О кино

«Уважаемые пассажиры, если вы обнаружите забытые вещи или подозрительных людей, просим незамедлительно сообщить об этом работникам метрополитена».
Камера, мотор, начали! Обязательно буду внимательным, я уже внимателен, прячьтесь по углам подозрительные группы людей. Прыжок на ступеньку эскалатора, поехали.
Причем здесь эскалатор? Да, собственно не причем, просто в начале любого рассказа должно быть действие, шаг, прыг, бег, то событие, что сразу хватает человека за его маленький интерес и приковывает к экрану.
Наш уважаемый зритель только устроился в мягком кресле, угостился попкорном, отхлебнул коллы  и вдруг, на киноэкран прыгает Эван МакГрегор из фильма «Trainspotting» или Джейсон Стэтхем ведет бойкую торговлю подозрительными драгоценностями, как в "Карты, деньги…", а может и рекламщик Жан Дюжарден броситься с крыши небоскреба, как в фильме "99 франков".
Зачем все это? Зачем полтора, два часа сидеть неподвижно, уставившись в стену и смотреть, как один кадр сменяет другой?
Девушка на эскалаторе, на ступеньке ниже меня, читает какой-то сборник стихов. Не журнал, не бульварный роман, не газету, а стихи. Какая подозрительная. Такая молодая и уже подозрительная. Глаза горят, она вдвоем с книгой в адской толпе непонимания. На вид лет шестнадцать, скрывает свою красоту отсутствием косметики и простенькой одеждой. Ее маршрут - дорога из школы домой, из мира готовящегося стать взрослым,  в маленькое ласковое гетто, к учебникам и подростковому одиночеству, которое однажды взорвется и подарит миру все те краски души, что одноклассники променяли на сигареты «Winston» поштучно. Все это будет позже, сейчас, она, ищет ответы на свои вопросы. Ответы, что рождают новые вопросы. Где же выход из этого лабиринта? 
Подозрителен и бегущий справа, по движущимся ступенькам эскалатора, чернокожий парень, удобно одетый в безвкусно подобранную, качественную одежду.  Возможно он из Бруклина, но не из самого города, а с самых дальних окраин.  Его дом располагался в месте, где мало зелени и много радиации, прямо возле бруклинской атомной станции, в охранной зоне ЛЭП 750 кВ, где дети из бедных кварталов, тихими летними  вечерами, сжимая в своих сахарных ручонках магнум «Грязный Гарри» калибра  точка 357, поливают свинцом случайных прохожих. Война во Вьетнаме была уже позади, а пособие по безработице выплачивали вовремя, но жизнь все равно не дарила радости.  Если бы,  кто-нибудь из NBC, на всю страну и Евросоюз, по телевизору, перед речью президента в «День Независимости», спросил этого парня: «Джимми, как бы ты охарактеризовал свою сытую жизнь?» - то, на фоне развивающегося звезднополосатого флага, этот парень сказал бы всего одно слово – рутина. Не грусти, капитан Америка, помощь уже в пути.
Вышел из вагона, на встречу движется группа подозрительных молодцов из ППС, так непохожих в своих серых шинельках на тот, прочно слепленный Голливудом,  белозубый образ бравого полицейского. Какой сериал про милицию приговорил вас ребята к этой профессии? Смотрели кино про деньги, любовь, жизнь и смерть, а теперь вместо всего этого приходиться слоняться без дела по вокзалам, паркам и станциям метро?
Человек – возможно, самое таинственное, что есть на земле. Кто мы? Зачем здесь? Куда идем? Почему любим?  Почему верим? Почему так, а не иначе?  Миллиарды миллионов вопросов – причал один.
  Фильм, как целая жизнь, жизнь, которую можно прожить за полтора часа. Это настоящее приключение, стоящий полет. Смотришь фильм и все неважно, кто ты, где находишься, что вокруг происходит. Важно только то, что чувствуешь. А вот заставить человека чувствовать, задача непростая, но по-настоящему достойная. Эту задачу решали и решают на протяжении многих лет режиссеры и сценаристы. Произведения одних мы храним, пересматриваем, творчество других – проходит мимо наших сердец. Почему так происходит, сказать сложно, но одно ясно - у всего есть свои законы. Физик – знает, как будет двигаться камень, брошенный под углом к горизонту, сценарист, режиссер – должен знать законы, по которым можно довести зрителя до слез или смеха.
Во всех шедеврах, будь то роман Толстова или фильм Тарантино, можно обнаружить такие вещи, как трехчастную структуру, драматические перипетии, бреши, барьеры, героя и антигероя, и многое, многое другое, о чем даже не догадывается неискушенный зритель. У настоящей картины всегда есть своя структура, свой хорошо спрятанный скелет, продуманная драматургия, удерживающая нас у экранов. Это совсем не означает, что сказка мертва и карета в итоге отнюдь не превращается в тыкву. Задача кино – разбудить наши эмоции, вдохнуть  в нас жизнь, а то, что остается за кадром, просто инструменты. В небе, птица ощущает полет, а не строение своего позвоночника.
От того как умело мы расскажем нашу историю  и будет во многом зависеть, спасем или обманем мы девочку-подростка из метро, развлечем или обречем Джимми на скучное существование.
Кино способно отрывать от земли и уносить в мир грез. Кино помогает найти путь, посмотреть на жизнь с разных точек. Кино, дает силы подниматься рано утром и идти на работу, растить детей, ходить по магазинам. Кино – это игра, в которую создатели и зритель играют вместе одной командой.