От Кубани до Волхова

   Идея поездки родилась давно. И вот свершилось! Маршрут детально не разрабатывался, но основные пункты намеченных остановок предполагали нескучное времяпровождение.
   Стартовав поздно вечером 6 мая из Краснодара, мы благополучно добрались до Ростова-на-Дону, завершили движение по М-4 в сторону Воронежа до поворота на Кантемировку и ранним утром седьмого вкатились на территорию бывшего квартирования Кантемировской дивизии.

       Кантемировка. В гостях у В.Христенко

   Как оказалось, в Кантемировке даже таксисты не знают улиц. Проявив крайнюю степень настойчивости, в конце концов, добились от местного населения приблизительного направления движения. На втором круге катания по поселку, дважды запечатлев красивую церковь, умудрились попасть в нужный поворот. Часы показывали семь утра.
   Вадик встретил нас заспанными глазами и потрясающим «бурбоном» крепостью не меньше 40%. И что прикажете делать? Семь утра, бессонная ночь, Вадик с «бурбоном»… Я никогда в жизни в это время не пил ничего крепче молока, а тут «бурбон». Однако  под горячий супчик, заботливо приготовленный Олей, женой Вадика, напиток уже не казался столь устрашающим и таял на глазах. Тем не менее усталость брала свое. Сон мертвой хваткой уложил наши тела по кроватям, как мы надеялись, до вечера.
   Проснувшись через пару часов, взглядами наткнулись на улыбающегося Вадика и… «бурбон». Публика требовала продолжения банкета.   Следует, однако, пояснить, что же такое «бурбон». Это национальный напиток Христенко, состоящий из спирта и натурального яблочного сока. Пьется легко и не оставляет мучительных последствий.
   И так, дневной «бурбон», плавно переходящий в вечерний и ночной, поглощался уже основательно: под тающий во рту шашлык и растекающийся по окрестностям звук гитары. Время, как известно, с «бурбоном» летит незаметно: воспоминания, песни, тосты. Экипаж расслаблялся. И только водитель, трезво глядя на веселящихся друзей, уже прокручивал следующий этап движения к цели.
   Утро 8 мая продолжило радовать теплой солнечной погодой, придавая некоторую торжественность отъезду.
   Стартовали в 8:35 на Торопец.

