Альгамбра

(навеяно одноименным произведением Вашингтона Ирвинга)

Гранатовых зёрен узор на граните
И капли пурпурные роз благовонных –
Горячее солнце Альгамбры в зените
Взирает на крепость в полуденном зное.

Там в мареве зыбком мираж проступает.
Струится виденье сквозь бездну столетий –
Загадочных призраков бледная стая;
Их время поймало в туманные сети,

Клеймило крестами, арабскою вязью,
Под звон колокольный и стон муэдзинов,
Дарило надежду за миг перед казнью,
Дразнило бессмертием вместо кончины.

Легенды Кастилии, сказки берберов,
Дворцовые фрески и тонкий пергамент –
Пристанище хрупкое символов веры,
Едва уловимое жизни дыханье…

Едва уловимая песня все громче –
И тени слабеют, и плавится память.
Гитар перелив в апельсиновой роще
Воскресшую душу так сладостно ранит.

В тиши кабальеро поёт серенаду,
Стучат кастаньеты и брызжут фонтаны,
Хрустальные радуги с робкой бравадой
Кропят молчаливый, задумчивый  мрамор.

Мелодия счастья сменяется грустью,
Рука замирает, дрожит старый голос.
И ветер со сьерры – зефир вездесущий
Серебряный порох бросает на волос.

Где рыцарей слава, сверканье доспехов,
Кровавые битвы у стен древних башен,
Жестокого века жестокие вехи?
Стал лишним теперь кабальеро бесстрашный. 

Наследник его – соловей легкокрылый,
Певец бессловесный, любовник пернатый.
И мирная трель льется вновь без усилья:
«Альгамбра – горячее сердце Гранады».