Смерть всегда рядом. Криминальная повесть

Сквозь ночную мглу раздался шелест шин и гул мотора старенького «рафика». Судя по всему этот мотор, знавал гораздо лучшие времена. Именно шелест шин и вырвал ее из объятий Морфея, в которых она пребывала до сих пор, не взирая на все запреты.
Гул мотора и шелест шин по  сухому асфальту, покрытому осенними листьями, еще ничего не означал. Это могла быть просто проезжавшая мимо машина. А вот, когда шины закончили шелестеть, это многое означало.
Машина остановилась возле ворот лечебного заведения, в котором Леночка имела честь работать на две ставки. Значит, не зря Леночка оторвала голову от подушки и протерла  заспанные глаза. Именно сюда и приехал «рафик», и не пустой. Наверняка, на его борту находится пациент в сопровождении могучего санитара. Вообще-то, это крайне редкий случай, когда пациентов привозят ночью.  Обычно их привозят днем из других менее закрытых лечебных учреждений такого же характера. И каждой такой перевозке предшествует долгая процедура с оформлением документа.
Значит, догадалась Леночка, случилось нечто экстраординарное. Такие события порой происходят на ее работе. Впрочем, ее это не касается. Что бы там не произошло, но у нее есть своя  конкретная функция. Задача Леночки принять очередного клиента, как и полагается по инструкции. И расписаться за то, что клиент прибыл живой и здоровый, если не считать, конечно же, его психическое состояние. А затем определить пациента в палату. И сдать нового пациента новой смене, которая заступит на дежурство ранним утром.
Леночка вскочила с кушетки, на которой коротала долгую ночь. Не слишком удобным было это ложе, но все же лучше было лежать здесь, укрывшись собственным халатом, чем дремать, сидя на стуле, уткнувшись лицом в стол. А уж про перспективу всю ночь не смыкать глаз не было и речи.
 Одним махом Леночка бросилась в подсобное помещение. Там был устроен импровизированный умывальник. Предшественники Леночки понимали, что им иногда срочно требуется принять свежий вид. Вот и сейчас в голове Леночки засела маленькая мыслишка, что это приехала проверка. Такое на ее практике случалось. И не раз. Как-никак закрытое спецучреждение. Поэтому нужно выглядеть как можно бодрее. Иначе проверяющие лица придерутся к ее внешнему виду. 
Леночка открыла кран, откуда заструилась жиденькая струйка воды. Еле-еле она дождалась, когда наполнятся водой подставленные под кран ладошки. Затем плеснула воду  себе в лицо и вытерлась видавшим виды полотенцем. Посмотрела на себя в осколок зеркала, который висел над раковиной, и ужаснулась – краше только в гроб кладут. Лицо ее сейчас напоминало смятую подушку в дешевой ночлежке. Хорошо, хоть не видит ее никто.
 Кроме, конечно, санитара Вени. Он спал богатырским сном на доске. Ее он мастерски устроил между двумя стульями. Не самое удобное ложе, но ночь скоротать вполне можно. Особенно, если привыкнуть спать на этой доске.
Санитар Веня, естественно, не обратил никакого внимания на внешний вид Леночки. Сейчас он спал богатырским сном. Казалось, от его могучего храпа дрожали оконные рамы. Не зря Леночка всегда плотно прикрывала дверь в подсобное помещение. Она толкнула санитара изо всех своих сил, а он, сквозь сон пробормотал:
- Чего?
- Чего, чего? – повысила на него голос Леночка. – Переспать с тобой хочу.
- Это правда, - взвился Веня. К этому нехитрому делу он был готов всегда. Впрочем, как и большинство представителей мужского пола.
- Шучу, конечно же, - усмехнулась Леночка. - У нас гости. «Рафик» приехал.
Надо отдать должное Вени – он мигом вскочил! Натянул тапочки, и был готов к встрече незваных гостей. Разумеется, сказал про них нечто вроде:
- Принесла их нелегкая!
Леночка про себя с ним согласилась. А вслух сказала:
- Работают люди. Значит, и нам нужно поработать. Какая у нас палата свободная? – задала она этот вопрос Вене и осеклась. У них все палаты заняты. Весной и летом. Круглый год. Даже изолятор не пустует. Больница их была очень востребована. Не хватало ни санитаров, ни врачей. Леночка мысленно заругала себя.  Вот что, значит, спать на работе: тело пришло в движение, а мысли еще не проснулись.
- Только не ляпни такое на людях, - посочувствовал Лене ее напарник по ночному дежурство. – Ладно, главное для нас принять пациента, а потом будет видно, где его можно расположить.
Воистину наполеоновское решение!
«Рафик» тем временем въехал во двор. Сторож Иваныч открыл машине ворота беспрепятственно. Значит, это своя машина. Пора и им выходить во двор.
Когда Леночка вышла во двор, то почувствовала облегчение. За рулем сидел Саша – местный шофер. Выходит все ее опасения были напрасны. К ним приехал новый пациент. А он был сейчас для Леночки гораздо желаннее, чем целая армия проверяющих работников.
Это и подтвердил огромный санитар Петя – огромный, как медведь. Да и силой своей, ни в чем этому  уважаемому зверю не уступающий. Когда-то к ним в незапамятные времена попал мастер спорта по боксу. Мужик был под сто килограмм веса, да и удар  него был – быка свалит одним махом. Нескольких санитаров раскидал этот мастер спорта, а вот с Петром не сдюжил. Уложил его в нокаут Петр. Одним ударом. Чем и вселили огромное уважение всем обитателям здешнего спецучреждения на многие годы вперед. Легенды о его силе передавались обитателями спецбольниц из уст в уста. Да и многие из них испробовали силу Пети на собственной шкуре.
- Здорово! Странный случай! – выскочил Петя на асфальт и пожал руки Вене. Леночке он в знак приветствия кивнул головой. – Мужика нам зачем-то приказали к вам переправить.
- Ночью, - удивилась Леночка. Обычно пациентов доставляют в их клинику в дневное время.
- Я и говорю, странное дело, - Петя выпустил клубок дыма, и он медленно растаял в воздухе. – Звонок поступил в час ночи. К нам позвонил ваш начальник. С вашим начальником он уже договорился о перевозке этого пациента. Ну, мы и выполнили свое дело. Теперь ваш черед принимать этого пациента.
Петр работал в другом учреждении, которое подчинялось здешней клиники, которая носила статус областной психиатрической лечебницы. А в учреждение Пети доставляли людей, с которыми случился психиатрический кризис на работе, дом, в гостях, просто на улице. Да мало ли где! Обычно таких пациентов переводили в последствии в областную клинику, но это всегда происходило днем. Подобный случай был первым на памяти Леночки.
- Как же документы? – поинтересовалась Леночка.
- Документы наши начальники оформят завтрашним числом, - сказал Петя. – Ты что не знаешь, как у нас это бывает?
Леночка, не смотря на свой молодой возраст, была старожилом психиатрической больницы. Люди здесь не задерживались. Зарплата кот наплакал, а условия труда, сравнимые с адскими. И за годы своей работы она видела не мало мелких и крупных нарушений. Причем, самое большое количество нарушений делало начальство, начиная от начальника смены и заканчивая директором их клиники доктором Пеньковым.
 - Я знаю, как все бывает, - промолвила Леночка. – Просто удивляюсь, почему такая спешка с его переводом.
- Действительно странное дело, - согласился Веня. – И что наш пациент  такого  страшного сделал, что он одну ночь не мог провести у вас?
- Говорили, он много дел натворил, - затянулся в очередной раз дымом сигареты Петя. – Я так понял, что он разбросал два милицейских наряда. И только ОМОН смог его скрутить.
- Ты что, серьезно? – не поверил Веня.
- Я когда-нибудь врал, - Петя отбросил сигарету в сторону. Она пролетела несколько метров и угодила точно в урну.
Вопрос его был чисто риторическим. Какой смысл было врать Петру насчет похождений их пациента.
- А он не опасен? – Леночка поежилась то ли от холода, то ли от страха.
- После стольких уколов успокоительного, что мы ему сделали? Вряд ли… - успокоил медсестру Петя.
- И что он такое совершил, что на него набросился милицейский наряд? – продолжил свой расспрос Веня.
- Вот уж этого я не знаю, - пожал плечами Петя. – Мне это и незачем знать. У меня очень простая задача – доставить этого пациента в вашу больницу. И я со своей задачей справился.
- Ладно, - Леночка первой проявила деловую инициативу. Ночной холод, проникавший сквозь халат и кофту, очень этому способствовал. – Нечего зря языком трепать! Давайте, доставим этого героя в четвертую палату.
Четвертая палата была наименее густо населенной. Там лежало всего трое человек. У всех имелся один диагноз, и разные его проявления. Больной Кустов свихнулся на теме преследования спецслужб. Больной Иванов думал, будто он посланник высшего разума. Его сосед по палате и вовсе представлял себя растением, а вот больной с очень длинной еврейской фамилией, которую абсолютно невозможно было запомнить, представлял себя женщиной, и был и, правда, самым симпатичным из всех четверых. Словом, эта была самая обычная палата на свете.
- В четвертую, так в четвертую, - улыбнулся Петя. – Доставим. Ты только сделай ему укольчик успокаивающего.
- Боишься его? – усмехнулся Веня.
- Я не его боюсь, - отвечал Петя. – А за тебя дурака боюсь. И за его, - Петя кивнул в сторону шофера. – Покалечит он вас, а я на помощь придти не сумею. А потом я слишком долго вращаюсь в нашей системе. Лучше чуть-чуть переусердствовать, чем чуть-чуть недоусердствовать. Сам спокойнее будешь себя чувствовать.
Вот за это Петя и нравился Леночке. Своим спокойствием и неторопливостью. А еще уверенностью в своей правоте. Он даже оставался в их клинике пару раз. Естественно, на ночь. И, естественно, в ту ночь, когда дежурила Леночка.
Увы, ее разочарованию не было предела. Во всем сильный мужчина Петя, в интимной сфере оказался далеко не гигантом. Скорее уж пигмеем. Впрочем, он немного компенсировал свою слабость тем, что умел рассказывать анекдоты. Так что о той ночи Леночка не пожалела.
- Я сейчас, - сказала Леночка и пошла внутрь, в вестибюль, за успокаивающим. Оно находилось в дежурной аптечке. Вернулась она уже с готовой, наполненной бесцветной жидкостью ампулой и шприцом.
- Вот и молодец, - похвалил ее Петя. – Мне сделать укол, или ты сама?
- Я сама, - вспомнила Леночка название передачи, популярной несколько лет назад.
- Снова молодец, - Петя пошел открывать дверь «рафика». – Люблю смелых женщин.
Леночка с волнением заглянула внутрь машины. Впрочем, не внутренности санитарной перевозки ее волновали. Сейчас ее беспокоил пациент.
С виду вроде человек как человек, привязанный крепкими ремнями к носилкам. Ну, не считая рассеченной брови, заплывшего глаза и распухших губ.
- ОМОН постарался? -  догадалась Леночка.
- Ты чего? – проинформировал ее Петя. – ОМОН бить умеет. Так изобьет тебя, что никаких следов никто не увидит. Внутренние побои…
- Сама знаю, они самые опасные, - прервала его фразу Леночка.
- Вот именно! А это те бойцы из милиции постарались, которых он на асфальт положил. Отомстили ему, так сказать, - ухмыльнулся Петя.
- Это подло! – оценила этот поступок милицейского патруля Леночка.
- Другого выхода у них не было, - оправдал их действия Петя. – Давай, работай!
Леночка подняла ногу на подножку, и одним махом оказалась внутри фургона.  И тесным же он был. Даже миниатюрная Леночка едва не ударилась об крышу, что уж говорить о высоких и здоровых мужиках! Леночка сразу вспомнила нескольких непарламентских выражений. Снаружи раздался хохот. Веня понял, что происходит в фургоне. А Петя показал ему огромный кулак, больше похожий на небольшую дыню. Они делали сейчас важную работу, и на этой работе было не до смеха. Веня тотчас же и заткнулась. Петю он уважал и слегка побаивался.
Воцарилось молчание. Леночка даже слышала, как работает у нее сердце в полной тишине. Она еще раз посмотрела на нового пациента. Он никак не среагировал на ее появление. Это была вполне понятная реакция – наверняка, его не раз уже сегодня пичкали успокоительным. Нормальный человек после приема всех этих лекарств и должен находится без сознания.
Леночка наклонилась, что бы получше, рассмотреть место, куда колоть. Лучше всего делать укол в вену.
Пациент был одет в бесформенный халат, и Леночке пришлось закатать рукав, что бы добраться до его руки. Она наклонилась и вонзила иглу прямо под кожу своему пациенту. И тут Леночка вздрогнула и почувствовала, что ее спина покрывается мурашками. И причина этих мурашек была очень простая.
Их пациент открыл глаза – необыкновенно синие, как северное небо летом – и внимательно изучает Леночку.
Неожиданно из ее горла вырвался крик. После ей было стыдно за такую реакцию, но не сейчас, когда ее крик огласил окрестности.
- Что случилось? – Петр быстро влез в машину.
- Он… Он… - Леночка еще не могла отправиться от шока. – Открыл глаза.
- Только и всего? – удивился Петя. – Закрой глаза, - его могучая ладонь поднялась до самого верха, а потом опустилась на голову их пациента. – Вот так… Ты все, Леночка?
- Да, - медсестра вылезла из машины, спрятав пустую ампулу в карман своего халата. Теперь настала очередь Вени поработать. А в ее обязанности входило сопровождать носилки, которые несли могучие санитары.
Веня хорошо знал свои обязанности, поэтому он открыл задние двери, через которые нужно было выносить нового пациента, крепко привязанного к носилкам.
- Ты, что? – Петя хотел нарушить данную процедуру. – Париться хочешь? Так для этого баня есть.
- Не хочу я париться, - Веня пожал плечами. – Он пока твой пациент. Тебе и решать, что с ним делать.
- Я и решаю, - Петя ловко расстегнул петлю, которая связывала руку пациента с носилками. – А ты, займись ногами, - посоветовал он Вене. – Сами его доведем до четвертой палаты.
- Хорошо, командир, - усмехнулся Веня и тоже залез в «рафик».
Санитарам действительно нечего было бояться этого пациента. Их было двое. На поясе у них висели резиновые дубинки, да и опыт транспортировки таких больных был у них немалый. И шофер Саша всегда мог помочь при случае. Да и сторожа Иваныча не стоило со счетов списывать.
 То, что сейчас происходило нарушение процедуры доставки особо опасных больных в специзолятор, никого не смущало. Все были людьми опытными, все видали и не такие нарушения. И все понимали, что чем скорее они доставят клиента в четвертую палату, тем будет лучше для всех. Леночка и Веня отправятся досматривать свои сны. А Петя и Саша поедут в свою клинику, где тоже их не слишком загружали работой.
Веня распутал узлы на ногах пациента и спрыгнул на землю. Петя в этот момент распутал ноги пациента.
- Сам можешь спрыгнуть, или тебе помочь? – поинтересовался он у больного.
Тот только молча кивнул головой.
- Вот и хорошо, - Петя тоже выпрыгнул из фургона. – Тесно там, - пожаловался он и потянулся всем телом.
Настала очередь больного покинуть машину. Он и покинул ее. Ватными ногами он встал на асфальт. Санитары тотчас же встали у него по бокам, взяв его в коробочку, и не давая совершать ему разные глупости.
- Вам помочь? – шофер Саша проявил инициативу.
- Справимся и без тебя, - махнул ему рукой Петя.
А чего особо волноваться, когда пациент еле двигается? Петя подхватил его под локоть с одной стороны, Веня с другой. Леночка шла впереди. Такой процессией они и прошли в вестибюль клиники. Дальше нужно было идти длинным узким коридором и подниматься по полуосвещенной лестнице на третий этаж, где собственно и находилась четвертая палата. Леночка должны была идти впереди и открывать двери огромной связкой ключей, которую она всегда хранила во внутреннем кармане своего халата. Совсем простая задача стояла перед санитарами. И от ее решения они находились всего в нескольких шагах.
Но внезапно возникло препятствие.
Пациент на площадке между этажами внезапно вытянулся в струнку. Леночка шла впереди и ничего не видела, зато хорошо услышала крик Пети.
- Черт!
Когда она повернулась, то увидела следующую картину. Петя держится одной рукой за свою ногу, а пациент молниеносным ударом отправляет Веню в глубокий нокаут. Своей спиной Веня врезался в стену, покрашенную масляной краской, и затих. Только из носа тонкой струйкой засочилась кровь. Снова по спине Леночке поползли мурашки. Что будет, если их пациент справиться и с Петей?
Сама жизнь дала ответ на этот вопрос.
Пациент подскочил к Пете  в тот момент, когда он начал распрямляться, готовясь успокоить разбушевавшегося пациента. Раз и пациент ударил  локтем Петю прямо по затылку. Еще одно непарламентское выражение сорвалось с губ Пети. Но пациент словно бы не слышал его. Он продолжил делать свою работу. Своим коленом он изо всех сил врезал Пете прямо в лицо. После чего, из носа Пети широкой струей потекла кровь. Могучее тело санитара повалилось на пол.
Прошло всего несколько секунд, и Леночка осталась один на один с  пациентом их клиники, который, шутя, уложил двух огромных санитаров. Даже испугаться она толком не сумела, как он подскочил к Леночке и схватил ее за локоть. Леночка почувствовала на себе, что у этого больного стальные  пальцы.
- Ты кто? – задал он вопрос.
- Медсестра, - ответила Леночка.
- Понятно, где я? – задал пациент новый вопрос.
- В… в больнице, - заикнулась Леночка. Из-под белой шапочки на лоб потекла струйка пота.
- В какой больнице? – продолжал допытываться пациент.
- В психиатрической больнице, - назвала Леночка профиль своей клиники.
Голубые глаза пациента сделались серыми, когда он услышал это сообщение.
- Почему я здесь оказался? – пациент схватил Леночку за локоть и сжал изо всей силы.
- Я не знаю… Что вам нужно от меня? – К страху, который испытывала Леночка, добавилась еще и боль.
- Хороший вопрос. – Пациент резко развернулся и наградил сильным пинком Петю, который попытался пошевелиться. Санитар снова оказался в глубоком бессознательном состоянии. – Мне от тебя ничего не нужно. Кроме одного. Ты должна вывести меня наружу.
- Но это невозможно, - запротестовала Леночка, вспомнив о своих служебных обязанностях.
- Правда? – стальные пальцы пациента так сжали ей локоть, что на глазах Леночке выступили слезы. – Тогда я вынужден буду тебя убить. И их, - пациент кивнул в сторону санитаров, валявшихся на полу в разнообразных позах.
- Не надо! Не надо! – запротестовала Леночка против такого решения своего пациента. В эту минуту она верила, что их пациент может легко осуществить свое намерение. Справился же он с Петей. И Веня ему не стал помехой. От попытки побега до убийства всего один шаг. И сделать его очень легко.
- Кого не надо убивать? – ухмылка искривила лицо пациента. – Тебя? Или их?
- Никого не надо убивать, - скороговоркой произнесла Леночка.
- Вот и выведи меня отсюда, что бы я никого не убил, - повторил свою просьбу пациент. – Хорошо?
Вместо ответа Леночка сделала шаг назад по направлению к выходу.
- Вот и умница! – похвалили ее пациент. Он наклонился над Петей и взял у него резиновую дубинку, висевшую у санитара на поясе.
- Это зачем? – поинтересовалась Леночка.
- Пригодится, - пациент спрятал дубинку под свою пижаму.
Обратный путь они проделали гораздо быстрее. Леночка, которую пациент продолжал держать за локоть, чуть не бежала, так быстро шагал ее новый знакомый. Лестничная клетка, коридор, вестибюль – это дорога была хорошо знакома Леночке. В этот раз она хотела, что бы, этот короткий путь не кончался. Или, что бы, на их путь появился человек, который пресек попытку побега. Но Леночка понимала, что это неосуществимые мечты.
Они вышли в вестибюль.
- Сколько народу в машине? – спросил пациент.
- Один человек, - прошептала Леночка.
- А не врешь? – пациент развернул ее к себе. Безумные голубые глаза теперь смотрели в упор на Леночку. Они пронзали ее, как рентген.
- Я правду говорю, - на этот раз Леночка просипела эту фразу. – В машине только шофер. И больше там никого нет. Мне нет никакого смысла врать.
- Верю тебе. Оружие у него имеется? – спросил пациент.
- К-какое оружие?- не поняла Леночка смысл этого вопроса.
- Самое обыкновенное… А, - махнул рукой пациент. – У тебя бесполезно спрашивать. Справимся с вашим шофером. Вместе справимся, - пояснил пациент. И дал указание своей заложнице. – Выйди на улицу и отвлеки  внимание водителя.
- Но я… - пыталась возразить Леночка.
- Иначе убью, - второй раз пригрозил пациент. – Другой альтернативы у тебя сейчас нет.
Леночка, естественно, его послушалась. Ей кричать хотелось, когда она второй раз вышла на улицу. Да только горло у нее пересохло. И ночного холода она  уже не чувствовала. Быстро подошла к машине и постучалась в стекло.
Только так она смогла привлечь внимание Саши к своей персоне. До этого он преспокойно дремал в машине. И даже громкая музыка ему не мешала. Она всегда была фоном его жизни.
- Ты? – открыл он глаза. – Зачем меня разбудила?
- Помочь нам нужно, - Леночка не смотрела на водителя, который не слишком охотно выпрыгнул из кабины. – Проблемы у нас появились.
- Давай помогу, - изъявил он желание безо всякого энтузиазма. – Куда нужно идти?
- Туда, - кивнула Леночка в сторону вестибюля.
Саша поплелся вслед за Леночкой. Но далеко он уйти не успел. За время разговора Саши с Леночкой пациент сумел обогнуть машину с другой стороны, и теперь набросился на шофера сзади. Тот не успел даже среагировать, как оказался на бетонных плитах, которыми был выложен больничный двор. На голове водителя набухала огромная шишка – резиновой дубинкой пациент ударил водителя по самой макушке. Но он был в сознании и даже не пытался сопротивляться.
А пациент, напротив, наклонился над шофером, прихватил его за шкирку и поднял его на ноги, которые не держали огромное стокилограммовое тело водителя.
- Ты мне еще понадобишься! – со всего размаха пациент швырнул водителя к машине.
- Зачем, - сумел выговорить Саша, когда его тело со всего размаха впечаталось в автомобильный  кузов.
- Исключительно в качестве водителя, - объяснил пациент.
Он подошел совсем близко к Саше, который, будучи настоящим мужиком, попытался оказать сопротивление. Правда, отчаянная попытка эта закончилась полным провалом. Огромный кулак просвистел в воздухе мимо головы пациента. Если бы, этот кулак попал ему в голову, то, безусловно, их пациент оказался бы на асфальте.
 Зато кулак пациента врезался в живот Саши. После чего внутренности водителя полезли наружу. Он наклонился, жадно глотая ртом воздух.
- Хочешь, еще тебя ударю? – спросил у водителя пациент.
- Не надо меня больше бить, - проявил благоразумие Саша. Одного удара в живот было ему достаточно.
- У нас мало времени, - заметил пациент. – Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что сопротивление бесполезно.
- Не нужно!
- Вот и хорошо! Приятно иметь дело с умным человеком.
- Кто ты? – прохрипел Саша.
- Я не помню своего настоящего имени, - ответил пациент. – Пока не помню. Поэтому для тебя, я всего на всего простой пациент.  Вопросы еще имеются?
- Я жить хочу! – выдохнул Саша.
- Это уже просьба, а не вопрос, - поправил Сашу пациент. - Насколько она осуществима, зависит от тебя.
Саша понял, что дебаты бесполезны, поэтому мигом залез в машину и завел мотор. Он несколько раз чихнул, а затем недовольно заурчал. А пациент в этот момент схватил Леночку за локоть. Он, словно бы, почувствовал, что она хотела пойти на попятную и скрыться из его поля зрения.
- Куда?
- У меня дежурство, - пролепетала Леночка. – Мне нужно дежурить до конца.
- Я тебя отпускаю с твоего дежурства. Лезть в машину! – приказал ей пациент.
Это приказание отдано было металлическим голосом. Этот голос не допускал никаких возражений.  Леночка невольно открыла дверцу кузова и залезла в машину. Внутри ничего не изменилось, но почему-то в ноздри Леночке ударил неприятный запах. Раньше она его никогда не чувствовала.
- Молодец! – их странный пациент полез вслед за ней.
Захлопнулась металлическая дверь, и Леночка осталась в кузове одна. Пациент залез в кабину.
«Рафик» резво сорвался с места, легко преодолел пространство, отделяющее выезд из больницы от входа в вестибюль, и встал перед воротами. Саша нажал на автомобильный клаксон, и Иваныч, потягиваясь, вылез из сторожки. Он окинул взглядом машину и не заметил ничего странного. Он и днем плохо видел, а уж ночью и подавно, особенно без очков.
Ворота медленно стали разъезжаться в разные стороны. Саша дождался, когда створы ворот удаляться на максимальное расстояние, кивнул сторожу и вывел машину на улицу. Иваныч зевнул и снова направился в сторожку, досматривать свои служебные сны.

                Глава вторая.

