Последняя любовь - часы останови

« Тебе не нужно то, что пишу я, а мне – то – что ты, поэтому я  у тебя в чёрном списке…» И это правда. Я отказалась от твоих стихов, стихи всегда можно заменить другими. Хотя к этой мысли пришла я не сама, один молодой человек именно так ответил, когда я попыталась поставить ему одно из своих условий, чтобы…. Да какая разница, о чём у нас с ним шла речь в тот момент?
   Галка, моя двоюродная сестра,  прилетела ко мне как ураган, и после её появления  кончился покой в нашей семье. Но зато я, до этого безучастная ко всему происходящему вокруг, немножко ожила. Мы с ней секретничали, я иногда плакала, она меня жалела….
   Её мать жила здесь, в нашем городке, недалеко от нас, а сама Галка – в Новороссийске, в городе на берегу  Чёрного моря. И сама Галка  была вся такая «южная» - от неё исходил жар лета, запах южного рынка и моря. Раньше мы с ней были очень похожи, нас путали, сейчас – мы разные. Галка плевать хотела на свою внешность, была как есть, никакие салоны, сумочки, туфельки и даже духи её не интересовали. Мне что-то кажется она была такой всегда… Но и красота её от этого не становилась хуже.
-Всё! Разводись! Езжай к нему!, - после буквально  пятиминутного разговора с ней, зашумела, заходила по комнате Галка, - Ты что, не хочешь быть счастливой? Это раз в жизни бывает!  А нам с тобой не по 20!
  Ну, Галка, это только она так может! Кто меня куда приглашал и где ждёт? Это я здесь с ума схожу, ну, увлеклась сильно, не под силу самой с этим разобраться. А она:
-Последняя любовь! Ты что?, - прямо-таки за плечи схватила и затрясла  меня.
-Ну, может и последняя! Часы останови!,- в горячах воскликнула я, отцепляя её руки от себя, - и про возраст могла бы не напоминать, мы с тобой почти одногодки,- Как всё просто у неё, муж – не знаю какой по счёту, и тот на 10 лет моложе, и души в ней не чает…  А у меня – один единственный, меня тоже обожает.  А вот сама я с «изъяном», вечно в облаках витаю, да только никому от этого не лучше!
-Зачем часы остановить?,-не поняла Галка  моего намёка, - Ах, да! Останавливай!  Мы не одногодки! Я всё же постарше на целых два года! Ты в Сибирь летишь? К своим родственникам? Я с тобой!
Я уже поняла, если она так решила, не переубедишь.
-Я по работе, в командировку.-соображая, что могла задумать Галка, сказала я.
-Всё равно полечу! Он же там живёт!,- и она, высоко подняв свою роскошную голову, победно взглянула на меня.
-Галь, я не против, заказывай билет, обещаю, что скучно не будет,-О, в этом-то я уже была уверена: там, где Галка, скучно никому не бывало,  даже мёртвым, или полумёртвым,  тут  я «загнула», хотя, я думаю, если ей, как следует постараться!...,- но дело не в Нём! Это исключено, никакой встречи мне не надо, я тебе объясню…   Мне просто не по себе, сердце болит….
-По Ахмадуллински?, - смешно вытянула шею Галина.
-По Ахмадуллински: и гвозди забиваются,  и пилит сердце  по ночам…, - скорбно опустив голову, пробормотала я.
-Ну-у, это любовь! С тобой что, такого не было никогда?,- уверенная, что так оно и есть, спросила она.
-Да, было, в 18 лет что-то наподобие…,-задумчиво ответила ей я,-Галь, тише, этот бред никто не должен слышать, мало того, что обидеться могут, кое-кто к психиатру посоветует на приём…
-Я сама кое-что посоветовать могу,- уверенно произнесла она, а потом, глядя на меня, весело подмигнула, так как могла делать только она – подмигивая, одновременно встряхивая всей головой.
 И вот мы летим. Места самые лучшие, Галка позаботилась, обещая что-то рассказать мне в полёте, чем-то сокровенным поделиться, а сама уснула непробудным сном, когда самолёт ещё и не взлетал. Мне же пришлось общаться к подсевшему поближе к нам каким-то чукчей, умный он,  правда, оказался, и пошутить  хорошо умел, не скучно было, и о постороннем некогда было думать.
