Современная фантасмагория

               
    рассказ



   Рано утром позвонила  взволнованная Лена из  риелторской компании.
   - Ольга Николаевна,  появился покупатель на вашу квартиру, причём он  хочет сегодня же её посмотреть и обо всем с вами договориться. Когда мы можем приехать?
  - Давайте к трём-четырём, раньше я не управлюсь – надо уборку сделать, в магазин сходить…
  - Хорошо,  до встречи!…

   Ольга Николаевна забегала по квартире, наводя порядок: ”Всё успею, всё успею, всё успею сделать!” – напевала она  веселую детскую песенку, что  было явным признаком её  хорошего расположения духа. -  “На пятёрки я учусь, я учусь.  И мальчишек не боюсь, не боюсь…”
  Может быть, сегодня, наконец, всё определится? Когда затевали продажу квартиры, думали, что  всё получится  быстро, но … покупатели приходили, как на экскурсию, любовались видом с лоджии, таращили глаза на  коллекцию  слоников и  гжельской посуды,  внимательно разглядывали потолки во всех комнатах – всё-таки  верхний этаж -  и пропадали неизвестно куда. Даже Лена-риелтор сказала:
    -  Ничего не понимаю.  Как заколдованная,  ваша квартира…  За это время мы уже несколько “трёшек”  продали, а ваша никак не уходит,  как будто  не хочет, чтобы вы уезжали.  Может быть, вам святой водой ее побрызгать?
   А соседка, на сетования Ольги Николаевны,  вспомнила про домового:
   -  Это он вам мешает. Прижился, обустроился  и боится – вдруг вы его не возьмете на новое место.
   - Что же делать? – полюбопытствовала расстроенная очередными “смотринами”  женщина.
   - Надо сказать  – мол, дедушка, не мешай нам менять квартиру, мы тебя с собой заберём… Он и не станет палки в колеса ставить…

    Всё спорилось  в руках хозяйки дома и даже появилось предчувствие,  что именно  сегодня всё решится.  Когда  она  устала и  решила выпить чашечку кофе, то  невольно размечталась… Представила себе, как  переедут с мужем на Изумрудную улицу, где жила дочь с внуком,    и начнется новая  счастливая жизнь.  Сашенька после школы будет заходить к ним на обед. В выходные   будут гулять в парке у прудов, праздники и дни рождения отмечать вместе.  Наконец-то она сможет заняться с внуком  литературой и русским языком, а Юрий Петрович - математикой… Мальчик растёт без отца,  кто же ему поможет? А ездить на транспорте становится всё труднее,  не молоды они уже, да и болезни прижали …

       Звонок в дверь раздался  точно в три.   Маленькая, тоненькая  Лена с голубыми глазами на пол-лица, похожая на хрупкую  фарфоровую куколку,  привела с собой  огромного,  под два метра,  молодого мужчину, одетого с иголочки и благоухающего очень дорогим парфюмом. Он быстро обошёл квартиру и сразу перешел к делу.
   - Меня зовут Сергей Александрович, можно просто Сергей.- представился он хозяевам.- Сколько дней потребуется на оформление документов? – обратился он к Лене.
   - Если вы покупаете квартиру, то в течение двух недель мы должны  подобрать  альтернативу  для владельцев этой. У нас вариант на уменьшение, значит, будем искать двухкомнатную… все параметры  определены.   И сразу выходим на сделку…
   -А побыстрее можно? –  нетерпение прозвучало в голосе клиента.
   - Может так случиться, что мы найдём нужный нам вариант и за два-три дня, главное,  чтобы это была  Изумрудная улица…
   - Вы что же,  хотите поселиться в одном доме с дочерью? – обратился покупатель к Ольге Николаевне.
   Риелтор и  хозяйка переглянулись,  и обе подумали об утечке информации, иначе откуда он знает о дочери?
   - Поэтому мы и продаем квартиру, - улыбнулась Ольга Николаевна, - зачем нам лишняя площадь? Главное быть рядом с близкими…
   - Хорошо, я покупаю эту квартиру и  предлагаю вам гораздо большую сумму за неё, но у меня будет  одно условие.