- Мы куда? – Саша ловко вел машину по трассе. Водителем он действительно был первоклассным. От психиатрической клиники они удалились на значительное расстояние.
- Пока прямо, - дал указание пациент, а сам подозрительно посмотрел в зеркало заднего вида.
Саша тоже автоматически взглянул в это зеркало только со своей стороны. Интересно, что там могло привлечь внимание этого странного человека. Вроде на бандита он не похож, а ведет себя хуже этого представителя рода человеческого. А главное, что пока действия их пациента были крайне эффективными.
Позади их «рафика» мелькнули автомобильные фары. Ничего странного в этом факте не было, на дороге много машин нынче ездит. Что днем, что ночью. Водители всегда спешат по своим делам.
 Но их пациенту факт появление постороннего автомобиля не понравился. Саша и сам присматривался к маневрам этого автомобиля, марку которого он не мог рассмотреть из-за ярких фар. Теперь до водителя стало доходить, что ему тоже не нравится эта машина. Дело в том, что она их догоняла, постоянно увеличивала скорость. Свое мнение Саша и сообщил пациенту.
- Я вижу, - кивнул он головой.
- А мне что делать? – спросил Саша. Он сейчас действительно растерялся.
- Пока ехать прямо – вот что от тебя требуется, - дал указание пациент. – Но только до первого поворота. Там будешь сворачивать.
- Понял, - кивнул головой Саша.
До первого поворота ехать было совсем недалеко. Грунтовая дорога вела к небольшому пригородному поселку. Она еще не разбухла от осенней распутицы, так что скорость на этой дороге можно было  особо не снижать.
Их преследователи на джипе (теперь можно было и рассмотреть марку машину, ехавшую за «рафиком») тоже свернули на грунтовую дорогу. Все сомнения по поводу преследования у двух людей, сидевших в кабине психиатрической «скорой помощи» развеялись. Джип ехал именно за «скорой помощью».
- Останови, - попросил неожиданно пациент.
Саша беспрекословно исполнил это указание. Машина резко затормозила, а водитель выскочил из кабины.
- И ее захвати! – последние слова относились к Леночке, которая дрожала от страха.
Шофер выполнил и это указание странного пациента: вытащил Леночку из фургона. Хотя при этом ему пришлось проявить мужскую силу – Леночка, ни в какую не хотела покидать машину, хваталась руками за все поручни. Со своей задачей Саша справился быстро: Леночка оказалась на улице буквально за пару минут.
Странный пациент уже успел пересесть на водительское кресло. И как только Леночка вместе с Сашей оказались на улице, он начал резво разворачивать машину. Саша только чудом успел отскочить, и тем самым избежать опасных травм. При этом он, разумеется, успел сказать в адрес их пациента несколько непечатных выражений.
А пациенту на это было абсолютно наплевать. За несколько секунд он сумел развернуть машину. Саша, как человек опытный понимал, такой маневр на узкой дороге по силам только опытному водителю. Затем их пациент ударил по тормозам и «рафик» сорвался с места. Он летел прямо на встречу джипу, который слегка отстал от их машины. Этот небольшой разрыв он теперь и преодолевал.
На узкой дороге столкновения было не избежать, и на что надеялся странный пациент, совершая подобный маневр, было совершенно непонятно. Но он знал, что делает. Он словно чувствовал, что водитель огромного джипа окажется слабее нервами. Внутри бывшего уже пациента психиатрической клиники засело такое чувство.
И оно не подвело пациента на этот раз.
Водитель джипа не выдержал этой лобовой атаки. Нервы его сдали, и рефлекторно он вывернул руль до упора налево. Огромный джип вылетел с дороги, едва не задев изделие советского автопрома. Но далеко джип улететь не сумел. Полет продолжался до могучей сосны, которая приняла страшный удар на себя. Она наклонилась, но устояла, когда джип врезался в нее.  До слуха Саши донесся звук мнущегося металла и битого стекла. Судя, по этим звукам, удар был страшной силы.
 Хотя, людям, находящимся в машине, повезло.
Напарник водителя, хоть и схватился за поручень, но стукнулся изо всех сил лбом о переднюю панель.
Самого водителя спасла подушка безопасности, которая сработала, и вовремя – вся передняя часть машины превратилась в груду металлолома. Подушка безопасности спасла ему жизнь. Только вот осколки стекла порезали кожу лица водителя. Да и шок от столкновения еще не прошел.
- Черт! – напарник водителя джипа, а заодно и верный его кореш разразился страшной руганью. Хотя мог бы молить бога за свое чудесное спасение – слишком он легко отделался.
Хотя и сама драма на этой дороге была еще не закончена.
А Леночка с Сашей были свидетелями ее окончания.
«Рафик» резко затормозил и из него выскочил их бывший пациент. Он поспешил к джипу.
Одним махом он открыл дверь возле водителя, которую чудом не заклинило, сорвал водителя с его места и повалил на землю. Предварительно оглушил его ребром ладони по шеи. Водитель от удара прекратил свое сопротивление. Но это было только начало всего действа.
Их пациент ловко прошелся руками по могучему телу водителя джипа. Похоже, он нашел, что искал. На свет появился ребристое тело пистолета, извлеченное из кобуры скрытого ношения. Такая кобура не могла быть случайно надета на водителя.
 Саша не мог разобрать марку пистолета в темноте, да уж и не таким знатоком он был оружия. Но даже он сумел заметить, что ствол пистолета удлинен. Даже Саша понял, что на этот ствол надет глушитель. Пистолеты с глушителями тоже не носят случайные люди.
Напарнику водителя, естественно, не понравились эти действия, проделываемые с его напарником. Он разразился снова страшной бранью и вылез из машины. Реакция у него была не та после этого столкновения.
Но даже он, огибая машину, догадался вытащить из-под куртки пистолет. Вот только воспользоваться он им не успел.
Их враг, который стоял над распростертым телом водителя, сумел опередить пассажира джипа. Два сухих щелчка разорвали воздух. Две пули, выпущенные опытной рукой из пистолета «ТТ» нашли свои цели. Из разорванной гортани вырвался фонтан крови, а некогда могучее тело повалилось на землю.
И снова их пациент проделал ту же процедуру уже с мертвым телом. На свет появилась пачка денег, паспорт, ключи, документы на машину. Саша оцепенело наблюдал за этой процедурой. Он и думать забыл о Леночке, которая отошла от оцепенения, овладевшего ею. Из ее рта вырвался крик, который огласил окрестности.
 - Помогите! – истошно кричала Леночка. – Помогите!
Пациент направил пистолет в их сторону. Саша закрыл глаза и подумал, что для них все уже кончено. Но только фонтанчики песка появились у их ног, и дорожные камешки резанули по ногам.
- Эй ты! – пациент обращался именно к Саше. – Если она не замолчит, то… - Дальнейшую часть фразы их пациент мог и не произносит, и так ясно, что он хочет сказать. Саша поднял ладонь и ударил наотмашь орущую от страха и отчаяния медсестру. Больно ударил. Ее тело в белом халатике повалилось на землю.
- Ты что? – Леночка схватилась за щеку. В глазах ее читалась обида.
- Ничего, - прикрикнул на нее Саша. – Его слушайся и замолчи.
- Вот это и правильно, - одобрил их пациент, только что с невероятной легкостью убивший человека. – Подойди сюда.
Саша сделал послушно несколько шагов по направлению к убийце, и к мертвому телу.
- Можешь меня не бояться, - успокоил его их бывший пациент. – Ты мне пока нужен. Помоги мне донести его до машины. – Убийца кивнул в сторону водителя джипа. – Поскорее! – прикрикнул он на замешкавшегося Сашу. - Времени у нас нет.
 Убийца схватил водителя за ноги, а Саша за руки. Бегом, не переводя дыхания, они быстро перенесли водителя джипа в кузов «рафика». Туда же по инерции прыгнула и Леночка, который убийца не препятствовал бежать вслед за ними. Только теперь убийца сел в кузов вместе с Леночкой и со своим трофеем. Саша же сел на свое привычное место. Изменение было только одно: убийца просунул сквозь стекло пистолет и ткнул им в затылок Саши. Никаких слов не сказал, понятно было и так, что это простое напоминание. Не надо шалить! Не надо кричать! Не надо дергаться! Следует делать только одно: выполнять приказание человека, который за короткое время совершил побег из психиатрической клиники и справился с двумя пассажирами джипа. Саша же, как и большинство граждан нашей страны, живущих от зарплаты до зарплаты, был уверен, что в джипах ездят разные криминальные элементы. Соответственно, и этот человек, что находится в кузове его «рафика», не лучше. Даже хуже, если учитывать тот факт, что у него не все в порядке с головой. Правда, пока все его указания было более, чем трезвые.
- Трогай, - сказал их пассажир. – И постарайся не превышать скорость, - добавил он, когда они выбрались с грунтовой дороги на трассы. – Нам сейчас вовсе не к чему, что бы нас тормознуло ГАИ.
Саша промычал что-то невнятное в ответ. Пассажир «рафика», мчащегося в неизвестном направлении принял эти слова за знак согласия.

                Глава третья.

Их пленник, которого пассажир быстренько пристегнул к носилкам ремнями, тем временем быстро приходил в себя. Он пошевелил головой, затем попытался пошевелить руками и ногами. Это у него очень хорошо получалось. А вот попытка встать с носилок у их пленника провалилась. Как только до водителя джипа дошло, что он находиться в узком и тесном фургончике на правах пленника, так тот разразился страшной бранью. Впрочем, его ругань не смутила пассажира. Да и Леночку, которая приютилась в углу, словно воробушек, эта площадная брань тоже не смутила. Она привыкла на своей работе и не к таким выражениям.
Только после того, как пленник выразил свое эмоциональное состояние, он догадался задать вопрос по существу:
- Где я?
- А ты чего, совсем слепой. Ты находишься в «скорой помощи». И вообще, вопросы здесь задаю я, - спокойно произнес главный пассажир этой машины.
- Да ты кто такой! – возмутился пленник. – Да я тебя! – задохнулся он от гнева.
Пассажир быстро привел его в порядок. Еще точнее выразиться, он очень эффективно прервал этот поток ругани и угроз. Поднял пистолет, который лежал на металлическом полу и спокойно сделал выстрел. Не жалко ему было пуль, на то, что бы заставить своего пленника говорить.
Пленник снова задохнулся. На этот раз от нестерпимой боли. Пассажир прострелил ему колено. Человеческий голос, который взвыл о пощаде, наполнил маленькое пространство «рафика». Пассажира этот голос нисколько не взволновал, только Леночка еще больше испугалась, и совсем уж сжалась в комок. Пассажир же заткнул рот своего пленника простыней.
- Я надеюсь, ты понял, мне твои крики не нужны, - улыбнулся пассажир. – Время у меня есть. А ты подумай пока над своим непростым положением. И помни мое милосердие: я даю тебе шанс.
- Впереди пост ГИБДД, - крикнул Саша.
- Вот и молодец, что предупредил меня, - похвалил его пассажир. – Если будут просить остановиться, остановись. И помни: у меня есть два ствола. Я мигом загашу тебя и этих работников милиции.
- Я понял, понял, - закивал головой Саша, а сам сбавил скорость.
Раньше он так не радовался милицейскому жезлу, как теперь. Раньше только работники ГИБДД раздражение вызывали у Саши, зато теперь они ассоциировались с ангелами-хранителями. Лучик надежды увеличился в своем размере на глазах.
- Они просят остановиться, - предупредил Саша.
- Ну и остановись, - сказал пассажир. А сам обратился к Леночке. – Есть здесь халаты?
- Есть, - она кивнула в сторону небольшого шкафчика. И не ошиблась. Там действительно хранились халаты – не слишком чистые и свежие, но медицинские.
- Годится, - пассажир едва сумел натянуть на себя халат и шапочку. Теперь он ничем не отличался от обычного санитара, а их пленный напоминал больного, особенно, если его рот заткнуть простыней. Казалось, волноваться не имеет никакого смысла, но пассажир почувствовал внутри себя волнение. И действительно, «скорая помощь» - не та машина, которую любят останавливать работники ГИБДД.
Скрипнули тормоза. Пассажир услышал скрипучий голос:
- Сержант Веденеев, предъявите права!
- Пожалуйста, - Саша достал свои права.
- Куда едем, - сержант Веденеев внимательно изучил  его водительские права. Все вроде бы было в порядке. Но он был опытным работником, и видел, что водитель по какой-то причине волнуется.
- Куда едем? – поинтересовался опять сержант, когда заметил, что водитель не спешит отвечать на его вопрос.
- Больного отвозим, - сержанту показалось, что водитель подмигнул ему глазом. – В клинику.
- Почему так поздно отвозите? – решил придраться сержант.
- Это уже не наша проблема, - пожал плечами Саша. – Он заболел – мы его и отвозим. Человек ведь в любой момент может заболеть.
- Покажите больного! – потребовал сержант. Он хотел удостовериться, что слова водителя являются правдой.
- Пожалуйста, - из небольшого окошечка высунулась голова в белой медицинской шапочке. Это пассажир вступил в разговор. – Пройдите сюда, и смотрите сами. Нам скрывать нечего. У нас больные не те, что нуждаются в срочной операции.
- Какие такие больные? – не понял сержант.
- Те самые, что нуждаются в изоляции от общества. Психические больные, - пояснил пассажир. – Правда, они не самые благодарные больные. Не понимают они, что мы их лечим.
- Ладно, - махнул рукой сержант. – Езжайте! – Теперь смешными казались его собственные подозрения. Он видел, что это обычная «скорая помощь», с которой никакой прибыли иметь не будешь. Только время зря потеряешь.
- Спасибо, сержант, - голова в белой шапочке снова исчезла, а «скорая помощь» медленно тронулась с места. Сержанту показалось, что водитель огорчен таким поворотом дела. Но тотчас же все смутные подозрения ушли в прошлое – радар показал, что на дороге едет лихач, да еще и не на самой дешевой «субару – импреза». И скорость водитель «субару» здорово нарушает. Вот с ним и стоило поговорить более обстоятельно.
«Скорая же помощь» продолжила свой путь дальше по ночной дороге.
- Мы въезжаем в город, - предупредил Саша. – Куда ехать дальше?
- Езжай, как можно более глухими улицами, - дал рекомендацию пассажир. – И не превышай скорость.
Он и сам не знал, куда ему ехать дальше. Он знал только одно – подобное решение следует принять после разговора с пленным.
Как раз тот к этому моменту был готов к этому разговору. Как только пассажир «скорой помощи» вырвал из его рта импровизированный кляп, пленник начал жадно глотать воздух, а потом уж произнес:
- Знахарь тебя достанет! И мало тебе тогда не покажется!
Это угроза, которая не вызвала особого страха у человека, которому и был а обращена эта угроза.
- Вот это уже лучше, - улыбнулся пассажир. –  Оказывается, ты умеешь говорить. А теперь скажи мне более подробней и обстоятельней. Кто такой  этот страшный Знахарь?
- Первый человек в голове, - обозначил статус Знахаря пленный.
- А ты, Радов Олег Николаевич, ему, значит, служишь? – к тому времени пассажир ознакомился с документами своего пленного.
- Я у него работаю, - улыбнулся Радов. Видимо, его привлекала перспектива такой работы. – И Кот у него работал.
- Кот это тот странный человек, который не может быстро выхватывать пистолет? – догадался пассажир.
- Кот – это мой кореш, и за его смерть ты ответишь! –  с пафосом ответил Радов.
- Хорошо, - не стал спорить пассажир с Радовым. – Что вы делали на той дороге?
- Ничего, - рявкнул изо всех сил Радов. – К девкам ездили.
- Вполне понятное мужское намерение. А за нами, зачем увязались?
- Это у нас случайно вышло. Случайно, понимаешь?
- Не желаешь, значит, правду, говорить. – Пассажир схватил Радова за палец руки и одним ловким движением сломал кость. Радов захлебнулся от боли. Его тело выгнулось дугой. Он и заорал бы, если бы пассажир не прикрыл ему рот ладонью. – Это еще ничего, - успокоил его пассажир. – Это еще только начало. Будет еще хуже. – Затем пассажир повторил свой вопрос. – Что вы делали на дороге?
Теперь пленник был готов к тому, что бы ответить на этот вопрос правдиво. Он верил, что он может сейчас лишится не одного только пальца.
- Следили за этой машиной, - Радов набрал в рот больше воздуха и выкрикнул свой ответ. – Нам было приказано проводить ее до психиатрической клиники и ждать. Затем проводить этот «рафик» до стационара.
- Это все? – спросил пассажир.
- Все. Мы и удивились, когда машина поехала в другом направлении. Кот подумал, что нужно продолжить слежку. Ну, мы и продолжили, - Радов явно сожалел о том, что они продолжили свою работу.
- Понятно. Зачем вам нужно было следить за этой машиной? – уточнил пассажир.
- Я не знаю, - из глаз пленника покатились крупные слезы. – Мне сказали: следи. Я и следил. И вообще, главным был Кот, а ты его убил.
- Вот гадость, какая! – усмехнулся пассажир. – Ошибся я!
Пленный понял, какой промах он сейчас совершил.
- Но ты, ведь не будешь меня убивать? – посмотрел он глазами, в которых отражались боль и страх, на своего импровизированного тюремщика. – Не будешь?
- Не буду, - пообещал пассажир. – Но только при одном условии.
- Каком условии? – поторопился спросить Радов.
- Ты мне расскажешь все, что знаешь про Знахаря, - назвал это условие пассажир.
Радов поспешил согласиться с этим условием. Для него сейчас самым главным было сохранить свою жизнь. У пассажира появилось смутное подозрение, что он имел уже дело с такими людьми. И неоднократно. Именно поэтому, у него и получается, говорить с гражданином Радовым.
Такие люди, как он, любили говорить про дружбу, любовь, братство, другие ценности, которые так ценимы в  любом обществе. Но, оказавшись в экстремальной ситуации, они делали все возможное, что бы сохранить свою жизнь, которую они ценили превыше всего. Хоть на денек, хоть на часок, даже на минуту. И ради этой минуты, которая пролетит незаметно, эти люди бросали к ногам пассажира (впрочем, тогда у него было совсем другое имя) всю информацию, которую они знали. Он же в свою очередь всегда нарушал свое обещание, данное таким людям. И они застывали навечно с надеждой в глазах.
Теперь слушая рассказ своего пленника, пассажир вспоминал почему-то о них…
 Судя, по сбивчивому рассказу Радова этот Знахарь – большая шишка даже на местном уровне. Раньше он занимался элементарным рэкетом, но ему подфартило: ни пуля не задела его, ни нож, ни осколок гранаты. Десять лет бандитской деятельности, а шкура этого Знахаря осталась цела и невредима.
Зато власть и авторитет его росли как на дрожжах. Причем, не только у специфической публики, которая мечтала стать под знамена Знахаря, но и у простых граждан. Дело в том, что Знахарь откровенно недолюбливал колобков, скатившихся с высоких кавказских гор. Называл их не иначе, как «чингачкуками». Это было самое пристойное выражение Знахаря в их адрес. В приватных разговорах любил рассказывать историю, как встретил выходца с Кавказа. В руках тот держал мобильный телефон. По тем временам, очень редкая вещь. Ее ассоциировали только с очень богатыми людьми и представителями криминала. Впрочем, между ними в те годы не было большой разницы. Этот горец внимательно изучал клавиши своего телефона.
- Смотри, - сказал Знахарь своему  ближайшему помощнику, которого все знали под погонялом Тунгус. – И запомни. Никогда нельзя давать чингачкукам блестящие вещи. Они их будут долго рассматривать, но все равно не смогут ими воспользоваться. Они, как дети, честное слово. Только эти дети очень опасны.
- Я запомню твои слова, - кивнул головой Тунгус.
И он действительно исполнил свое обещание. Именно с его легкой руки эта история и пошла в народ. И простому народу эта история очень понравилась.
Шутки шутками, но Знахарь со своими людьми серьезно занялся чингачкугами. Во-первых, он поставил под контроль все мелкие торговые точки, которые были подконтрольны выходцам с Кавказа. Затем занялся Центральным рынком, доход от которого превышал несколько десятков миллионов рублей в не самый лучший месяц для торговли. Это в свою очередь означало войну на выбывание, и Знахарь выиграл эту войну. А уж только затем он занялся наиболее прибыльным делом. Наркотиками.
К тому времени, когда Радов ходил у него в шестерках весь этот прибыльный криминальный сектор был уже под Знахарем. Да сам Знахарь был не обыкновенным массажистом, а депутатом  Законодательного собрания, фигурой, на которую обращали внимание даже в первопристольной. Намечались перевыборы в законодательно собрании, и Знахарь легко мог стать его председателем.
- Ты с кем непосредственно общаешься? – спросил пассажир, когда Радов закончил свой рассказ. Он уже понял, что Знахарь – фигура весьма далекая от их пленника. Он всего лишь небольшая шестеренка в налаженном механизме. А самого Знахаря он мог и в глаза не видеть. И уж точно, Радов не знает, с кем он живет, и с кем он общается.
- С Толей Середским, - назвал своего непосредственного начальника.
- Кто такой Толя Середской? – задал новый вопрос пассажир.
Толя оказался главой охранного агентства. Это если верить документам. А на самом деле он возглавлял самую мощную бригаду в хозяйстве Знахаря. Радов очень гордился своим бригадиром. И в самом деле, тот был фигурой очень замечательной. Все лицо его исчерчено было шрамами. Следы афганской войны и многих других горячих точек, куда забрасывала нелегкая судьба Толю. Да и на гражданке жизнь Толи была похожа на сводку боевых действий. Именно его бригада приняла на себя основной удар кавказцев. И устояла.
- Толя никогда чингачкукам воли не дает, - похвастался Радов. – Он живет по законам кровной мести. Еще с Афгана.
- Где его можно было найти? – задал новый вопрос пассажир «скорой помощи».
Оказывается, найти Толю можно было где угодно. Но больше всего он любил проводить свое свободное время в баре «Незнакомка».
- Это необычный бар, - уточнил Радов. – Там лучший стриптиз в городе.
- Очень хорошо, - кивнул головой пассажир. – А сам ты, где живешь?
- В самом центре, - охотно поведал Радов. И похвастался. – У меня очень хорошая квартира. 
- Один живешь? – уточнил пассажир.
- Мне еще не столько лет, что бы мне требовалась сиделка, - ухмыльнулся Радов. – Девок я вожу, а постоянная баба мне пока не нужна.
- И не понадобиться, - уточнил пассажир «скорой помощи». – Ни баба тебе не понадобиться, ни сиделка.
В глазах Радова даже не успел появиться страх, насколько пассажир действовал быстро. Еще один хлопок раздался в машине. Еще один раз Леночка успела взвизгнуть. И тут же замолчать. Потому что пассажир посмотрел на нее в упор, и глаза его походили на два дула. Леночка сжалась и задала вопрос. Он первым пришел ей в голову:
- Вы меня не будете убивать?
Очень странно прозвучал этот вопрос в машине «скорой помощи», где на носилках лежал мертвец, из головы которого широкой струей вытекала кровь.
- Жить хочется? – улыбнулся пассажир.
- Хочется, - согласилась Леночка.
- Не буду я тебя убивать, - почему-то пообещал пассажир.
- И не надо, - неожиданно заявила Леночка. – Я знаю его.
- Кого ты знаешь? – не понял пассажир.
- Его! – многозначительно произнесла Леночка. И уж совсем удивила пассажира своим следующим сообщением: - Человека, про которого говорил этот, - она кивнула на носилки, где лежал покойный Радов. - Знахаря.
- Его все знают, - не поверил ей пассажир «скорой помощи». Чего не сделаешь ради спасения собственной жизни? – Я так понял, он очень известный человек.
- Все, - согласилась Леночка. – Но я знаю его лучше всех. Он мой брат.
- Брат, - совсем не удивился пассажир этому сообщение своей заложницы. – А чем ты это докажешь?
- Докажу, - кивнула головой Леночка и достала из-под полы халата сотовый телефон. В памяти его был зафиксирован номер Знахаря. Такому доказательству пассажир «скорой помощи» просто не мог не поверить.

                Глава четвертая.

Первым из санитаров пришел в сознание Петя. Ему меньше досталось от беглеца, да и организм у него был покрепче. Голова  санитара ужасно раскалывалась, боль, казалось ему, заполнила все тело, но он сумел встать и пойти. По дороге ощупал голову. Она, кажется, цела. Вот только огромная шишка набухла на затылке.
Веня тоже потихоньку приходил в себя. Петя помог ему подняться и толкнул по направлению к туалетам.
- Подставь голову под холодную воду, - подсказал Петя. – Полегчает.
А сам принялся спускаться на первый этаж. Голова его еще плохо соображала, однако, было ясно одно – этот больной, которого ему велели охранять пуще зеницы ока, сбежал. Петр не понимал, как это произошло. Все вроде бы было нормально. Они сумели довести больного почти, что до палаты, когда он выскользнул как змея. Петр хотел захватить его опять в свои железные объятия, но почувствовал только боль в ноге – это больной ударил его ступней, одетой в тяжелый ботинок, по колену. Инстинктивно Петр нагнулся и потерял сознание. Ясно, что этот больной, сумел вырубить и Веню.
На первом этаже больного не оказалось. Как и Леночки. Как и машины «скорой помощи» у входа.
- Что случилось? – спросил Веня, когда вернулся из туалета. Полотенце, намоченное в холодной воде, он обмотал вокруг головы.
- Ты что не видишь, - спокойно ответил ему Петя. – У нас ЧП.
И то еще ЧП добавил он про себя! Если сам заведующий их клиники попросил перевести этого больного на особый режим. Причем, именно ночью. Петя не стал интересоваться у него насчет разных формальных тонкостей, вроде оформления документов. Санитар был человек опытный, в системе психиатрических клиник варился целых пятнадцать лет и понимал, что документы на этого больного оформят задним числом. Почему к этому больному такое внимание Петр не знал, да честно признаться и знать не хотел. Не до этого сейчас было. Одна стояла проблема – как выкрутиться из этой ситуации с наименьшими для себя потерями. А то, что потери будут, Петя не сомневался.
Рука Вени потянулся к кнопке экстренной связи с милицией. Дурак! Хорошо хоть сумел перехватить его руку Петя.
- Не нужно этого делать! – предостерег он своего напарника по несчастью.
- Почему? – недоумевал Веня.
- Не нужно, пока и все, - не стал вдаваться в тонкости Петя.
- Но…- попытался возразить Веня.
- Я знаю, как нужно действовать в экстренных случаях, - сказал Петя. – Вот поэтому я и позвоню Вениамину Яковлевичу.
Вениамин Яковлевич и был заведующим их отделения. Именно он и отдал приказ о переводе больного. И он сейчас не спал, ожидал сообщения Петра. Вот и порадует он его сообщением!
Даже пальцы у Пети стряслись, когда он набирал номер заведующего.
- Это я, - голос Пети тоже дрожал, когда он произносил эту нехитрую фразу.
- Как все прошло? – быстро спросил Вениамин Яковлевич. Он ожидал от своего верного работника положительного ответа.
- Плохо, - заикнулся Петя. Не слишком то ему приятно было сообщать это известие своему начальнику.  – Наш пациент сбежал.
На другом конце провода наступила пауза. Вениамин Яковлевич догонял смысл последний фразы своего подчиненного. И только затем он посмел перейти на фальцет, которым он всегда говорил, когда возникала нужда отчитать своих подчиненных:
- Как сбежал? – не понял Вениамин Яковлевич. Была у него еще маленькая надежда, что слух подвел его.
- Он нас всех тут положил, - объяснил Петя. – А потом бежал из клиники.
- Я же говорил тебе – будь осторожен! Говорил? – со зловещими интонациями в голосе спросил Вениамин Яковлевич.
- Говорил, - подтвердил Петя.
- А ты выполнил мое указание? – прошипел Вениамин Яковлевич.
- Выполнил, - словно попугай повторил за ним Петя.
- Если бы выполнил, ты бы мне сейчас о другом результате докладывал. Как он покинул территорию больницы? – Вениамин Яковлевич задал первый конкретный вопрос. К нему сейчас возвратилось умение логически мыслить, которым он славился среди своих коллег.
- На нашей машине, - ответил Петя. – Он и Сашу с собой захватил. И местную медсестру.
- Как он вырвался от вас? – в голосе Вениамина Яковлевичу Пете слышались только угрозы и немедленное увольнение.
- Я и сам удивляюсь. Этот пациент положил нас, как слепых котят, - Петя сейчас докладывал своему руководителю чистую правду.
- Жди моих дальнейших приказаний, - сказал Вениамин Яковлевич.
- А милиция?.. – напомнил ему Петя о действующей инструкции по чрезвычайным ситуациям.
- Ты что, дурак?! Никакой милиции! – повторил Вениамин Яковлевич. – Я же тебе уже сказал. Жди моих  дальнейших указаний!
В трубке раздались короткие гудки. Вениамин Яковлевич не хотел больше говорить с  проштрафившимся подчиненным. Его сейчас волновали больше другие проблемы.
- Вот так вот! – бросил трубку Петя. – Плохи наши с тобой дела, брат! – Ничем не мог утешить он Веню.
- Это еще почему? – не понял Веня. Он еще не совсем осознал серьезность произошедших с ними событий.
- Скоро узнаешь, - не стал объяснять ему Петя. – Будет тебе и инструкция, и гроб с музыкой!
Почему - то сам Петя подумал, что гроб с музыкой в их ситуации становиться более реальной перспективой.

                Глава пятая.

