Студенчество - Семестр первый. Вступление

        Чудная пора – жизнь с родителями: хороший дом, включая вымытый пол и чистое постельное, малое количество обязанностей, чувство защищённости и непринуждённой материнской любви. Любви искренней и беззаветной – естественной. Но в жизни каждого наступает момент, когда пора расстаться со столь привычным миром и сделать широкий и увереный шаг во взрослую жизнь. У многих это студенческие годы – начальная ступнь взросления. Однако и в это время на человека разом обрушивается целый ряд трудностей и проблем. Вы можете сказать: «Но ведь появляется Свобода, которой не было – полная свобода действий. Ради этого стоить решать самостоятельно множество проблем…»
 А разве свобода не проблема? Особенно для того, кто её никогда не ощущал. Думаю, каждый останется при своём мнении по данному вопросу. Вы когда-нибудь объедались очень-очень сильно и даже смотреть не могли на предмет своего поедания в течение долгого времени? Как раз после родительского дома человек рискует объесться свободой, что может серьезно повлиять на его судьбу, причём не в лучшую сторону.  Часто молодые люди, пользуясь полученной прерогативой, спешат скорее ей насладиться – бездушный секс, алкоголь, сигареты, даже наркотики. Неприятный набор.
Да… после привычного домашнего уюта, я попал в съемную квартиру, где жил в одной комнате со своим старшим братом. Как сейчас помню -  еду в машине на пассажирском сидении, а в голове ни одной мысли, ни одного представления о новом доме. Приехали. Взял чемодан с вещами. Смотрю: передо мной открылся вид на старенький двухэтажный дом -  не удивлён. Вошёл в подъезд, грязные деревянные ступеньки ждали, когда я на них ступлю – дождались. Скоро я очутился на втором этаже, вошёл в квартиру. Ничего особенного я не обнаружил: слева под тумбочкой стояла обувь, справа была занавеска, скрывающая верхнюю одежду. Пройдя в зал, я увидел недурной телевизор (не ЖК правда). Сделав несколько шагов вперёд, передо мной красовалась белая крашеная дверь в нашу с братом комнату, за ней я увидел Чудо… комнатушечка три на три метра, включающая в себя удобную кровать, явно, неловкое раздвижное  кресло, шифоньер, который занимал половину этой комнаты,  и гладильную доску – удивительным образом вместившуюся в уголке. Совершенно искренне, я не был удивлён увиденным, даже наоборот воспринял всё это как должное и привычное.  Странное чувство – осознавать свою непоколебимость и равнодушие к смене места жительства.
 Немного освоившись, зашёл в ванную комнату: туалет, ванная с душем вызвали у меня положительный настрой, который, к сожалению, был прерван маленьким разочарованием – нет горячей воды( в такие моменты с гордостью начинаешь вспоминать свою домашнюю баньку, хороша ведь - сучька). Вмиг мысли пришли в отчий дом: мама, рядом бабушка, в 20 минутах ходьбы тётушка - родственники мои наиближайшие. С другой стороны здесь брат рядышком, да и к отцу ближе – пятьсот километров всего.  Эх, что уж сейчас говорить – жизнь такая. Здорово, что я её ощущаю… чувствую прям, как резкий выброс адреналина, так и абсолютное спокойствие. Жизнь, она ведь мгновенна. Она не останавливается, течёт здесь и прямо сейчас. И очень здорова осознавать в трудные, проблемные моменты это – понимаешь, что это всё скоро закончится, наступит светлая полоса будущего и всё наладится!
Меня зовут Антон, фамилия Перегодов. Что я могу рассказать о себе? Пожалуй, никакой новизны в моём рассказе не будет. Обычная жизнь – деревенский парень родом из третьего по величине города области НННННННННН, беднейшей области России. Окончил кадетскую школу, сдал ЕГЭ на хорошо, поступил в ВУЗ – обычное дело. Воспитывался мамой и старшим братом, отец ушёл, когда мне было шесть. В трудные жизненные минуты от него не были ни привета, ни ответа… жил себе где-то и жил, возможно, иногда вспоминая, что у него два сына как-то сами собой с матерью воспитываются. Но я честно об этом не жалею, потому что я удовлетворён качеством своего воспитания, и не хотел бы, что бы оно было другим. Своей матери я обязательно поставлю памятник – большой, красивый, памятник в самом центре города, где я жил и воспитывался.
Денег никогда особо не было, и мама часто говорила: «Сынок, ты же знаешь, что надеяться нам не на кого. Тебе нужно учиться! Учись!». А знаете, я и учился… мама никогда после четвёртого класса не контролировала мои домашние задания – она мне доверяла, тем самым внушала желание учиться и не разочаровать её. Да, были двойки, но эти двойки зачастую исправлялись на четвёрки.
Когда школьные годы пролетели, на выпускном я услышал стихотворение неизвестного автора, которое запало мне в душу и сейчас очень часто его вспоминаю:
Одиннадцать годов прошли иль пролетели,
Трудно сказать сейчас – когда я выпускник.
Одиннадцатый раз сыграли мне капели,
Одиннадцатый раз иду я на пикник…

Я был уверен, что буду очень смелым,
Я был уверен, что не снизойду на нет,
Сейчас иду в открытые я двери
А страх и грусть уныло смотрят в след.

Я не кричу – что будто очень страшно,
Я не твержу – что не пойду вперёд.
Но всё ж не хочется со школой расставаться,
Не хочется - Никак наоборот!

Когда я пришёл в университет, мои глаза горели новыми знакомствами, новыми друзьями – новой жизнью! Казалось, что всё вокруг так прекрасно, так свежо – первые два месяца учёбы я видел мир в ярких цветах! Может быть виной этому стала смена места жительства, может быть и, действительно, студенчество!
А всё таки, благодать была, вначале обучения, когда в нашей группе ещё не создался раздробленный на жалкие кучки коллектив, когда мы плохо друг друга знали, когда ничего общего нас не объединяло… тогда была красота! Мы друг другу улыбались, искренне старались помочь – даже на конкурсе художественной самодеятельности из всего университета наша группа заняла первое место! Нам аплодировал большой зал полный народа! По мнению судей и других наблюдателей нашего выступления, победа была присвоена как самой дружной группе – эта энергия была в каждом из нас и передавалась всем вокруг! Мы были заряжены – мы жгли, жгли огонь счастья и азарта! А чего стоило наше празднование победы, когда после награждения чистые, нарядные – мы все кидались и мазались тортами, по-детски радуясь этой шалости, мы чувствовали себя пришалимами!
Хотя… нет, что-то я перепутал. Маленькие тревожные звоночки начались ещё на репетиции, когда была сцена, где нам нужно было драться, один человек – небольшого роста, смуглый, с прокаченными мышцами – не с того не сего вдруг всерьёз начал колотить нашего одногрупника по кличке Фельдшер. Но это как-то всё быстренько замялось, устаканилось, потому что он объяснил это поведение ответом на необоснованный удар со стороны оппонента. Ясно и чётко слова пронзили уши всей группы, и всё это воспринялось, как нормальное явление – сам виноват, ибо не…й. Меня это насторожило.