  Все уставились на него, как загипнотизированные. Никто не ожидал, что всё будет решено так быстро.
   - И какое у Вас условие? –  как  глава семьи, важно поинтересовался Юрий  Петрович.
  - Я даю вам за квартиру не десять миллионов, как вы просите,  а  пятьдесят, но вы уходите из неё с одним чемоданом… ну там документы, зубные щётки, дорогие сердцу безделушки…  Но с одним!  – жестко подчеркнул он.
   Минуту все молчали, наконец, Ольга Николаевна,   спросила:
   - Надеюсь,  собаку оставлять не понадобится ? – и как бы убеждая себя в логичности такого варианта, добавила –  Она -  не породистая, мы взяли её из собачьего приюта… но уже привыкли к ней, полюбили…
  -  Я же сказал – с одним чемоданом… Вы сможете её упаковать в чемодан? – серые глаза Сергея  выражали  холодный  вызов.
   -  Она не поместится в чемодан…  - почти прошептала хозяйка и с тоской в глазах посмотрела на мужа. – И ей нужно лечение, она недавно перенесла операцию…

  - Это как же понимать?! – возмутился Юрий  Петрович, - Странное у вас условие…  И что же, я   должен оставить здесь свой архив, который собирал тридцать лет?  Да ему цены нет!  Вы понимаете, что  мой архив по инноватике,  если вдуматься, стоит  больше самой квартиры!
   - Успокойтесь, я наводил справки у экспертов высочайшего класса – ваш архив, с позволения сказать, никому давно не нужен,  то есть, в Сколково он точно не пригодится.
   Юрий Петрович побледнел.
   - Да как вы смеете так говорить!  Что вы понимаете в инновационной науке?  Да вы знаете, что я  инновациями  занимаюсь с тех пор, когда  еще и слова такого никто не слышал!  А сейчас куда только его не присобачивают, уже даже инновационная косметика появилась. Скоро, наверное, инновационные унитазы начнут рекламировать…
   - Всё знаю,  Юрий  Петрович,  заглядывал в Интернет и все ссылки на вашу деятельность изучил очень внимательно.   Вас даже “серым кардиналом  инноватики “ называют.  Интервью ваши читал но, давайте смотреть правде в глаза, -  ваш поезд давно ушёл.  Знаете, как говорят умные люди “ Всё должно быть вО-время.”  Да,  лет двадцать назад вы были на коне, а сейчас, извините, уже под конем… Не питайте иллюзий - вас  опередили многие более приспособленные к новому времени.  И вообще, мы , кажется,  собрались не инновационные  проблемы обсуждать,  а договориться о продаже квартиры. Так вы её продаете или нет?
   - Нет и нет!  Вам мы её не продадим!  – горячо выдохнул уязвлённый в самое сердце  Юрий  Петрович

   - Да, Сергей – мягко  вступила в разговор Ольга Николаевна -  непонятные у вас условия .  Если вам квартира понравилась и  вы  хотите её купить, то хотя бы объясните,  для чего вам всё это…Мебель у нас уже не новая,  дорогих  вещей нет, разве что несколько  любимых картин, да наши коллекции… но  собака…это же живое существо …
   Она замолчала,  растерянно переводя взгляд с одного на другого.
   - Объясните хоть что-нибудь!  Должна же быть какая-то логика в ваших действиях…
   - Моя логика – это моя логика и она вам может быть непонятна, поэтому  я бы хотел как можно меньше лишних  слов говорить. Надеюсь,  вы  понимаете, что ваша квартира с имуществом не стоит таких денег? Вы позволите,  я закурю сигарету?
  - Пожалуйста, - не без удовольствия разрешила хозяйка, потому что поняла - этот холёный господин начинает волноваться,  Ей приятно было осознавать, что ему  нужна их квартира, которую они не могли продать уже три месяца.  Лена-риелтор говорила, что  рынок забит “трёшками”, а одно и двухкомнатные уходят с лёту.  Три месяца пролетели незаметно, отнимая время и силы, превращая мечту о новой жизни в мираж…
               
