Я замечания чрезмерно уважаю... Поэтессе Св. Т-ко

/Из «Записных книжек энергетика шахты»/

Я  замечания  чрезмерно  уважаю, 
но  всё  же  неприемлем  ваш  совет.
Кто  вам  сказал,  что  в  том,  что  отражаю 
поэзии  и  миллиграмма  нет?

Вам  что  поэзия – цветов  благоуханье, 
трель  соловья,  малиновый  закат, 
влюблённых  девственниц  тревожное  дыханье 
под  музыку  вечернюю  цикад, 
и  отражённое  красивыми  словами, 
в  которых  современных  нет  людей?
Стихи  такие, – откровенен  с  вами, –
страшней,  чем  вырывание  ногтей.

При  всей  любви  моей  и  к  Майкову  и  Фету, 
Полонскому  и  Тютчеву,  поверь, 
сегодня  им  в  бараке  места  нету, 
никто  из  тутошних  им  не  откроет  дверь.

И  за  столом  им  места  не  найдётся –
чужими  будут  в  каждом  уголке,   
ведь  жизнь  шахтёрская  не  отзовётся 
сердечной  болью  ни  в  одной  строке.

Фольклор  барака  это  отражает, 
а  в  нём  поэзии  такая  глубина!
И  как  же  жаль,  что  этот  пласт  не  знает 
поэтов  первокласснейших  страна!

И  ты  бы,  раз  напившись  этой  браги, 
в  которой  драмы  жизни  и  комизм, 
набралась  человеческой  отваги 
по-новому  узреть  социализм.
И  перестанешь  бряцать  ярлыками, –
они  здесь  неуместны  и  плохи, –
и  будешь  восхищаться  матюгами 
и  чтить  их,  как  хорошие  стихи; 
и  перестанешь  говорить  про  нормативы –
они  в  среде  шахтёрской  неуместны; 
увидишь,  до  чего  мы  все  красивы, 
и  скажешь  мне:  «Твои  стихи  прелестны! 
И  каюсь  я – ошибка  вышла  раньше,
и  на  себя  накладываю  штраф.
Хоть  ты  меня,  начальничек,  и  старше, 
давай-ка  выпьем  мы  на  брудершафт»
.               
1968 г.