23:34     Заявить о нарушении
Спасибо за добрый отклик и оценку Тамара! Рад, что вам понравилось.

Александр Иванов 19   25.12.2017 17:03   Заявить о нарушении
На это произведение написано 46 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.