   -Поймите, - начал Сергей и выпустил в приоткрытое окно струйку дыма,  – я располагаю полной информацией о вашей квартире и  о её жителях   и мне ничего не надо объяснять.   Я знаю – он сделал акцент на этом слове и продолжил -  что вы мечтаете поселиться рядом с дочерью и внуком. Да, конечно, это правильное решение  и  это для вас  единственный способ получить какие-то деньги,  чтобы  помочь дочери расплатиться с долгом по ипотеке.
   - Вы и об этом знаете? –  удивилась Ольга  Николаевна.
   - Я знаю всё.  Я знаю, что все ваши скромные накопления давно истрачены  - всё-таки серьезная операция у вас, микроинфакт и дорогие лекарства для Юрия  Петровича… Повторяю, это правильное решение, потому что скоро придется ещё платить налог на недвижимость, а ваших пенсий не хватает даже на жизнь… Вы хотели подобрать небольшую уютную квартиру , а я даю вам возможность купить вполне приличное жильё с большой кухней,   в современном  доме. Вы это понимаете? А главное – вы сможете погасить долг вашей дочери перед банком…
  - Хорошо, -  встал и нервно заходил по комнате Юрий Петрович – но почему такие жесткие и непонятные условия?   И, помилуйте, собака-то вам зачем?  Зачем  какие-то старые газеты,  бумаги, отчеты,  альбомы с чужими фотографиями, одежда, поношенная обувь ? Странно как- то всё это…
   - Да -  горячо  поддержала его жена -  вот я годами собирала библиотеку,  сообразно своим интересам…для меня некоторые книги, как живые собеседники, как люди… И что же,  я их должна оставить?  Я не уверена,   что смогу купить их снова…
  -  Я хорошо знаком с вашими  вкусами…- улыбнулся покупатель. - Борис Рыбаков с его язычниками, Лев Гумилёв с идеей пассионарности, Александр  Панарин  против глобализма…  . Поэты Серебряного века… Деревенская проза…   Отношусь с уважением,  но не разделяю вашего восторга…Просто вы должны осознать, что когда вы уйдете отсюда, ваша квартира  автоматически станет  музейным экспонатом. Понимаете? Не пустые стены мне нужны, мне нужен дух квартиры, душа её обитателей…
   - Но мы обычные люди, пенсионеры к тому же, кому  может быть интересен наш быт? – слабо возразила Ольга Николаевна.

   Cергей, всматриваяcь в панораму двора, улыбнулся, но эта улыбка показалась всем какой-то зловещей.
   - А вот тут вы не правы…- возразил он, глядя в окно.  -   Ваш быт, психология, устремления  очень даже интересны  тем,  кто уже давно  живёт  иначе и не понимает вашего упорного пристрастия к прошлому,  к этой вашей выдуманной стране… в которой вы всё идеализировали. Мне подготовили полную информацию по вашим  вылазкам в Интернет, по переписке,  по дискуссиям на Мейле  и, честно скажу,  я  был поражен инфантилизмом вашим, а ведь вы преподаватель… Вот Юрий Петрович не так светится в Интернете, он больше читает, но вы,  Ольга Николаевна… Дался  Вам этот социализм, которого, по сути,  и не было, оглянитесь вокруг – вы давно живёте в иной реальности, а всё сопротивляетесь…
   Все растерянно молчали,  и каждый  обдумывал свою версию  происходящего спектакля.
    Сергей Александрович, стоя у окна,  разглядывал  большой двор, где с горки цветным горохом рассыпалась детвора в ярких курточках и свитерах,  дымили  сигаретами молодые мамаши с колясками, на скамеечках о чем-то спорили пенсионеры  с пивом…
   - А давайте я кофе приготовлю? – предложила Ольга Николаевна в надежде сгладить шероховатости переговоров.
   - Приготовьте, - согласился он, - только, надеюсь,  натуральный,  молотый?
   - Конечно, конечно, мы тоже любим хороший кофе,  порошковый не пьем…
   И она, резво  вскочив с места, поспешила на кухню.

