1. 007 Гаврила Романович Державин

1.007 Гаврила Романович Державин


Гаврила Романович Державин
(1743—1816)


А.С. Пушкин своим «старик Державин нас заметил» делегировал Державину право «замечать» в толпе версификаторов истинного стихотворца. Это право после Державина не перешло больше ни к кому, не только потому, что не явилось второго Пушкина, а потому, что Державин в русской поэзии был и остался первым. «Я царь — я раб — я червь — я бог!» — одна эта его ода «Бог» по своей мощи и духовной силе перевесит наследие иного выдающегося поэта, начни мерить его творчество не ковшиком в манере Фаберже, а чашей опять же Державинского «Водопада».

У каждого поэта свой путь. У Державина он, видно, был предопределен самой его фамилией. Родившись в недрах Российской державы, он стал ее сердцем, ее первым певцом.

Первый шаг свой он сделал в Казани. А первым словом, которое он произнес в год, тыча пальчиком в пролетающую в окне комету, было «Бог». Бог остался с ним на всю его жизнь.

Будущий поэт и государственный деятель родился 3 (14) июля 1743 г. в семье мелкопоместных дворян, по отцовской линии восходивших к татарскому мурзе Багриму (XV в.). Отец — Роман Николаевич Державин, армейский офицер, мотался по гарнизонам: Яранск, Ставрополь, Оренбург, пока не скончался, оставив жену свою Феклу Андреевну с тремя детьми на руках в бедности и притеснении со стороны богатого соседа. Ганюше тогда было 11 лет. Вдова напрасно искала правду по судам, и поиск этой жизненной «правды», самой ее идеи стал впоследствии лейтмотивом всей жизни Державина и всего его творчества.

Читать и писать Гаврила научился в семь лет, позже выучился и немецкому языку. До 16 лет он получал лишь случайные, обрывочные знания. С открытием в Казани гимназии (1759) юноша приобщился к систематическому, хотя и далекому от совершенства образованию. За три года Державин поднаторел в немецком и пристрастился к рисованию и черчению, вышел в первые ученики, много читал, писал стихи.

Поскольку Державин был записан в гвардейский Преображенский полк, в 1762 г. его потребовали к месту службы в Петербург. Прослужил Гаврила Романович 12 лет, десять лет солдатом и два года в офицерском звании.

За время службы хлебнул тяжкой работы, несколько раз едва не погиб, от беспросветности существования пристрастился к картам. Сошелся с шулерами, но не пропал — спасла, как он сам потом вспоминал, «совесть, или лучше сказать, молитвы матери». А еще чтение книг и стихотворство. Писать стихи он учился по русским и немецким авторам: Тредиаковскому, Ломоносову, Сумарокову, Клейсту, Клопштоку… Читал и сочинял ночами. Занимался переводами с немецкого. Писал письма солдатам.

В 1773 г. началось восстание Е. Пугачева. На усмирение были посланы правительственные войска под командованием А.И. Бибикова . Державин был прикомандирован к главнокомандующему и поехал с ним в Казань. Он быстро вошел к Бибикову в доверие, писал речи, исполнял секретные поручения в Симбирске, Самаре и Саратове. Дважды чудом избежал плена. Закончились все его старания из-за его вспыльчивого характера отставкой в 1777 г. в чине коллежского советника.

Вернувшись в столицу, Державин с трудом выхлопотал заслуженные им награды, получил 300 душ в Белоруссии, а через год по протекции генерал-прокурора князя А.А. Вяземского получил должность в Сенате. Женился на молоденькой красавице Екатерине Яковлевне Бастидон. После ее смерти в 1793 г. Гаврила Романович, дабы «не сделаться распутным» женился на ее подруге Дарье Дьяковой. Детей у него не было.

Первой публикацией Державина в журнале «Старина и Новизна» в 1773 г. стал его перевод с немецкого отрывка из «Метаморфоз» Овидия — «Ироида, или Письма Вивлиды к Кавну». После этого появилось еще несколько од и переводов, не удовлетворявших самого поэта. Только через 6 лет его поэзия освободилась от подражательства Ломоносову. В этом ему помогли советы его высокообразованных друзей поэтов Н.А. Львова, В.В. Капниста и И.И. Хемницера.

Написанные в 1779—80 гг. оды «Успокоенное неверие», «На смерть князя Мещерского» и др. поразили читателей небывалой звучностью стиха и в то же время легкостью. Переложив 81-й псалом, Державин создал свою первую духовную оду «поистине громовой силы» — «Властителям и судиям».

Переломной в судьбе поэта стала ода «Фелица», написанная в 1782 г. В живо написанной, с издевками и намеками на придворных, вплоть до Г.А. Потемкина, поэме Державин явил привлекательный идеал монархини, занятой величественными преобразованиями. В ней он обращался к Екатерине как к некоей киргизской княжне Фелице. Императрица была в восторге. Даже расплакалась от избытка чувств. В награду она послала поэту 500 червонцев и осыпанную бриллиантами золотую табакерку с надписью на пакете: «Из Оренбурга от киргизской царевны мурзе Державину». И в благодарность назначила поэта губернатором Олонецким, а позднее Тамбовским. Правдоискателя Державина как раз в это время «ушли» из Сената за то, что он вскрыл утайку 8 миллионов рублей.