-Ну вот и прилетели, можно будить вашу соседку.  А то я гляжу, вы  такая вся грустная была, такая озабоченная, думал и не захотите поговорить…
-Нет, отчего же! Вы на меня произвели впечатление джентльмена, попыталась отшутиться я.
-О! А может нам поближе познакомиться?,- глаза чукчи заблестели.  «Ну вот, только был нормальный человек, и вдруг «самец» проявился.»  Я отвернулась, нахмурившись.
-С кем поближе?,-проснулась Галка,- я всё слышала. Ты сама виновата, что к тебе липнут. Надо построже с ними.,-Вам чего, гражданин? – тоненьким-притоненьким голоском задала она вопрос чукче, при этом прищурив глаза, и того,  как ветром сдуло.
- А вроде казался таким солидным и изысканным…,-промямлила я.
_-Чукча изысканный!  Ой, уморила!,- и Галка прыснув, начала собирать сумку с вещами: приближалась посадка.
-Галь, тише, здесь много таких,- мне стало неудобно за Галкину развязную речь перед… пустыми сиденьями, поскольку в нашем отсеке никого  не было больше  в этот момент.
   Нас встретили, привезли в гостиницу. Галка расположилась, разложив вещи, а я лежала, вся поглощённая своими думами: "Что же случилось? Ну почему он так резко перестал общаться? Ведь просто переписывались, общались, какой здесь грех-то?"  Я не питала надежды увидеться с ним, хотя это был его родной город, и он здесь проживал. Я хотела только одного, чтобы Галка «вылечила меня», как она обещала,  от этого неземного «притяжения» к  непонятному «инопланетянину»-поэту, с которым я случайно столкнулась в интернете.
Галка позвала меня вниз выпить по чашечке кофе. Ох, знала я эти её «чашечки». Сейчас скажет: «А почему бы нам?...» и так на всю ночь.  Она ж выспалась!
-Галь, а давай закажем ужин сюда?,- неуверенно обратилась я к сестре.
-Ты что?,-испуганно воскликнула она, - тебе в люди надо. Готовиться к ритуалу! ,- и добавила таким слащавым голоском,- а может, не потребуется ритуал-то, а?  Может, вы сейчас в холле  и встретитесь?
-Что ты? Это же огромный город! И потом, ты сама сказала, после своего психоанализа -  он обо мне и не думает! Достань-ка ноутбук, пожалуйста….
-А, ну, посмотри, что там у нас происходит?, - Галя подала мне мой маленький портативный приборчик с флэшкой на боку вместо модема.
-Да Он работает по Москве, сейчас, как и положено, отдыхает, а у нас дома ещё день…
-А ты зайди на страничку! Посмотри!, - настаивала Галка.
Я открыла нужную страничку, тут же попала под град необходимых комментариев, почитала, написала, что думала, посмотрела сообщения, включила свою музыку и отставила монитор. Галка подлетела и попросила показать Его страничку.
-Галь, это невозможно. Я же заблокирована им.  Поэтому я тебе ничего не смогу показать, даже его фото..
Галя, женщина хоть и почти современная, с такой техникой не дружила, это муж её, молоденький, часами просиживал у ПК, а ей в самой жизни хватало и проблем,  и  разных развлечений, поэтому, я с большим трудом растолковала ей,  что по чём.
-Ну,  давай на общий портал зайдём, он же стихи пишет. Посмотрим, что у него за сегодняшний день?
-А что, он каждый день -  по стиху?
-Да нет, бывает и по пять, в зависимости от вдохновения, наверное.
-От Музы значит. Если  сексапильная, ему не до писанины, если холодная, пишет, что в голову взбредёт, а согласно Фрейду, в такие минуты в голову приходят мысли про  секс, вернее недостаток последнего генерирует в другие мысли….Так что у него там?
-Сегодня у него день урожайный, несколько стихотворений, все про разных женщин.
- М-да-а.   Любвеобильный, однако. Ты знаешь, мне бы поближе с ним познакомиться. У него, по-моему, какие-то, психологические проблемы.
  Мне что-то подсказывало, что проблема у самой моей сестры, но я не возразила ей:
-Встречайся, знакомься, соблазняй! Такой у вас, психологов, клич?