Вениамин Яковлевич, носивший труднопроизносимую фамилию, которую не рисковали правильно выговорить его подчиненные, испытал панику и жуткий страх после сообщения Пети. И у этой паники были серьезные причины.
Сам Вениамин Яковлевич жил, не зная страху до вчерашнего вечера. Он и весь вчерашний вечер прожил без страха. Почти.
Страх пришел, когда до конца интересного футбольного матча осталось меньше пяти минут. Судья не засчитал любимой команде Вениамина Яковлевича заслуженного гола, и Вениамин Яковлевич подпрыгнул на диване. Ничья никак не устраивала его команду. А забить гол никак не получалось. Шел сильный дождь, и мяч постоянно выскальзывал у игроков из-под ног. Они не были в этом виноваты. Виноват был судья, из которого Вениамину Яковлевичу хотелось сделать коврик для вытирания грязной обуви.
Некстати раздался телефонный звонок. Почему-то телефон всегда звонит не вовремя.
Телефон, разумеется, взяла Наталья Дмитриевна – супруга почтенного доктора.
- Это тебя, Вениамин! – крикнула она из коридора.
- Скажи, что я занят, - бросил ей фразу Вениамин Яковлевич.
- Они сказали, что ты им очень нужен, - сказала жена, после того, как передала сообщение супруга неведомым абонентам.
- Нужен я! Нужен я! – разволновался Вениамин Яковлевич. – Скажи, что бы они перезвонили через пять минут.
Судья на телеэкране в это мгновение назначил очень опасный штрафной удар в пользу его команды. И футболист очень удачно реализовал его. Новые цифры появились на табло. Петарда зажглись на тех трибунах, где сидели болельщики этой футбольной команды. Теперь любимая команда Вениамина Яковлевича точно набирала заслуженные три очка.
- Вот так, Наташа! – издал победный клич почтенный и уважаемый доктор психиатрии. – Можем же, когда хотим!
- Можем, можем! – поддержала жена мужа.
- Теперь и за чемпионство можем побороться! – размечтался Вениамин Яковлевич, и замахнулся, было в своих мечтах на Лигу чемпионов. Но не успел.
Снова раздался телефонный звонок. Вениамин Яковлевич сам подошел к телефону на этот раз. Он и не думал, что  звонок неведомых абонентов носит серьезный характер. Скорее всего, какие-нибудь технические проблемы, которые заведующему психиатрическим отделением приходилось решать постоянно.
Голос на другом конце телефонного провода был незнакомым и приторно-вежливым.
- Вам доставили сегодня больного, Вениамин Яковлевич, - начал  незнакомый голос телефонное общение. 
- Нам доставляют каждый день очень много больных людей, - ответил уважаемый доктор. – В городе эпидемия сумасшествия.
- И это очень прискорбно, не правда ли? – заметил неведомый абонент. – Меня же интересует тот больной, которого вам доставили из милиции с целью проведения психиатрической экспертизы. Вы еще удивились, почему его так быстро доставили в ваше уважаемое заведение, не так ли?
- Действительно, - сообщил Вениамин Яковлевич, - меня удивило, что этого больного доставили именно к нам. Его ведь только сегодня задержали.
- Это моя работа, - абонент на другом конце провода ухмыльнулся. По крайней мере, так показалось Вениамину Яковлевичу. – И вы должны ее продолжить.
- Каким образом? – не понял уважаемый доктор.
- Вы должны передать вашего больного в другую психиатрическую клинику, которой руководить ваш знакомый доктор Пеньков, - вкрадчиво объяснил абонент Вениамину Яковлевичу, что он, собственно, должен делать. – Причем сделать это нужно немедленно, то есть сегодня!
- Но я не обязан вам подчиняться! – запротестовал Вениамин Яковлевич.
- Не обязаны подчинятся – это совершенно справедливое суждение, - согласился абонент. – Но у меня есть кое-какие материалы на вас и вашего друга. Можете их посмотреть прямо сейчас. Думаю, они заинтересуют не только вас, но и сотрудников по борьбе с незаконным оборотом наркотических веществ. У них давно не было громкого дела, а жаль…
- Вы меня шантажируете? – голос Вениамина Яковлевича дрогнул. Чего греха таить? У него действительно были темные делишки с наркотическими препаратами.
- Боже меня, упаси! Я просто излагаю вам факты… Кстати, все материалы в машине, что находиться под вашим окном. Жду вас!
Абонент не счел больше нужным общаться с Вениамином Яковлевичем, и в трубке зазвучали короткие гудки. Вениамин Яковлевич бросился к окну. Машина – огромный джип – действительно стояла под его окнами.
- Что,  стряслось Веня? – поинтересовалась верная супруга.
- Ничего, - Вениамин Яковлевич набросил куртку прямо на рубашку, и в домашних тапках выскочил в подъезд.
В машине его уже ждал человек с лицом, на котором было слишком много шрамов. Они делали лицо этого человека слишком приметным и не очень приятным. Хотя на эти мелочи Вениамину Яковлевичу сейчас было наплевать.
- Анатолий, - вместо руки для приветствия собеседник протянул папку, сделанную из настоящей кожи. Такая папка не может стоить дешево. А информация, содержащаяся в папке, стоила еще дороже. Она равна была стоимости жизни самого Вениамина Яковлевича, да и его верного приятеля и подельника по темным делам доктора Пенькова.
Вениамин Яковлевич судорожно принялся листать эти документы. В них была отражена вся его деятельность по сбыту наркосодержащих средств, которые находились на балансе его заведения. По документам, эти средства использовались для исцеления больных, а на самом деле, сбывались местным наркоторговцам, улучшая благосостояние двух докторов.
- Есть вопросы, - Анатолий терпеливо ждал, когда Вениамин Яковлевич внимательно посмотрит эти документы.
- Есть, - кивнул головой почтенный доктор, который в эти минуты чувствовал на своей шкуре перспективы превратиться в обыкновенную лагерную пыль. – Откуда все это? – Вениамин Яковлевич подбросил эту папочку вверх.
- Вопрос риторический, - усмехнулся Анатолий. – Вы ведь и не ожидали, что бы я дал ответ на ваш вопрос. Вы ведь слишком умны для этого, Вениамин Яковлевич?
- Не ожидал, - согласился почтенный доктор. – Что мне делать?
- Выполнять мои указания, - ответил Анатолий. – Вы готовы к этому? – Собеседник мягко, но решительно, забрал паку из рук Вениамина Яковлевича.
- Готов, - выдохнул Вениамин Яковлевич. И повторил уже более твердым голосом: - Готов.
Анатолий, нельзя сказать, что слишком обрадовался этому решению, он его ждал. И полностью был уверен, что он достигнет своей цели, и услышит именно такой ответ доктора.
Он подбросил доктора до его клиники, что бы он оформил нужные сопроводительные документы. Напутствовал на прощание:
- Позвоню к вам через шесть часа. Надеюсь, все будет уже готово.
- Все будет готово, - пообещал Вениамин Яковлевич.
И свое обещание выполнил. Почти. Больного действительно в течении часа перевезли в соседнюю клинику, причем, с хорошо оформленными документами. Оставалось только ждать сообщение санитаров, что больной доставлен в палату. Оттуда он уже никуда не убежит.    
И это сообщение поступило. Только санитары докладывали нечто обратное. И от их сообщения волосы, и так не слишком густые, вставали дыбом на голове Вениамина Яковлевича.
Часовая стрелка преодолела рубеж, который отвел для него Анатолий, и теперь Вениамину Яковлевичу оставалось ждать звонок, надеясь, что он принесет для него не самые приятные последствия.

                Глава шестая.

Каково было бы удивление почтенного доктора, если бы он узнал, что его недавний собеседник, известный всему криминальному миру их города под погонялом Толя Середской, тоже испытывал в данную минуту ужас. Сообщения от его людей, которых он отправил следить за тем, как выполняет его наказ докторишка, не поступило. Толя сидел в своем офисе, низко наклонил свою голову, и понимал, что произошло нечто чрезвычайное. Его люди были очень дисциплинированными, да и задание их было не самым трудным. Отсутствие звонка – это сигнал о том, что произошло нечто чрезвычайное.
А вот, что именно произошло, Толя и хотел сейчас знать. О самом худшем варианте ему не хотелось даже и думать.
Толя схватил трубку сотового телефона, словно гранату, и начал набирать номер докторишки. Вениамин Яковлевич схватился за сердце, когда в его кабинете раздался звонок телефона.
- Как дела? – вкрадчиво спросил Толя Середской, уже ожидая услышать в ответ, что ничего хорошего не происходит.
- Он сбежал, - проблеял докторишка. – Он сбежал.
- И как же это важное событие произошло? – поинтересовался Толя Середской. К его чести, он быстро сумел справиться со своим волнением.
- Он избил моих санитаров и сбежал, - ответил Вениамин Яковлевич. – Что мне делать?
- Ничего, - хмыкнул Толя Середской. – Ты все уже сделал. Каким образом покинул клинику больной?
- На машине «скорой помощи», - проинформировал его Вениамин Яковлевич.
- Можешь, объявлять ее в розыск, - дал указания Толя Середской. – Все.
С размаху он повесил трубку. Не было у него желания общаться с этим докторишкой, который вместе со своими санитарами испортил все дело. Как там, в поговорке говориться. На колу висит мочало, начинаем все сначала…  Вот именно, все сначала. Оперативная комбинация, которую задумал Толя Середской, рассыпалась на глазах из-за халатности доктора и его подчиненных. Нужно было срочно принимать необходимые меры, а именно, найти этого больного, который еще вчера не был больным, а был…
Толя Середской вспомнил, как все начиналось. Банально начиналось, с обыкновенного звонка на его мобильный телефон. Это обстоятельство сильно удивило Толю. Номер его мобильного телефона знал не каждый человек в этом городе. Точнее выразиться, знали этот номер несколько близких к Толе людей. Второе обстоятельство уже не сильно удивило Толю. Номер его абонента был не определен.
- Ты Толя Середской? – спросил механически ровный голос.
- Ну, я, - ответил Толя. Никаких лишних вопросов он не стал задавать, понимая, что его собеседник сам сейчас изложит суть своего дела. И Толя не ошибся…
- Ты отвечаешь за безопасность Знахаря? – поинтересовался собеседник.
- Ну, я, - во второй раз буркнул Толя.
- У тебя намечаются проблемы: человечек едет в твое хозяйство, - проинформировал собеседник. – И очень не простой человечек. С очень определенным заказом. Твоего хозяина ему заказали.
- Очень складно ты говоришь, - заметил Толя. – Но можно ли тебе верить?
- Я так и знал, что ты задашь мне именно этот вопрос, - ухмыльнулся невидимый собеседник, изменив своим механическим интонациям. – Если я нашел твой номер телефона, значит, я разбираюсь в ситуации. А за то, что я нашел в себе силы набрать твой номер телефона, ты мне должен еще спасибо сказать. Короче так. Человечка зовут Иван Тимофеевич Черкасов. В ваш город он прибудет завтра, и твоя воля, как с ним поступить.
В трубке раздались короткие гудки. Такое начало было у всего этого дела. И вот такое неудачное продолжение.  Толя и не заметил, что он продолжает держать телефонную трубку в руках – так он крепко задумался. Что ж, решил он, надо звонить Знахарю и докладывать о ситуации. Заодно нужно решать с докторишкой, он, конечно, ничего не знает, но лишние свидетели ни к чему.
- Это я, - набрал Толя номер телефона своего непосредственного начальника и руководителя. Знал Толя, что разбудит его, но все равно сделал этот звонок, поскольку ситуация требовала принятия срочных решений.
- Что у тебя стряслась, - полусонным голосом спросил Знахарь, который знал, что Толя не будет просто так беспокоить. Не такой он человек, что бы будить своего хозяина по пустякам.
- Киллер сбежал, - огорошил своего руководителя Толя.

                Глава седьмая.

«Скорая помощь» продолжала колесить по городу. Ее пассажир еще не принял решения, но это решение нужно было принимать как можно скорее – первые всполохи появились на горизонте, как предвестники наступающего утра. Да машину пассажир угнал, так что есть очень большая вероятность, что ее уже ищут.
В голове постепенно складывалась мозаика предыдущих событий.
Он приехал в этот город, а зачем… Дальше в памяти возникал провал. И кем он является пассажир «скорой помощи» не мог вспомнить.
Он помнил хорошо вчерашнее утро, когда он прибыл в этот город и успел забронировать номер в гостинице. Она была не плохой, по крайней мере, тараканы по полу не бегали, но и не слишком хорошей – белье выдали не слишком свежее и глаженное, бармен считал мух на потолке, а официантки не слишком торопились выполнять заказ. Пассажир «скорой помощи» вспомнил, что его устраивала эта гостиница именно по этим причинам. В таких гостиницах никто и никогда не интересуется личностью своих постояльцев. Лишь бы они деньги платили, а там, хоть трава не расти.
Пассажир спустился вниз, где располагался бар, полный бутылок с яркими наклейками. Пассажир почему-то понимал, что напитки, разлитые в эти бутылки, скорее всего, не имеют никакого отношения к  разноцветным этикеткам на бутылках. Скорее всего, львиная доля этих бутылок была заполнена спиртосодержащимися жидкостями в обыкновенных подвалах, или, на худой конец, в арендованных цехах пустующих заводов. День стоял жаркий, горло будущего пассажира «скорой помощи» пересохло, и его требовалось чем-нибудь смочить.
Пассажир не стал вдаваться сейчас в подробности, почему он не стал просить водку, или коньяк, или слабоалкогольный коктейль. Он потребовал минеральную воду, которую  в этом баре по какой-то причине не оказалось.
- А что у вас есть? – спросил он у бармена, который улыбался первому за этот день клиенту, словно тот был его любимый дядюшка, оставивший племяннику миллион долларов.
- У нас есть кола, - улыбнулся бармен.
- И все? – уточнил клиент бара.
- И все, - подвел итог своему ассортименту бармен. – Зато кола у нас ледяная.
За отсутствием выбора пришлось пассажиру брать ледяную колу. Ее бармен налили в высокий стакан с фирменной надписью. Кола была действительно ледяной, тут бармен не обманул его, но имела какой-то специфический вкус. Он был почти неуловим, но пассажира учили дегустировать разные напитки, поэтому этот специфический вкус не остался без его внимания.
Вот тут то пассажир и напряг свою память. Откуда бармен наливал ему этот напиток. Он был не очень газированным, на поверхности всплывали слабые пузырьки газа. Вывод можно было сделать один – бармен налили колы из открытой бутылки. А с какой целью он ее открыл? И откуда возник этот специфический вкус?
После того, как пассажир выпил целый стакан колы, в мозгу возник взрыв. И с каждой секундой, он становился все больше и больше. Его ощутимо зашатало, хотя до этого он твердо стоял на ногах.
- Вам плохо? – участливо поинтересовался бармен.
- Мне? – удивился пассажир. – Мне очень хорошо.
- Ну, смотрите сами, - бармен в упор смотрел на своего посетителя. Только сейчас пассажир вспомнил, что взгляд его был насмешливым, словно бы, он знал причину состояние своего посетителя.
А тогда пассажир просто отвалили от барной стойки. Сделал несколько шагов к выходу. И почувствовал слабость в ногах. Он присел на стул за ближайший столик. Достал платок из кармана спортивной куртки и вытер пот, который выступил на лбу.
Мозг совсем перестал работать. В этот момент будущий пассажир и понял, что он забыл, зачем он прибыл в этот город. Да и имя свое он забыл.
И все попытки вспомнить хоть что-то оказались бессильными. Только голова еще сильнее заболела, да в висках запульсировала кровь.
- Как вы себя чувствуете? – сквозь туман донесся до будущего пассажира этот вопрос.
- Неважно, - признался он, и посмотрел на сочувствующего ему человека. Слишком много появилось сочувствовавших ему людей.
Глаза застилала туман, но даже сквозь этот туман, пассажир умудрился усмотреть козырь форменной кепки. Перед ним стоял страж порядка, который, похоже, усмотрел в ослабленном человек легкую добычу.
- Совсем мужик напился, - услышал пассажир совсем другой голос. Понятно, страж порядка был со своим напарником. – Крути ему руки! – сказал страж порядка своему напарнику. – Это наш клиент.
- Дурак ты, Николай, -  ответил ему напарник. – Это же наш объект. А вот руки ему действительно нужно крутить!
В то момент пассажира больше взволновала последняя фраза, а сейчас он обратил внимание на слово «объект». Он и был этим самым объектом, а не обычным клиентом, которого следовало доставить в медвытрезвитель, попутно обчистив у него карманы. И милиционеры подошли к нему не случайно. У них были указания на его счет. Скрутить ему руки и доставить в психиатрическую клинику.
Да только вот руки он скрутить и не дал. Хоть и слаб он  был, но сумел опрокинуть стул, и милиционеров, которые ретиво бросились выполнять работу, вместе с собой. Все втроем они оказались на полу. Милиционеры отвлеклись от своей работы, а он, напряг свои последние силы, и взметнулся, как стрела.  Сил хватило ровно для того, что бы встать на ноги, и пнуть изо всех сил первого попавшегося милиционера. Тот сумел таки перехватить ногу пассажира и дернуть ее на себя. Пассажир, естественно, потерял равновесие и снова стал заваливаться на пол. Только завалиться он умудрился так, что его локоть врезался в челюсть ретивого стража порядка. Звериный клич огласил приличное заведение. Похоже, он умудрился сломать челюсть милиционеру.
Второй страж порядка вскочил на ноги, и принялся изо всех сил охаживать свою жертву. Благо, жертва не могла оказать сейчас достойного сопротивления. Пассажир сжался, стараясь защитить руками голову. Живот он втянул внутрь себя. Удары тяжелыми ботинками следовали один за другим. В основном они приходились по бокам и по спине. Пассажир мог теперь благодарить судьбу, что у него целы все ребра. А в тот момент о боли он не думал, ждал напряженно момент, что бы ответить своему обидчику.
  Такой момент настал очень быстро. Страж порядка слишком старался, что бы отомстить за своего напарника. Да сил он вкладывал в свои удары немало. Скоро на лбу стража порядка выступил пот, а всякое желание демонстрировать свою силу куда-то исчезло. К тому же и объект затих. Лежал на полу и тихо стонал.
Страж порядка наклонился. Лично хотел удостовериться, не сломал ли он объекту чего-нибудь. Если страж порядка переборщил, то спрашивать с него, потом будут в полном порядке. И не писаки-прокуроры спрашивать, а Толик Середской, который опаснее всех прокуроров вместе взятых.  У него никаких помилований не бывает. И приговор у него только один.
Страж порядка наклонился совсем низко. Настал желанный момент для пассажира. Он выбросил вперед руки. Быстро он это сделать. Голова стража порядка не успела отпрянуть. Пассажир схватил стража порядка за уши. Потянул резко его к себе. А сам  в этот момент приподнялся и услышал знакомый треск. Это треснул нос стража порядка, когда пассажир двину по нему лбом. Тотчас же теплая жидкость залила лицо пассажира. Жидкость эта была очень хорошо знакома пассажиру. Из носа стража порядка широкой струей потекла кровь. Такого результата сейчас он и хотел добиться.
А сам он, когда пассажир отпустил его уши, сел на колени и растеряно хлопал большими глазами. Даже кровь не пытался остановить. Чувствовалось, что милиционер испытывает сейчас состояние шока.
В этот момент и убежать бы будущему пассажиру «скорой помощи». Но он успел только встать на колени, когда удар резиновой дубинкой, направленный пассажиру в голову, снова положил его на пол. Это был точный и сильный удар. Поспели новые стражи порядка, которые хотели отомстить за своих поверженных коллег. Впрочем, будущему пассажиру было не привыкать к боли. Она была его давней знакомой. Пассажир только крепче сжал зубы. Он ждал, когда окончится эта расправа. Он думал, что его потащат в отделение сразу же после того, как у работников милиции закончится гневный запал. И его ожидания сбылись. Его действительно потащили в отделение. Там его поместили в общую камеру. Его товарищи по несчастью не сильно ему сочувствовали. Он понимал, они не такие люди, что бы испытывать нормальные человеческие чувства…
Дальше начались совсем удивительные события.
Его снова затащили в машину и повезли в неизвестном направлении. Путь пассажира окончился в отделении психиатрической клиники. Его руки прикрутили к носилкам. Впрочем, как и ноги. В таком состоянии он и пробыл до того момента, когда санитар освободил ему руки.
Этим моментом пассажир и воспользовался. И теперь он был свободен. Но самые главные трудности начинались впереди. Ему пришлось принимать решение, как ему дальше поступить.

                Глава восьмая.

- Бензин кончается, - крикнул Саша из кабины.
Крик этот явился сигналом. Нужно решать, что делать дальше. Пассажир вынул из кармана своей спортивной куртки документы Радова. При слабом свете, исходившем от пыльной лампочки, он прочитал его адрес.
- Улица Спортивная, дом шесть… Где в этом городе находится улица Спортивная? - крикнул он водителю.
- В самом центре, - отозвался водитель. – Нам рулить до нее и рулить.
- Вот и рули, - приказал пассажир водителю. – Бензина, надеюсь, нам хватит.
- Только, только, - отозвался Саша. – Мало у нас бензина.
И он оказался прав. Бензина осталось совсем чуть-чуть, когда «скорая помощь» выехала на улицу Спортивная. Располагалась эта улица в самом  центре города, хотя сразу же этого и не скажешь – ни одного огонька на этой улице не было. Ни света реклам магазинов, ни света, исходящего от оконных ресторанных стекол. Лишь слабый свет уличных фонарей освещал их путь. Пассажир сделал вывод – это криминальный район. Саша из своей кабины только подтвердил это предположение:
- Не самое это хорошее место.
- Что так? – поинтересовался пассажир.
- Криминальный район. Городская клоака. Я сюда и днем не люблю ездить. А уж ночью, - покачал головой Саша.
- Понятно. Волков бояться в лес не ходить. Останови, где потише, - попросил его пассажир. – И где поменьше людских глаз.
- Ты это… - засомневался Саша.
- Убивать тебя пока не собираюсь, - отозвался пассажир. – И тебя тоже, - успокоил он Леночку. Она продолжала сидеть в своем углу и ждать безучастно дальнейшего развития событий. - А тебе уже поздно эти слова, говорить, - обратился пассажир к мертвому Радову. – Ищи место потише, - повторил он свое указание.
- Хорошо.
Саша завел свою машину прямо за угол гаражного кооператива и заглушил мотор. Здесь был небольшой пустырь, заросший чахлой осенней травой. Саша был уверен, что он выполнил указание пассажира. Тот действительно его похвалил, когда вылез из машины. Затем сразу же дал новое указание:
- Есть еще бензин?
- Одна канистра у меня есть, - кивнул головой Саша.
- Очень хорошо. Вытаскивай ее и обливай  свою машину, - последовало приказание пассажира.
- Но это не моя машина, - возразил водитель. – Я отвечаю за нее перед государством.
- Тогда тебе и не будет ее жалко, - пассажир продемонстрировал ствол, который держал в руках. – Или ты возражаешь против моего указания?
- Никак нет.
Саше оставалось, только молча исполнять указание своего невольного командира. Через минуту вся кабина и кузов были облиты бензином.
- Зажигалка, надеюсь, у тебя есть?
- Есть, - Саша вынул свою зажигалку из кармана.
- Сам знаешь чего делать, - приказал пассажир.
Саше тяжко вздохнул и попросил про себя прощение у этой машины. Шутка ли, он на ней двадцать лет проездил. Гораздо больше времени, чем он был женат. И этот «рафик» стал ему как родной. Подводил, правда, иногда, но и чинился зато очень хорошо. Сам Саша и выполнял роль автомеханика, не доверяя свою машину чужим рукам. В последнее время стали проблемы с деталями, и начальство обещало заменить машину, да вот не успело. «Рафик» закончил свою жизнь на пустыре. Саша чиркнул зажигалкой и бросил ее в свою драгоценную машину.
Пламя медленно начало лизать обшивку машины. Из кабины появился черный дым.
- Пошли, - пассажир тронул Сашу за плечо, не давая тому возможности насладиться печальным зрелищем. – Вы с ней, - пассажир кивнул на Леночку, - идите впереди. Я за вами.
- Слушаюсь, - пробормотал Саша.
Но указание странного пассажира исполнил.  Сделал все, как он и сказал. Он держал Леночку под руку, а пассажир шел сзади. Если бы на встречу им попался прохожий, то вряд ли бы два мужчины и одна женщина вызвали у них подозрения. Может быть, подозрения вызвал бы только тот факт, что женщина была слишком легко одета. Халат Леночке пришлось оставить в машине. Теперь она зябко поеживалась.
- Куда идти? – спросил Саша.
- Нужно искать дом номер шесть, - посоветовал пассажир.
И дом они этот очень быстро нашли. Хотя, он ничем не выделялся из ряда других таких же домов, похожих как братья близнецы. Построен дом был добротно, из белого кирпича, и в подъезде было сухо и светло. Лампочки горели на всех этажах, а на  лестничных клетках лежали даже коврики, пусть и изрядно потертые.
Семьдесят вторая квартира оказалась на седьмом этаже. Первая дверь, что вела в нее, была железная. Вторая была сделана из дуба. Чувствовалось, что гражданин Радов при жизни следил за безопасностью собственной квартиры. Но никакая дверь не служит препятствием, когда в кармане у человека имеются ключи. У пассажира «скорой помощи» имелась целая связка ключей. Эту связку он взял у хозяина квартиры. Нужно было только подобрать ключ правильно. Не слишком сложная задача для опытного человека, и через минуты дверь захлопнулась, оставляя странную процессию в квартире Радова.
Пассажир сразу же принялся за дело. Ударил Сашу по затылку рукояткой пистолета, и оттащил его бесчувственное тело внутрь прихожей. Пригрозил Леночке, которая собиралась закричать. Она быстро поняла, что кричать в данный момент не нужно. А сам пассажир принялся искать в квартире веревку, или скотч, которым можно было обмотать руки водителю. Пассажиру повезло – у Радова в квартире оказалась не только веревка, но и несколько пар наручников. Похоже, он любил жесткий секс, поскольку эти наручники были частью набора для садомазохистов. Пассажир мог только благодарить свою судьбу за подобные пристрастия Радова. Одной парой наручников пассажир приковал водителя «скорой помощи» к батарее, вторую пару надел на Леночку и приковал ее к ножке дивана.
- Но я никуда не собираюсь бежать, - попыталась возразить Леночка этому решению.
- Я знаю, - ответил ей пассажир, продолжая свое дело. – Ты не будешь сопротивляться. И не будешь предпринимать попыток побега.
- Да, да, - охотно закивала головой Леночка.
- Я тебе верю, - пассажир захлопнул наручники, - но все же приму некоторые меры предосторожности. Имею я на это право? – задал он вопрос. И сам же на него ответил: - Конечно, имею.
Последний штрих – пассажир скотчем заклеил своим пленникам рот. Часы в этот момент показывали пять утра. И пассажир понял, нужно дать себе отдохнуть, а уж потом решать, что ему предпринять. И место, в котором они оказались, вполне позволяло дать себе отдых. Вряд ли себя сунуться соратники Радова. А если и сунуться, то пассажир легко может дать им отпор.
Пистолеты «ТТ» пассажир  положил перед собой, перед тем, как позволить себе несколько часов сна. И только, убедившись в своей безопасности, он позволил себе несколько часов сна.

                Глава девятая.