   Но Сергей сразу же пожалел о своем согласии - времени на кофе уже не было.  Раздражение  начинало закипать в нём, как это обычно бывало, когда что-то шло не по его плану.  К нему примешивалось легкое недовольство собой и оно начинало расти, словно соревнуясь с раздражением.  Последнее время эти два чувства  стали его постоянными спутниками,  и он уже знал, что, в конце концов,  появится злость – крепкая,  как бетонный забор,  ужасная и непобедимая, на всё и на всех, от которой  невозможно спастись.  Ее можно было заглушить на время двумя-тремя рюмками “Хенесси”  или успокаивающими  таблетками, которые он теперь постоянно носил с собой.
   Две недели назад,  получив  задание от Седого, главы фирмы, он и не предполагал, что могут возникнуть какие-то сложности.  А сейчас  почти физически ощущал глухое сопротивление и неприятие всего, что он говорил этим  старым дуракам, которым привалило такое счастье…
“Скорее бы уехать  на Селигер порыбачить, отдохнуть от всех…”- подумал он с тоской  и  представил себе чистую гладь воды, лодку у берега, костёр  и закопченный  чайник над ним… Это и есть  счастье…”
 
   - А вот и кофе! – радостным тоном возвестила Ольга Николаевна, внося на подносе  оранжевые,   дымящиеся чашечки – Пожалуйста, Сергей Александрович, – подошла она к нему.
   - Спасибо – он взял, похожую на апельсин с ручкой,   чашку и отпил глоток,  – очень недурно, знаете ли, – решил он внести долю позитива во всё это театральное действие.
    Хозяйка искренне обрадовалась:
   – Вы пейте, я Вам еще налью… не слишком крепкий?
   - Самый раз – отхлебнул он еще глоток. Кофе был конечно не  супер,  но  какое это имело значение сейчас?
  - Так на чём мы остановились? – постарался он улыбнуться. -  Можно считать,  что мы договорились или вам надо подумать пару дней? Только учтите, что ничего не изменится в условиях – либо так,  как я сказал, либо никак… и тогда мне придётся поискать других,   более покладистых… Честно сказать,   я даже не предполагал, что от столь выгодного предложения можно отказаться…

   Растерянность отразилась на  миловидном лице хозяйки,  и ему стало  на минуту её жаль.  Он представил себе, как первым появится в этой квартире Седой с кем-нибудь  из своих напарников,  как самодовольно будет взирать на   убогий быт, по-хозяйски вытаскивать книги, разглядывать картины на стенах,  брезгливо передвигать в шкафу вешалки с поношенной одеждой… А зачем же ему собака?    Нет, иногда он  не  понимал логики своего шефа… Неужели  всё-таки задевает его, богатого,  но малообразованного, чья-то самодостаточность?   Задевает… ещё как задевает… Но не до такой же степени, чтобы  отыгрываться на  привязанности к живому существу.  Ему, Сергею, конечно, дела нет до чужой собаки,  но все же в живодеры он не записывался.   А Седой последнее время придирается, похоже,  чувствует своим нюхом,  что  хочет  Сергей вырваться из-под его опеки.   Недавно за ужином Сергей пошутил:
     -   Эх,  как хочется уйти на пенсию…
     Глаза у  шефа сразу стали колючими:
     -  Забыл, что у нас на пенсию не выходят? – и захохотал громко.  – У нас на пенсию… выносят!”
   
   Казалось бы, жить и радоваться… Как он, Сергей, взбирался на  Олимп благополучия, лучше не вспоминать.  Он не забыл “лихие, девяностые”, когда разъезжал по городу на ржавой “копейке”… А теперь у него склады по всей Европе, несколько фур, без устали,  возят товары. У него свой дом в Южном Бутово,  несколько квартир в  Москве и в Сочи,  дача в престижных  Водниках… Теперь  еще и дом в Тенерифе, где вся команда  расположилась вокруг шикарного особняка Седого, как пожелал он. Ради такого благополучия можно было засунуть своё мнение куда-нибудь подальше, ловить каждое слово шефа и не жадничать, делиться без лишних вопросов, по первому требованию…
  Сотовый телефон запел в его кармане голосом  Фрэнка Синатры. Звонил Седой.
   - Ну что там у тебя?  Договорился?
   - Почти…- слукавил Сергей – одна небольшая заминочка вышла… как я и предполагал…
   - Что? – взревел Седой.  – Какая еще заминочка,  если  им дают такие бабки за их вонючую конуру?  Так… я тут недалеко,  на проспекте Мира,  мы с Люсей обедаем в ресторане ...   Минут через двадцать подъедем…  Жди!
   “Ну всё,  – с тоской подумал Сергей… - Представление начинается…”