                Дороги центральной России

   Уже покидая гостеприимную Кантемировку и выезжая на основную «магистраль», почувствовали разницу в дорожном покрытии. И чем более отдалялись от родного края, тем более чувствовали. Но обо всем по порядку.
   Вспомнилась Есенинская поэзия. Это березовые рощи или подлески, тянувшиеся вдоль дороги, говорили языком поэта. Остановились послушать. Под легким ветерком шепталась листва, чирикали невидимые глазу в лучах яркого солнца лесные птахи, в траве стрекотало и шевелилось что-то неуловимое – симфония да и только! Однако  путь - долгий и расслабляться некогда.
   Границу с Белгородской областью пересекли в районе поселка Ботовка. Тот же пейзаж. Самое примечательное в этих областях – церкви. Практически в каждом населенном пункте. Есть чем полюбоваться. Из окна автомобиля. Водитель наш, надо заметить, далеко не равнодушный к искусству лишь несколько снижал скорость, давая возможность запечатлеть увиденное. И на том спасибо.
   Таким образом проскочили Новый Оскол, Белгород… Поводом к остановке послужило обыкновенное человеческое чувство – голод. Как-никак отмахали более 400 км, проведя в пути около шести часов. Остановились в придорожном кафе. В ожидании обеда разговорились. Оказывается и на скоростном режиме движения успели подметить, что район этот во время Великой Отечественной был местом жестоких боев: много памятников и героическим людям, и славному оружию победы.
   Вкусно пообедав, и совсем недорого в сравнении с югом России, двинулись дальше курсом на Курск. И здесь дорога – память военных лет. Курск – Орел – Брянщина. Нашему поколению, воспитанному на советской истории, то есть, знающему кто победил фашизм, эти названия знакомы со школьной скамьи. И внутренне сжимаешься, видя, пусть даже из окна автомобиля, живые цветы у неброских памятников и склонивших головы людей у монументов и обелисков. А когда встретился указатель: Крюково, 2, подумалось: не об этой ли деревушке, лежащей в двух километрах от трассы, поется в песне «у деревни Крюково погибает взвод»?
   К вечеру дошли до Рославля. Город прошли, а за городом остановились поужинать в кафе «Элита». Собственно, обстановка в заведении названию соответствовала, вот только сама элита мимо него вряд ли проезжает: уж больно дороги не элитные. В таком разрезе и мы – элита!
    От Кантемировки до Рославля примерно 900 км. Время 21:28. Практически за 13 часов преодолели. Впереди ночь и Смоленск.
    Смоленск в российской истории занимает особое место. Однако  глубоко за полночь рассмотреть российскую достопримечательность удавалось с трудом. Тем не менее, необходимость встречи с банковским терминалом вынудила проехать через центр, позволив полюбоваться величественным собором в ночных огнях. Подтвердив у полусонного таксиста верность направления, двинулись на выезд. Оказалось, что даже с помощью навигатора сделать это далеко не просто. Вдоволь попетляв по неосвещенным улицам не центрального Смоленска, наконец-то выбрались на трассу, и были благополучно остановлены инспектором ГИБДД. Посмотрев документы водителя, инспектор загрустил, поняв, что развлекающей ночной беседы не получится и пожелав нам счастливого пути, небрежно обозначил оный значительным жестом своей могущественной полосатой палочки.
   «Недолго музыка играла»: через полтора десятка километров по вполне приличной трассе Москва-Минск ушли на север по, казалось бы, тоже неплохой дороге, обозначенной на карте  как Р-133. Казалось опять же не- долго. Подумалось: не этой ли дорогой отступал из Москвы Наполеон? Поэтому, пройдя в свете фар при всем старании водителя слегка трясучно Вятшу, Большую Ржаву и Вележ, уже на Крестах хотелось поставить крест. До основной цели путешествия оставалось полторы сотни километров. У водителя открылось второе дыхание; пассажиры привыкли к тряске; Карма безмятежно спала; ночь готовилась уступить место пасмурному утру. На вопрос: а не короче ли было пройти по Тверской губернии, а не обходить ее по Псковщине в направлении Великих Лук,  маэстро баранки заметил, что там дорога «несколько» хуже.
   Вопросов больше не было и, выскочив в районе Куньи на цивилизованную трассу Москва-Рига, не доезжая 30 км до Великих Лук, пошли на Москву! В надежде, что фронтовые дороги остались позади, экипаж расслабился, заерзал на посадочных местах и только Карма безмятежно посапывала на резиновом коврике, не обращая внимания на торжественность момента.
   И он таки наступил!