Принимать решение, что  дальше делать предстояло решать этой ночью, а точнее уже, ранним утром Толе Середскому. Какой путь действий изберет для себя киллер, накаченный наркотическим веществом. Будет он и дальше искать возможности для выполнения своего заказа, или его уже нет в городе? Толя не знал точного ответа на этот вопрос. Но он знал одно, пока этот человек не пойман, от него можно ожидать всяческих неожиданностей. Толя хмыкнул. Интересно, как наркотик подействовал на мозг киллера? Уж Толя постарался, насыпал щедро этот наркотик в колу киллеру. Точнее, не сам Толя, а его верные люди, которые пасли этого киллера с самого момента, когда он прибыл в их город.
Приехал киллер довольно скромненько и незаметно. Как и обычный пассажир  на обычном рейсовом автобусе, салон которого безнадежно пропах бензином и соляркой. Киллер сошел вместе с толпой людей и сразу же прошел в камеру хранения. В руках он держал две объемные спортивные сумку. Одну из них он и оставил в обычной камере хранения. Люди Толи, естественно, узнали этот номер с помощью обыкновенного зеркала. Но вот лезть в камеру хранения пока не решились – не было у них такого указания.
Затем их клиент поехал в гостиницу. Выбрал он гостиницу не с самым высоким сервизом, зато с довольно тривиальным названием. Над гостиницей огромными буквами было написано название «Космос». По вечерам эти буквы сияли неоновым светом, так что название гостиницы было видно со всех сторон города.
Толю не удивил выбор киллера. Он и ждал, что их клиент остановиться в этой гостинице. Гостиница «Россия» была слишком дорогой, а «Турист» слишком дешевой. Клиенты среднего класса выбирали именно «Космос». Впрочем, не было ничего страшного в том, если бы их клиент выбрал другую гостиницу – во всех  этих заведениях у Толи имелись большие связи. Все они, негласно, конечно, входили в империю Знахаря.
- Как его будем брать? – сообщил Толе его верный сотрудник, который возглавлял наружное наблюдение с самого начала.
- У меня есть план, - ответил ему Толя. – Без меня ничего не начинайте.
Сам Толя никогда не любил кабинетную работу, хотя с недавних времен он больше сидел в своем кожаном кресле под огромным щитом, который являлся символом его охранного агентства. И дышал Толя с недавних пор чистым воздухом, который освежали мощные кондиционеры. И вино пил дорогое, коллекционное. И женщины у него были самые лучшие, те, что на местных конкурсах красоты занимали первые места и являлись рекламными фирмами местных фирм. И машины только солидных, европейских фирм. А вот привычка к практической работе у Толи осталась. Хотя и любил он организовывать работу, но и сам любил поработать боевой единицей.
А сейчас и возможность имелась для подобной работы. Поэтому в тот момент он легко выскочил из своего кресла. Подошел к огромному зеркалу и с ужасом убедился, что его живот растет не по дням, а по часам. Верная охрана подскочила тут же, как только Толя захлопнул дубовую дверь своего кабинета. Даже верная секретарша вскочила, вытянулась по струнке, и задал обычный вопрос:
- Когда вы будете Анатолий Николаевич?
- Не задержусь, - Толя размашистым шагом спустился к своему джипу.
 Охранники шли у него по бокам. Затем один охранник ловко отскочил, и одним махом оказался у машины. Толе не пришлось самому открывать дверь – охранник это сделал за него.
- Молодец! – только и осталось похвалить его Толе. Он очутился на кожаных подушках своего автомобиля.
Джип заревел своим мощным восьмицилиндровым мотором и мягко помчал своего хозяина к гостинице. По дороге Толя узнал, что за смена сегодня работает в гостинице «Космос». Оказалась, что вся смена очень хорошо знает, кто реальный хозяин этой гостиницы, и кто может отдавать приказания, равные приказаниям самого хозяина.
Толя еще был на полпути, а уже находился в курсе того, что киллер по своему прибытию в номер, принял душ, а теперь отдыхает. Горничную он попросил, что бы она разбудила его через три часа.
Толя прибыл в гостиницу как раз по истечению этих трех часов. В кабинете администратора у него образовался небольшой штаб по поимке киллера.
- Нужно брать его тепленьким, - предложили его люди, - пока он спит. Что б, взять его без шума и пыли.
- Вы только стрелять и умеете, - ухмыльнулся Толя. – На дворе сейчас такие времена, что нужно головой работать. Мы можем его захватить тепленьким, а можем, и не захватить. Есть такая перспектива, - Толя легко выговорил трудное для себя слово. – Вдруг он пистолет держит под подушкой. Что тогда делать? – в глазах его людей появился немой вопрос.
Толя испытал один из самых торжественных моментов в своей жизни.
- Для этого и существует руководитель, что бы принимать важные решения, - изрек он, и вытащил из  внутреннего кармана своего пиджака, пошитого дорогим модельером,  обыкновенный пузырек из темного стекла. В таких пузырьках обычно хранят лекарства. – Вот! – показал Толя на пузырек. – Это то, что нам нужно в данную минуту.
Глаза его людей были пустыми, они не понимали, о чем сейчас говорить их руководитель. Толя вздохнул: плохо, когда очень хороший организатор сталкивается с плохими подчиненными. А других подчиненных у него в запасе нет. И не предвидится. Приходятся работать с этими.
 - Это особое наркотическое вещество, - объяснил Толя своим людям, предназначение вещества в пузырьке. -   После его приема вам станет очень плохо. Вам не то, что стрелять не захочется, но вы и мать свою родную не вспомните. Отсюда вывод. – В глазах его подчиненных появилось какое-то подобие мысли. -  Нужно дать это вещество нашему клиенту. Таким образом, мы справимся с ним безо всякой стрельбы в духе американских боевиков.
- Ты замечательно это придумал, Толя! – Один из его людей всегда отличался склонностью к подхалимажу.
- Поэтому я и руковожу вами! – в голосе Толи звучала гордость. – Идите, и работайте!
Хорошо, хоть Толе не нужно было объяснять своим людям способ доставки наркотического вещества их общему клиенту. Они сами догадались, и забегали, предупреждая горничных, официанток и барменов.
Но от еды киллер отказался, как не настаивала на доставке горячей пищи в номер горничная. Ему сразу же показалось странным такая навязчивость. Сервиз в гостиницах среднего класса не очень хороший.
- У нас сегодня очень хорошими получились котлеты по-киевски, - нахвалила горничная свою еду. – Где вы еще так можете позавтракать?
- Нигде, - улыбнулся широкой улыбкой киллер. – Я верю, что у вас очень хорошими получились котлеты по-киевски. Но именно сейчас, почему-то я не хочу есть.
- Но мы не берем чаевые, - привела свои аргументы горничная. Она знала, почему обычно клиенты отказываются от еды. – А цены у нас вполне умеренные. Нигде вы не найдете такой вкусной еды по такой цене!
- А я, напротив, - продолжал улыбаться киллер самой своей широкой улыбкой, – вам бы дал самые щедрые чаевые. И цены ваши меня не смущают. Просто я не хочу есть. Вас устраивает такое объяснение?
- Может, вы попить хотите? – предположила горничная.
- Хочу, - кивнул головой киллер. – Но для этих целей у вас есть бар.
- Есть, - улыбнулся горничная. – И мы желаем вас там увидеть.
- Хорошо, - киллер выпроводил горничную из своего номера, накинул на широкие плечи спортивную куртку и спустился в бар.
Там его уже ждали, как самого дорогого гостя. Бармен Николай уже все приготовил, немало он испортил напитков и коктейлей, поливая туда наркотическое вещество из темного пузырька. Он даже слегка был раздосадован, когда этот посетитель потребовал банальную пепси-колу. Николаю стало жалко те напитки, которые он испортил. Хорошо, хоть платить ему за них не пришлось.
Наряд милиции уже был предупрежден. Вся милиционеры, которые дежурили в гостинице, да и возле, давно кушали с рук Знахаря, и эти приработки были гораздо больше, чем их официальное жалование. Они рады были оказать Толе любую услугу, тем более, такую пустяковую. Всего-то и нужно было скрутить человека со всеми признаками опьянения. А затем доставить его в свое родное отделение.
Но не тут-то было. Первый наряд милиции киллер раскидал. Пусть и  с трудом, но раскидал. Сам он при этом находился не в очень завидном положении. Зато два других сержанта, составлявшие новый наряд, отделали его по полной программе. Толе при этом сам присутствовал, и его душа, привыкшая ко многим жестокостям, не принимала этот поступок сержантов. Бить слабого человека – это подло, это поступок, достойный шакалов.
Тем не менее, избитого резиновыми дубинками киллера посадили в узкий отсек «уазика» и повезли в отделение. Для Толи наступил второй этап операции. Он обошелся ему в более кругленькую сумму. К вечеру Толя договорился, что бы киллера доставили в психиатрическую клинику, где умертвить человека было легче простого. И заметьте, умертвить руками врачей и санитаров, а не руками самого Толи. Очень он не любил в последнее время связываться с банальной уголовщиной, если была возможность для боле ювелирных операций Толя всегда ее  старался использовать.
И вот на следующий день после блестяще проведенной операции Толи предстояло ехать к Знахарю и докладывать о полном провале мероприятия. Склонность к ювелирным операциям подвела в этот раз Толю.

                Глава десятая.

Жил Знахарь за городом. Это теперь крайне модная тенденция среди богатых людей  – жить в экологически чистом районе, особенно в таком, к которому ведут хорошие подъездные пути в виде шоссе. И еще одно условие, что бы место обитания новых богатеев находилось неподалеку от места их коммерческой деятельности.
Мощный джип самого известного на свете автомобильного концерна быстро доставил Толю в нужное место. Не прошло и двадцати минут, как Толя стоял перед воротами фешенебельного коттеджного поселка, где селились сливки местного общества. Заспанный охранник хорошо знал «мерседес» Толи, поэтому ворота медленно разъехались в сторону, пропуская автомобиль внутрь поселка.
Кто здесь только не жил? На этот вопрос можно было ответить очень просто – здесь не жил простой народ, врачи и учителя, инженеры и рабочие, и даже коммерсанты, которые с утра до ночи пропадали в своих магазинах и палатках, здесь не жили. А ютились здесь на нескольких сотнях гектаров местные депутаты, чиновники областной и городской администрации, бандиты, которые умудрились выжить в криминальных войнах девяностых годов уже прошлого столетия. Они занимали немаленькие дома с причудливой архитектурой, словно бы, показывая своим соседям, кто из них круче. На этом фоне дом Знахаря можно было признать образцом архитектурного вкуса. И не мудрено – дом проектировал очень известный, а соответственно, дорогой архитектор, под чьим личным руководством построили немало дворцов на Рублевском шоссе. Построен этот трехэтажный коттедж был из красного кирпича, а сам дом по периметру был засажен голубыми елями, теми самыми, что росли у кремлевской стены.
Не смотря на ранний час, и критичность ситуации, Знахарь не спал, и даже не завтракал. Он бегал по корту с ракеткой в руках, а пару ему составлял высокопоставленный деятель местной областной администрации, который очень часто мелькал в местной прессе, объясняя простым гражданам, почему им так плохо живется. Лично ему, этому чиновнику, никогда плохо не жилось. Во все времена, при всех начальниках, он занимал свое место возле кормушки со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Зная о пристрастиях своего шефа к теннису, Толя не стал его тревожить, а сел в кресло и принялся ждать, когда Знахарь закончит свою игру с чиновником. Горничная с азиатскими чертами лица принесла Толе свежевыжатого сока – она хорошо знала вкусы своего хозяина и его друзей. И не только пищевые вкусы. Вовсе не за тем привез ее Знахарь из далекой азиатской страны, славящийся во всем мире своими сексуальными мастерицами. Как раз по этому делу горничная Знахаря  была отменной мастерицей. Ее умением Знахарь любил хвастаться перед своими ближайшими подчиненными. Да и этот чиновник с необъятным животом, наверняка, успел насладиться ее искусством. 
За этими мыслями Толя и скоротал свое время, ожидая, когда чиновника покинут последние силы. Они покинули его скоро. Огромный живот, размером с чемодан, набитый до отвала разными ненужными вещами, не способствует долгой и результативной игре. Чиновник повел себя, как заправский теннисист, сломал с досады ракетку, которая стоила две среднемесячные зарплаты работников нефтегазовой сферы.
- Проиграл, - легкая тучка возникла над головой Толи. А мурашки предательски поползли по спине. – Причем, проиграл в чистую.
- Наш шеф выиграл, - ответил Толя Тунгусу, ближайшему помощнику Знахаря. Он вышел на веранду. И одет Тунгус был как всегда с иголочки.
- Я и говорю, - Тунгус придвинул ближайшее кресло к себе и сел на него. – Выиграл наш шеф. Я и не сомневался в его победе. Не тот перед ним противник. Как наши дела? – спросил Тунгус, не уточняя, о каких именно делах идет речь. Итак, ясно, что речь идет о безопасности их шефа и о поисках киллера. Естественно, Тунгус в курсе того, что киллер сегодня ночью совершил побег из психиатрической клиники.
- Сейчас придет шеф, все и расскажу, - уклончиво ответил Толя. Очень он не любил Тунгуса. И тот отвечал ему взаимностью. Оба этих персонажа претендовали на первое место. Естественно, после Знахаря. И оба они друг другу только мешали.
- Не хочешь говорить – не надо, - миролюбиво заметил Тунгус. – Наш шеф уже идет.
Знахарь вошел на веранду с видом победителя.
- Он предлагает мне женится на его дочери, - бросил он с порога. Азиатская горничная тут же подбежала к своему господину. Стянула с него майку и стала делать ему массаж, расслабляя натруженные мышцы. Она хорошо знала привычки своего хозяина.
- С такой женщиной, какая еще жена нужна? – улыбнулся Толя.
- Не скажи, - потянулся, как кот Знахарь. – Жена мне нужна не для души и для тела. Она мне нужна для дела. А эта, - рука Знахаря легла на талию горничной, - женщина очень хорошо подходит для отдыха. Не зря сейчас европейские мужики берут азиаток в жены. Свои женщины им надоели. Слишком много они хотят, и слишком мало делают для своих мужиков. А я и рад бы женится по своей воли, да не могу. А дочь этого чиновника вовсе не похожа на своего отца.
- И она очень подойдет вам в супруги, - вставил свое слово Тунгус. – Дочка этого чиновника закончила Оксфордский университет. С отличием закончила, - многозначительно добавил Тунгус. – А ведь это не наши институты, в Оксфорде взяток не берут. Там всего нужно добиваться своим умом.
- Ты так говоришь, - заметил Знахарь, - будто сам заканчивал этот самый Оксфорд.
- Увы, - пожал плечами Тунгус, - не довелось. Сам знаешь, какие у меня были университеты.
Только он имел право обращаться к шефу на «ты», подчеркивая тем самым свою близость к нему и незаменимость.
- Знаю, - кивнул головой Знахарь, - тюремные у тебя были университеты. И уличные. То есть, самые лучшие в мире университеты. Продолжи мою фразу. Если я женюсь на дочке этого чиновника, то…
- Весь бизнес нашего города будет в ваших руках. Легальный бизнес, - выполнил просьбу своего шефа Тунгус. – Плюс московские связи. А в Москве, не мне это говорить, крутиться огромные деньги.
- По мне, лучше быть первым парнем на деревне, чем последним в городе, - сформулировал свое кредо Знахарь.
- Не кто тебе этот вариант и не предлагает, - продолжил развивать свою мысль Тунгус. – Просто у тебя будет меньше врагов. И все. Думаю, у тебя появляется отличная перспектива дожить до старости.
- Кстати о врагах? – Знахарь выскользнул из ловких рук своей горничной. Своего хозяина она понимала с полуслова, поэтому незаметно выскользнула с веранды. Понимала женщина каким-то особым чутьем, что именно сейчас и начинаются настоящие мужские разговоры. – Как там наш киллер? Нашли его, или нет?
- Нет, - вопрос Знахаря был обращен к Толе. Он был ответственен за ночной побег. – Но мы предпринимаем все возможные меры.
- Ты предпринимаешь, - открестился от своего коллеги Тунгус. – У меня совсем другие обязанности.   
- Хорошо, - кивнул головой Толя. –  Я один беру на себя всю ответственность, что киллер сбежал. Надо было его сразу грохнуть, и не предпринимать никаких сложных действий. Лопухнулся я, Знахарь, - признал Толя свою вину. – Можешь меня казнить. Можешь миловать. – Последние слова вовсе не являлись шуткой. Они были чистой правдой. Казнить, или миловать – эти обязанности входили в компетенцию Знахаря.
- Это действительно так. Ты дал маху, - сказал Знахарь. - И какие же это меры ты намерен предпринять, что бы исправить свою ошибку?
- Вот об этом я и хочу сейчас с вами поговорить. – Толя перевел дух. Не собирался его сейчас казнить Знахарь.
- Слушаю тебя внимательно, - Знахарь сделал глоток апельсинового сока.
- Я хотел бы усилить вашу охрану. Возможности для этого у нас имеются, - предложил Толя первую меру по обеспечению безопасности.
- Ты настолько серьезно оцениваешь эту опасность? – прищурился Знахарь. Толя знал эту его привычку. Она означала то, что сейчас Знахарь усиленно раздумывает над предложением своего подчиненного.
- Я оцениваю ее очень серьезно. Я видел этого киллера в деле. Он боец по своему характеру. Вчера он дрался до конца. Вряд ли он сейчас убежал из города. Ему за вашу голову заплатили серьезные деньги. И он будет их отрабатывать, - высказал Толя свое мнение.
- Думаешь, личная охрана меня спасет от случайного выстрела? – Знахарь сказал сейчас чистую правду. Личная охрана никого не спасала от серьезных покушений.
- У меня есть очень профессиональные люди, - Толя посмотрел на часы. В это время его люди должны были подъехать на двух машинах представительского класса к воротам элитного поселка. – Они прошли обучение в Москве. Им можно спокойно доверить вашу жизнь. Да и зарплата у них, сами знаете какая.
- Это я знаю, - улыбнулся Знахарь. – Своих людей я не обижаю.
- Вот именно, - Толя продолжил дальше излагать свой план действий. – Я намерен обшарить весь город. У этого киллера не должно быть в этом городе никакого убежища. Где он мог спрятаться? На вокзале, в ночлежке, просто в парке? Он плохо одет. Он устал. И он обязательно должен где-то найти убежище.
Знахарь пришел совсем в благодушное расположение, когда услышал о готовности своего человека действовать в любую секунду. Масло в огонь подлил Тунгус. До этого он внимательно слушал этот разговор. А затем решил вставить свое веское слово.
- А по моим сведениям киллер уже начал действовать.
- То есть, - не понял его Знахарь. Да и Толя с ужасом ждал, какую подлость на этот раз заготовил Тунгус. Подлость оказалось очень большой.
- То и есть, что киллер сбежал из психиатрической больницы. Да не один сбежал. Пропало еще двое сотрудников. Один шофер, нам неинтересен. А вот вторая… Вторая ваша двоюродная сестра, - с улыбкой выложил Тунгус свою информацию.
В этот момент солнце скрылось за облаками. А у Толи резко перехватило дыхание, будто в солнечное сплетение его ударил сам Майк Тайсон. Удар Тунгуса был ниже пояса. Толя, конечно же, знал, что пропали двое сотрудников клиники. Но вот то обстоятельство, что одна из  сотрудниц сестра Знахаря, он узнать не успел.
- Как моя сестра? Ленка? – кресло отлетело в сторону.
- Именно Елена Ивановна Королева и пропала сегодня ночью, - ответил Тунгус. – Ваша двоюродная сестра. Такую информацию предлагают мои источники.
Знахарь заходил по веранде, словно раненный зверь. Толя хорошо понимал его чувства. Киллер уязвил Знахаря своим поступкам. Причем уязвил не как очень большого авторитета, а как обычного человека, который сейчас ничего не может сделать для своего родного человека.
- Родители знают? – задал он первый вопрос, когда потихоньку пришел в себя.
- Борис Иванович и Екатерина Ивановна еще, наверное, спят в такую рань, - сказал Тунгус. – И я думаю, что было бы гораздо лучше, что б они узнали эту информацию, как можно позднее.
- Я тоже так думаю, - вторил Знахарь своему подчиненному.
Начало сегодняшнего дня нельзя было назвать очень хорошим. И Толя чувствовал, что его неприятности еще только начинаются.

                Глава одиннадцатая.

Солнце светит одинаково всем, что богатым людям, что бедным. И в это утро заглянуло солнце сквозь пластиковые стеклопакеты в окно обычной квартиры обычного дома. Солнечный луч упал сначала на панель плазменного телевизора, затем прошелся по стеклам бара, заставленного бутылками, и лишь после упал на кровать. А вот человек на этой кровати лежал вовсе необычный. Он спал прямо в одежде, и проснулся, как только солнечный луч коснулся его лица.
Вскочил, держа пистолеты в ладонях, и вздохнул облегченно. Понял, что никакой опасности ему не угрожает. По крайней мере, пока что. Человек прислушался к звукам на улице. О чем-то оживленно чирикали воробьи, проезжали внизу машины. Где-то кричали два мужских голоса. За стеной бормотал телевизор. Словом, во всех этих звуках не было для человека никакой опасности. Он выглянул на лестничную клетку. Там никого не было. Только после этих мероприятий бывший пассажир «скорой помощи» и несостоявшийся пациент психиатрической клиники почувствовал на душе покой.
В этот момент зашевелился и человек в углу, прикованный наручниками к батареи центрального отопления. Он замычал что-то, пытаясь сообщить  своему импровизированному тюремщику явно важную информацию. Тюремщик и без слов знал, какая просьба сейчас слетела с языка импровизированного пленника. Чего хочет человек ранним утром? В положении его пленника только одно – справить естественные надобности.
Начинались первые проблемы с пленниками.
- Делай свои дела прямо в штаны, - посоветовал тюремщик своему заключенному. – Нет у меня на тебя времени, - сказал человек водителю Саши чистую правду. Каждая минута в положении тюремщика могла стоить целой жизни. Он и сам еще не разобрался до конца в ситуации, в которой он оказался, но чувствовал, что она становиться все напряженнее.
Необходимо было что-то предпринимать. Но сначала позаботиться о женщине. Почему-то тюремщик чувствовал, что необходимо проявить к ней уважение. Его пленница  тоже проснулась с первыми лучами солнца и с ужасом ждала дальнейшего развития событий.  Ее тюремщик снял с ее рта пластырь, и предупредил:
- Орать не надо! Вредно это для здоровья.  Понятно?
- Понятно, - пробормотала его пленница.
- Свободна, - щелкнул тюремщик наручниками. –  Но не надолго. У тебя есть пять минут. Понятно?
- Да, - послушно кивнула пленницы головой.
- Вот и умница! – тюремщик ласково потрепал ее по щеке.
Леночке хватило три минуты, что бы сходить в туалет и в ванную. Тюремщик в это время с ужасом убедился, что его желудок просит еды. Нормальный человеческий голо одолевал его. Вчера поесть он так и не успел.
 Холодильник в квартире Радова был шикарным, однако, продуктами наполнен не был. В нем лежала самая спартанская пища. Яйца и ветчина. Этого скромного набора продуктов хватило импровизированному тюремщику, что бы подкрепиться. И с Леночкой он поделился яичницей, приготовленной вместе с ветчиной. И Сашу он велел тоже накормить. Эта почетная обязанность досталось Леночке. Их тюремщик только наблюдал за тем, как Леночка отлепляет пластырь ото рта водителя и кормит его с ложки, как малого ребенка. При этом Леночка постоянно морщилась – Саша все же справил свои естественные надобности. А тюремщику этот запах был не почем. Он только поторапливал Леночку, поглядывая на настенные часы.
Ровно в половину седьмого Леночка оказалась на своем месте. Она не противилась тому, что бы тюремщик нацепил на нее наручники.
После решения этих бытовых вопросов настала время решать, что же собственно делать дальше. Ну, во-первых, тюремщик уже понял, что в психиатрическую больницу он попал не случайно. Его упекли туда хозяева Радова. Они, наверняка, о нем волнуются. И ищут своих людей. И его тоже ищут. Может быть, даже больше, чем Радова и его напарника. Но у него на руках есть козырь – двоюродная сестра самого Знахаря. Вот только козырь этот довольно скромный. На двоюродную сестру Знахарь вполне может наплевать – не та степень родства.
Однако и этим слабым козырем можно воспользоваться при случае. Но не сейчас. Сейчас нужно выяснить, как вернуть свою память.
- От чего можно потерять память? – спросил тюремщик у Леночки. Как никак, но она была специалистом, работала в психиатрической клинике.
- Много существует препаратов, - ответила Леночка. И стала их всех перечислять. Она была действительно специалистом в этом вопросе, поэтому список получился долгим.
- Хватит, хватит, - остановил ее тюремщик. – Мне понятно, что есть много препаратов, которые отбивают память. А как вернуть можно память?
- Лучше всего с помощью гипноза, - подумав, ответила Леночка.
- Знаешь, где можно найти специалиста по гипнозу? – поинтересовался у нее тюремщик.
- Знаю. Это Максим Иванович. Я хорошо знаю его. Он работает в нашей больнице, - ответила Леночка.
- Ты мне сейчас не врешь? – с подозрением спросил тюремщик.
- Не вру, - ответила Леночка.
- Живет один этот ваш чудесный специалист? – задал ей тюремщик новый вопрос.
- Один. С женой своей Максим Иванович развелся. Сын его сейчас живет в Москве. Он весь в отца пошел. Тоже талантливый специалист.
- Ладно, я тебе верю. Адрес вашего гипнотизера знаешь?
- Знаю. Лесная, семнадцать. У него частный дом.
- Очень хорошо, - тюремщику не требовались письменные принадлежности, что бы записать этот адрес. Он навсегда запечатлел этот адрес в своей памяти. – Где находится улица Лесная?
Леночка просветила своего тюремщика насчет расположения этой улице. Еще дала рабочий телефон Максима Ивановича – самого лучшего гипнотизера города и ближайших его окрестностей. И телефон, и расположение улицы тюремщик запомнил без труда. После чего вернул Леночку в исходное положение. Если честно сказать, он и сам еще не знал, что делать с Леночкой, а уж тем более, с водителем. Рука не поднималась у него убить этих двух человек, хотя он понимал, что в его положении, они являются балластом.
После всех этих  бытовых забот, тюремщик стал собираться в дорогу. Это тоже было не самым простым занятием.
Ему пришлось проверить все шкафы в этой квартире для поисков подходящей одежды. В больничной пижаме и грубых ботинках, что ему выдали в больнице далеко не уйдешь. Не самое легкое дело найти подходящую одежду в чужой квартире. Почему-то в платяном шкафу Радова на вешалках висели исключительно спортивные и деловые костюмы. Ни тот, ни другой вид одежды не устраивал сейчас человека, который залезал в шкафы. Ни спортивный, ни деловой костюм не годились для задуманного им предприятия. Ему требовались вещи солидные, но, вместе с тем, и практичные, в которых удобно двигаться. Первой такой вещью, что попались на глаза тюремщика, оказались джинсы. С трудом, но они налезли на него – он был гораздо полнее Радова. Затем ему попалась еще одна нужная вещь – наплечная кобура. А под конец ему совсем повезло: в шкафу он обнаружил кожаную куртку, которая сидела на фигуре тюремщика, как влитая. И обувь ему тоже пришлось менять. Хорошие ботинки сняли у тюремщика еще в тот момент, когда везли его в психиатрическую клинику. Очень уж его модельные ботинки понравилась бравым сотрудниками милиции. Тюремщик понимал, что у них не плохой вкус. Он помнил, что его ботинки стоили не одну сотню зелеными, и приобрел он свою обувь в дорогом магазине.
 Ботинок такого качества и цены, естественно, не было у Радова. Но вот его кроссовки очень даже подошли. Они были гораздо лучше тех колодок, что дали ему в психиатрической клинике. В завершении человек надел на себя безразмерный джемпер, который тоже нашелся в шкафу у Радова. Тюремщик посмотрел на себя в огромное зеркало, что стояло в прихожей, и остался доволен своим внешним видом. Перед ним сейчас стоял человек, уверенный в себе и в собственных силах. А главное, этот человек, ничем не отличался от сотни других, таких же прохожих.
У импровизированного тюремщика возникла в голове мысль. Шальная, казалось бы, мысль, но, тем не менее, вполне осуществимая.
Если его вчера спешно захватили в гостинице, то, возможно, не предупредили персонал гостиницы, что гость так спешно съезжает, и его документы должны находиться в номере. Есть такой шанс. По крайней мере, свой номер он снял до конца этой недели. Не все же у его врагов так организованно? Вот и придется ему проверить, насколько этот шанс реален.
Осталось только уточнить у водителя, каким образом ему добраться до гостиницы «Космос». Оказалось очень просто – ему нужно добраться до остановки «Улица Земляная» а оттуда в гостиницу шло несколько видов транспорта. Главным из этих видов транспорта была, конечно же, самая обыкновенная маршрутка. И проезд в ней стоил не так уж и дорого. Проблем с деньгами у тюремщика не возникало – денег в кошельке Радова и его напарника было достаточно. Он засунул пачку денег во внутренний карман куртки.
 Тюремщик вздохнул и вышел из квартиры. На лестнице ему никто не попался. Через несколько минут, он превратился в обыкновенного прохожего, каких было очень много в эти утренние часы.

                Глава двенадцатая.

