Море online

     «Соль на рану.

     Часто на книжных страницах можно встретить сравнение души с морем. Но я бы не сказала, что у каждого внутри море. У многих под ребрами расстилается бескрайний океан, у иных же – мелкое озеро, но будьте внимательны: воды могут оказаться чистейшими с удивительным подводным миром.

     На пути к душевному океану нужно воспитывать эстетический вкус, где главные помощники – размышление над информацией и наблюдение за окружающим нас миром. Книга – первый ключ к глубине души, однако для саморазвития необходимы долгие рассуждения, которых нас лишает информационный прогресс. Благодаря техническим инновациям мы получаем готовый материал из СМИ, не требующий раздумий над ним. К бесконечному огорчению, возможно поэтому среди современной молодежи многие находят книги устаревшими, что читать их постыдно. Но это утверждение – грубая ошибка, которую могут допустить лишь поверхностные люди. Однако внимательность к жизни природы существенно расширяет водные пространства Вашей души, но повторяю: книга – первый ключ к её глубине.

     Но не мне быть Вашим судьей и присваивать внутри ярлык водоема или же дивного водопада. Это Вы должны сделать сами. А мне разрешите познакомить Вас со своим другом, врачом и, пожалуй, вторым "я". И речь пойдет... о море.



    На берегу.

    Закройте глаза и представьте, как ступни утопают в сером песке, легкий холод обжигает кожу, а губы щиплет от соленых брызг. Вдали тихо кричат чайки и размеренно шуршат волны, тусклый диск солнца повис над изумрудной гладью воды. Мы находимся на берегу моей души. Здесь достаточно ветрено, потому советую Вам надеть теплый свитер, присланный бабушкой на Рождество. Пусть он будет согревающе-оранжевым, ведь на берегу мало ярких красок.

     По мнению многих психологов, зеленый цвет оказывает расслабляющий и успокаивающий эффект. Потому ли в мыслях о море я обрела свой покой? Я обрела верного друга, способного залечить мои раны своими ласковыми волнами. "Не сыпь мне соль на рану, она ещё болит...", – к счастью, моё вымышленное море бережно омывает мне сердце, заботливо избавляя от боли. Я бы даже сказала не омывает, а обнимает, как настоящий друг в трудную минуту.

    Вы удивитесь, но моё море очень любит книги. Вчера, гуляя по берегу с изданием 1975 года «Современные ирландские новеллы», я отчетливо слышала довольное урчание дельфинов в ответ на прочтенные мной строки. Прежде слабый свет солнца стал необычайно ярким, и Вам бы даже стало жарко в свитере. Мне пришлось освободить ноги от кожаных ремешков сандалий, от чего острые края ракушек врезались в кожу ступней.

    Смотрите, а видите маленькую деревянную лодочку с чудной позолоченной резьбой, правда, как сказочная? Теплой ночью, кода море тихое, я могу заплыть далеко от берега и разглядывать мерцающую паутину звезд.

    Но сейчас, полагаю, Вы замерзли, как насчет навестить мою беседку на склоне? С того места отчетливо видна линия горизонта, над которой галочками парят чайки. Смотрите как дивно небо окрасилось в пепельные полосы с легкими бликами солнечных лучей, словно нарисованные маслом на холсте. Ветер усилился, и край берега темнеет от кипы водорослей и ракушек, выброшенных дикими волнами. Не беспокойтесь: просто море ревнует, что я уединилась с Вами в беседке.

    Здесь особенно хорошо в солнечные дни встречать воскресное утро с чашкой кофе. Я даже позволяю себе срезать розы, от чего беседка наполняется тонким ароматом. Вы знали, что чайная роза называется не в честь своего цвета, а издаваемого ней аромата? Признаться, люблю исключительно нежно-белые бутоны.

    Но, к сожалению, розы здесь уже давно не растут: слишком холодно.» 14.09.2009 г.



    1. Близость на расстоянии.

    Порой люди, что находятся на расстоянии нескольких тысяч километров, гораздо ближе тех, до кого можно дотянуться рукой. Поверьте, я знаю, что говорю. Но в близости есть одна опасная вещь: любовь с ней неразрывна. Нельзя не любить человека, которому ты без остатка доверил своё сердце, и сердце которого в твоих руках, даже если вы на противоположных концах Земли.