                Город Торопец

   Рассвет еще делал робкие попытки отодвинуть локтем темноту ночи, когда в свете фар вырисовался постамент: ТОРОПЕЦ  1074 г. Из этой же темноты фары выхватили и некие белые колокольца. Да это же подснежники! Боже мой, какая прелесть! Впрочем, для местного населения вполне обыденное явление.
   И так, утро в старинном русском городе. Место расквартирования было определено заранее, и водитель уверенно остановил порядком вспотевший «Фордик» у крыльца двухэтажного здания, оказавшегося уже забытой нами коммуналкой, на втором этаже которой проживала тетушка водителя Людмила. Отчества не помню, ибо мы практически были ровесниками, да к тому же встреча была настолько радушна, что изначально оно и не упоминалось. О тетушке, вообще, можно писать отдельную книгу. Будь я писателем, именно так и поступил бы, но, к сожалению, более чем на очерк меня не хватит. И тем не менее, тетушка прошла красной нитью по всему нашему пребыванию в Торопце. Ее щи с грибами по-боярски:  нечто особенное. Но, опять же, это отдельный разговор и мы к нему еще вернемся.
   Пока же напомним, что этим утром страна встречала 67-ю годовщину Победы советского народа над фашистской Германией.
   Несмотря на ранний час, стол был гостеприимно накрыт не на скорую руку весьма обильно с изюминкой во главе. Изюминку изображала запотевшая бутылочка напитка, явно превышающего сорокаградусный рубеж.
   Где наша не пропадала?! Пили же мы в семь утра «Бурбон»! Ух ты! Да! Хороша! Настоенная на кедровых орешках самогоночка упала в организмы тепло и радостно, как уголек из камина на новые брюки. Поскольку русский человек без тоста пить не может и посему знает их, как правило, больше, чем может исполнить, решили конкурс не устраивать, а…не угадали. Сон, как в хоккее дисциплинарный штраф, был отложен мужской половиной общества, несмотря на дальний переезд в тяжелых дорожных и тем более ночных условиях. Мужчины отправились на экскурсию по городу.
   Уже с крыльца дома взгляду открывался удивительный пейзаж. Пасмурное небо в чуть расслаивающихся облаках несмелыми бликами отражалось в разлившейся в весеннем паводке реке Торопе. На противоположном берегу небольшой причал спасательной станции выделялся лишь не погрузившимся в воду навесом.  Старой постройки дома, оживляя горизонт, казалось, хранили печать свалившихся на них лет «передвижнической» России. И только небольшая рыбацкая лодка, причаленная к  притопленному дереву, вселяла некоторую надежду на движение:  ХIХ век да и только! Справа из-за крыш не очень ухоженных сараев в раскроенное небо устремил свой полет…МИГ-21. В день Победы он смотрелся очень символично. В Великой Отечественной войне этот самолет, естественно, участия не принимал, но других на памятник, по-видимому, не осталось.
   Перейдя Торопу по мосту, посетили краеведческий музей, весьма скромный, но даже немногими имеющимися в наличии экспонатами раскрывающий историю города, отнесенного к числу 115 городов России, являющихся памятниками национальной культуры. Оказывается, именно в Торопце князь Александр Ярославович Невский обвенчался с дочерью полоцкого князя. Вот так-то!
   Прошлись по центральной улице. Был растроган отношением горожан к памяти о Великой Отечественной войне. Примерно на сто метров по каждую сторону на простеньких стойках, соединенных обыкновенным шпагатом, увидели развешенные листовки (около тысячи штук) о героях и участниках войны, не вернувшихся с полей сражений.
   О церквях в Центральной России я уже писал. Не исключение и Торопец. Не пересчитывал, но много. Некоторые, к сожалению, заброшены, некоторые восстанавливаются. Произвел впечатление Православный Свято-Тихоновский женский монастырь (бывший Николаевский Особный монастырь XI века), возрождающийся с 2005 года.
   В общем экскурсия удалась. Но голод – не тетка (не о Людмиле сказано),  и потянуло нас в коммуналку. Однако усталость взяла свое: сначала получился легкий сон и лишь потом тяжелый ужин под замечательную тетушкину самогоночку.
   Утро 10-го мая наступило ближе к полудню. Причем наступило так тяжело, что даже шторки фотоаппарата открывались с трудом. А планов-то – громадьё! Удачно задержавшийся в пасмурном небе дождь позволил совершить променад к уютному ресторанчику «Кривитеск», расположенному неподалеку в центре города.
   Впрочем, «неподалеку» в этом городке все: и современная яркая реклама, «Магниты», «Маркеты», и безжизненные покосившиеся домишки, заброшенные и людьми, и чиновниками «в ненужности своей». Да, собственно, и населения-то в городе – на одной трибуне стадиона «Кубань» разместить можно. Грустно. Но живут ведь! И не жалуются. Местные привыкли, а «туристы» дышат запахом древности в экологически чистом среднерусском оазисе и счастливы этим. Да, «Кривитеск»… Уютный интерьер с пейзажными картинами в тяжелых деревянных рамах на стенах, неярким освещением и «национальными особенностями» меню. Верно: щи по-боярски с грибами. Вкусно! Но тетушкины!!!
   А чтобы усвоение продукта было максимальным после сытного обеда – да на рыбалку.      