Толя очень долго отходил от разноса, который ему устроил Знахарь. Продолжался этот разнос более получаса, в течении которых Знахарь неистовствовал. Из  его коттеджа Толя вышел красный, словно из бани.
- Два дня, - крикнул ему вслед Знахарь. – Два дня есть у тебя на решение этой проблемы.
- Хорошо, - только и смог ответить своему шефу Толю.
Он догадывался, что произойдет через два дня. А произойдет большая светская вечеринка, на которой Знахарь должен предстать уже не простым депутатом Законодательного собрания области, а его спикером. Собрание поэтому вопросу назначено на завтра. Начнется оно в пять часов вечера, и нет никаких сомнений в том, что депутаты изберут нового спикера.
 На завоевание этого поста у бизнесмена с криминальным прошлым ушло почти полгода. Сколько денег угрохал Знахарь на подкуп заинтересованных лиц, он даже не считал. Знахарь понимал, что все эти вложения окупятся сполна, когда он займет пост спикера. Завтра должно было состояться  внеочередное совещание, на котором большинством голосов Знахарь должен был избран спикером. А тут этот киллер. Словно, кость в горле.
- Езжай, - бросил Толя своему шоферу, а сам отделился от него стеклянной перегородкой. Ему сейчас хотелось побыть в одиночестве.
    Машина выехала на пригородную трассу. Но и тут ему не повезло. Его джип затерялся в кавалькаде других машин, преимущественно дорогих джипов, который образовали на дороге затор. Богатые люди ехали из своих шикарных усадьб в не менее шикарные офисы своих компаний, фирм, акционерных обществ и банков. И, как назло, для своей поездки они выбрали один и тот же час. Поэтому джип Толи пробирался со скоростью десять километров в час.
Толя в это время звонил своим верным людям. Ситуация была самая чрезвычайная, и она требовала срочных решений.
 Первый, и единственный пока,  звонок он сделал Оружейнику – так Толя звал человека, который занимался всем арсеналом его агентства. Арсенал этот был огромен, но делился  преимущественно на две большие части. Легальные стволы и нелегальные. Сейчас Толе были как раз нужны стволы нелегальные, что бы можно было нейтрализовать докторишку и его коллегу, тем самым, убрать этот возможный след.
- Приезжай на угол проспекта Ленина, - велел Толя Оружейнику. – И захвати двух своих людей. Есть проблема, которую нужно устранить немедленно.
- Есть! – Оружейник понял его беспрекословно. За это его и очень ценил его Толя. Оружейник всегда был готов к черновой работе.
Через двадцать минут, когда джип Толи подрулил к назначенному месту, Оружейник уже маячил на месте. Он мигом вскочил в машину. По его виду, не скажешь, что звонок Толи оторвал его от важных дел.
- Мои люди находятся, вон в той машине, - указал Оружейник на старенький «москвич».
Машина, однако, была с тонированными стеклами. И номер ее был запачкан грязью, хотя до осенней распутицы было еще очень далеко. Наверняка, и мотор  этого «москвича» был в отличном состоянии. Словом, такая машина еще могла послужить своим владельцам. Но участь ее после совершения дела была печальной – ее бросят, как только отъедут на безопасное расстояние от места совершения убийства.
- Не буду тебя спрашивать об их надежности, - сказал Толя. – Сам должен понимать…
- Это ненадежные люди, - огорошил его ответом Оружейник. – Это одноразовый товар. Наркоманы. Давно их держал про запас. Теперь вот приходится использовать этот ценный резерв.
- Но… - хотел возразить Толя.
- Я сам буду с ними во время совершения дела, - опередил его Оружейник. – После – пущу их в расход. – Он сказал эти слова очень просто, будто говорил сейчас об очередном перевыполнении производственного плана. – Промаха не будет. За это можешь быть спокоен. – Если Оружейник говорил такие слова, значит, и на самом деле можно быть спокойно. Он слов на ветер не бросал. Именно, поэтому и был живой. - Кого нужно сработать на этот раз?
- Сразу же двоих, - ответил Толя. – Оба не профессионалы. Просто они стали лишними в наших делах.
- Место и время совершения заказа? – был настроен на деловой лад Оружейник.
- Сейчас узнаем, - Толя вытащил из кармана сотовый телефон, который он приготовил заранее. Этот телефон принадлежал неизвестной гражданке, которая лишилась своего сокровища несколько дней тому назад. У Толи телефон оказался извилистыми путями – один его человек через подставных лиц специально покупал эти телефоны у уличных воришек. Специально для таких вот важных случаев. Толя набрал телефон доктора.
Вениамин Яковлевич провел эту ночь в своем кабинете. Заснуть так и не смог. Даже и не старался. Пил Вениамин Яковлевич беспрестанно кофе, от чего у него опухло лицо, да и голова стала тяжелой, как чугунный котелок. Он с ужасом ждал утра, и того момента, когда его скромной персоной займутся правоохранительные органы. Телефон он схватил сразу же. Думал, что звонит его жена. Она всегда волновалась о своем супруге, когда он не ночевал дома.
- Это я, лекарь, - Толя постарался говорить, как можно более миролюбивым тоном. Его собеседник ничего не должен заподозрить. – Все хорошо, - сообщил Толе очевидную ложь. – Хочу поговорить с тобой о твоей награде.
- Правда? – удивился Вениамин Яковлевич.
- Правда, - подтвердил свою информацию Толя. - Штука зеленых рублей тебя устроит?
- Со мной в деле был еще доктор Пеньков, - напомнил о своем напарнике Вениамин Яковлевич.
Толя усмехнулся. Странное все же существо человек! Под смертью ходит, а все о деньгах думает.
- Хорошо, - согласился Толя. – Две тысячи американских долларов. Вас это устраивает?
- Вполне! – настроение Вениамина Яковлевича улучшалось на глазах. Все-таки, везучий он, сукин сын! Еще минуту назад ему казалось, что все пошло прахом. А теперь он мгновенно возродился к жизни и новым делам.
- Только…
Толя специально сделал паузу. Ее очень быстро заполнил Вениамин Яковлевич.
- Что только? Какие у вас еще условия?
- Вы должны молчать, - сказал Толя. – О наших делах никто не должен знать.
- Это, само собой, разумеется. Есть еще какие-то условия?
- И вы должны получить деньги в течении часа. Вместе с вашим доктором Пеньковым.
И это обстоятельство не вызвало у Вениамина Яковлевича никаких затруднений. Он ответил за себя и за своего коллегу.
- Я буду. И мой знакомый тоже будет. Где вас ждать?
- На углу возле Центрального парка. Я буду вас ждать с деньгами.
- Через час мы будем возле Центрального парка.
Толя выбросил телефон в окно.
- Тебе понятно, где будут наши клиенты? – спросил он у Оружейника.
- Понятно, - приготовился он вылезать из машины. – Я даже не буду спрашивать, как их узнать. Там все равно в это время никого не бывает. А наши клиенты наверняка очень хорошо одетые люди.
- Я именно поэтому и выбрал это место. Через полтора часа я свяжусь  тобой. Удачи тебе!
- Она будет со мной.
Оружейник вылез из машины. Толя посмотрел ему вслед. Хорошо, что у него есть такие люди. С ними можно быть спокойным за исход дела.

                Глава тринадцатая.

А Вениамин Яковлевич в эту минуту плясал лезгинку вокруг своего стола. Его подчиненные удивились бы, заглянув в этот момент в его кабинет, своему строгому начальнику. Вениамин Яковлевич протанцевал лезгинку около десяти минут. Даже вспотел во время сумасшедшего танца. Затем раздался звонок телефона. Вениамин Яковлевич благоразумно снял трубку. Звонила его жена. Волновалась супруга – все ли в порядке на работе у мужа.
- Все в полном порядке, - ответил на ее расспросы дорогой супруг.
- А ты не врешь, Веня? – не поверила ему супруга.
- Я тебе правду говорю, - рассмеялся Вениамин Яковлевич. – Все у меня в порядке. Даже в полном порядке. А теперь, извини, у меня дела.
Вениамину Яковлевичу и в самом деле нужно было звонить своему коллеге доктору Пенькову. Он не посмел тревожить его ночью, а теперь Вениамин Яковлевич сказал только одно короткое предложение:
- Одна тысяча.
- Чего? – доктор Пеньков еще не проснулся. Звонок застал его, когда он брился возле зеркала.
- Сам узнаешь. Через полчаса нам нужно находится возле Центрального парка.
- С какой стати?
- Таково пожелание заказчика. Иначе не получишь деньги.
Доктор Пеньков, как и всякий нормальный человек, деньги любил. А уж такие деньги он был не промах получить. Через полчаса он присоединился к Вениамину Яковлевичу, который уже ходил кругами возле клумбы, на которой уже давно не росли цветы.
Толя был прав, выбирая для расправы площадь возле Центрального парка. Время стояло раннее. Народу никого не было. Для собачников девять утра было слишком позднее время, а для пенсионеров и молоденьких мам с детьми – еще слишком раннее. Остальные же прохожие обходили эту аллею стороной – у них были свои дела. Они спешили занять свое место в маршрутном такси.
Вениамин Яковлевич и его товарищ, конечно же, не обратили никакого внимания на одинокий «москвич», который стоял неподалеку. Зато в «москвиче» заметили появление двух докторов. Оружейник сразу же понял, что это и есть те люди, которых ему заказали.
- Это наши клиенты, - обратил Оружейник внимание своих исполнителей на докторов.
- Полные лохи, - определил их состояние одноразовый киллер, что сидел за рулем «москвича».
- Вот и сделайте их без шума и пыли, - Оружейник протянул своим исполнителям два ствола – «ТТ» китайского производства с глушителями на конце. – Сначала из машины выходит один. Затем второй. Один заходит с тыла. Второй – спереди. Работаете одновременно. Будут люди – стрельбу не начинайте. Свидетели нам не нужны.
- Понятно, шеф, - киллер, что сидел за рулем положил ствол в карман. – С тебя двойная доза. За двух жмуриков – это будет вполне справедливо. Правда, Паша.
- Естественно, - поддержал его напарник. – Мы же за бесплатно не работаем.
Оба одноразовых киллера давно сидели на героине. Еще совсем немного времени, и они не годились бы не для какой работы. Пришлось их пускать на корм карасям за красивые глаза. А так, они хоть дело полезное сделают.
- Я вас когда-нибудь обманывал? – задал вопрос Оружейник. Киллеры могли бы на этот вопрос дать положительный ответ, но Оружейник сам поспешил дать ответ на свой вопрос. – Потому вы и живы, что я самый честный человек на земле. А двойная доза вам, конечно же, будет, - пообещал Оружейник. – Если исполните свою работу честно.
- Исполним, - первый киллер неуклюже выполз из машины. – Не очень трудная работа положить двух человек.
 Второй киллер последовал за ним, спустя несколько минут.
Ни Вениамин Яковлевич, ни доктор Пеньков не заметили этих маневров. Сейчас их мозг был занят совсем другими. Они молча подсчитывали, куда они денут свой гонорар. Доктор Пеньков хотел потратить деньги на детали, которые постоянно требовались его «волге». Вениамин Яковлевич хотел умилостивить свою жену и купить ей шубу. Она давно мечтала о норковой шубе, да только вот денег на эту шубу у мужа не находилось. Поэтому и ходила его супруга в старом пальто.
Сейчас доктора недоумевали, почему к ним не подходит человек и не дает им обещанные доллары. Их заказчик явно не торопился отдавать им обещанные деньги.
- Опаздывает наш знакомый, - успокоил Вениамин Яковлевич доктора Пенькова. – Он же на машине ездит. Сам знаешь, какие утром на дороге пробки.
- Будем надеяться, что это действительно так, - поморщился уважаемый доктор. – Мне, почему-то кажется, что он нас элементарно кинул.
- Типун тебе на язык! – крикнул своему напарнику Вениамин Яковлевич и замахал руками. – Наш заказчик человек не того уровня, что бы кидать на две тысячи долларов нищих докторов.
- Посмотрим, посмотрим, - пробурчал доктор Пеньков.
Они до конца продолжали верить, что очень скоро получат за труды свои праведные звонкую монету. А смерть меж тем приближалась к докторам в виде двух сутулых, мрачных субъектов. Они шли по асфальтовой тропинке, держа руки в карманах. Ладони их крепко сжимали рукоятки пистолетов, которые они заранее сняли с предохранителей.
Когда до докторов осталось несколько шагов, один из киллеров, который приближался к ним сзади, вытащил резко руку из карманов. Стая голубей слетела мигом с тротуара, будто почуяв, что здесь сейчас произойдет нечто страшное.
А ничего страшного не происходило. По крайней мере, если наблюдать происходившие события со стороны. Раздался щелчок глушителя, и пуля вонзилась в затылок доктору Пенькову. Он начал медленно оседать. Вениамин Яковлевич и даже не успел поддержать своего коллегу. Он обернулся на звук щелчка, и с ужасом разглядел человека, который держал пистолет, направленный в их сторону.
А второй киллер меж тем тоже выхватил пистолет из кармана. Раздался новый щелчок, и новое черное пальто доктора окрасилось кровью. Пуля вошла в грудь Вениамина Яковлевича. Из его груди вырвался стон. В глазах появилось выражение ужаса. До его сознания начало доходить, какую награду приготовил им заказчик. Киллер продолжал нажимать на спусковой крючок пистолета. Второй выстрел сбил Вениамина Яковлевича с ног. Третья пуля вошла ему прямо в голову. Киллеру показалось и этого мало. Еще две пули вошли уже в мертвое тело Вениамина Яковлевича.
Убийство докторов заняло по времени не больше десяти секунд. Еще один выстрел возле Центрально парка, похожий больше на выхлоп шампанского. На этот раз это был контрольный выстрел в голову доктора Пенькова. Его тело передернулось и замерло.  Убийцы спокойно потрусили в машину, окончив свое дело. Им не к чему было торопиться. У их преступления не было свидетелей, кроме стаи голубей, которые почти сразу же после ухода двух людей, снова слетелись на тротуар в поисках  хлебных крошек.
Оружейник, тоже не спеша, тронул машину с места, когда одноразовые киллеры оказались на заднем сидении автомобиля. Никаких благодарности с его уст в адрес своих исполнителей у него не слетело. Зато киллера всю дорогу обсуждали удачную акцию. Так же не спеша, соблюдая все мыслимые правило дорожного движения, Оружейник  довел машину до безлюдного переулка.
- Ваши стволы? – попросил он у своих людей. Те безропотно протянули стволы своему руководителю. Они верили Оружейнику.
- Наши дозы! – только попросили они. – Когда ты их нам дашь?
- Героин в багажнике, - успокоил их Оружейник. – Я схожу за ним.
- Вот и хорошо, -  одобрили поступок Оружейника киллеры.
Он вылез из машины и начал обходить ее сзади. Но багажник открывать он не стал. Он выхватил оба ствола из карманов своей куртки, куда он их спрятал до этого, и в затылках убийц, равно как и на заднем стекле автомобиля появились маленькие дырочки. Из этих дырочек в затылках киллеров тонкой струйкой потекла кровь на автомобильные сидения. Их тела дернулись и затихли. 
- Все, - подвел итог сегодняшней операции Оружейник, бросая «ТТ» на землю. Ему даже не пришлось стирать отпечатки своих пальцев, поскольку он вел машину в кожаных перчатках. Неспешным шагом Оружейник пошагал в сторону запутанных переулков. В голове его сидела одна мысль, что нужно позвонить Толи и сообщить ему об итогах своей работы. Он так и поступил.

                Глава четырнадцатая.

Сердце человека забилось, когда издали, он увидел серую коробку гостиницы «Космос», стандартную, как и все советские постройки семидесятых годов прошлого уже века. Что там его ждет?
И рад бы он был затормозить свое движение, но ноги сами шагали в нужную сторону. Да и рука сама потянулась к массивной ручки, что бы открыть тяжеленную дверь. А легкие набрали больше воздуха, словно бы их обладатель совершал глубоководное погружение.
Он сделал шаг, и очутился в гостиничной сутолоке, где никто ни на кого не обращал внимание. Все были заняты приемом иностранной делегации. Впрочем, иностранной, это громко сказано. В гостиницу приехали толи узбеки, то ли казахи, с непонятной миссией. Но платили они щедро, соответственно, и требовали к себе внимание.
Человек пробился сквозь толпу, говорящих о чем-то аборигенов. Портье равнодушно скользнул по нему взглядом.
- Вам чего нужно? – буркнул гостиничный служитель. Он никогда не проявлял любезность, пока, не убеждался, что перед ним находится вполне платежеспособный человек.
- Я ваш постоялец, - представился человек.
- Так, - равнодушные глаза портье снова скользнули по человеку. – И чего вам от нас нужно? Номер мы вам сейчас заменить не можем. Сами видите, у нас сейчас иностранная делегация.
- Нет, с номером у меня все в порядке. У меня необычная просьба, - пробормотал человек.
- Я вас слушаю, - устало произнес портье. Кто бы знал, сколько к нему за смену обращаются с такими необычными просьбами. 
- Я остановился в вашей гостинице. А потом забыл, в каком номере я остановился. Вы меня понимаете? – спросил необычный постоялец у работника гостиницы.
- Не очень, - портье действительно не понял, в чем суть проблемы. - Сформулируйте свою просьбу, как можно более конкретней, - попросил он.
- Я вчера перебрал со спиртными напитками. После чего меня забрал милицейский наряд. А сегодня меня отпустили. Чего тут может быть непонятного? – пожал плечами посетитель.
- Так это вы вчера в нашем баре устроили потасовку? – догадался портье. Он слышал о драке от вчерашней смены.
- Именно, я, - скромно потупил свой взор человек. – Хотя я и не был прямым виновником этой потасовки.
- Ваша фамилия Черкасов, и вы остановились в семьдесят седьмом номере, - проинформировал человека портье. – Это на третьем этаже. Лучше вам воспользоваться лифтом.
- Спасибо. Только…
- Что еще? – участливо поинтересовался портье.
- Мне очень неловко, но я потирал ключи, - сообщил ему Черкасов.
- Вы должны заплатить штраф за это. У нас не так много ключей, вы меня понимаете?
- Понимаю. Сколько вы хотите?
Таких конкретных клиентов портье любил всегда.
- Тысячу рублей, - он сильно завысил сумму штрафа. Он был ровно вдвое меньше. Но триста рублей портье брал себе. А еще двести портье от щедрот своих отдавал горничной по этажу.
- Хорошо, - человек по фамилии Черкасов залез в свой бумажник и выложил на стойку тысячную купюру. Она тут же исчезла в карманах бармена, будто её и не было.
- Можете взять запасные ключи у горничной, - портье схватился за трубку внутреннего телефона. – Я предупрежу ее.
- Большое вам спасибо, - поблагодарил Черкасов. – За мной не заржавеет. Чаевые для горничной будут самые щедрые.
- Очень на это надеюсь, - улыбнулся уголками губ портье. Часть этих чаевых тоже окажется в его кармане.
Черкасов воспользовался его советом и за один миг влетел на лифте до уровня третьего этажа. Горничная на этаже была та же самая, что и предлагала ему котлетки по-киевски. Она работала эту смену за свою напарницу. Горничная улыбнулась ему самой широкой улыбкой. Человек по фамилии Черкасов чувствовал, что она растерялась от его появления. Не ожидала горничная  подобного поворота событий.
- Очень рада приветствовать вас, Петр Иванович, - назвала она своего постояльца по имени и отчеству. Горничная обладала профессиональной памятью на имена и фамилии. – Я уже предупреждена о ваших проблемах. Есть одно обстоятельство.
- Какое обстоятельство? – быстро спросил Черкасов.
- От вашего номера не предусмотрены запасные ключи, - ответила горничная. – Такая вот ерунда. Но, - успокоила Черкасова горничная. – Мы одним мигом решим ваши проблемы. В течение одного часа.
Так! Судя по всему, начались первые проблемы. Горничная явно работала в одной связке с теми людьми, которые запихнули его сначала в милицейский обезьянник, а потом, и в психиатрическую клинику.
- Машенька, - Черкасов вспомнил имя горничной. – У меня нет этого часа! Мне позарез нужно попасть в свой номер именно сейчас.
- Я могу вам предложить чашку кофе, или коньяку! – произнесла с широкой улыбкой Машенька. Черкасов вспомнил, именно с такой улыбкой горничная предлагала ему на выбор любую девушку за умеренную плату. Он еще не успел даже толком осмотреться в своем номере, а горничная уже лезла к нему с предложением об интимных услугах. Дело это было вполне обычное для всех российских гостиниц, в которых останавливался Черкасов.
- А негритянку можно у вас заказать, - пошутил тогда человек по фамилии Черкасов.
- И негритянку тоже, - не смутилась Машенька. – У нас все есть. Только этот заказ будет стоить других денег.
- Это понятно. А СПИДа у этой негритянки нет? – продолжил свой шутливый расспрос Черкасов.
- Нет, у нас все девушки проверяются каждую неделю, - вполне серьезно ответила ему горничная. – Случаи заражения клиентов исключены.
- А тебя можно заказать? – продолжил свою шутку Черкасов. Ему всегда нравились такие девицы наглого поведения.
- Можно, - этот вопрос ничуть не смутил Машеньку. – Только это уже будет стоить гораздо дороже.
- Даже дороже, чем негритянку? – удивился Черкасов.
- Дороже! – с гордостью подтвердила Машенька свою цену.
- А ты все умеешь?
- Я умею даже то, что вы никогда не видели.
- Вот даже как!
- Даже так. У нас очень серьезная фирма!
- Ладно, ладно, - спустил тогда ситуацию на тормозах Черкасов. – Может быть, в другой раз.
И вот этот другой раз настал.  Сейчас Черкасов обеими руками прижал Машеньку к своей груди.
- У нас так не принято, товарищ командировочный, - слабо запротестовала она.
- Значит, я командировочный, - спросил Черкасов у своей знакомой.
- Вы мне так сами представились, - попыталась отстраниться от него горничная.
- Все, значит, помнишь. А про наш разговор тоже помнишь? – допытывался у нее Черкасов.
- Какой разговор? – не поняла его горничная.
- Когда ты мне девочку предлагала. Я сейчас хочу девочку. То есть, - уточнил Черкасов, – тебя.
- Мне некогда сейчас, - предприняла попытку Маша разжать железные тиски постояльца.
Черкасов понял, что времени у него немного. И ему нужно действовать немедленно. Он отпустил горничную из своих железных объятий. Та отошла от него на шаг, и принялась кокетливо поправлять прическу.
- Не умеете вы себя вести, товарищ командировочный! – заметила горничная.
- Очень даже умею. – На этот раз Черкасов одной рукой схватил Машу за плечо, и придвинул ее к себе так близко, что она стала ощущать ствол, который лежал в кармане куртки Радова. Маша тихонько взвизгнула. Этот визг обещал гораздо большее. Поэтому Черкасов предупредил свою собеседницу.  – Лучше не орать! Я шутить не умею. Первая пуля твоя.
Шутки кончались. Игра пошла серьезная. И горничная это поняла. Уловила она, что их отношения с постояльцем коренным образом поменялись.
- Ну, так, где ключ от моего номера? -  спросил у нее Черкасов.
 Ключ нашелся тут же. Он лежал спокойно в кармане накрахмаленного фартука горничной. Дрожащими руками она протянула ключ.
- Возьмите ваш ключ.
- Так не пойдет, - покачал головой Черкасов. – Сама открой мне дверь!
- Хорошо, - кивнула головой горничная.
Несколько шагов они сделали вместе, как будто бы были влюбленными, которые давно желали слиться в страстном порыве. Машенька сделала две попытки открыть дверь, прежде, чем попасть ключом в замочную скважину. Руки ее ощутимо тряслись от волнения. Два поворота ключа и Черкасов вместе с горничной оказался в комнате. Прежде чем искать свои документы, Черкасов выяснил маленькое дело.
- На кого ты работаешь?
- На Толю Середского.
- Где его можно найти?
- У него офис в центре.
- Вы доложили ему о моем визите? – догадался Черкасов.
- Да, - кивнула головой горничная.
Больше она не интересовала Черкасова. Он схватил ее за подбородок, и дернул за шею изо всей силы. Горничная стала медленно заваливаться. Это и не удивило Черкасова. Он услышал хруст шейных позвонков. Самое главное – этот неприятный хруст был ему уже знаком. Значит, он, когда-то поступил точно так же, как это с горничной.
 Жалко ли  ему эту женщину. На этот вопрос Черкасов ответил отрицательно. Ему было ее совсем не жалко. Она являлась всего лишь препятствием на пути к намеченной цели. Черкасов даже не стал убирать женское тело, которое лежало посреди дороги. Она ему совершенно не мешало.
А времени у Черкасова было в обрез. Ровно сколько, что бы обыскать эту комнату и найти свои документы. А еще пистолет «ТТ», прикрепленный скотчем под кроватью. Его собственный пистолет! И глушитель к нему. И пистолет, и глушитель, и пара запасных обойм ему очень еще могут пригодиться в настоящий момент.
Затем гражданин Черкасов схватил все свои документы, а именно паспорт, страховое свидетельство,  автомобильные права и документы на конкретную машину. Захватил с собой несколько предметов из своего собственного гардероба, который оказался на удивления скудным. Сложил все эти ценные вещи в спортивную сумку и вышел из номера. Про пистолет и глушитель он тоже, конечно, не забыл. Пистолет  лежал  на дне сумки, прикрытый рубашками и свитерами. А глушитель он привинтил к пистолету Радова.
Теперь можно было делать ноги из этой гостинице. Один только штрих и остался. Черкасов достал полотенце из ванной комнаты и протер поверхность, с которой соприкасались его руки. Как сегодня он оставил свои отпечатки, так и вчера. Именно поэтому и требовалась тщательность в уничтожении своих собственных следов. Ни к чему, что бы в этом номере, рядом с мертвым телом, остались его отпечатки пальцев. Процедура их уничтожения заняла десять минут. Черкасов понимал, что за это время он мог уже быть за пределами этой гостиницы. Но он ничего не мог с собой поделать. Такова у него была программа, которую в него заложили неведомые учителя. 
Черкасов мягко прикрыл дверь своего бывшего номера и протер ручку все тем же полотенцем. Мягко взвизгнула молния сумки – именно туда Черкасов бросил полотенце. Затем он неторопливым шагом направился к лифту. Он понимал, что не к чему сейчас проявлять торопливость. Время для ухода и так им упущено.
И точно!
На встречу Черкасову, мило улыбаясь, двигались два габаритных товарища. Оба носили одинаковых куртки из дорогой кожи. В обоих было больше центнера веса. И у обоих была явно одна цель. Он. Черкасов. Именно поэтому они и улыбались совершенно незнакомому человеку. Черкасов понимал, что столкновение неизбежно. И он знал, что этих улыбающихся товарищей он завалит.
Дальше события стали развиваться самым стремительным образом. Время стало напоминать пружину, которую до этого момента, кто-то тщательно натягивал. А теперь отпустил. И это пружина в одно мгновение сжалась.

                Глава пятнадцатая.
 