     К  выходкам  подружки Седого все уже давно привыкли.  Как ни странно,   именно ее хамоватая,  необузданная натура и волновала какие-то скрытые глубины души шефа.   Она это быстро поняла и  каждый раз придумывала что-то такое, от чего  команда теряла всякое понимание реальности,  а Седой лишь хохотал и потирал руки.
   Вспомнилось,  как неделю назад в Гуме,  раздосадованная презрительными  взглядами покупательницы  в шикарной  шляпе и кружевах,  Люська, при всём честном народе,   задрала даме платье   на голову, комментируя свою выходку словами:
  – Посмотрим,  а какие здесь  трусики -  под цвет кружевному платью или нет?
   Потом, конечно,  Седой прыгал вокруг этой дамы  полчаса,  успокаивая и  предлагая ей выбрать  всё, что её душа пожелает…  Закончилась эта комедия проводами  под локоток,  с кипой свертков и пакетов на сумму с очень многими нулями.   Но Седой, несмотря на это,   весь вечер был в хорошем расположении духа,  нежно  поглядывал на свою подружку  и то и дело посмеивался:
  -   Ну Люси, ну выдумщица..  А какое лицо-то у тётки было, ой не могу! Вот задницы-то никакой, на чём там трусики держатся… Если бы не посторонние, мы бы ей показали, что должно быть  на этом месте у настоящей женщины.  Так ведь, Люси? – хохотал шеф, вспоминая  даму в кружевах, которая оказалась женой какого-то известного художника
   А случай с  депутатом,  которого Люська  толкнула в бассейн на  каком-то фуршете, якобы за допущенное им хамство?   А разбитый бар в Метрополе?... когда разъяренная подружка  Седого швыряла всё,  что под  руку попадалось,  в батарею  бутылок, по цене превосходящих дорогие французские духи?
    Похоже,  Люська не давала  скучать Седому  и этим была ему особенно дорога…
 
 - Леночка, - обратился Сергей к риелтору, - сейчас приедет мой шеф… собственно, я выполняю его поручение, по-моему,  я вам говорил об этом?  Так вот, давайте всё же подготовим хоть какое-то решение.  Да, Ольга Николаевна? – постарался он улыбнуться как можно теплее. –  Ну,  кто вам даст такие деньги за вашу трёшку на девятом этаже?  Задумайтесь, - повернулся он к хозяину,  -  вы в одном шаге от осуществления вашей мечты.   Оформим всё быстро и, представьте только,  ваша дочь будет свободна от этой бандитской ипотеки…У меня знакомые оформляли ипотеку в Париже  под три процента, а у нас -  тринадцать, как говорится, почувствуйте разницу…Я вас прошу - соглашайтесь …  а потом  я постараюсь  всё  утрясти ,   ну,  с собакой например… И  архив, Юрий Петрович,  вы унесёте в нот-буке,   у Вас же есть  документы в электронном виде? Договорились?
-  Ну,  если вы обещаете…-  пошёл на мировую хозяин.