   Меня, краснодарского любителя посидеть с удочкой на водоеме, очень интересовали обитатели местных вод. Однако с первого захода любопытство мое осталось неудовлетворенным. Ну не сложилось! Хотя впечатлений:  с три короба. Во-первых, дорога к речке пролегала через сосновый лес. Высокие, стройные стволы с «пушком» на самой макушке. А река! Располневшая водами Торопа мощно продавливала свой маршрут, притапливая прибрежную растительность. Мы спустились к воде. Яркая майская зелень в нежарких лучах полуденного солнца отражалась в чуть дрожащем зеркале реки. Дышалось легко и радостно. Приметив метрах в пятидесяти на берегу брошенную лодку, я внутренне почувствовал: мое место! В траве местами стояла вода, но редкие кочки внушали надежду, да и желание испытать себя в новых условиях притупили чувство осторожности. Казавшаяся твердой кочка, вдруг неожиданно легко поддалась стокилограммовому телу…
   Оп-ля-ля! Не глубоко, но чувствительно. Пришлось разуться, снять носки и разместить промокшие предметы на бортах лодки, удачно оставленной именно в этом месте. Но зато босиком, бродя с удочкой в поисках уловистого места, я непосредственно ощущал нежное весеннее тепло русской земли. Торопа шустро несла свои воды, то изворачиваясь, как змея, в водоворотах, то устремляясь вперед, весело журча в унисон поющим, радующимся теплу птичкам. Клева не было. Видимо, и рыбе недосуг отвлекаться на какую-то приманку в этом весеннем хороводе. Тем не менее, это нисколько меня не расстроило. Я, довольно улыбаясь, вдыхал неповторимый аромат реки и леса, в очередной раз убеждаясь, как щедра наша природа-матушка.
   А далее последовало, во-вторых. Сматываем удочки – едем на дачу. У нашего "предводителя" в Торопце и родственников, и друзей предостаточно. Дача друзей Разумовских располагалась в десятке километров от Торопца между сосновым бором и озером Кудинским.
   В принципе, конструктивно дачи юга России и ее центральной полосы ничем не отличаются друг от друга. Различие в местных особенностях. Небольшая банька (предбанник, моечная, парная) с двумя топками, сухой пар при ста десяти градусах по Цельсию…и вместо привычного пива березовый сок! Говорят, очищает почки. Выпил не менее трех литров в надежде на очищение. Здесь все от природы: веники березовые, запаренный можжевельник – дышите глубже, отвар на каких-то травах для размягчения волос, мне ни к чему, но испытать надо! Одним словом:  лепота! Потом соответственно водочка из холодильника, грибочки из подвала и беседа за полночь. Крепки российские робяты!
   Утро подкралось незаметно. Твердое желание:  ни грамма в рот! Естественно, спиртного.
 И надо признать, желание исполнялось достаточно долго: чуть за полдень. А что прикажете делать, ежели снова пикник на природе?!
   Выехали на озеро Удбище. Естественно, шашлычок и удочки на всякий случай. Когда спускались к озеру, я понял, что заболел. Заболел этой красотой, каждым мазком удивительных красок даже этим пасмурным и слегка ветреным днем. Чаша озера в ободе соснового леса выглядела сурово притягательно. Я ходил по берегу с фотоаппаратом в растерянности: картины – одна красочней другой. Вдоволь поупражнявшись в съемке, взялся за подготовку дров для костра: уху варить буду! Да, еще не забросив удочки, разжигаю костер без всякого сомнения. Ведь тетушка - опять тетушка - проявила инициативу и уже чистит пойманных на рынке карасей, язей и окуней! Ай да тетушка! Пришлось напрячься и выловить пару окуньков, спасая престиж кубанского рыболова. А когда воздух вокруг стал наполняться запахом поспевающей ухи, радостное возбуждение достигло своего апогея. Слегка поскрипывая солидностью при нечастых порывах ветра, сосновый бор приветствовал нас в своей обители. Возвращались домой обогащенные впечатлениями и кислородом. Как писал один из юмористов: день пропал не зря! Вечерний же тортик еще более подсластил дневное меню. При этом лукавые глаза тетушки выражали желание не только чай достать из безразмерного буфета. Так что в купе с «кедровочкой» ужин прошел в доброй, расслабленной атмосфере, что весьма способствовало глубокому ночному отдыху. Так хотелось.
   Около двух часов ночи меня разбудил стук в дверь. Это сосед, чисто по-русски, попросил прикурить, ибо спички потерял при падении в лужу, а попасть в дом не может по причине «не нахождения собственной двери». Снабдив мученика огоньком и поставив в нужном направлении, провалился в сладкую дрему и тут же ее покинул: снова стук в дверь. Что-то внутренне подсказывало, что на соседа грешить не стоит: снаряд два раза в одну воронку не попадает. И я не ошибся. Сквозь узкий дверной проем на меня смотрели добрые глаза старушки, соседки по коридору лет восьмидесяти:
- Вы слышали как поет соловей ночью?
   Объяснять бабульке, что одни времена соловьиных ночей для меня уже прошли, а другие еще не наступили, не стал и терпеливо выслушал монолог о пении местного солиста еженощно двенадцатью голосами. Угостил рассказчицу печеньем и больше до самого отъезда ее не видел.
   Естественно, на утро я не был так свеж и бодр, как хотелось бы. Но тетушка! К припозднившемуся завтраку были поданы великолепные щи, соответственно с обращением к чудо-буфету. После второй тарелки в организме зазвучали оптимистические нотки и даже начавший моросить дождик не отбил охоту от прощальной гастроли по городу Торопцу.
   Торжественный ужин по поводу убытия нашей команды из гостеприимных пенатов с родственниками и друзьями прошел душевно, я бы даже сказал, с некоторым умилением. И хотя тетушка неоднократно указывала лукавым взглядом на дверцу буфета, а затем и вовсе решительно водрузила на столе, знакомую и полюбившуюся «кедровочку», предстоящая поездка не позволила расслабиться, несмотря на различные тетушкины ухищрения типа:
- А Сережа улыбается!         