- Он тут, - Толя сразу и не вспомнил, кто к нему звонит. Важный, должно быть, человек, если знает номер его служебного телефона.
- Кто он? – уточнил Толя.
- Человек, про которого вы нам вчера так долго говорили, - ответил его собеседник. – Его фамилия Черкасов. Он объявился в гостинице.
Ладонь Толи, что держала телефонную трубку, покрылась потом. Он стал подавать людям, собравшимся в этот утренний час в его кабинете, знаки, что бы они прекратили  свои ненужные разговоры.
- Когда он появился? - Только один вопрос и вертелся в мозгу у Толи.
- Только что, - сообщил администратор гостиницы «Космос», который получал из рук Толи гораздо больше, чем он получал на своей основной работе.
- И что он делает? – задал новый вопрос Толя.
- Черкасов поднялся в свой номер, - проинформировал его администратор.
- Задержите его, как можно дольше, - приказал Толя. – От этого зависит… Впрочем, сам понимаешь, чего от этого зависит.
- Понимаю, понимаю, - заюлил гостиничный администратор, но Толя его уже не слушал. Не тем человеком был администратор гостиницы, что бы Толя выслушал его ответы.
- Наш клиент объявился, - сообщил он, выпрыгивая из своего начальственного кресла. Сейчас его мышцы собрались в один стальной комок. И этот комок готов был сокрушить все, что попадется на его пути.
- Где? – все его лучшие люди, которых Толя собрал в своем кабинете, разом вскочили со своих кресел. Они были готовы действовать прямо сейчас. Толя мог гордиться своим воинством.
- В гостинице «Космос», - назвал Толя место, где сейчас находился человек по фамилии Черкасов.
Таким образом, это производственное совещание оказалось законченным. Человек пятнадцать быстро побежали вниз к своим машинам. Им не требовалась никаких напутственных слов. Эти люди хорошо знали свои производственные обязанности. Сейчас их обязанность состояла в том, что бы захватить Черкасова. Любой ценой. И в любом виде. Соответственно, для этого захвата годились любые силы. И жертвы тоже могли быть любыми.
  До гостиницы люди Толи доехали быстро, не прошло и пятнадцати минут, как четыре мощных джипа с тонированными стеклами подрулили к гостиничной стоянке. Из джипов вылезли пятнадцать крепких представителей криминала, одетых в дорогие костюмы и кожаные куртки. Давно уже эти ребята не надевали джинсовую одежду и спортивные костюмы. Они считали это ниже их достоинства. Выросли они их спортивных костюмов, золотых цепей с палец толщиной и старых иностранных автомобилей.
Этим ребятам не нужно было объяснять, что делать. Они знали все и сами. Первым делом, они перекрыли все возможные входы и выходы, а именно, центральный выход из гостиницы, служебный выход и черный ход, откуда выносили мусор из кухни. На это потребовались силы шестерых парней. Еще четверо парней во главе с Толей остались дежурить в центральном холле. А группу пятерых отважных парней, которые направились наверх, возглавил наиболее опытный человек с погонялом Тракторист. Это была ударная группа. Им и предстояло решить проблему с захватом Черкасова. Сам Тракторист поехал на лифте с другим братком, а еще троих своих подчиненных он направил по лестнице. Не осталось ни одной лазейки, через которую мог просочиться Черкасов. Расчет Толи оказался верным.
В данную минуту Тракторист широко улыбался, шагая по коридору навстречу Черкасова. Половину своей задачи они уже решили. Обнаружили Черкасова. Да только для него эта встреча была не радостной, и нежеланной. Но и неожиданной ее назвать было ни как нельзя. Готов был к этой встрече Черкесов.
Как только Тракторист подошел к нему на расстояние вытянутой руки, он начал действовать. Первый удар был отвлекающим, и Тракторист, как опытный боец на него не реагировал. Зато второй браток, пользуясь ошибкой Черкасова, обошел его с боку, и напал на него со спины. Удар кастетом мог бы быть сильным, если бы Черкесов не совершил обманный нырок. Времени на дружеские поклоны у него не было, да и кастет сорвал кожу за ухом, откуда тут же засочилась кровь. Следующие движение Черкасова носили более эффективный характер. Удар ногой назад. Судя по человеческому вою, этот удар достиг своей цели. Громадная туша Тракториста бросилась навстречу Черкасова, пытаясь подмять его по себя. Судя по тактике, Тракторист раньше баловался вольной борьбой. А Черкесов сделал короткий шаг в сторону, захватил своего противник за локтевой сгиб, и провел эффективный бросок. Тракторист оказался на ковре, которым покрыт, был пол коридора. Затем Черкасов резко схватил своего противника за запястье и перегнул его с такой силой, что Тракторист издал истошный вой, а запястье треснуло. Тракторист надолго вышел из борьбы. Болевой прием явно достиг своей цели. Второй браток отошел от первого шока и попытался взять реванш. На этот раз с помощью электрошоковой дубинки. Ее он достал из-под куртки. Видимо, в самом начале схватки браток и предположить не мог, что дубинка ему понадобится.
Она со свистом рассекла воздух и могла бы ударить прямо голове Черкасова, да только он резко отпрыгнул назад. Время борьбы закончилось. Начиналось время стрельбы. Благо, на ствол пистолета Черкасов предусмотрительно навернул глушитель, и стрельбу не могло слышать много народу.
Руку Черкесов сунул в карман, нащупал там пистолет и нажал на спусковой крючок. Сразу же две дырки появилось на кожаных куртках. Только одна дырка испортила карман куртки Черкасова, а вторая дырка появилась в левой части грудки безымянного братка. Он с ужасом посмотрел на эту дырку и рухнул на пол. Дубинка – не самое эффективное оружие против пистолета.
 Следующая пуля досталась Трактористу. Он здоровой рукой полез в карман и поплатился. На его куртке тоже появилась дырка в районе плеча, а сама рука плетью рухнула на ковровую дорожку. Тракторист разразился страшной руганью, понимая, что эту схватку он проиграл. Его напарник в это время находился в агонии.
Черкесов, словно бы, почуял появление новых персонажей этой истории. И вовремя.  Картина в стеклянной оправе резко взметнулась вверх, а сама оправа разлетелась на мелкие осколки. В картину попала пуля, которая предназначалась для Черкасова. Он вовремя сумел упасть на пол. Это трое братков, шагавших по лестнице, подоспели на помощь своим коллегам. Один из них, что первым выбежал в коридор, тут же споткнулся. Черкасов вынул руку из кармана и открыл огонь. Первая пуля настигла своей цели, и рванула куртку бойца. Он  оказался на полу. Два его товарища огрызнулись. Если бы Черкасов не перекатился несколько раз, то эти пули достались бы ему. А так они не причинили ему никакого вреда, улетев в конец коридора, и изрядно испортив стену гостиницы.
Зато стрельба Черкасова оказалась более эффективной.
Он сделал четыре выстрела за три секунды. И все его пули нашли свои цели. Бойцы Толи легли в этом коридоре. А Черкасов не пожалел на них еще три пули - на  тот случай, если на бойцах были бронежилеты, и они еще были живы. Только после того, как у бойцов не осталось ни единого шанса остаться в живых, он вскочил и бросился к Трактористу. У него было совсем немного времени. Для передышки и для расспроса.
- Сколько народу у вас? – наклонился он над Трактористом.
- Пошел ты… - Тракторист никогда не придавал своих коллег. Тем более, сейчас, когда он осознавал, что у него нет ни малейшего шанса остаться в живых.
- Придется причинить тебе боль, - колено Тракториста взлетело вверх, и тут же опустилось. Пуль Черкасову было,  совсем не жаль, а грохот выстрелов из пистолетов его противника все равно разнесся уже далеко. Как и крик Тракториста, когда пуля разворотила ему колено. – Следующая пуля попадет тебя в самое главное мужское место. – Это была вовсе не пустая угроза, а очень неприятная альтернатива молчанию. И Тракторист это осознавал.
- Нас пятнадцать человек, - выдохнул он. – Было. Ты убил четверых.
- Кто вами руководит?  - последовал следующий вопрос Черкасова.
- Толя Середской, - выдал Тракторист имя своего босса.
- Спасибо тебе.
- Не за что.
Черкасов поставил точку в этом разговоре. А так же в жизни Тракториста, который успокоился с маленькой дырочкой во лбу. Даже удивительно было, как такая дырочка могла убить такого здорового человека. Но, тем не менее, Тракторист дернулся и застыл навсегда. От женского визга заломило уши у Черкасова, привыкшего в своей жизни ко многим звукам. Это какая-то дамочка выглянула в коридор. И увидела не самую красивую в своей жизни картину. Пять трупов лежали в самых разнообразных позах на полу. И понятно было, что люди эти умерли не своей смертью. Женский крик становился все громче.  Хорошо еще хоть лицо Черкасова это дамочка не видела, он в этот момент как раз наклонился над Трактористом, поэтому  женщина и осталась в живых. Свидетели Черкасову сейчас было совсем не нужно.
Он вытащил новую обойму из пистолета «ТТ» Тракториста и запасную обойму, которая, так же имелась у бандита. Обоймы ему еще понадобятся.
Теперь нужно выбираться отсюда. Судя по гудению лифта да по топоту ног на лестнице, на третий этаж  уже спешит подмога мертвым бандитам. И настроена эта подмога, наверняка, очень решительно. Когда, они увидят трупы своих товарищей, к этому боевому настрою добавится и обыкновенные человеческие чувства – злость и желание отомстить за погибших товарищей. В открытый бой Черкасову с ними вступать не хотелось. Слишком не равны были силы. Бандитов, хоть и осталось десять человек, но людские ресурсы у них неисчерпаемы. Определенно, Черкасову сейчас лучше делать ноги.
Тело ближайшего бандита он подтащил к окну. Напряг свои силы и выбросил бандита в окно. Только остатки стекла звякнули. Иначе нельзя никак было поступить, что бы открыть окно, нужно было вставать на стул, или на стремянку, а где сейчас эта стремянка, или стул? А пробивать стекло своим телом Черкасову не хотелось. Это только в кино герои легко прыгают сквозь стекло. В реальной жизни этим стеклом можно не только порезаться, но и пораниться смертельно. Поэтому Черкасову и пришлось прилагать свои усилия.
Прыгать с высоты третьего этажа – не такой уж большой труд. Особенно, если прыгать в зеленый газон, усыпанный желтыми листьями. Черкасов приземлился мягко. Схватил сразу же сумку и осмотрелся.
Так и есть! Два представителя криминала заметили его падение, и несутся от центрального выхода прямо к нему. Да и бандиты на третьем этаже разобрались в ситуации, и грозились открыть огонь прямо с третьего этажа. Злость сейчас переполняла бандитов, и им было совершенно наплевать на то обстоятельство, что они могут ранить случайных прохожих.
 Воевать с двумя сторонами очень сложно. Поэтому пришлось Черкасову дать деру. Хорошо, хоть сил у него оставалось много. Главное, отбежать от гостиницы, как можно дальше. Бандиты, естественно, бежали за ним. А вот стрельбу они открыть на людной улице не решились – и в самом деле не отморозки же они? Однако были они очень сильными и тренированными людьми. Сказывалось и то обстоятельство, что предыдущую ночь они провели вполне спокойно. И никто не колол его преследователей успокаивающими веществами, или пичкал наркотиками. Черкасов уже устал бежать по улице, расталкивая локтями прохожих. Одно его только и радовало. Он заметил впереди темную пасть переулка, куда можно было нырнуть, спасаясь от преследования. Черкасов уже чувствовал дыхание первого бандита за своей спиной, когда он оказался в этом переулке. Тихом и безлюдном, то есть, в таком переулке, где легко можно затеять разборку с двумя бандитами, не опасаясь за жизнь случайных прохожих.
 А затем первый бандит схватил его за куртку, и Черкасов резко развернулся. В пустом переулке он готов был разговаривать со своими преследователями один на один. И пистолет к этому случаю был готов. Черкасов и сделал первый выстрел. Первый бандит дернулся, когда пуля вошла ему в живот. Второй бандит ответил на предложение Черкасова ответным, но Черкасов ловко спрятался за его напарником, которому и так уже было плохо, от того, что пуля вошла в его живот. Теперь и совсем ему стало невмоготу, когда вторая пуля клюнула его в спину. А затем и третья.
Зато Черкасов огрызнулся. Он оттолкнул мертвого бандита. Выстрел он сделал слету, не целясь, а попал точно в лоб своему противнику. Чего же не попасть с такого расстояния? Черкасов видел, как из пулевого отверстия хлынула кровь. Бандит упал на землю, и больше уже не вставал. Его приятель повалился вслед за ним. Двумя бандитами на этой грешной земле стало меньше.
А Черкасов ловко наклонился и достал из пистолета первого бандита обойму. Обоймы эти ему сейчас были очень нужны. Он и сам не знал, какой объем работы ему нужно еще проделать. Затем Черкасов повернулся и пошагал вглубь двора. Ему сейчас хотелось быть, как можно дальше от места этих событий.

                Глава шестнадцатая.

Как Толя посмотрел на бойню на третьем этаже, так понял, что надо давать деру из здания гостиницы. Местная милиция, хоть и питалась из его рук, однако, как взбесившаяся собака могла укусить своего хозяина. Обязательно будут менты копать под него – найдутся такие любители. Тот же Колычев, который возглавляет отдел по раскрытию убийств. А тут не одно убийство, а целых пять.
Толя развернулся и бодрым шагом зашагал к выходу. Была у него надежда, что двое его людей сумеют поймать одного киллера. Слабенькая была надежда, да и она испарилась, как утренний туман, когда сердобольная гражданка, возвращавшаяся из магазина, наклонилась над двумя телами. Она подумала, что мужикам стало плохо, однако, сумела заметить кровь на земле. Тогда этот двор и его соседние окрестности огласил страшный крик. Толе доложил о новых потерях тут же. Он только вздохнул. Сам уже догадался, что не зря его люди не выходят на связь.
 Затем Толя стал выдумывать тактические ходы, как ему отбиться от милиции. Гражданин Колычев – очень прыткий страж порядка, и он не упустит возможность уцепиться за Толю – тут уж будет не до поисков киллера.
Выход Толя нашел из этой ситуации всего один. Это исчезнуть на время. Всего на два дня. Это если повезет. А если нет, то тогда его исчезновение затянется…
Но Толя верил в свою удачу, и верил, что ему повезет. Он вообще по жизни был везучий человек.
   Сколько раз в него стреляли, и всегда пули пролетали мимо, хотя стрелки обычно бывали очень опытными людьми. И гранаты ему в окно кидали, и взрывались они всегда, да только вот осколки их не причиняли ему никакого вреда. Один раз все внутренности его любовницы разворотили, и помощнику Толи оторвало полголовы. А он стоял посреди комнаты и понимал, что и в этот раз ему повезло…
Первым делом Толя поехал в свой офис. Хранились в его сейфе кое-какие документы. Негоже их было оставлять там. Мало ли что случится.
В своем кабинете толя пробыл ровно минуту. Набрал  код, которым открывался сейф и захватил с собой кожаную папку. Затем покинул свой кабинет, спрятав папку под пиджак. Очень будет нехорошо, если потом секретарша даст показания, что он вынес из своего кабинета папку.
- Я уезжаю на некоторое время, - сообщил Толя своей секретарши в тот момент, когда телефоны в его служебном кабинете разрывались от звонков.
- Что мне говорить тем людям, которые будут интересоваться вашей судьбой? – деловито спросила секретарша.
- Нет меня, - дал ей указания Толя. – Уехал в служебную командировку. Когда прибуду – неизвестно. В общем, сама знаешь, чего говорить. Или зря я тебе плачу такую зарплату.
- Понятно, - кивнула головой секретарша. – Все сделаю, как вы сказали.
С огромным сожалением Толя покинул свой офис. У черного хода его уже ждали две машины. Одна его личная, а другая машина охраны. Толя только вздохнул. Машина охраны сейчас была только лишней. Она демаскировала его отъезд. Толя в городе не последний человек, всегда найдутся люди, которые покажут, в каком направлении отправилась его машина. Это он и объяснил своим людям. Затем приказал верному водителю трогать. Но направление пока не называл. Сейчас ему нужно было сориентироваться в ситуации.
Расположившись на кожаных сидениях автомобиля, Толя принялся делать звонки по сотовому телефону. Все-таки, как не крути, а сотовый телефон – великое изобретение цивилизации. Вроде, и маленькая штучка, зато незаменимая. Всегда с тобой, хоть в бане, хоть на охоте, хоть у девки в постели.
 Первый звонок Толя сделал Оружейнику. Его люди могут в ближайшее время понадобиться. Их незаменимость состояла еще и в том, что формально они никаким образом не были связаны с Толей и его охранным агентством.
  Второй звонок он совершил своим людям, которые находились возле камеры хранения автовокзала. Толя дал им указания там и оставаться. И смотреть за этой камерой, не отрываясь. Чем черт не шутит – вдруг киллер там появится. Хотя лично Толя в такую возможность не верил. Слишком уж она была фантастической.
 Третий звонок он сделал Знахарю. Именно этот третий звонок и вызывал у Толи самые серьезные опасения. До этого он отдавал приказания своим людям. Теперь должен сам давать отсчет за свои действия перед хозяином.
Знахарь уже был в курсе сложившийся ситуации, все таки прошло уже более часа с начала перестрелки в гостинице.   Знахарь был чрезвычайно недоволен перестрелкой и ее последствием. И Знахаря можно было понять, именно над его жизнью возникла реальная угроза. И Толя не предпринял сегодня никаких эффективных действий, что бы устранить эту угрозу.
- Ты сделал Толя слишком много ошибок, - голос Знахаря остался спокойным, как у скалы.
- Я знаю, - Толя умел признавать свои ошибки. – И я исчезаю. Не на совсем, конечно, а только на два дня.
- Объяснись! – Знахарь не понял течение мыслей своего заместителя.
- Не хочу сейчас связываться с милицией, - пояснил ему Толя. – Вполне возможно, что они меня задержат. Формальных поводов у товарищей милиционеров больше, чем достаточно. Кто тогда вас будет защищать?
- Защитник, какой нашелся! – съязвил Знахарь.
- Другого у вас все равно сейчас нет, - сказал Толя чистую правду.
- Ладно, - Знахарь не стал влезать в споры. Не барское это дело – спорить со своими подчиненными. – Надеюсь, эти два дня ты потратишь не зря.
- Я их потрачу с пользой, - пообещал Толя.
- Хорошо, разрешаю тебе исчезнуть на эти два дня. Только поддерживай со мной связь постоянно, - дав последние наставления, Знахарь закончил этот разговор.
Толя снова откинулся на кожаные подушки сидений. К сожалению, это были еще не все звонки на сегодня.  Новый звонок Толя сделал в службу технического обеспечения своего агентство.
- Это я, - просто представился он. Начальство, как справедливо предполагал Толя, должны знать подчиненные не только в лицо, но и по голосу.
- Здравствуйте, Анатолий Иванович. – С начальником службы технического обеспечения Толя общался не часто, но тот всегда проявлял к нему уважение. Сказывались его профессиональные привычки – тот всю жизнь проработал в специальных службах. Толя в свою очередь не стал тратить слова на напрасные приветствия.
- Нужно взять на технический контроль телефоны одного человека, - Толя техническим контролем называл элементарное прослушивание телефонных переговоров.
- Кого именно? – начальник службы технического обеспечения был готов выполнить любое указание Толи. Он очень крепко зависел от Толи – тот его спас от одной очень криминальной ситуации. Начальник и не догадывался, что эту криминальную ситуацию подстроил сам Толя. Ничего не было нового под луной. Все тираны, диктаторы и криминальные бароны любили иметь дело с людьми запятнанной репутации.
- Ты помнишь, мы говорили о нем, - уклончиво ответил Толя. Даже в личных телефонных переговорах Толя не желал называть имя этого человека. Он знал из личного общения со своим собеседником, каких высот достигла современная техника подслушивания.
- Помню, у меня хорошая память, - в голосе начальника службы технического обеспечения не было излишнего энтузиазма. Но это и понятно, какой дурак обрадуется лишней работе. Это только в советском кино герои искали себе работу. – Я все сделаю. Какие сроки моей работы?
- Лучше тебе эту работы было сделать вчера. То есть, сделать все нужно немедленно, - объяснил ему Толя.
- Я понял, - проявлял дисциплинированность начальник службы технического обеспечения.
- Распечатку всех переговоров принести мне сегодня вечером, - отдал последнее приказание Толя. – А если услышишь то, что покажется тебе важным, докладывать сразу же.
Толя закончил этот разговор. Остался последний штрих. А именно позвонить человеку, который являлся его заместителем по детективному агентству. Человек этот не имел никакого криминального прошлого. Впрочем, и особых привилегий он не имел. Все понимали, что этот заместитель выполняет чисто декоративные функции. Толя дал ему указание, что бы, он не дремал, равно, как и его люди. И продолжал выполнять свои служебные обязанности.  Его люди, конечно же, если верить словам заместителя, проявили свой боевой дух и высокий моральный настрой.
 - Мы всегда готовы работать, - заверил его заместитель, который ранее был офицером спецназа.
- Ну, ну, - не слишком поверил ему Толя. По своему жизненному опыту он хорошо знал, что подчиненные всегда уверяют начальство в своем высоком боевом духе и готовности работать в любое время суток. На самом же деле, это были всего лишь пустые слова. – Так и держать! – на такой высокой ноте Толя и завершил этот разговор.
- Куда ехать? – постучал в стеклянную перегородку водитель. Его состояние можно было понять: он устал кружить по городу. Последние полчаса он этим и занимался.
- Езжай к Темному переулку, - указал Толя водителю. Это было народное название места, куда направлялся Толя. На самом деле этот переулок носил имя какого-то местного революционера. Раньше это было довольно криминальное место. Но с тех пор прошло много мест. И Темный переулок стал одним из районов элитной застройки.
Именно там, в одном из домов, построенном совсем недавно, находилась его конспиративная квартира. В ней Толя надеялся провести этих два дня.

                Глава семнадцатая.

Черкасову пришлось изрядно покружить по городу. Только когда он убедился, что за ним нет хвоста, он решился сесть на общественный транспорт. Ему нужно было ехать за своими воспоминаниями к лучшему специалисту в этом городе. Другого пути вернуть свои воспоминания он сейчас просто не видел.
 Но вначале он решил заехать за Леночкой. Черкасову нужен помощник, а без Леночки он ничего не добьется.  Она – лучший помощник в этой ситуации. Другого помощника в ближайшие часы для себя он не видел.
Черкасов осторожно приблизился к дому, где он провел остаток ночи и час утра. Предосторожность, однако, была излишней. Возле дома Радова никого не было, кроме мамаш, которые следили за своими детьми. Соответственно, они не обращали никакого внимания на солидно одетого мужчину. Да и в квартире Радова все осталось по - прежнему. У Черкасова имелся небольшой повод порадоваться – его убежище за это время никто не вычислил. Он сорвал скотч со рта Леночки, и снял с нее наручники.
- Есть хочешь? – спросил он ее.
- Немного, - призналась она.
- Доставай все, что есть в холодильник, и готовь себе еду, - велел ей Черкасов. – Не стесняйся! Даю тебе полчаса.
Леночка и ему приготовила все ту же незатейливую яичницу с зажаренными ломтиками ветчины. Черкасов подкрепил и свои силы.
- Этот ваш специалист по гипнозу  действительно живет один? – спросил он у своей пленницы во время еды.
- Действительно, один, - подтвердила свои первоначальные сведения Леночка.
- Очень хорошо, - тарелку с остатками еды Черкасов пододвинул к Леночке. – Накормишь вашего шофера. Не оставлять же его голодным.
- А вы чего будете делать? – спросила она у Черкасова.
- А я пока отдохну, - Черкасов вышел из кухни. Зашел в ванную комнату и посмотрел на свое изображение в зеркале. На него смотрело сейчас лицо очень усталого человека. А главное, этот человек не знал, что делать ему дальше. Но Черкасов понимал, что определенная миссия у него имелась в этом городе, и эти люди хотели помешать его миссия. И это не просто люди. Это бандиты. К тому же, это бандиты крепко связанные с милицией. То есть, осуществить его миссию ему мешает серьезная организация. Одна мысль об этом не могла радовать Черкасова. Он включил воду и подставил голову под кран. Ему немного полегчало. Он вытер голову полотенцем и вышел из ванной.
  Что ж, он вспомнит с помощью гипноза о своей миссии в этом городишке и обязательно ее выполнит. Никакая, даже самая серьезная организация, ему не помешает.
- Он в туалет хочет, - заглянула Леночка в ванную. Водитель действительно с утра не ходил в туалет.
- Хорошо, - Черкасов вздохнул. С его пленниками было много хлопот. А убивать их у него рука не поднималась. Он чувствовал, что пленные ему пригодятся в осуществлении миссии.
Он отвел Сашу в туалет. Саша захотел, что бы Черкасов закрыл дверь туалета. Черкасов хорошо знал этот трюк. Он закрыл бы дверь, а Саша полез на полочку, которая была приделана над унитазом, как во многих квартирах. Наверняка, на этой полочке хранились инструменты, и когда Черкасов открыл бы дверь, то получил бы молотком по голове. Такая перспектива не очень радовала Черкасова.
- Делай свои дела прямо так. Ты все - таки, мужик, - рекомендовал он водителю, но все же проявил деликатность, отвел свои глаза в сторону. После того, как водитель справил свои служебные потребности, он отправился на свое место. При этом даже не сопротивлялся. Саша понимал, что он не имеет никаких шансов против вооруженного человека. Да и шика на голове, полученная сегодня утром, ощутимо побаливала.
Черкасов же велел Леночке:
- Звони к своему Максиму Ивановичу. Он ведь должен, сейчас находится на работе.
- Да, сейчас у Максима Ивановича рабочее время. Но зачем мне к нему звонить? – широко раскрыла она свои глаза.
- Я желаю его видеть, - объяснил ей Черкасов. – Ты скажи, что один человек желает с ним встретиться. Срочно.
- А где вы хотите с ним  встретиться? – Леночка еще ничего не поняла.
- На дому у твоего гипнотизера, - пояснил ей Черкасов. – Он хорошо знает твой голос?
- Мы с ним много общались по работе, - подтвердила его предположение Леночка.
- Тогда звони и передай ему мое сообщение, - дал последнее указание Черкасов. – Он – умный человек?
- Максим Иванович – кандидат наук, - обиделась Леночка на подобное подозрения. Черкасов почему-то подозревал, что, и кандидаты наук бывают глупыми людьми.
- Если он поймет смысл моего сообщения, то твое счастье. Так что, набирай номер телефона своего гипнотизера.
Леночка так и поступила. Попробуй не подчиниться человеку, если твоя жизнь находится в его руках. Естественно, она звонила не с домашнего телефона Радова. Зачем оставлять лишние следы. Черкасов протянул Леночке сотовый телефон Радова, от которого всегда можно было легко избавиться.
 По замыслу Черкасова, Максим Иванович должен был знать об исчезновении Леночки, и обязательно среагировать на ее звонок. Если он – нормальный человек, он обязан придти на встречу с неведомым человеком, который захватил Леночку. О том варианте, что он ненормальный человек, вообще лучше не думать…
Максим Иванович к счастью Черкасова оказался вполне нормальным человеком. Он сразу же узнал голос Леночки и обрадовался звонку медсестры.
- Где ты находишься? – спросил он.
- Это неважно, - Леночка понимала, что нельзя отвечать на этот вопрос. Она с мольбой посмотрела на Черкасова.
- Скажи ему, - шепнул Черкасов, - что бы он никому не говорил о твоем звонке.
- Максим Иванович, - передала его слова Леночка. – Вы некому не должны сообщать о нашем звонке.
- Иначе тебе будет плохо, - пригрозил ей Черкасов.
- Иначе мне будет плохо, - послушно повторила его слова Леночка.
- Хорошо, хорошо, - закивал головой Максим Иванович. – Я понял. – Он знал уже об участи своего непосредственного руководителя доктора Пенькова и Вениамина Яковлевича, поэтому он правильно растолковал слова Леночки. – Что тебе нужно от меня?
- Я хочу, что бы вы были у себя дома, как можно скорее, - ответила на его вопрос Леночка. – С вами хочет говорить один человек.
- Какой человек? – не сразу же понял гипнотизер.
- Тот человек, у которого я сейчас нахожусь, - Леночка похолодела. Если гипнотизер не поймет, о каком человеке идет речь, ей будет очень плохо.
- Хорошо, хорошо, - заверил Леночку Максим Иванович. - Я буду у себя дома, как только смогу. Я уже выезжаю. При самом удачном исходе, я буду там через полчаса. И я буду тебя очень ждать. Естественно, в компании с твоим человеком.
- Он будет у себя дома через полчаса, - сообщила Леночка своему тюремщику.
- И мы не раньше, - Черкасову очень понравился этот срок. – Во время сеанса гипноза, я буду, совершенно беспомощен, не так ли?
- Ну… - Леночке не хотелось говорить, что это действительно так. Любой человек во время гипнотического сеанса действительно совершенно беспомощен.
- Не юли! – покачал головой Черкасов. – Мне нужна сейчас от тебя одна только правда.
- Правда состоит в том, что вы действительно будете во время этого сеанса беспомощны, - подтвердила его догадку Леночка.
- Я так и знал. И ты, естественно, захочешь убежать от меня. Или вызвать на дом к Максиму Ивановичу славных работников правоохранительных органов, - сейчас Черкасов озвучил вслух истинные намерения Леночки. Слабая надежда на спасение таяла на глазах.
- Нет, нет, я ничего не хочу, - щеки Леночки покраснели. Она никогда не умела врать. Тем более, врать в таких обстоятельствах.
- Видишь эту коробку, - Черкасов не стал укорять ее за ложь. – Здесь находится взрывчатка. А к этой коробочке я прикреплю изолентой будильник. Если мы не вернемся через четыре часа, сама понимаешь, произойдет взрыв, и тогда от Саши не останется и мокрого места.
Черкасов сейчас врал без зазрения совести. Никакой взрывчатки у него, разумеется, не было. Да и коробку он нашел на кухне. Бросил на нее взгляд, и сразу же понял, каким образом, можно использовать.
- Конечно, современный человек обязан заботиться исключительно  о себе, - нравоучительным тоном произнес Черкасов. – И у тебя появиться хороший шанс на спасение. Но потом, можешь мне верить, ты ночами будешь себя корить за то, что не спасла Сашу. А эксперты – взрывотехники не успеют обезвредить эту адскую машину. Поняла меня?
- Поняла, поняла, - закачала головой Леночка. Она, действительно, испугалась за Сашу. Так что нужного эффекта Черкасов достиг.
- Вот и хорошо. А теперь собирайся, - поторопил ее Черкасов.
Хорошо хоть, покойный Радов был запасливым человеком. В его шкафу хранились не только мужские, но и женские вещи. Вероятно, они остались от его любовниц. Кожаное пальто Леночке оказалось слегка великовато, а вот легкий летний плащ оказался ей как раз в пору. Видно, у покойного  Радова были подружки разных комплекций. Черкасов критически посмотрел на Леночку и понял, что она весьма ничего смотрится. Особенно на его фоне. Высоким крепким мужчинам всегда подходят такие миниатюрные спутницы. Хотя, кое-что во внешнем виде его спутницы следовало слегка изменить.
- Снимай пальто, и в ванную! – приказал Леночке Черкасов. 
- Зачем мне нужно идти в ванную? – не поняла она логику своего тюремщика.
- Тебе просто необходимо сделать макияж, и всякие такие женские дела, - объяснил ей Черкасов. – Посмотри, как ты выглядишь!
Леночка, как только зашла в ванную и посмотрела в зеркало, согласилась с логикой Черкасова. Бессонная ночь, и события, которые произошли в течении последних часов, не делают человека краше.
- Всю косметику и парфюмерию можешь найти на верхней полочке, - подсказал ей Черкасов, и деликатно прикрыл дверь. – Даю тебе десять минут.
Он специально и отправил Леночку в ванную, что бы иметь несколько свободных минут. Их он использовал по назначению. Не хотелось ему идти со своим паспортом к этому гипнотизеру, поэтому он спрятал паспорт на квартире Радова. Место нашел самое банальное – между страницами какой-то модной книги. Саша наблюдал за действиями Черкасова, но сейчас он ему был не опасен.
Леночка вышла из ванны через десять минут. Она преобразилась. Все-таки современная косметика и хорошая одежда может творить чудеса с женщинами. Любая дурнушка может выглядеть, если и не красавицей, то очень симпатичной женщиной. А Леночка дурнушкой не была. Так что, когда Черкасов посмотрел на нее, у него возникло вполне естественное мужское желание.  Впрочем, он хорошо умел справляться со своими эмоциями.
- Глупостей не делай, когда мы окажемся на улице, - буркнул он и отвел свой взгляд. – Успокойся, и думай о чем-нибудь хорошем.
- Я постараюсь, - пообещала Леночка.
- Хорошо постарайся. Веди себя, как можно естественнее, - посоветовал ей Черкасов. – Мы с тобой хорошие знакомые, но отнюдь не близкие знакомые. За руку меня можешь не держать, но держаться  ты должна рядом со мной. И говори о чем-нибудь. Молчаливые люди всегда вызывают больше подозрений.
- О чем мне говорить? – спросила Леночка.
- Ты, что вчера родилась? – недовольно промолвил Черкасов. – О чем говорят люди на улице? О погоде, о моде, о своих друзьях. Найдешь тему. И улыбайся. Веселые люди вызывают меньше подозрений.
- Хорошо, - кивнула головой Леночка.
Отдав последние наставления, Черкасов взял свою спутницу под руку, и они покинули квартиру Радова. 
                Глава восемнадцатая.