-Такой клич должен быть у всех женщин! Они бы счастливее были, не зажимались и не прятали свои чувства и желания в самые потаённые уголки своего сознания, что даже на сеансах под гипнозом не дают прикоснуться к ним.
-А зачем вам касаться спящих клиентов?,-испуганно спросила я.,-Вот так доверься вам, психотерапевтам…
-А ты знай, к кому обращаешься, к кому попало не ходи! И потом, тебе то этого бояться нечего, сестра есть на это!
     Наконец, мы сидели внизу в холле, разделённом на несколько секторов, в каждом из которых располагалось кафе  с совершенно разным ассортиментом предложений. Галя выпила бокал вина, потом мы плавно перешли в ресторан, где я встретилась со своими коллегами, мы договорились насчёт завтрашнего дня.   Галка оглядела моих сотрудников  изучающим взглядом и выразительно поджала губы, шепнув мне незаметно от всех:
-Какие сухари все! Как они живут? У них же проблем со здоровьем будет куча!
-Галь, остынь. Это их дело. И потом, почему ты так про них думаешь? Они же на работу приехали. Это я с тобой отвлеклась от всего серьёзного…
-Да, ты ещё тот экземпляр. Ты неповторима: летом ты мечтаешь о снежной метели, зимой – о летнем дожде. Это знаешь, как называется? Да, ты всё равно ничего  не поймёшь, ну, в общем, тебе трудно угодить даже самой себе, не говоря уж о мужчинах.
Неожиданно к Галке подошёл бармен и подал ей какую-то записку. Галя взяла её украдкой, зато купюру в 5тысяч рублей подала  демонстративно.
-Ну вот, осталось вызвать такси!, -Она заискивающе смотрела на меня.
-Что это, Галя?, - я подозревала, что там адрес, чей-то, но адрес точно. У меня в этом городе служил двоюродный брат, который, зная, что я навещу Красноярск, хотел встретиться.   Однако насчёт встречи у нас с ним состоялся разговор по телефону. Значит, Галка нашла адрес того, кого хотела она. Зачем? Для кого?
-Галя! Я  и не хожу, куда не звали,  и не пойду  туда, куда не ждут!,- вспомнила я слова одного из знакомых поэтов.
-Дорогая! Положись на меня! Я всё устрою. Жаль, что у тебя ни номера телефона, ни скайпа….
-Помилуй, сестра! Ночь на дворе! Весь город спит! Куда ты собралась?
-Сейчас спать.  Все дела назавтра, когда ты будешь занята работой.
-А ты, что? Хочешь встретиться? Для чего? С какой целью? Ты знаешь, я вторую ночь сегодня не усну. У меня стресс….
-Ну, сейчас стресс, понятно, а вчера что было?, -с удивлением спросила сестра.
-Ты забыла, каким взглядом провожал нас с тобой мой муж?, - чуть не со слезами на глазах проронила я.
-Ой, да помню, конечно! Взгляд преданной собачонки. Он тебе хоть слово сказал, например,  «Ну, ты там поосторожней и т.п.?»  Нет! Он просто жмёт на жалость. У женщин  чувство жалости стоит на самом первом месте! Вот ты и не находишь покоя от того, что его жалеешь. Он мужчина, и не так должен себя вести! Поняла? Где его чувство собственного достоинства? Где проявление любви, если он тебя любит?
  Я не знала, что ответить Галке, я уже сама  её побаивалась, тем более,  никак до конца не могла раскрыть её планы.
-Мне его жалко, он же хорошо ко мне относится, а мы тут про чужого мужчину ведём разговоры,- еле слышно проговорила я. Но Галка, услышав такое,  громко меня отчитала:
-Перестань испытывать чувство вины перед мужем, перед детьми, перед котом, и ещё кто там у тебя остался?... Ёжик в саду на даче?   Что ты сделала  такого  предосудительного? У тебя болит душа, сердце – не физически, так ты здоровая женщина – но боль ты испытываешь из-за непонятных отношений с одним мужчиной. Дорогая! Я же тебя знаю! Мы же всё детство и юность провели вместе! Ведь из-за чепухи ты бы мне никогда не позвонила, никогда не пожаловалась бы ни на что. Здесь всё серьёзней. А самое серьёзное – твой характер. У меня проще – чуть разонравился, чего терпеть друг друга? И дочь всё понимает. И отношения нормальные сохраняем, и не приходится ни чувство вины испытывать ни перед кем, ни обманывать кого бы то ни было.