   
                Эх, дороги!..

   Время отъезда точно не планировалось, но, видимо, инстинктивно стартовали ровно в 9-30. То, что число было 13-м, нас не тревожило: у многих народов оно, вообще, счастливое.
   На выезде из города нас провожал аист, удобно расположившийся в гнезде на вершине высоченного столба. Говорят, здесь раньше стоял дом, на крыше которого и устроилась птица. Дом однажды сгорел, аист же продолжал прилетать и кружить над этим местом. Видя такую привязанность, жители поставили столб, на котором и живет сейчас пернатый красавец.
   До Псковщины добрались достаточно быстро, а далее…а далее дорог, как таковых, нет – есть с трудом проезжая часть. Погода - под стать. Низкие свинцовые тучи, периодически моросит дождь и даже симпатичный пейзаж не поднимает настроенье. Дабы скрасить серость поездки и хоть как-то подбодрить водителя, занялись следующим. Светлана зачитывала рецепты коктейлей из недавно приобретенной книжки, а мы пытались представить себе их вкусовые ощущения, что на некоторое время отвлекало нас от пейзажа за окном и снижало ощущение от неровности дороги. Параллельно я озвучивал названия населенных пунктов, что вызывало неизбежную улыбку у всех членов экипажа кроме Кармы. А почему бы и не улыбнуться? Ехали мы по земле издревле русской, названия давались, как правило, либо именные, либо характерные для жителей данной местности. Так мы и проехали Хмелево, Жижицу, Плюхново и Мокрики в соответствующей последовательности. А речушки каковы?! Удрай, Рачица, Недомерка, Смердель, Пузня…
   Почти от Великих Лук идем по редколесью. Много цветущей черемухи.
Так что «дорога» плохая, но душистая. Постепенно лес густеет. Деревушки продолжают веселить: Макоедово, Лакомица, Овсище и далее Торчилово, Заболотье, Залужье и Ямы. Последние мы ощущаем непосредственно
   К полудню добрались до Новгородской области, о чем красноречиво возвестил придорожный мутант, проржавевший еще во времена перестройки и сбагривший, скорее всего в металлолом, барельеф дедушки Ленина из ордена, коим в свое время была награждена область.
   Плохая дорога закончилась. Началась очень плохая. Судя по всему, вторая русская беда здесь поселилась основательно. И вдруг, где-то на десятой кочке я не поверил своим глазам. Неужели так тряхнуло? Указатель, и на нем не какие-то там Барсуки, Сельцо или Пустыньки, а ШЕРШНЁВО 2км. Знай наших!
   Тем временем дождь пошел основательно и…появился асфальт, с пробоинами и промоинами, трещинами и россыпью, но асфальт! Уже гоним: 40 км/час.
   Нет, все-таки названия продолжают возбуждать. Форсировали речку Ловать, прошли Холм, после Новинок ничего нового, а Жемчугово так и вовсе Тугино смотрится. Речушки и реки, как паутина. На каких-то полста километрах пути пересекли Порусью, Полисть, Макову, Переходу, Псижу и Тулеблю. И все эти воды текут в озеро Ильмень.
   У поселка Коростынь вышли на берег. Впечатляет! В низких, тяжелых облаках огромная чаша озера, подернутая поднявшимися волнами, смотрелась торжественно и сурово. А из прибрежного небольшого лесочка, казалось, вот-вот выйдет дружина князя Александра Невского.
   Вдохновленные величественной красотой идем вдоль озера на север к Великому Новгороду. Слава Богу, «фронтовые дороги» позади и можно разогнаться хотя бы до 90 км/час.
   Время неумолимо отсчитывало минуты и часы, но не посетить Новгородский Кремль мы не могли себе позволить. Пусть и на скорую…ногу, но обошли часть его территории с памятником тысячелетию России, Софийским собором, звонницей Софийского собора и часозвоней ХVII века. Покидали Кремль уже в седьмом часу вечера с сожалением и надеждой, что не последний раз…
   Ощущение близости завершения нашего автопробега придавало силы и энергию всему экипажу. Проведя бессменно за рулем весь, уже пройденный маршрут, позволяя тем самым дублеру заниматься ведением путевых записок, Анатолий уверенно вел наш «болид» к цели. После Новгорода, наконец-то, вышли на трассу М-10. Вздохнула даже машина, обняв своими шинами упругую и ровную поверхность асфальта. И надо же – ремонт дороги. Стоит знак ограничения скорости движения 40 км/час. А транспортный поток очень плотный, много фур, шаг влево, шаг вправо сопряжен… И что самое интересное, никто меньше 110 км/час не идет! Не стали и мы нарушать гармонию. Замелькали Чечулино, Тютица, Мясной Бор, Мостки, Большое Опочивалово… Не иначе должны были попасть в Чудово. Попали! Как же не попасть?! С таким набором поселений – только в Чудово! После Сябрениц ушли с трассы на Кириши и уже через два десятка километров отметили своим присутствием очередную область – Ленинградскую.