До дома Максима Ивановича они добрались без всяких происшествий. Никто не обращал внимания на двух людей, идущих вместе. Расчеты Черкасова оправдались: с Леночкой они составляли вполне обычную пару. И одеты оба они сейчас были прилично. Черкасов даже ловил на себе и своей спутницы взгляды завистливых людей. Одеты они и в самом деле были выше среднего. Существовала опасность, что Леночка встретит своих знакомых. Но и тут Черкасову повезло. Никаких знакомых им на пути не встретилось.
 - Молодец, - похвалил Черкасов свою спутницу. – Так держать!
В автобусе они тряслись долго – дом Максима Ивановича располагался в живописнейшем, но отдаленном районе города. В последние годы там предпочитали селиться «новые русские» и крепкий, но одноэтажный дом гипнотизера выделялся на фоне роскошных усадьб, спрятанных за высокими заборами. Псы начали лаять, как только чуяли двух незнакомых людей. Уши закладывало от этого постоянного собачьего лая.
Дом же Максима Ивановича, напротив, охраняла маленькая и миролюбивая собачка. Она залаяла при виде двух незнакомцев. Но сделала это, скорее ради, приличия. Затем пес усиленно завилял хвостом, явно радуясь появлению Черкасова и Леночки. Максим Иванович, услышал собачий лай и выскочил на улицу. Открыл калитку, даже не спрашивая, кто к нему пришел.
- Ты живая Леночка, - явно обрадовался гипнотизер медсестре.
- Живая, Максим Иванович, живая, - ответила ему спутница Черкасова.
- А вы тот человек, который… - Максим Иванович не знал, как дальше продолжить свою фразу.
- Да, я именно тот человек, - помог ему Черкасов. – Давайте не будем долго стоять на улице.
- Извините, простоя в первый раз попадаю в такую необычную ситуацию.
Максим Иванович пропустил своих гостей в ворота. Затем проводил их в дом. Комнаты его жилища не впечатляли своими размерами, зато были аккуратно убраны. Чувствовалось, что Максим Иванович следит за порядком. Окна той комнаты, куда привел их Максим Иванович, были завешаны темными шторами. На столе горела электрическая лампа, спрятанная под старомодным абажуром. Максим Иванович приготовился к своей работе. Именно здесь, понял Черкасов и будет проводиться сеанс гипноза.
 - Я так понял, моя помощь понадобилась именно вам, молодой человек, - обратился Максим Иванович к Черкасову. 
Тот только молча кивнул.
- Уж не знаю, смогу ли вам помочь, - засомневался Максим Иванович. –  Что с вами прозошло?
- Я потерял свою память, в следствии приема… Короче, Елена знает название этого наркотического вещества.
Леночка озвучила название возможного препарата, который подсыпали Черкасову.
- Да, тяжелый случай, - кивнул головой Максим Иванович. - Давно вы память потеряли?
- Судя по всему со вчерашнего дня, - ответил Черкасов. – И мне нужно вернуть эту память. Не мне вам объяснять, что значит память для нормального человека.
- Не мне, - согласился Максим Иванович. – Без памяти не существует нормальной человеческой личности. Без собственной памяти нормальный человек становится инвалидом.
- Вот видите, поэтому мне и нужна память. Когда мы начнем нашу процедуру? – спросил он у доктора.
- Можем прямо сейчас, - ответил на его вопрос доктор. – Я всегда готов. Только у меня есть одно условие.
- Вы ставите мне условия, - усмехнулся Черкасов. – И какое же это условие? Мне интересно послушать.
- Вы должны не трогать Леночку, - попросил Максим Иванович. – Можете трогать меня, но не ее. Я прошу вас об этом, молодой человек!
- Завидное самопожертвование, - констатировал Черкасов. – Я согласен на ваше условие. Можем сказать, что мы с вами ударили по рукам. Леночка, выйди в соседнюю комнату, - велел мягко Черкасов своей спутницы. – А из дома тебе лучше не куда не уходить, - предупредил он медсестру. - Ты должна помнить, что от тебя зависит человеческая жизнь.
Леночка бесприкословно выполнила  требование Черкасова.
- Я не знаю, кто вы, - сказал Максим Иванович. – И мне не интересно это знать. Я просто выполняю свой профессиональный долг. Начнем, пожалуй.
Максим Иванович указал на кресло, куда сел Черкасов.
- Вам удобно, - спросил Максим Иванович. Кресло, хоть и было старым и потертым, но очень удобно обволакивало Черкасова.
- Да, - кивнул тот головой. – Мне абсолютно удобно.
- Очень хорошо, - Максим Иванович выключил свет. Но прежде, чем это сделать, он чиркнул спичкой и зажег свечу. Ее он водрузил в центре стола. После выключение электрической лампы, свеча стала единственным источником света. – Смотрите на свет пламени. И расслабьтесь, пожалуйста.
- Хорошо, - кивнул головой Черкасов.
 Он расслабил мышцы ног и рук. Они действительно давно нуждались в отдыхе. Равно, как и его внутренняя оболочка. Она давно требовала отдыха. Его мозг, и сердце, и эмоции давно работали в авральном режиме. И теперь в этой комнате, пропахшей какими-то невероятными запахами, он почувствовал покой и тишину.
- Думайте о чем-то хорошем! – приказал ему Максим Иванович. – Вспомните голос своей матери, или летнее утро, или вкус любимого напитка.
- Я постараюсь, - пообещал Черкасов.
- Как только я сосчитаю до десяти, вы почувствуете, что ваш мозг свободен. – Мягкий голос Максима Ивановича не приказывал, он обволакивал Черкасова, как и кожаная спинка и ручки этого кресла. – Раз. И вы лишаетесь своей телесной оболочки. Ваша душа улетает из тела, и все тревоги и заботы остаются в прошлом.
И Черкасов действительно чувствовал себя абсолютно спокойным человеком. А главное, он выполнял указания Максима Ивановича, и чувствовал, что его мозг становится свободным.
- Два! – продолжил свою установку гипнотизер. - Вы чувствуете, как пламя свечи обжигает вас.
Черкасов действительно почувствовал, как пламя соскочило с фитиля, и теперь обжигает кончики его пальцев. Только вот жжется это пламя совершенно не больно. Его прикосновения, напротив, очень приятны.
- Вы чувствуете обжигающий жар свечи?
- Да, я чувствую.
- Три! Ваш мозг находится вне власти земного притяжения. Он абсолютно свободен от всего, - прозвучала следующая установка Максима Ивановича.
Черкасов исполнял желание Максима Ивановича. Его мозг действительно освобождался от всех оков. Максим Иванович по праву считался лучшим гипнотизером этого города. Черкасова не раз за время сеанса обжигало то пламя, то лютый холод. Его душа не раз воспаряла вверх, то падала ниже уровня земли. Но действие того наркотика, что подсыпал в стакан Черкасова Толя, упало до нуля. Мозг освобождался от оков наркотика. В мозгу Черкасова происходили процессы, которые возвращали к нему память.
 Иными словами, сеанс гипноза оказался очень эффективным. Черкасов вспомнил, кто он, и зачем он прибыл в этот город.
 
                Глава девятнадцатая.

Свет горел в квартире на девятом этаже обыкновенного дома. Черкасов, а тогда он носил обыкновенную русскую фамилию Плотников, обязан был каждую неделю в одно и тоже время, проходить мимо этого дома, расположенного в спальном районе. Включенный свет являлся сигналом, что ему нужно срочно зайти в эту квартиру.
Вот и в этот раз он вздохнул, но в нужную квартиру зашагал быстрым шагом. Там Плотникова уже ждал человек с очень неприметной внешностью. Такого увидишь в толпе, и сразу же забудешь. Не на чем было зацепить свое внимание, этот человек, который был посредником, обладал полным отсутствием особых примет. Что, естественным образом, облегчало работу посредника.
Вначале очередной встречи последовали обычные вопросы:
- Как дела? – поинтересовался посредник у Плотникова. Хотя, ему было все равно, как шли дела у его работника. Плохие у него дела, или хорошие, но он обязан выполнять свою работу.
- Нормально, - кратко ответил он. Интересно, а был у него другой вариант ответа? – Существую, как и все другие люди.
- Есть новое дело, - сказал посредник. – Правда, сделать его предстоит в провинции. Не такой уж далекой, но…
- Я готов туда поехать, - произнес Плотников. – Сколько стоит это дело?
- Сто тысяч, - назвал сумму посредник. – Делим эту сумму, как обычно. Семьдесят тебе, тридцать мне.
- Я так понял, мне предстоит работать с серьезной птицей, - догадался Плотников. Сумма заказа была слишком велика.
- Ты правильно все понял. Предстоит работать с местным паханом. Людям не нравиться его активность, - подтвердил эти догадки посредник. – Мы очень ограничены во времени.
- Я ограничен во времени, - уточнил Плотников. – Какой у меня срок?
- Начиная с сегодняшнего дня – неделя, - ответил на этот вопрос посредник. – Я понимаю, эти жесткие условия, но таково решение заказчика.
- Не густо… - оценил этот срок Плотников. Обычно для исполнения своей работы ему давали гораздо больше времени.
- Но за это и деньги тебе платят нормальные, - улыбнулся посредник. Правда, его улыбка выглядела скорее оскалом.
- Нормальные деньги, - согласился Плотников.
И вспомнил о встрече, которая ему предстоит сегодня вечером. Точнее сказать, это встреча должна была состояться, теперь уже она не состоится точно. Времени у него нет. А на этой встречи Плотников намеревался озвучить важное заявление. Он хотел попросить руки той женщины, с которой у него должна была состояться встреча.
Но все же он сделал важное заявление этим вечером. Только не любимой женщине, а своему посреднику.
- Это мой последний клиент, - заявил Плотников. – На этом я заканчиваю работать.
Правда, это заявление ничуть не смутило посредника.
- И правильно, - одобрил он поведение своего собеседника. – У всего должен был конец. Везти не может бесконечно. Ты согласишься с тем, что в последнее время нам везло.
- Соглашусь. – Плотников обрадовался тем, что ему не пришлось вступать в долгие разборки. – Говори, кто наш клиент.
Следующие полчаса было занято тем, что посредник давал ему установки их будущего клиента. Посредник показал фотографии Знахаря, правда, она была не очень высокого качества. Сделана она была издалека. Еще была фотография трехлетней давности, то есть, фотография той поры, когда Знахарь избирался в депутаты. И Плотников понял, что его клиент очень сильный человек.
  Уже глядя на фотографии Знахаря, Плотников понял, что клиент предстоит ему очень тяжелый. Знахарь был человеком опытным, он умудрился выжить за время своей криминальной карьеры, и теперь продолжает заботиться о своей безопасности со всей тщательностью.
Легкой прогулки у Плотникова не будет.
По данным посредника, Знахаря постоянно охраняло не менее двадцати человек телохранителей. Сам Знахарь ездил всего по двум маршрутам. Первый маршрут: дом – работа. Второй маршрут: дом – Законодательное собрание. В первом случае, машины въезжали в поземный гараж, во втором случае, они подъезжали прямо к крыльцу. Знахарь всегда выходил, окруженный толпой телохранителей. Да и сам проход от машины до здания Законодательного собрания занимал не более двадцати секунд. За это время очень сложно было что-то сделать, даже такому квалифицированному снайперу, каким был Плотников. Да и никаких возвышенностей в районе офиса Знахаря и Законодательного собрания не наблюдалось.
- Любовница у него есть? – спросил Плотников.
- У него их несколько, - ответил посредник. – Но это непроходной вариант. Всех их возят на дом Знахарю.
- Дети имеются? – поинтересовался Плотников.
- Полное отсутствие детей и всяких слабостей. Даже близких родных у него нет.
- Увлечения?
- Большой теннис. Но только исключительно на  корте коттеджного поселка. Туда не подберешься на расстояние снайперского выстрела.
- Понятно, - вздохнул Плотников. – Придется решить невыполнимую задачу. Но я буду работать. За такие деньги, почему бы, не поработать?
- Я тебе верю, - обрадовался посредник. – Может быть, ты даже  переменишь свое решение насчет окончания всех наших дел?
- Своих решений я не меняю, - уголки губ Плотникова поползли вверх, что в свою очередь означало, что он улыбается.
- Ну, хорошо, - посредник  смягчил эту ситуацию. – Может быть, стаканчик коньячку?
- Я уже на работе, - отказался Плотников. – А на работе я не пью.
- И это правильно, - одобрил его поведения посредник. – Порядок расчета обычный.
Последняя фраза означало то, что все деньги переведут на счета Плотникова  еще до начала работы. Точнее их уже перевели. Если посредник взял заказ, это означало то, что этот заказ будет выполнен со стопроцентной точностью. Естественно, в те сроки, что установил заказчик.
 - Хорошо, - Плотников встал со стула, давая тем самым понять своему посреднику, что х встреча закончилась.
Ему еще сегодня предстояло неприятное объяснение с Татьяной. Если бы, не эта проблема стояла перед Плотниковым сейчас, он обязательно заметил бы огоньки злорадства, что промелькнули в глазах посредника.
                Глава двадцатая.

Татьяна была его женщиной. И не очередной женщиной. А главной. В жизни любого мужчины бывает много женщин. Но среди них бывает и та, единственная, что занимает особое место в сердце мужчины.
Татьяна и была такой женщиной. Так предполагал сам Плотников. Познакомился он с ней совершенно случайно. Иначе в метро и не познакомишься.
У самого Плотникова имелся автомобиль, и даже не один. Впрочем, все они были одной марки. Он предпочитал автомобили марки «ауди». Как сел в первый свой автомобиль, купленный в начале девяностых годов, так не разу и не купил автомобиль другой марки. Первый автомобиль, прозванный в народе «бочкой», был давно продан, на смену ему пришли другие автомобили, более современные.
Но все же по городу он предпочитал передвигаться на метро. Его не смущал ни шум электропоезда, ни гул людской толпы, ни, царившая в метро, толчея. Главное, на метро можно очень быстро добраться до любой точки города.
Вот и в тот раз он, как обычно сел на конечной станции метро в спальном районе, где он постоянно проживал. Район был не очень престижным, но Плотникова это не смущало. Он справедливо полагал, что главное, если тебе удобно жить в этом районе, а все остальное пустяки.
  И сразу же Плотников заметил ее, как только вошел в вагон поезда. Так бывает. Любой мужчина, если он, конечно, не живет в глухой тайги, или безлюдной тундре, за день видит немало представительниц прекрасного пола. Женщин, вообще, гораздо больше, чем мужчин, и встречаются они на каждом шагу. А русские женщины еще и отличаются необыкновенной красотой.
 Иные из женщин нравятся среднестатистическому мужчине очень. Иные из них очень возбуждают мужчины. В одних женщинах мужчинам нравиться их грудь, в иных их ноги, в третьих, прекрасные волосы. На одних они бросают мимолетные взгляды, а на других, задерживают свой взгляд подольше.
Эта женщина понравилась Плотникову сразу же. Хотя вагон в этот час пик был забит народом под завязку. Он смотрел на ее отражение в стекло, а когда электропоезд подпрыгнул, он использовал этот момент. Он умудрился упасть на девушку, а потом начал перед ней извиняться. Словом, Плотников использовал обычный вариант знакомства. Он давно уже заметил, что люди не любят, если посторонние влезают на их небольшое личное пространство. Обычно начинается возмущение. На это и рассчитывал  Плотников, используя этот нехитрый маневр.
- Вы что не москвич? – спросила его женщина.
Плотников не был коренным москвичом. Он родился в далеком таежном поселке. В Москве, однако, он прожил всю свою сознательную жизнь, и мог считать себя заправским столичным жителем.
- Я – москвич! – с гордостью произнес он. Давно уже Плотников приметил, что все москвичи гордятся местом своего рождения. Никогда не услышишь подобной гордости от жителя таежного поселка.
- Богатый москвич? – спросила его девушка.
- Нет, - покачал он головой, - я – вполне обычный москвич. А почему вы меня спрашиваете об этом?
- Только богатые москвичи не ездят в метро, - ответила девушка. – А у вас такой вид, будто вы в метро оказались в первый раз.
- Я в первый раз вас увидал! – проявил нахальство Плотников. Иногда подобное нахальство бывает очень полезным.
- И что же вы такое во мне увидали, что не смогли удержатся на ногах? – улыбнулась девушка.
- Вашу красоту, - ответ Плотникова был банальным. Он знал, что раз у них завязался разговор, то он обязательно продолжиться. Ему торопиться было некуда в то прекрасное весеннее утро, и он ненавязчиво навязал девушке свою компанию. Узнал ее имя, проводил ее до работы. Затем обещал встретить с работы и встретил. На этот раз он выбрал не пеший вариант. Подкатил к офисному зданию, где работала Татьяна на дорогом «ауди». Девушка нисколько не удивилась тому, что случайный знакомый встретил ее, да еще и на дорогом автомобиле.
- Вам уже привычно, что вас встречают на дорогом автомобиле? – слегка приревновал он свою знакомую.
- Вы ошибаетесь. – Девушка улыбнулась. – Просто я ожидал от вас чего-то подобного. Не похожи вы на обычного прохожего, который каждый день мотается на метро на работу.
Подобное наблюдение девушки было не слишком приятно Плотникову. Он и хотел всю жизнь казаться обычным человеком. Правда, этому обычному человеку слегка повезло. Он сумел приподняться в жизни. У него имеется своя небольшая туристическая фирма, а отсюда, и небольшой достаток. Но такое бывает, не правда ли?
- Куда мы едем? – Плотников ловко рулил своей машиной в толпе других автомобилей.
- Вообще-то, мне нужно домой, - ответила девушка. – Я сегодня очень устала.
- День выдался тяжелым? – догадался Плотников.
- Именно, так, - кивнула головой девушка. – И я не хочу больше об этом говорить.
Плотников исполнил желание своей новой знакомой. Отвез ее домой. А затем узнал, в чем состоят ее проблемы. Оказалось, все очень просто. Девушка предложила свой проект. И, по мнению многих специалистов, этот проект был удачным. Но у начальника был свой проект. Именно его он и хотел протолкнуть. Год работы Татьяны в таком случае уходил коту под хвост. В тот день, когда Плотников встретил Татьяну, об этом как раз зашла впервые речь. 
У Плотникова было правило. Никогда не пользоваться своими профессиональными навыками в житейских ситуациях. Но у каждого правила должны иметься исключения, решил он. И нарушил свои правила.
Естественно, Плотников сделал все так, что никто и не подумал, что за увольнением начальника стоит его новая знакомая.
А начальник Татьяны действительно уволился. Как тут не уволился, когда в окно его квартиры бросили гранату, пусть, и учебную и вполне безобидную. Его новенькую машину облили серной кислоты. Начальник обратился с заявлением в милицию. Там обещали помочь. Начальник с радостным видом вышел из отделения милиции. На улице, за углом этого же отделения милиции его повстречали очень неприятные типы, и поговорили с напыщенным типом по душам. Они не слишком старались его уродовать, но пару ребер сломали. Пообещали, в дальнейшем более серьезного разговора.
- За что? – спросил у этих типов начальник.
- А просто так, - ответили ему эти типы. – Не нравишься ты нам. И лучше тебе уволится со своей работы. Тогда может ты нам, и понравишься, и мы тебя не тронем. Заявление тебе тоже придется порвать.
- Я заберу свое заявление.
 Начальник был не дурак, и  он сразу же забрал свое заявление. У милиционеров, впрочем, этот факт не вызвал никакого удивления.
Потом начальник подал заявление на расчет. Причем сделал он это в тот же день, когда вышел с больничного. Никто из его подчиненных о подобном решении своего босса не жалел. Проект же Татьяны получил новую жизнь.
 После банкета по случаю обмывания этого события Татьяну ждала внизу роскошная «ауди». Она вышла и офиса и сразу заметила серебристую машину. Плотникову даже не пришлось ей сигналить. Татьяна отделилась от толпы своих веселых коллег и подошла к машине.
- Это вы, Павел? - постучала она по тонированному стеклу. Именно, такое имя было у Плотникова.
- Это я, - тонированное стекло поехало вниз. – Садитесь в машину, если вы не против автомобильной прогулки.
- Конечно, я не против, -  Татьяна села на кожаное сидение рядом с Плотниковым. – Я люблю кататься на автомобиле. Только вот, увы, не часто мне выпадает такая возможность. Мне только хочется у вас спросить. Куда вы пропали на долгое время?
- Хороший вопрос, - Плотников завел мотор своего автомобиля. Для настоящего автолюбителя шум мотора звучит лучше, чем самая прекрасная музыка на свете. -  У меня есть работа, дела. Иногда я вынужден ими заниматься.
- Понятно, - улыбнулась Татьяна. – Настоящий мужчина должен зарабатывать настоящие деньги.
- Очень правильная у вас позиция, - подтвердил Плотников. – И спасибо, за небольшой комплимент.
- Не за что. И чем же вы занимаетесь? Если это, конечно, не секрет, - деликатно задала вопрос Татьяна.
- Это не секрет. У меня небольшая туристическая фирма. Доход от нее небольшой, но на жизнь мне хватает. А это самое главное. – Плотников сказал Татьяне правду. Он действительно владел небольшой, но преуспевающей фирмой, которая прикрывала его настоящую работу.
Плотников тронул машину с места. Вслед им глядели завистливые взгляды коллег Татьяны, как мужского, так и женского пола.
- Куда мы едем? – задал вопрос Плотников.
- А куда вы хотите? – в этом вопросе таился скрытый смысл. Татьяна была не против, что бы, Плотников отвез ее не в стандартную квартиру брежневской постройки, где Татьяна обитала вместе с матерью, вечно пьяным отцом и двумя сестрами. 
- Давай Татьяна с тобой общаться на «ты», - для начала предложил Плотников. – Мне очень неудобно называть вас на «вы».
- Давайте, - легко согласилась она. И поправилась. – То есть, давай.
- Я хочу, что мы поехали в ресторан и отпраздновали твой успех, - предложил  Татьяне Плотников, поворачивая на Ленинградский проспект.
- Откуда вы знаете о моем успехе? – поинтересовалась она.
- У тебя на лице все написано, - Плотников свернул с Ленинградского проспекта на улицу, где и был расположен хороший ресторан. А в ресторане том Плотниковым уже был заказан столик. Он заранее предполагал такое развитие событий.
- Вы – хороший психолог, - заметила Татьяна. – Умеете читать по лицам.
- Я просто наблюдательный человек, - поскромничал Плотников, помогая своей спутницы выбраться из машины.  – А у вас сегодня очень беззаботное выражение на лице.
- Действительно, - подтвердила Татьяна. – У меня сегодня радостный день.
- Я рад за вас, - улыбнулся Плотников. Он тоже радовался тому обстоятельству, что помог своей любимой женщине.
- Ой, здесь, наверное, очень дорогой ресторан, - Татьяна заметила ряды дорогих машин, припаркованных возле ресторана.
- Не беспокойтесь об этом. Не хотите же вы, что бы я привел вас в какую то забегаловку.
- Не хочу.
- И правильно. Это действительно дорогой ресторан. Но мы можем с вами отпраздновать ваш успех.
- Можем, - кивнула головой Татьяна.
- Заодно отметим и наше случайное знакомство, - швейцар открыл дверь ресторана господину в дорогом костюме и его прекрасной спутницы. Это Плотников и Татьяна вошли в зал ресторана.
Татьяна правильно догадалась. Плотников привел ее в заведение не из дешевых. Средний обед здесь стоил пятьсот долларов. Ужин, соответственно, дороже. Плотников не пожалел никаких денег на этот ужин. Он хотел очаровать Татьяну.
Дальше полетели часы счастья. Вечер в ресторане плавно перетек в ночь, которую они встретили в казино. Плотникову везло в игре, и он умудрился выиграть полторы тысячи долларов. А утро они встретили в квартире Плотникова. Он задремал после любовных утех, а проснулся от того, что почувствовал на себе взгляд Татьяны.
- Ты чего не спишь? – пробормотал он, сквозь полудрему. – Еще рано.
- Мне совсем не хочется спать сейчас.
- Почему?
- Я боюсь, что это все закончится, - ответила она.
- Почему все должно закончиться? – заинтересовался Плотников. Он привстал и поцеловал Татьяну в висок.
- Счастье не может длиться долго, - на глазах Татьяны появились слезы.
- А мы попробуем, - улыбнулся он. -  И у нас получиться.
- Ты уверен? – прошептала она.
- Я уверен, - поцеловал он Татьяну в губы.
Сам он в тот момент думал, что это всего лишь обыкновенный флирт, мимолетное увлечение. Он думал, что Татьяна уйдет из его квартиры и исчезнет из его жизни. Такое уже бывало с ним, и неоднократно. Да и вообще, при его профессии противопоказаны долгие отношения с противоположным полом. Ему нужен был секс, что бы снять напряжение, получить удовольствие и отдохнуть. И он получил незабываемую ночь. Что еще нужно свободному мужчине с небольшим достатком?
Однако все оказалось не так просто. Следующий день он провел в делах и заботах, а под вечер он начал бродить по своей квартире, словно загнанный зверь. При этом он с жадностью смотрел на телефон. Долго Плотников решался, набирать ему телефон Татьяны, или не набирать. И выбрал второй вариант. Он уже понял, что попал в любовный омут, из которого ему не так легко будет выбраться. Если вообще возможно. Он никогда не верил в любовь. Считал, что это сказки, которые рассказывают кинематографисты и литераторы. Понятное дело, им тоже нужно на что- то жить. Вот и приходиться выдумывать. Оказывается, не все они выдумывают.
Их отношения с Татьяной начали развиваться стремительным темпом. И дело приближалось к свадьбе. Плотникову осталось решить некоторые формальности. В том числе и со своей работой.
Вот и в тот вечер, когда Плотников получил последний заказ, он решился сделать звонок из своей машины. Голос Татьяны был тревожен – ее избранник никогда не опаздывал на любовные свидания. Значит, была она уверена, с ним что-то случилось.
- Пустяки, - успокоил он ее. – Небольшая авария. Сущие пустяки. В меня врезался чайник.
- У тебя все в порядке? – еще больше встревожилась Татьяна. – Ты жив, здоров?
- Не волнуйся, Тань. У меня все в полном порядке. Только у меня возникли небольшие проблемы по работе. Я уезжаю в служебную командировку, - отчитался перед ней Плотников.
- Как в командировку? – голос Татьяны, который отчетливо звучал в сотовом телефоне, был взволнованным. -  Ты мне ничего не говорил о командировке.
- Бизнес есть бизнес, - сказал он спокойным голосом. – Еще с утра я ничего не знал о своей командировке. Теперь вот знаю и сообщаю тебе. Не волнуйся, я надолго не задержусь.
- Сколько, примерно продлится твоя командировка.
- Пара недель. Никак не больше.
Тут Плотников сказал правду. Не так у него, было много времени, что бы выполнить этот заказ.
- Далеко едешь? – спросила Татьяна.
- Если честно не очень, - ответил он. – Три часа лета на самолете. Небольшая арабская страна. У меня возникли проблемы с местным партнером. Надеюсь их решить в короткий срок.
- Ты мне не врешь? – Татьяна была женщиной. А у женщин, как известно есть особое чутье.
- С чего бы мне тебе врать. У меня форс-мажорные обстоятельства. Я заканчиваю разговор, - вспомнил Плотников старую поговорку, что лишние разговоры – долгие проводы. – Целую тебя.
- Обязательно позвони, как только приедешь на место, - сказала на прощание Татьяна. – Расскажешь, как ты устроился.
- Я позвоню, - пообещал он. И закончил этот разговор. Долгие проводы – лишние слезы, справедливо предполагал он.
Ему еще предстояло сделать сегодня массу дел. А именно поставить машину на надежную стоянку в отдаленном районе, позвонить своей секретарши и сказать ей, что бы она заказала ему билеты на ближайший чартерный рейс в арабскую страну, где у него имелись действительно партнеры. Еще он велел ей, что бы она  купила ему парочку сувениров с местным колоритом той страны, куда он якобы уезжает. Секретарша давно уже работала в его фирме, и никогда не удивлялась странным просьбам своего шефа. За это полное отсутствие удивляться, а так же, за умение молчать, Плотников и держал ее уже несколько лет, платя ей при этом приличное жалование.
- Я сделаю все, как надо, - пообещала она. И Плотников ей поверил. Никогда его секретарша не говорила напрасных слов. Свой отъезд Плотников полностью залегендировал.
На сегодня у него больше не было дел. Остальные важные дела предстояло сделать завтра. Он нашел частника, который за относительно небольшую сумму денег согласился отвести его в Новокосино, где он в  обычном блочном доме снимал квартиру. Ночевать в своей квартире было бы глупостью – в нее могла заглянуть и Татьяна, а для нее он должен находится сейчас в Шереметьево.
Выспался он хорошо. На следующий день он решил две главные проблемы. Проблему с оружием и проблему с документами. Он хорошо изучил расписание своего будущего клиента и понял, в каком именно месте сможет он ему нанести удар. Хорошо, хоть ему не нужно проделывать всю дополнительную работу – ее делают люди заказчика, или посредника. Его задача только нанести удар, или, как в данном случае, произвести выстрел. В нужное время и в нужном месте. А затем остаться целым и невредимым. Это тоже не самая простая задача, поскольку у его клиентуры всегда есть масса телохранителей. Они готовы были порвать наемного убийцу.
И он всегда эту армию телохранителей обманывал. Поскольку в этом и состоит его работа. А он всегда считал себя настоящим профессионалом. И у него имелись все основания для подобного мнения. Он был еще жив, хотя и проработал по своей специальности полтора десятка лет.