   Утром, когда я уходила, Галина ещё спала, и мне не удалось узнать её планов на день.
 Весь день мы были в областном суде, занимались делами, а вечером нас привезли к гостинице, предложив перед этим экскурсию по вечернему городу. От экскурсии я отказалась, так как поездки от гостиницы по городу давали приличный обзор, видно было, что в городе умирает промышленность, возрастают торговые отношения, поскольку весь город пестрел вывесками и рекламами. Кое-где, правда,  виднелись зелёные скверы и хорошо разбитые парки.
  В мыслях у меня была Галка: как бы что не натворила? Я сидела в уютном автобусе по дороге в гостиницу и старалась разобраться в себе: чего мне хотелось? Увидеть этого человека? Поговорить с ним наяву, поскольку никакой другой возможности не представлялось, или оставить всё как есть?
    Я вышла из автобуса. Странно: лето, а холодно, как  осенью. И тут, именно на улице я поняла, что очень хочу увидеть Его! Он сделал мне больно. А фактически ничего и не сделал, просто перестал общаться. Прекратил на ровном месте!
    Я стояла, прислонившись к какому-то  мокрому щиту. В руках у меня ветер трепал зонтик. На улице темнело. Но мне казалось, что я вижу, как куски моего сердца постепенно разваливаются на части, я не испытывала никаких эмоций,  и  в душе была пустота. Я знала, что всё это от того, что я сейчас одна. Стоит появиться рядом со мной кому-нибудь, и всё, что со мной происходило, спрячется, как голова улитки, вовнутрь меня, и потихонечку будет грызть, грызть, грызть…   И этому не будет конца!
 Я находилась у входа в гостиницу, когда увидела подъехавшее такси. Из него вышла Галка, моя Галка, родная, вернее двоюродная сестрёнка, которая ради меня приехала в такую даль, чтобы как-то помочь мне, да заодно и самой проветриться, как она сама выразилась. С Галей был какой-то мужчина. Он был невысокого роста, прилично одет, в очках. Личность его мне не показалась знакомой. У самого входа мы все трое  встретились. Галина познакомила нас. А мы были знакомы, но не визуально. Лицо моё загорелось – признак сильного душевного волнения.  Заболела  почему-то спина – от страха, наверное: мышцы напряглись. Это после мне сестра расшифровывала, что и почему. И затошнило – перенервничала. И когда успела-то?
  Мы втроём зашли в холл, потом в кафе, хотя наш «новый» знакомый потом настоял перейти в ресторан. Что у меня творилось в душе? Да и была  ли она у меня с собой в эти минуты? Совершенно  чужой человек  на глазах становился «нечужим», я не знаю, каким, но я его узнавала: по словам, по взглядам, по внешности. Когда-то я видела некоторые его фото, где-то  в интернете слышала песню в его исполнении на его же стихи, и почти каждый день он присылал мне свои стихи, которые, хотя и недолго, но я прочитывала в т.ч. и между строк. Правда,  это было уже около месяца назад. Потом всё прекратилось…   Я сидела ни жива ни мертва. Мне захотелось, чтобы он ушёл, потому что  ни разу ко мне не обратился ни с каким вопросом, говорил, в основном, с Галиной, он не казался рассеянным либо взволнованным, как я. Нет, он не просто хорошо держал себя в руках и ловко владел своими эмоциями. Он был  спокоен. И тогда я не выдержала: тоже со спокойной улыбкой на лице, уж не знаю, как у меня это получилось,  я поднялась, попрощалась, не обращая внимания на удивлённое лицо своей сестры, и побрела в свой номер…  В номере у меня началась истерика, ну не истерика, а открылся буквально шлюз  слёз, который никак не останавливался и усилился, когда в номер вошла Галя.  Я вышла на балкон: порывы ветра остудили мне лицо, а сердце моё уже не «пилилось» кем-то на части, его грызли.  Вместо души была пустота: ведь вот только что я плакала, и душа моя    ныла, болела, а сейчас её не было. Я почувствовала, что внутри меня всё окаменело. Вышедшая за мной сестра, затащила меня за руку в комнату. Она старалась как-то успокоить меня, растормошить… А я вдруг почувствовала сквозь удушающую  боль в своём сердце разрастающееся из ничего маленькое тихое спокойствие, которое постепенно перекрывало все другие эмоции, и, с каждым вздохом,  мне становилось легче…
-Ой, сестра, как тебя зацепило! Я в жизни никогда так не любила! Я завидую тебе, дорогая! Хоть больно, хоть обидно, что угодно, но я тоже хотела бы  испытать такое…,- и Галька расплакалась….