  Они вошли в комнату, как выходят актеры на сцену. Cедой -  в шикарном  белом костюме с широкой улыбкой и расфуфыренная, увешанная дорогими  побрякушками,  Люська с сигаретой в руке.
   - Ничего,  что я с сигаретой?  – как-то очень фальшиво застыдилась она.
   Хозяева   краcноречиво переглянулись,  и это не ускользнуло от пристального взгляда подружки Седого.
   - Нет,  если  это кого-то напрягает... кто-то не выносит запах табака, то  я… куда можно выбросить сигарету? – обратилась она к Ольге Николаевне.
  - Извините, но муж сердечник…можно на кухне погасить сигарету…
   Люська,  круто развернувшись на своих высоченных  шпильках,  вышла из комнаты
   - Так что у вас тут? – приступил к делу Седой – Обо всём договорились или какие-то неясности остались?
   - В основном договорились – миролюбиво сказал Сергей. – Вот только собака… её лечить надо…она после операции. Может,  пусть забирают её с собой?
    В глазах Седого сверкнуло тупое упрямство и высокомерие.
   - Есть условия сделки – или они выполняются, или сделка не состоится.   Всё  просто.  За такие деньги можно целый питомник купить, в чём проблема?  Где эта собака, кстати. Покажите, что за чудо такое,  из-за которого вы отказываетесь  от  миллионов… Первый раз с подобным встречаюсь…
   - Она вообще-то к посторонним  настороженно относится – потупилась хозяйка,-  слишком много пришлось ей видеть зла от людей. Мы её   в соседней комнате закрыли, чтобы не нервировать…
   - Ничего-ничего, приведите, мы собак не боимся…
     Ольга Николаевна, без особого энтузиазма,  поднялась c дивана..
   - Я  её на поводке выведу, хорошо?
   - Да как вам будет угодно! – ответил Седой, и глаза его засветились навстречу вошедшей в комнату Люське.
  -  Садись, Люси – пододвинул он ей кресло, - сейчас на собачку посмотрим.
   

   Когда  в дверях показалась Ольга  Николаевна с собакой на поводке,  возлюбленная шефа  уже сидела нога на ногу, по-хозяйски оглядывая комнату.
   - Какая смешная – сказал она -  Надо же…  вокруг глаз цветные блюдца, не встречала таких забавных…
   - Это монокли – пояснила хозяйка – у неё есть кровь английского бультерьера.
   - Это которые то ли на крысу, то ли на свинью похожи?  – скривилась Люська
   - Англичане так не считают,  они гордятся этой уникальной  породой,  как мы,  русской псовой борзой…
   - Ой, борзая не лучше… плоская  доска на тоненьких ножках ,  обросшая шерстью … Да ну их, собак – махнула она рукой – давайте лучше о деле говорить…

     Но в этот момент, вероятно, на движение руки,  собака  ошерилась и  грозно зарычала  на гостью, которая  к тому же  была  окутана облаком  непривычных и резких запахов.
   - Ах,  вот как! – возмутилась она.   – Ну,  порычи-порычи… только твоя красивая  шкурка скоро будет лежать у меня вместо коврика под ногами…
   - Что вы такое говорите!  – вскричала  возмущённая Ольга Николаевна.
   - А что особенного я сказала? – изобразила недоумение на лице гостья. -  В некоторых странах собак в пищу употребляют и даже разводят для этой цели… Да и у нас, вы что не знаете,  собачатиной лечатся от туберкулёза…
   - Не хочу с вами спорить,  для меня это слишком больная тема.  Но, между прочим, мы вам квартиру еще не продали  и, похоже, вряд ли мы договоримся…
   - Да? – удивление отразилось на разукрашенном лице Люси.  – Неужели вы откажетесь от денег  из-за собаки?
   -  Вам  трудно в это поверить? Да, бывает и такое…Одну минутку, я отведу Белку на место и мы закончим этот разговор…