Одно дело писать стихи, другое управлять губерниями. С волками жить — по-волчьи выть. Гаврила же Романович, с его прямолинейностью и с подчас донкихотскими поисками справедливости, с его активной «антикоррупционной» деятельностью, взяточникам-бюрократам и ворам-чиновникам был как кость в горле. А ведь такого губернатора еще надо было поискать! Четыре года он занимался просвещенческой деятельностью: открыл театр, народный дом, народное училище и школу в своем доме, сиротский приют, завел типографию… Беда Гаврилы Романовича была в том, что он вскрыл целый ряд мошенничеств, фактов казнокрадства при поставках продовольствия в армию, воевавшую с Турцией. Интригами Державина отрешили от должности и отозвали в столицу. Императрица назначила ему жалование и пообещала «найти место». Два с лишним года безработный пиит пытался выяснить, чем же он «провинился», пока не написал несколько вдохновенных од: «Изображение Фелицы», «На шведский мир» и «На взятие Измаила», чрезвычайно понравившихся Потемкину и Екатерине.

В декабре 1791 г. Державина в знак необычайной монаршей милости назначили статс-секретарем императрицы. Отвечая за жалобы, секретарь во всем хотел «дойти до сути», которая Екатерину часто вовсе не интересовала. Дотошный стихотворец, от которого ждали продолжения чудесных воспеваний, своим правдолюбием и горячностью императрицу за два года «достал» и был, в конце концов, стараниями все тех же «коррумпированных» царедворцев отлучен от царственной руки посредством продвижения по службе: был назначен сенатором, а затем президентом коммерц-коллегии. Незадолго до своей смерти Екатерина назначила Державина в комиссию по расследованию обнаруженных в заемном банке хищений; он и там преуспел в изобличении воров.

К тому времени Державин уже не просто чиновник и царедворец, он — великий поэт и это понимали все, от императрицы до караульного. «Бог» уже написан и переведен на все европейские языки. Написан грандиозный «Водопад», посвященный Потемкину. «Хор», начинавшийся словами «Гром победы раздавайся», положенный на музыку композитором О.А. Козловским, на 40 лет стал неофициальным гимном России. А еще были созданы десятки других великолепных стихотворений, составивших славу Державину как первому стихотворцу России. Свой «золотой» период поэт достойно завершил «Памятником» в подражание Горацию.

При императоре Павле  I Державин был сенатором, правителем Сената, президентом коммерц-коллегии; стал кавалером мальтийского ордена. Не прекращал он и своего стихотворчества, писал пьесы.

При Александре I  Державина назначили генерал-прокурором и министром юстиции, но опять же из-за его «вредного» характера отстранили от должности с репликой царя: «Ты очень ревностно служишь». Дело в том, что каждый вторник и пятницу генерал-прокурор на заседаниях Совета министров изобличал перед лицом государя министров-казнокрадов, чем приводил весь Совет в бешенство, а царя в страшный конфуз. Да и какому царю понравилось бы «поучение», в котором говорится: «Что ты живешь лишь для народов, А не народы для тебя И что не свыше ты законов». По поводу своей отставки поэт написал стихотворение «Свобода».

Последние годы жизни Гаврила Романович провел в деревне Званке, Новгородской губернии. Занимался хозяйством, писал неудачные драмы и оперы, прозванные «развалинами Державина». Составил любопытные «Объяснения к своим стихотворениям» и «Записки», излагавшие его служебные отношения.

Державин скончался 8 (20) июля 1816 г. Перед смертью стонал: «Господи, помоги мне грешному». Тело поэта погребено в Варлаамо-Хутынском монастыре (в семи верстах от Великого Новгорода).
За много лет до своей кончины «бульдог Фемиды» написал себе эпитафию: «Здесь лежит Державин, который поддерживал правосудие; но, подавленный неправдою, пал, защищая законы». Из эпитафии видно, что сам он считал первейшей своей обязанностью — служение Отечеству. Державин стал одним из последних великих поэтов, кому всякая литературная деятельность представлялась делом менее серьезным и важным, нежели дела государственные. Оттого, видно, и сочинения его наполнены такими глубокими, соразмерными делам и самому государству словами и смыслом.

Есть Бог! я сердцем осязаю
Его присутствие во мне:
Он в Истине, я уверяю,
Он совесть — внутрь.
Он правда — вне.


Рецензии
Спасибо, Виорэль. Казнокрадство процветало во все времена. Державин - обличитель и борец за закон служебными действиями и словом. Он был услышан. А сейчас что?! Услышит ли наше правительство вопиющий глас со страниц авторов «Прозы» и многих других сайтов. Поэты, прозаики не молчат - кричат! Но кто слышит? Разговор не по теме, простите. Спасибо, с превеликим удовольствием читаю Ваше и продолжаю, выискивая стихи и произведения «Великих», хоть что-то. Вам всего самого наилучшего. С уважением,

Людмила Алексеева 3   02.04.2019 10:48     Заявить о нарушении
Спасибо, Людмила!
Рад, что нравятся очерки.
Всего доброго Вам!
С уважением,

Виорэль Ломов   03.04.2019 12:06   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.