    Близость. Знаете, более высокого чувства между людьми, чем близость, мне неизвестно. Когда кажется, будто ты знаешь чуть ли не каждую клетку родного человека, а написав его биографию, нельзя будет отличить кто её писатель: автор или герой. Но в сети Интернет есть одна особенность, которая буквально вводит в чувство эйфории: ты ближе, чем реальные люди, которые называет себя его друзьями. Однако ты всегда готов уйти на задний план, если близкому человеку так будет лучше.

    Знаете, я скажу вам важную вещь: любовь стирает гордость. Вы готовы стоять на коленях и целовать руки любимого человека, даже за малейшую оплошность. А уж разве можно себе позволить поругаться с близким человеком? Это равносильно ударам хлыста по сердцу любимого, по сердцу, которое требуется трепетно оберегать от всевозможных ранений.
За три года нашего с ним общения теперь я знала, что над его губой ютится коричневая точка родинки, что у него белесые волосы, и спину рассекает шрам: падение на лист стекла на строительной площадке. Я знала, что он каждое утро подкармливает дворовых кошек, а английскую литературу читает в оригинале. Я знала, что его родной город Краков, но живет он в украинском городе Черкассы. Я знала, что он родился 18 октября 1992 года и его имя Милош Сенкевич. Кстати, он никогда не был на море.

     "Алиса (09:04): Утро на море особенное, оно неповторимо ни в одной другой точке Земли. Здесь пробуждают ласковый шум прибоя и громкие крики чаек; морской соленый ветер приятно щекочет кожу, согретую утренними лучами солнца. Я обещаю однажды показать тебе утро на берегу моря.

     Милош (09:09): Ты так говоришь, будто живешь на море. Но я верю твоему воображению. Может, давай завтра проснемся на берегу зимнего моря? Представь: хлопья белого снега обнимают серый песок, и синее море бушует, точно безумное."

     Я мысленно улыбаюсь, стуча пальцами по клавишам в ответ, мне сразу вспомнилось наше знакомство. Этот сайт был, каких сотни: ты пишешь сообщение в роли записки, и оно случайным образом попадает любому пользователю, зарегистрированному на сайте. Основная цель таких сайтов – психологическая поддержка. Ты – врач, ты – пациент. Ведь разве не нужно ли самому быть хоть чуточку ненормальным, что лечить душу? По статистике, так каждый третий человек имеет психические отклонения.

     Как странно выходит: люди строят стены от тех кто рядом, но беззащитно раскрываются тем, кто за километры. В сети Интернет есть большой плюс: общение может проходить анонимно, даже если нет, человеку не составляет труда раскрыться другому, ведь шансы, что они пересекутся, почти равны нулю.

     На моей странице была запись: «Соль на рану», где я рассказала о своем собственном море. И я вовсе не мечтала о летнем пляже, ассоциируя море с отпуском. Нет, для меня море тогда было единственным и верным другом, потому что большинство людей я находила слишком бездумными: их интересовали клубы, знакомства и личный авторитет, а мне нужен был близкий человек, рядом с которым мне было бы спокойно. Посреди осени мне захотелось увидеть настоящее море, а не своё, воображаемое. Позже, я добавила к этой записи комментарий:
 
    «Хочу на море, поехали?».

    Я вовсе не побуждала к действию своим комментарием, наверное, подсознательно просто хотелось получить положительный ответ, чтобы знать, что не безразлична. И я его получила. Я получила ответ, абсолютно изменивший мою дальнейшую жизнь.

    «Милош (21:43): Давайте возьмем палатку и поживем на берегу.

    Алиса (21:45): Моя мечта. Будем целыми днями слушать гул прибоя, и наши губы будут вечно соленые от морского ветра. И главное – нескончаемое спокойствие.

    Милош (21:49): Вы читаете мои мысли. Но я не видел море. Никогда.

    Алиса (22:01): Море безумно прекрасно. Мне бы хотелось увидеть зимнее море с его неподвластными, кипящими волнами и холодным ветром, от которого мурашки на каждом сантиметре тела.

    Милош (22:03): Вы так говорите, будто уже видели море зимой.

    Алиса (22:04): Воображение.»