                Кириши

   С  вершины моста через Волхов открылась панорама города. Не скажу, что взгляд охватил его полностью, но достаточно солидная часть в нем уместилась.
   Для своего возраста Кириши выглядят вполне привлекательно: широкие чистые улицы, аккуратные многоэтажки, окруженные яркой весенней листвой... Дышится легко и свободно. Не ощущается привычной для большинства городов некоторой сжатости и придавленности. Городок молод. За сорок семь лет своего существования, которым он обязан строительству нефтеперерабатывающего завода, в нем комфортно разместилось пятьдесят две тысячи жителей.
   И нынче один из них, некогда отдавший несколько лет киришскому здравоохранению, уверенно выруливал к подъезду своего друга, КВН-щика и режиссера театра-студии «Ступени» Евгения Харченко, обозначая тем самым точку в маршруте, ибо этот визит и был одной из основных целей нашего автопробега.

                В гостях у Харченко

   Уже в подъезде пахло жареным. И, действительно, после крепких объятий и не менее жарких поцелуев мы интуитивно обратили внимание на плиту. Оттуда проистекало… Нежный запах томящегося плова тонкой струйкой щекотал ноздри и растекался по кухне. В такой обстановке промедление смерти подобно. Однако, гостеприимный хозяин тут же предупредил, что блюдо будет готово только лишь часа через два, так что… И что? Это помешало нам начать застолье? Ничуть! Стол и без узбекского деликатеса прогибался под тяжестью закусок.
   Кухонька у ребят, хотя и не отвечала требованиям международных саммитов, но на своих шести квадратных метрах без проблем разместила и нас, и подоспевших соратников Анатолия по КВНовскому и театральному цеху.
   Поскольку со всеми из присутствующих я уже был знаком, ибо имел удовольствие принимать их у себя в Краснодаре, вечер начался без раскачки. Раскачивались только тела под пропеваемые мелодии да вздрагивали плечи от частого смеха.
   Ближе к полуночи вспомнили о плове. Дошел, однако! Пошла вторая волна воспоминаний. Была ли третья и четвертая, сказать затрудняюсь, ибо к этому времени нагрузка на печень достигла критической отметки. Менее подверженные воздействию алкоголя, то есть непьющие, вынесли ее с поля боя самостоятельно, оставшиеся ночевать осторожно уложили вместе с собой под несмолкающий храп соседа, ну, а некоторые вынуждены были везти ее на такси и долго уговаривали потерпеть пока снимут штаны перед сном. Эта операция потребовала чрезмерных усилий, так как пальцы не справлялись с застежкой ремня. И только при помощи ножа, разделившего последний на две части проблема была благополучно разрешена.