   Гостья  встала и прошлась по комнате. Выглянула в окно,  скользнула  глазами по картинам на стенах,  и вдруг… что-то привлекло её взгляд на книжных полках, где были расставлены цветные фотографии.   Она  пристально вглядывалась в них и когда повернулась навстречу вошедшей в комнату хозяйке,  у нее было другое лицо.
   Сергей,  внимательно наблюдавший за каждым движением Люськи, был поражен –  размалёванная кукла превратилась в  женщину с глазами, в которых застыло   страдание.
   - Скажите, что это такое? – показала она рукой на фото.
   - Это наше счастливое прошлое – с грустью сказала хозяйка и подошла к полке.  – Фотки сделаны в  Петровском  в Ивановской области… У нас там был дом,  и мы приезжали  на всё лето в эти дивные места. Мой внук  вырос  в этой деревне… Впервые  увидел там  кур,  коз и коров… Слышал,  как кукушка кукует по утрам.   На речке плавать учился…  Ягоды ел с куста, а  морковку с грядки, пил парное молоко …Бегал по цветущим полям… Да что говорить...   Остались от   прошлого только эти снимки… Сгорел наш дом в грозу. А другой покупать мы уже не захотели… да, собственно,  и не на что было… В тот год  мы не успели оформить страховку…
  - А на какой улице был ваш дом?
  - На Цветочной… это у реки…
  - Знаю, в народе называли её Сплав,там лес по реке сплавляли. Пошёл на Сплав, это значит - на Цветочную…-  сказала Люська  и все заметили, что в глазах у неё блеснули слёзы…
   

   А потом  случилось непонятное. Люська, всхлипывая, бросилась к входной двери, ухватив за руку  удивлённого Седого.  Они исчезли, хлопнув дверью. Сергей поспешил за ними:
   - Извините, ничего не понимаю… Я вернусь через несколько минут.
    Оставшиеся в комнате переглянулись.
   - Оля, - сказал Юрий Петрович, - Ты затронула какие-то тайные пружинки в душе этой молодой особы…Она просто в лице изменилась…
   - Да, я тоже это заметила. Может быть, эта Люси как-то связана с Петровским? – предположила она, выглядывая в окно, чтобы увидеть покупателей, столь внезапно покинувших поле действия.
   - А, может, и к лучшему, что ничего не состоялось? – сказала она вслух и повернулась к  риелтору. – Леночка,  в  конце концов,  будем снижать цену, пока не найдётся желающий и на нашу квартиру, правда ведь?
   - Конечно, - грустно и не очень уверенно закивала  своей коротко стриженой головкой Лена.

   У подъезда в это время развивалась заключительная часть спектакля.  Там стоял огромный сверкающий  джип и водитель, ожидая хозяина за рулём,  удивлённо наблюдал, как  тот успокаивал свою подругу. Люси, вцепившись в  белый пиджак шефа,  рыдала на его груди, захлёбываясь отрывочными фразами;
  - Не могу-у так больше… не могу-у-у… Поедем завтра же… пое-е-дем туда…Хоть на могилку... отца с матерью схо-о-дим… Там... кладбище у церкви, на холме у реки… Я же десять лет  не была в родных местах…только сны вижу... летаю над Нерлью, над нашим домом и садом… Боже мой, какая тоска...
   Озадаченный, Седой вытирал ей платочком заплаканное лицо и приговаривал:
   - Поедем, конечно…Только не плачь… Я такой тебя ещё не видел…
   Бросив взгляд на Сергея, стоявшего рядом, Седой рыкнул:
   - Вот до чего ты довёл со своей квартирой, блин… Мне это надо?
   И вдруг,  расстроенный таким поворотом дела,  Сергей услышал, не веря своим ушам:
   - И квартиру у них купи, Лапа…я тебя прошу. Хорошие люди, ты же сам видишь… - Не нужен мне этот музей! – всхлипнула  Люська и слёзы опять потекли из её глаз, - я передумала…Так, хотела малость поразвлечься… гостей наших повозить на смотрины… Глупо, всё глупо…
   - Слушай, у нас там Владимиров квартиру себе ищет, - повернулся шеф к Сергею, - Значит так – берём трёшку для него…без всяких условий, за десять лимонов, как они просят…  Всё понял? И быстро оформляй, без задержек…
   Сергей растерянно соображал, как новая ситуация может отразиться на его делах.
 И когда Люська стала покрывать лицо смущённого Седого поцелуями,  решил всё же сказать фразу, которая вертелась у него в голове:
   - А мне пора съездить на Селигер, устал я что-то…
   - Поезжай, - снисходительно разрешил шеф, подсаживая свою заплаканную подругу в машину. – Только сначала уладь всё с квартирой.
   И джип легко покатился по улице, привлекая взгляды людей, мечтающих о красивой жизни.


   



 


Рецензии
На это произведение написана 101 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.