    Дальше были три года непрерывного общения. Я могла не ложиться до четырех утра, обсуждая и помогая найти выход из его проблем. Его проблемы стали моими, мои проблемы – его. Я прочитала сотни медицинский статей, чтобы на случай, если у него будет болеть сердце, неважно от слов ли, ударов ли, я могла помочь. К сожалению, я не могла быть рядом с ним, оберегая от негативных эмоций или болезней, но я могла помочь советом, утешить и подсказать как вернее поступить в той или иной ситуации. Но будь моя воля, честное слово, я бы каждую наносекунду была рядом с ним, хотя и боялась себе в этом признаться. А я и была рядом: всей душой и всем сердцем, в любую минуту готовая помочь, только не могла прятать пальцы в его волосах, сжимать его лопатки под одеялом, просто пальцы его держать не могла…

    Все любят, когда их обнимают, исключение составляют лишь единицы, часто пережившие насилие. А теперь вспомните самого близкого и любимого Вам человека и представьте: Вы не можете его обнять. Не можете. И хочется плакать, но нет смысла, потому что этот человек через сотни городов, тысячи улиц, миллионы стен от Вас. От этой мысли чувство, будто телу дали смертельный разряд тока, но ты выжил, потому что в сердце живет надежда на встречу, на возможность прикоснуться.

    Почему между людьми километры, когда они так важны друг другу? Мое сердце говорит мне, что это несправедливо. Любовь в сети – хороший заголовок для женского романа, но в моем случае это нескончаемая боль от невозможности быть с близким человеком, ведь шансы на встречу имеют миллиардные доли.



    2. Опоздание.

    В наше время есть много вещей, способных сломать контроль человека и вызвать зависимость. Для меня это стал он, Милош. Страшно признаться, но я едва доживала до вечера, чтобы прочесть его сообщение. Я уже привыкла к нашему обоюдному пониманию и, клянусь, не знаю, как раньше жила без человека, с которым понимаешь друг друга с полуслова. Да, он так и написал: "Ты понимаешь меня полуслова". В этой фразе было больше любви, чем в той, из трех слов, ведь так он подчеркнул нашу безусловную душевную близость. Я помню, как тогда под ребрами приятно защемило сердце.

    Я же не могла выразить свои чувства, потому что до сих старалась отрицать, что это любовь, тем более сетевая. Хотя я абсолютно жила ним: книгами, рекомендованными им, музыкой, присланной им, сообщениями, написанными им. Я перечитывала переписку, чувствуя, как мое сердце делает сальто, переживая каждое слово, напечатанное Милошем.

     Но в одно утро у меня не появилось сообщение, которое можно перечитывать. В одно утро моё сердце не сделало сальто. И если бы одно утро… полгода. Полгода без него было подобно бессмысленному существованию, только ниточка, связывающая с Милошем делала мои дни, похожие один на другой, значимыми. Я распечатала его фотографии и теперь каждый рассвет встречала с ним. В плеере поселились только его песни, которые своим текстом неумолимо вызывали в сердце безумную тоску. Теперь я вдвое дольше читала книги вместо переписки с Милошем. Каждый вечер, ещё не раздевшись, я скользила взглядом по строчкам, впитывая каждую буквы. Ужин, работа, звонки – все отходило на второй план, для меня лишь существовали черно-белые буквы, которые складывались в картину, и эта картина – единственное, что меня интересовало. Находить Милоша в образе героев, было все равно, что находить ключи к его ещё немногочисленным закрытым уголкам в сердце.

    Но за всем этим я пыталась отогнать от себя самое страшное, дикое, разрывающее чувство: с ним что-то случилось. Его нет полгода, а значит, случилось что-то серьезное. Может он в коме? А может он умер... Я содрогалась от этой мысли. Абсолютно вся реальная жизнь почти потеряла для меня значение. Почти. 27 февраля меня словно реанимировали. Он написал, что так больше не может продолжаться, что я должна вернуться к реальной жизни и отключить, наконец, модем, отключить единственную связь с ним. Он написал, что отсутствие ответных чувств разрывает его. Я ведь в самом деле никогда не говорила, что его люблю. Разве я могла представить, что это будет поздно?

    "Алиса (03:17): Мыслями о тебе была заполнена каждая наносекунда, думаю, это и называется "скучать".

    Я думала о тебе, просыпаясь посреди ночи, шагая по лужам или читая книгу, в которой находила тебя между строк. В особенно грустное время я ложилась на пол и представляла тебя рядом или больно кусала губы, открыв твои фотографии. Целовала тебя, а если быть точной – монитор... Грустно и смешно, не правда ли?