           Что наша жизнь? Игра!

   К удивлению синоптиков утренний прогноз сбылся именно в Киришах, а не где-нибудь на Северном Кавказе. Ласково светило солнышко, «приглашая нас с тобою на прогулку». Расправив вчерашние морщины свежим пивом в привокзальном буфете, я удосужился быть приглашенным в театральный центр интеллигентного городка  - дворец культуры «КИНЕФ».
И здесь, без всякого преувеличения, именно дворец!
   Изумительный интерьер, просторные, с прекрасным дизайном фойе, внутренний дворик с плавающими в небольшом бассейне золотыми рыбками и театральной тумбой с афишей спектакля «Турандот».
   В этом храме искусства и отдыха нашла свое место уже не первый год рекламируемая мне театр-студия «Ступени» под руководством Евгения Харченко. Я был допущен к сцене, где позировал в реквизитах под поощряющую улыбку моего друга Задорожнюка. С этих подмостков он произносил эмоциональный монолог быка (или тореадора?) в спектакле «Арена», здесь… Пока я с любопытством рассматривал витражи, настенную информацию и прочие достопримечательности, друзья усиленно грузили меня информацией о своем участии в театральном процессе. Пытаясь улизнуть от их настойчивого двухголосия, открываю первую попавшуюся дверь кабинета и под настенным афоризмом Александра Сергеевича Пушкина «Веленью божию, о муза, будь послушна…» вижу широко улыбающегося КВНщика и сценариста Игоря Акименко. И этот здесь!
   Команда практически в сборе. А что делают игроки команды, когда собираются вместе? Репетируют? Безусловно. Но сначала – шашлык! А где готовят шашлык в Киришах? Конечно же, на берегу Волхова. Вперед, друзья!

                На Волховском берегу

   Уже пересекая «дворцовую» площадь, обратил внимание на две пушечки образца…о-го-го какого века. И хотя первое упоминание о селе Кириши датировано 1693 годом, орудия сии далеко не той эпохи производства. Подарок этот был сооружен в честь 40-летия «КИНЕФ» ПетрозаводскМашем. Жаль, салюта не дождемся. Но это я так, мельком. В преддверии обозначенного события не стоит тормозить в пути.
   Волхов!
   Удивительная река, единственная вытекающая из озера Ильмень и впадающая в Ладожское озеро. Удивительна прежде всего тем, что может течь вспять в зависимости от уровня воды в озерах. Такое в ее истории встречалось.
   Увы, нам сей эксклюзив продемонстрирован не был. Тем не менее, правый берег Волхова принял нас вполне дружелюбно. Мало того, мы напрасно напрягались, таща с собой мангал. Этого добра в прибрежной роще оказалось предостаточно. Добрые люди! Пока Харченко священнодействовал над этим походным предметом, мы соорудили непритязательный столик из подсобных материалов и разминались «беленькой». К великому сожалению испробовать знаменитую «Тигоду», производимую на экологически чистой воде одноименной реки, притока Волхова, не удалось по причине закрытия завода, что лишило нас возможности в еще большей степени проникнуться местным колоритом.
   Маховик раскручивался. Попахивая дымком, к импровизированному застолью периодически подключался Харченко. Неистощимый на анекдоты Игорь Акимов не давал беседе свернуть на минорную дорожку, при этом допуская ностальгические этюды. Задорожнюк исполнял песни так вдохновенно, что расположившиеся неподалеку рыболовы побросали удочки. Да и какой в них прок, если даже плотва открывала рот не на наживку, а на исполнителя. Было весело и душевно. Запах цветущей черемухи вперемежку с запахом практически готового шашлыка торжествовал над поляной. Майское солнце изо всех своих весенних сил старалось добавить тепла. Мы были счастливы в общении и радовались встрече, как дети – непосредственно и эмоционально.
    Когда же солнце склонилось к закату, подступила грусть. Что ни говори, а такие встречи редки. Учитывая, что на завтра предстоял старт в обратный путь, затягивать прощальный уикенд не стали.
   Сон долго не приходил. В голове ворочались впечатления, размещаясь по полкам и закрепляясь в надежде…
   Утро. Стартуем в 9:45. Обратно пойдем несколько другой дорогой и это будет совсем другая история.