  Настала моя очередь успокаивать сестрёнку, и я не находила слов для этого.
-Галь, ну, ты же у нас счастливая, у тебя вон какой красавец молодой муж, дочка умница, скоро внуки пойдут..  Ну, что с тобой? Тебя никто не бросал. Тебя любят, ну что ты говоришь? Мне завидовать, чему?
-У тебя настоящая любовь, понимаешь, ты любишь…  Он тебя тоже любит…  Я это поняла…Хотя он сам себе не признаётся, гордый слишком….Да, вы никогда не будете вместе, не суждено, чёртов интернет, вы так далеко, вам не знать бы друг друга, а вот,  поди ж ты…
  Галька долго ещё рыдала, пригудая что-то, я помогла ей лечь  на диван, а сама, налила себе  из бара бокал белого вина и сделала большой глоток. Что она сказала, любит? Ну да, это заметно,- усмехнулась я.
-Психолог ты мой,- погладила я сестру по голове,- спи. Завтра нас пригласили на прогулку в тайгу, представляешь? Спи.
  Галка успокоилась, я ещё долго стояла у окна: вот город, где живёт человек, который, сам того не ведая,  почти свёл меня с ума, и который сам то любить не научился, но  вызвал у меня такую бурю чувств, с какой  я вынуждена бороться. И неизвестно, как бы всё сложилось ,если бы не эта командировка, появившаяся возможность увидеться. Последняя любовь – пусть последняя, но пусть  она будет прозрачна, как слеза, как в песне.
  Утром нас с Галиной и троих моих коллег забрали на БТР ребята из военной части, в которой служил мой  двоюродный брат. Кругом меня окружили двоюродные – вот так мы дружим все!  Нам дали противомоскитные сетки, мы с восторгом, а иногда с присущим только женщинам выражением страха – повизгиванием,  осматривали  чудеснейшие пейзажи вокруг: просто ожившие картины, до чего яркой была зелень, сияли голубизной мелкие,  но многочисленные озёра, и ярко-синим  с белыми проталинами небо.  Пикник был организован безупречно, мы даже вальсировали на ровной площадке под аккордеон.   Время провели замечательно. Наутро -  наш  рейс на Москву.
  В дороге Галка рассказала, предварительно поглядев, как я реагирую на это- а я была спокойна – о том, как она приехала по данному ей адресу, как её встретила молодая  симпатичная женщина, пригласила Его, как они поговорили, и Он, ничего не говоря той женщине, что хозяйничала у него, поехал с ней, Галкой, в гостиницу ко мне. Он говорил, что не заметил, как ты вошла в его душу…. Душу, понимаешь? Всё остальное  лишь мишура, как он выразился. Он сомневался в тебе, считал, что ты только играешь с ним, а у него всё серьёзно было. Поэтому он так глупо повёл себя. Теперь у него женщина, с которой он живёт как с женой, и у них,  возможно, будет ребёнок, он его очень хочет. Кто ж не хочет наследника? А тебя он старается и надеется забыть, но пока не получается. Так что не обижайся на него, пожалуйста… Мне жалко его, он хороший…
  Я молча слушала Галину, отвечала на вопросы коллег, а сама представляла «героя своего романа»: вспомнились его стихи, посвящённые мне, сначала хорошие, потом – обратно  противоположные.
 Галка опять всхлипнула:
-Вы созданы друг для друга…Он так сказал…. Ты знаешь, каким голосом он говорил…Ругал интернет, сколько душ он покоробил, сбил с толку…
-Правильно он говорил…. Слушай, Галь! А как тебе настоящая сибирская тайга,  а?,-подтолкнула я сестру локтем.
-А москиты?! Вот что я впервые увидела! Они съесть могли бы нас, если б не сетки, заразы!
И мы обе рассмеялись…..