    Ты даже не представляешь, что такое лежать на чужих коленях и разрешать себя гладить по волосам. Ты ведь знаешь, что я ненавижу, когда трогают мои волосы, но вот если представить, что это твои руки, хочется по-кошачьи урчать...
Ты даже не представляешь, что такое наткнуться на песню, где, не дай Бог, хоть одно слово о любви. Тогда мое "скучать" включалось на все 100%, и иногда – до слез, что уже совсем невероятно. Просто так был нужен ты.

    Милош (03:22): Прости, я просто текст...

    Алиса (03:23): Ты – мое все, Милош."




     3. Апрель, перрон и снова море.

     От волнения тело бьет мелкая нервная дрожь, а губы судорожно ловят апрельский свежий воздух, складываясь в улыбку всякий раз, когда я мысленно произношу его имя. Часы показывают, что уже 15 минут как он должен стоять рядом со мной на перроне, но по близости только суетятся люди, и слышен грохочущий стук колес тележек с сумками. Неужели я ошиблась временем? Сверяюсь с блокнотом: нет, все правильно, и поезд его стоит…

     – Алиса?

     За моей спиной раздался незнакомый хрипловатый голос с акцентом; поворачиваюсь на ватных ногах. На нем серое пальто, которое так подходит к его светлым волосам и спокойному лицу; на губах мягкая улыбка, а в руках дорожная сумка и белые розы. Конечно, он помнит, что я люблю белые...

     Ноги невольно подкашиваются, и я не могу вымолвить ни слова, только сердце бешено бьется. Наверное, у меня жутко глупая и счастливая улыбка, но уверенна: точно такая же как у него. Мы рядом с лавкой, на которую положили вещи, и я только сейчас заметила, что сегодня так тепло и солнечно, и как красиво на его щеках гуляют блики. Я чувствую как его руки на моих лопатках, а мои – на его пояснице, и губы где-то на его ключичной впадинке, которая теперь мокрая от моих слез.

    – Черт, прости, но ты ведь знаешь, что я не плакса, знаешь же... – его пальцы на моих щеках заботливо вытирают слезы, пока я пытаюсь оправдаться.

    – Конечно, ты не плакса. Столько ждать меня, разве плакса? Столько только сильные прождать могут, а плачут слабые.

    И я лихорадочно целую его пальцы, ладони, запястья, ещё не веря, что все это правда, что он – больше не текст, что модем мне больше ни к чему.

    – Ты обещала показать мне море, помнишь? – он улыбается, так чисто и светло улыбается, глядя на мои мокрые щеки, что мне хочется плакать ещё больше, от мысли, что я могла видеть эту улыбку только на фотографиях, а теперь могу видеть её каждый день по-настоящему...

    – И утро на море. Я покажу тебе море. Баренцево море, только оно холодное... – я запинаюсь, глотая соленые слезы, но невольно улыбаюсь.

    – Будем считать, что оно зимнее, – он так ласково к себе прижал, как я мечтала все три года, состоящих из сплошного черно-белого текста.

    – Милош, я тебя люблю.

    – И это взаимно, милая.

    Спустя три года печатного текста мы можем обнимать друг друга, переплетать пальцы и шептать на ухо. Поверьте, это очень многое. Поверьте, мы самые счастливые люди на Мурманском перроне.




    «Последний раз парят чайки…

    Какое наслаждение гулять по раскаленному песку босиком, ведь Вы только посмотрите на термометр: так жарко здесь давно не было. Легкий ветер приятно шелестит волнами, а чайки неторопливо парят над нежно-зелёной гладью. От яркого солнца невольно приходится жмуриться, что вызывает на губах улыбку. И вода сегодня удивительная: такая теплая. Давайте пройдемся по берегу, так чтобы ласковые волны обнимали ноги.

    Пожалуй, даже слишком сегодня жарко, не правда ли? Наверное, к полудню песок и вовсе начнет плавиться. Давайте переберёмся в уютную беседку, где тень приятно холодит плечи, я налью нам по стакану грушевого сока со льдом. Знаете, я так давно ждала этот день и думаю, на берегу мы с Вами в последний раз, так почему бы не срезать розы? Простите, в саду только молодые бутоны, но у меня есть один прекраснейший букет, прекраснейший, потому что самый желанный.

    На столе, раскрыв крупные белые лепестки, разнежился букет роз, какие продаются в цветочных магазинах близ железнодорожных вокзалов…» 06.04.2012 г.