Обыкновенная история. Окончание

Босс, что делать с этим пацаном? Совсем с катушек съехал – не хочет работать, хоть режь его на куски. Ладно Лоб, не кипятись – тут «другая тема» назревает. Так, что поумерь свой пыл в отношении его. А наоборот – покорми. И смотри, что бы он был в хорошей человеческой форме. Не понял я, Босс, проговорил смущённо Лоб. Что дальше-то с ним делать? А от тебя и не требуется понимать и уж тем более думать, проговорил резко тот.
Делай, как тебе сказали. Понял?! Понял, босс, понял.   И в телефоне Лба раздались частые гудки. То «прессони» его слегка, то подкорми, бубнил недовольно Лоб, вот и пойми начальство, чего оно хочет.
Слушай, проревел рано утром в телефоне Лба, голос Босса. Да, Босс, я слушаю, мигом проснувшись, ответил тот. Приведи в полный порядок новенького, а так же – Верку, и ещё пару приличных пацанов, проговорил Босс. Заводи свой утиль и вези их ко мне. Надолго, босс? Не твоё собачье дело, взбеленился тот от такого нахальства своей «шестёрки». 
Навсегда избавлю тебя от них, все же ответил он. А кто здесь работать будет, и так уже не осталось ни кого, вы всех позабирали. Возмутился подчинённый. Ты что, ни как не «вьедешь», козёл, с кем базаришь?! Да я тебя быстро определю в боевики. Менты враз твой лоб зелёнкой смажут. Да я что, босс, я не хотел вас разозлить, стал оправдываться тот, и впрямь испугавшись такой угрозы. То-то же! Бегом исполнять, что сказано! Уже бегу, босс.
Даньку, Верку и ещё двоих парнишек, привезли на шикарную, трёхэтажную виллу, расположенную глубоко в лесном массиве и тут же отправили всех в баню.
Сытно покормили, сказав, что б отдыхали.
Вечером Даньку одели в красивый, цветастый халат и отвели в какую-то комнату, где совершенно не было окон. Но зато была просто огромных размеров кровать, стоящая посередине комнаты. Ему приказали сидеть тут и ждать. Чего ждать, кого ждать, Данька так и не понял. Через какое-то время в комнату вошел старик и странно улыбаясь, начал тискать Даньку своими жирными и потными руками. Данька как мог, сопротивлялся, но этот старик оказался очень сильным и скрутив Даньку, повалил на эту самую кровать, приговаривая при этом, что бы Данька и дальше так же сопротивлялся. Ему, видите ли, доставляет это огромное удовольствие. Но Данька все же смог высвободить руку и так приложился кулаком по интимному месту старика, что тот, вскочив с постели, с воем выскочил из комнаты, матерясь, на чём свет стоит. Тут же в комнату вошли два огромных мордоворота и скрутив Даньку, вкололи ему какой-то укол, от которого всё вокруг поплыло и закружилось. Данька только успел заметить, что в комнату опять вошел тот же старик и ехидно улыбаясь, как куклу бросил его на кровать. Больше Данька ни чего не помнил и не видел.    
Очнулся он лишь на следующий день. Всё его тело болело так, что невозможно было ни повернуться, ни пошевелить, ни рукой, ни ногой. И только через день, он обрёл возможность немного двигаться и немного думать. Но в тот же вечер процедура с уколом снова повторилась.     И опять приходил какой-то мужик, и снова тискал и издевался над ним. Но оказать какое-либо сопротивление, Данька больше не пытался. У него, попросту не было сил. И ему сделалось всё совершенно безразлично. Данька уже не считал ни дни, ни уколы, ни даже тех, кто приходил в эту «комнату пыток», как он окрестил про себя это проклятое место. 

Да, да, конечно. Не сомневайтесь – именно та самая группа крови. Ну, что вы? Мы же не в первый раз сотрудничаем с вами? Нет, нет, не беспокойтесь. Всё как всегда. Что? Сумма велика? Как же вам не стыдно думать о такой мелочи, когда на кону здоровье сына вашего шефа? Я понимаю. Да, конечно. Ну, сами понимаете – инфляция, да и доноров стало находить гораздо сложнее. Опять же – риск. Сами понимаете. Да. Завтра. Договорились. И Босс с улыбкой положил трубку на аппарат. Бык! Громко крикнул он, и тут же в двери даже не вошел, а с трудом протиснулся один из тех, кто скручивал Даньку. Вот, что, Бык. Звони хирургу. Скажи, что бы сегодня ночью приезжал со своим ассистентом. Ну, в общем, всё, как обычно. Да, Бык. Тот тотчас обернулся. Не забудь, предупреди кочегара из крематория, что бы был готов этой ночью. Да ещё скажи, что бы на завтра не расслаблялся. Всё. Иди.      
Не пробило и полночи, как к особняку подъехала скорая помощь и следом за ней автобус, с чёрным ангелом на борту и надписью большими буквами – «Ритуал».

Вы, читатель, вполне можете сказать, что такого в жизни не бывает. И будете совершенно не правы. Если следить хотя бы в пол глаза за официальной уголовной хроникой, то можно прочитать, увидеть или услышать ещё и не такое. И уж совершенно не возьмусь говорить о неофициальной статистке подобных случаев, которые умышленно замалчиваются в угоду чести мундира.    Именно по этому я и назвал этот рассказ –               
              ОБЫКНОВЕННАЯ ИСТОРИЯ.
Мне так же бесконечно жаль Даньку, и сотни, а может быть и тысячи, таких же мальчишек и девчонок, отброшенных, то ли волей случая, то ли иными жизненными обстоятельствами на обочину жизни и благополучно забытых там, благородными дяденьками и тётеньками.  Хотя я не берусь категорично утверждать, что судьба нашего Даньки обрывается с окончанием рассказа. Небольшой процент надежды на благополучный исход, имеется всегда и во всём. Потому, как всем известно ещё с молодых ногтей - надежда умирает последней. Но опять же, это понятие, само по себе есть что-то весьма зыбкое, эфемерное, неосязаемое. А по сему, является весьма ненадёжным и капризным инструментом, который я и отдаю в Ваши руки, дорогой мой читатель.
Хотя, мне самому кажется, что той самой Надежды, здесь всё-таки...