                Глава двадцать первая.

- Просыпайтесь! Просыпайтесь! – Черкасов почувствовал, как тормошат его за руку.
Он открыл глаза и  увидел над собой склоненное лицо Максима Ивановича. Из квартиры в Новокосино он в один миг перенесся в чистую комнату на окраине большого провинциального города.
- У вас все в порядке? – спросил его гипнотизер.
- В полном порядке, - Черкасов вскочил с кресла. – Спасибо вам доктор? Я что-нибудь говорил во время сеанса?
- Говорили, - признался Максим Иванович. – Вы вспоминали, какую то Татьяну. Бормотали, что она ваша невеста.
- Она и в самом деле моя невеста. И больше ничего я не говорил? – повторил свой вопрос Черкасов.
- Больше ничего, - в знак отрицания Максим Иванович помотал головой. – Кроме своей невесты, вы больше ни о ком не вспоминали.
- И о своей профессии я тоже молчал?
- Я ничего не знаю о вашей профессии.
По всем правилам нужно было этому гипнотизеру сломать шею. Он свидетель. И, как умный человек, он может и него говорить Черкасову, чего он слышал во время сеанса. Но почему-то именно сейчас Черкасову хотелось нарушить это правило. Пусть живет доктор и творит добро людям. Хотелось Черкасову проявить великодушие и сломать правила своей игры.
- Спасибо вам доктор, - поблагодарил Максима Ивановича Черкасов.
- Не за что, - поскромничал гипнотизер. – Это моя работа.
- Вы ее очень хорошо делаете, - похвалил он гипнотизера.
- Что поделаешь? – поскромничал Максим Иванович. - Старая школа. Теперь врачей так не учат. Они только деньги дерут за свою работу.
Раз разговор пошел про деньги, Черкасов решил проявлять свое великодушие до конца.
- Сколько вы хотите за свою работу? – спросил он.
- Что вы? – до глубины души возмутился он. - Я не возьму с вас денег.
- Тогда я пойду, - решил Черкасов. – Мне уже пора.
- Вместе с Леночкой? – спросил осторожно Максим Иванович.
- Вместе с ней, - ответил Черкасов. – Это моя спутница.
- Очень жаль, что это так, - промолвил гипнотизер.
Только теперь Черкасов понял,  что с тех пор, как он проснулся, произошли неуловимые изменения. Он понял, сейчас гипнотизер разговаривает с ним совершенно другим тоном. И в этом тоне четко  были слышны повелительные нотки.
- Это еще почему? – спросил Черкасов на всякий случай.
- Если бы вы захотели  уйти один, я бы вас отпустил, - ответил Максим Иванович. – А так… Посмотрите назад. Только советую вам поворачиваться медленно.
Черкасов послушался его совета.  В дверях он увидел до боли знакомое лицо. У Черкасова была феноменальная память на лица. Он видел этого человека. И встреча их была вчера вечером, а вернее, сегодня ночью. Именно этот человек и затолкал Черкасова в машину «скорой помощи», которая привезла Черкасова в психбольницу. Сквозь полусон, вызванный уколами успокоительного, Черкасов слышал, что говорит этот человек с водителем машины.
- Странно, что его перевозят в такой час, - рассуждал этот человек.
- А мне все равно, - заглушал своим мощным голосом рев мотора шофер Саша. – У меня есть приказ, и я его выполняю. Ни о чем я больше не думаю.
- А надо бы Саша, - подзадорил его человек, который стоял в дверях. – Сколько тебе лет?
- Сорок скоро будет.
- Вот видишь. Сороковник тебе исполниться. А ты все еще простой шофер, - ухмыльнулся санитар.
Затем Черкасов вырубился, и окончание этого разговора уже не услышал.
А потом этот человек согнулся от боли, когда Черкасов врезал ему своей ногой по голени. Потом и добавил сплетенными руками прямо по затылку. Не был в тот момент у Черкасова другого выхода. Он понимал, что этот санитар обладает невероятной силой, к тому же на поясе у него вист дубинка. У Черкасова этой ночью всего лишь был один шанс. И он этим шансом воспользовался сполна.
 А теперь этот санитар стоял на пороге комнаты. И в своих руках он держал ружье. Своим стволом оно было направленно прямо к Черкасову. Он сразу же осознал, какая опасность ему грозит.
- Если ты дернешься, то буду стрелять! – предупредил санитар Петя. – Не бойся! Стрелять я буду не на поражение. А в твою руку. Или ногу. Ты нам еще живой нужен. Понимаешь меня?
- Понимаю, - кивнул головой Черкасов. – Чего ты хочешь от меня?
- Не дам я ответа на твой вопрос, - усмехнулся Петя. – Догадайся сам!
Почему-то появление Пети не удивило Черкасова. 
И действительно, его появление в этом доме не было чем-то обычным. Он хотел найти своего ночного обидчика. Еще никогда и никто Петю так больно не избивал за все тридцать пять лет его жизни. А дрался Петя постоянно. Драка была одним из занятий, в котором Петя преуспел. Ни жены у него не был, ни детей. Даже подруга и та отсутствовала. И водку Петя пил в меру. А драку он любил больше всего на свете. Жить без нее не мог. И этого странного пациента он успел попинать. Но не думал Петя, что тот ему так отомстит через несколько минут.
- Найду, гада, найду! – стонал он после того, как ранним утром их допросили оперативники. Они с Веней уже знали, что машину нашли. Она обгорела, и теперь ее место было только на свалке. В машине нашли обгоревший труп. Но этот труп не принадлежал Саше. Не те у трупа были габариты.  А двоих заложников странного пациента пока не обнаружили.
- Как ты его найдешь? – засомневался более практичный Веня. Именно он и выслушивал жалобы Пети. – Он уже далеко. Ищи теперь ветра в поле.
- Далеко? – покачал головой Петя. – После того, как он сжег машину и взял с собой двух заложников. С таким грузом далеко не уйдешь. Такой груз ляжет на нашего беглеца тяжкой обузой, - совершенно справедливо рассудил Петя. – Я чувствую этот беглец где-то недалеко.
- Мужики, - в курилку, где коротали время товарищи по несчастью, зашел новый санитар, - слышали новость?
- И какая же это еще новость? – удивился Петя. – По-моему, все самые страшные новости уже остались позади.
- Вы ошибаетесь, - уверил Петю с Веней санитар. – Твоего, - он ткнул пальцем на Петю, - начальника, и нашего, - в этот момент палец санитара указывал на Веню, - только что нашли.
- И чего здесь такого? – удивился Петя. Он не понимал, что такого страшного могло произойти с их начальством.
- Их нашли убитыми! – выдал сенсационную новость санитар. – Их только что застрелили.
Он вышел из курилки, оставив двух товарищей по неволе в крайне унылом состоянии. Они понимали, что в связи с этими убийствами, не избежать санитарам новой волны допросов.
- Кто их мог убить? – спросил Веня у своего товарища, которого он по праву считал очень опытным человеком.
- Тот, кто заметает следы, - загадочно вымолвил Петя. – Им тоже нужен этот беглец. И нужен позарез. Если мы его найдем… - искры сверкнули в глазах Пети. Он уже понял, какую выгоду можно получить, если они добудут сегодняшнего беглеца.
- А кому нужно заметать следы? – Веня все же был очень наивным человеком.
- Тише ты, - шикнул на него Петя. – Кто? Кто? Неужели ты ничего не понимаешь?
- Не понимаю, - хлопал своими большими глазами Веня. – Объясни мне, пожалуйста.
- Толя Середской слышал про такого человека? – обратился к нему Петя с той интонацией, с которой обращаются к маленькому ребенку.
- Нет, не слышал, а кто такой этот Толя Середской? – удивился Веня. Он первый раз слышал это имя.
- Ну, ты даешь! Совсем от жизни отстал!
Петя понял, что перед ним совсем запущенным случай, и просветил своего товарища по несчастью по поводу криминального расклада в городе. Из рассказа Пети вытекало, что Толя Середской  - самый большой авторитет в их городе. Ну, может быть, за исключением Знахаря. И Толя Середской за неоценимую услугу заплатит звонкой монетой. Им заплатит! В их руках будут большие деньги! А других денег им Толя Середской просто не может и дать. Он – человек щедрый к своим друзьям, и беспощадный к своим врагам.
- Даже не в деньгах дело, - совсем размечтался Петя. – Понимаешь, какое это счастье, если мы станем друзьями Толи. Может быть, он даже нас возьмет к себе на работу. Своим людям он платит приличные деньги. Я бы машину себе купил. Ты хочешь машину?
- «Мерседес»?
- Ну, зачем «мерседес». Можно и «волгу». Только новую, - представил Петя роскошную картину, как он въезжает  на свой двор на новой машину. В тайне лелеял Петя мечту, что это все-таки будет «мерседес».   
- «Волгу», неплохо было бы иметь. Но, как мы найдем нашего беглеца? – спросил Петя, который уже почувствовал, как в его руках будут хрустеть зеленые бумажки. Именно доллары он почитал за главную ценность на свете.
- Пока не знаю, - разочаровал его Петя. Глупый вопрос напарника вернул его в реальную действительность. Из собственного «мерседеса» он пересел в лужу, в которой, собственно, они сейчас и находились. – Но, будем надеется, что удача нам улыбнется.
Он как чувствовал, что так и произойдет. И удача улыбнется им почти сразу же, как они закончили этот разговор. В курилку влетел Максим Иванович. И вид у него был самый растерянный. Ворот рубашки  Максим Иванович расстегнул на две пуговицы, а взгляд гипнотизера блуждал из стороны в стороны.
- Что случилось? – поинтересовался у него Веня. Максим Иванович не курил, а уж в курилку и вовсе никогда не заходил.
- Случилось, - ответил гипнотизер. – Только что мне позвонила Леночка. Она велела мне быть дома.
- Какая Леночка? – не сразу же понял Петя.
- Та самая санитарка, которая дежурила сегодня ночью, - пояснил Максим Иванович.
- Она что уже нашлась?
- Я так понял, она звонила мне не по своей просьбе. Ей велел позвонить тот человек, с которым она сейчас находится, - только сейчас Максим Иванович понял, что он сболтнул лишнее. Он хотел, было выбежать из курилки, но Петя перегородил ему дорогу.
- Рассказывай все, как было Максим Иванович! – потребовал он басом. Максим Иванович понял, что от могучего санитара ему не отстать. Из двух зол он выбрал меньшее, и поведал свою нехитрую историю своим коллегам по работе.
Санитары переглянулись между собой. Похоже, их беглец объявился.
- Мы едем с тобой, - решил Петя за себя и своего напарника.
- Это еще зачем? – не понял Максим Иванович.
- Ты понимаешь, что Леночка придет не одна, - объяснил Петя.
- Понимаю, - кивнул головой Максим Иванович. – Я так понял, что и звонила она ко мне, вовсе не по своей воле.
- Ну, вот, а еще спрашиваешь, - Петя готов был действовать прямо сейчас. Беглец дорого заплатит ему за свой побег. – Идем к тебе домой. Нам нужно задержать человека, который к тебе позвонил.
- Я… Я… Не знаю, - Максим Иванович был очень нерешительным человеком. – Леночка сказала, я должен быть один.
- Это не она сказала, - уточнил Петя. – Это беглец ей велел сказать. Ты помнишь про судьбу нашего и вашего шефа, - припугнул он гипнотизера. – Хочешь повторить их судьбу?
Такой перспективы Максим Иванович не желал для себя. Поэтому он согласился с планом санитаров. Они сидели в подполе, когда Черкасов входил в дом, и во время сеанса они прятались там же. А когда Черкасов находился в гипнотическом сне, санитары вылезли из вынужденного подполья. Вооружились, как могли. Максим Иванович любил утиную охоту, поэтому у него имелась охотничья винтовка. Она и стала главным доводом при задержании Черкасова.
Теперь два ее ствола глядели прямо на вчерашнего беглеца. И Петя в любой момент был готов спустить курок. Естественно, не для того, что бы убить беглеца, а лишь для того, что бы лишить его возможности сопротивляться.

                Глава двадцать вторая.

Да только вот Черкасов почему-то появлению санитаров не испугался. Хотя лично ему это появление ему неприятно. Оно означало, что он ошибся в Максиме Ивановиче.
- Ну, и что дальше? – задал он вопрос. При этом голос его звучал спокойно.
- Дальше? – Если бы у Пети не были заняты руки, он, наверняка бы, почесал затылок. Дальнейшая часть их плана была действительно не разработана.
- Нужно скрутить ему руки, - раздался за его спиной голос Вени.
- Нужно, - согласился с ним Петя. – Максим Иванович, отойдите подальше от беглеца. – Гипнотизер выполнил рекомендации санитара со стопроцентной точностью. Теперь он прижался в самом углу комнаты, ожидая дальнейшего развития событий. – Где у вас веревка находиться? – спросил его Петя.
- В кухонном шкафчике, что висит в углу, - чуть заикаясь, произнес Максим Иванович.
- Ты слышал, где находиться веревка? – уточнил Петя у своего напарника.
- Слышал, - Вене не нужно было объяснять, что делать дальше. Он одним мигом сбегал на кухню. Там он действительно нашел огромный кусок веревки. Ее Максим Иванович не использовал, но держал в своем хозяйстве, кто знает, когда эта веревка могла ему понадобиться. – Я нашел! – успокоил Веня своего товарища и бросился обратно в комнату. 
- Вот и хорошо, - сказал Петя. – Неси веревку сюда. Будем скручивать нашего пленника.
Вене не нужно было объяснять все во второй раз. Через мгновение Петя уже чувствовал его дыхание на своем затылке.
- Стоять, спокойно, не дергаться! – крикнул он своему пленному. – Иначе буду стрелять!
В подтверждении своих слов он спустил курок. Волна дроби пронеслась рядом с Черкасовым. Почти вся эта дробь вонзилась в стенку, испортив обои.
- Я церемониться не буду! – сказал Петя. – Ты меня понимаешь!
- Я вижу, - кивнул головой Черкасов. Сейчас его больше волновала мысль, где находится его пистолет.
А находился «ТТ» в очень ненадежных руках. Веня держал чужой пистолет и не знал, что с ним делать. Крупная капля лба сползала по его лбу. Пистолет дрожал в его руке. Веня не служил в армии, и не знал, как обращаться с оружием. Всего этого Черкасов, конечно, не знал, но он видел, что у санитаров появилась одна конкретная проблема.
 Что бы Вене пройти в комнату,  Пете нужно было сделать шаг. Он должен был уступить дорогу своему товарищу, который должен был связать их пленника. Он и сделал этот шаг, пропуская своего товарища вперед.
Этот шаг стал для него роковым. На одно короткое мгновение Черкасов оказался в зоне недосягаемости для его выстрела. Перед стволом его винтовки замаячила спина Вени, который сразу же пошел вперед. Этим мгновение Черкасов и воспользовался. Не стал ждать дальнейшего развития событий. Если судьба дает тебе такой шанс, грех им не воспользоваться.
Веня сделал шаг навстречу своему пленнику. Ему бы снять пистолет с предохранителя и послать пулю в колено своего противника, но Веня растерялся. Крупная капля пота доползла до брови, и сорвалась прямо в глаз. Совсем на один миг, но Веня потерял ориентир.
Черкасов сделал огромный прыжок в сторону санитара. Эти прыжком он сумел решить две огромные задачи. Во-первых, оказался возле санитара. Во-вторых, Веня сумел загородить его от случайного заряда дроби. Сейчас он представлял собой живой щит, которым грешно было не воспользоваться. А пистолет, не снятый с предохранителя, да еще и в неопытных руках, не опасен.
С губ Вени сорвался отчаянный крик. Он осознал, в какой ловушке он очутился. Правда, санитар уже ничего не мог сделать. Из его безвольных рук Черкасов легко вырвал свой пистолет и сорвал его с предохранителя.
Петя почувствовал, что в его плане произошел тотальный сбой. Он не нашел ничего умнее, как спустить второй курок. Так поступил бы любой человек в его ситуации. У Пети сработал инстинкт самосохранения. Он и не подумал, что под выстрелом окажется его товарищ.
 Кожаная куртка Вени, покрытая пылью и паутиной (и то, и другое являлись следами пребывания Вени в подполье),  тотчас же превратилось в решето. Из многочисленных дырок полетел дешевый утеплитель, и заструилась кровь. А отчаянный крик превратился в предсмертный вой.
Тело санитара выгнулось по невероятной дуге и рухнуло на пол. Черкасов видел прямо перед собой  лицо испуганного санитара. Из ружейного дула вился дымок. Санитар хорошо понимал, что он только что убил своего товарища и его возможности убивать исчерпаны. Он сам попался в ту яму, которую выкопал для другого человека.
Он ринулся на своего противника. Была у него еще надежда, смести Черкасова своим могучим телом. Черкасов не стал благоразумно вступать с ним в рукопашный бой. Он использовал свой перевес в оружии. Легкое нажатие пальца на спусковой крючок, и из ствола пистолета с невероятной скоростью вылетела пуля. Она не успела даже толком разогнаться. Со всей своей силой она вошла в левую часть груди Пети и опрокинула его на спину. Таким образом, его попытка использовать свою физическую силу оказалась проваленной.
Санитару сразу же стало нечем дышать. Он осознал, что в этот момент все для него кончается. Жизнь уходит из него с каждым толчком сердца, которое выталкивает кровь из пулевого отверстия. Внутренности его горели невероятным огнем, а дышать стало очень тяжело, будто бы на Петю положили бетонную плиту. Сил сопротивляться этой невероятной тяжести у Пети не оставалось.
Черкасов не сразу послал в него вторую пулю. Зачем тратить пулю на контрольный выстрел, если и так ясно, что его противник и так скоро умрет. Это пустая трата драгоценной пули. А еще Черкасову хотелось узнать, какие соображения двигали его недавними противниками. Жажда мести за вчерашнюю неудачу, или жажда наживы. А, может быть, они просто были людьми его клиента.
- Больно дышать? – участливо спросил Черкасов.
- Очень, - простонал Петя. Из уголка его рта просочилась струя крови.
- Ничего, - утешил его Черкасов. – Скоро все закончится.
- Я знаю… Ты умеешь стрелять, - шепотом произнес Петя.
- Спасибо, за комплимент. Любой дурак с такого расстояния попадет.  А ты, парень, молодцом держишься. За деньги хотел меня продать? – задал свой самый важный вопрос Черкасов.
- Да, нам очень хотелось денег, - подтвердил его догадку Петя.
- Тебе меня заказали, или ты сам проявил инициативу? – поинтересовался у него Черкасов.
- Сам. Все само собой вышло… -  признался Петя.
- Ну, и как же ты дошел до жизни такой, а? Отвечай!
Пришлось Пете поведать Черкасову историю того, как они его обнаружили. После чего Черкасов потерял к нему всякий интерес. Зато к Максиму Ивановичу интерес возрос. Тот совсем забился в угол. Во время короткой схватки он даже не пытался оказывать сопротивления. Хотя у него имелась возможность напасть на Черкасова с тылу.
- А как же клятва Гиппократа? – задал Черкасов резонный вопрос гипнотизеру. – Я всего лишь твой пациент.
- Я ее нарушил, - признался Максим Иванович. И упрекнул Черкасова. – Но и вы играли не по правилам.
- Не по правилам, - согласился с ним Черкасов. – Но убивать тебя я не хотел.
Во избежание дальнейших трений, он выстрелил злостному нарушителю клятвы Гиппократа в грудь. Максим Иванович начал сползать по стенке. Его глаза медленно начали стекленеть. В этот момент и Петю настигла агония. Три  медицинский работника ушли в мир иной почти одновременно. И они сами были виноваты в своей смерти. Могли бы еще жить и жить, наслаждаться осенним солнцем, легким ветерком и чистым воздухом.
А вот четвертый медицинский работник в лице Леночки затаился на кухне. Медсестра даже не пыталась бежать. Хотя такая возможность у нее безусловно имелась. Схватка с санитарами заняла у Черкасова примерно десять минут. За это время можно было убежать далеко, да и шуму можно было наделать немало. Но Леночка предпочла остаться на кухне у Максима Ивановича и ожидать дальнейшего развития событий.
  Весьма похвальное поведение в глазах Черкасова.
Только теперь, взглянув сейчас на Леночку, он понял, почему она до сих пор жива и невредима.  И вовсе даже не потому, что она  двоюродная сестра его клиента, просто она очень походит на Татьяну. Почти ее родная сестра, только ростом поменьше. А так, те же светлые кудряшки, те же голубые глаза с длинными ресницами. Даже черты лица и то похожи. И духами они, как понял Черкасов, пользуются одинаковыми. Интересно, кто подарил дорогие французские духи Леночке? Своей Татьяне он купил духи в очень дорогом магазине, и стоили они, наверное, дорого.
- Это брат подарил тебе духи? – спросил Черкасов совершенно неожиданно даже для себя.
- Чего? – не поняла Леночка сути вопроса. Он действительно прозвучал странно в этот напряженный момент.
- Это брат подарил тебе духи? – охотно повторил свой вопрос Черкасов.
- Он, - кивнула головой его пленница. – На мой двадцать третий день рождения. У этих духов невероятно стойкий запах.
- Это я заметил. Щедрый у тебя брат, - похвалил Знахаря Черкасов. – И сестра у него тоже умная. Надеюсь, ты встретишь свой двадцать четвертый день рождения в полном здравии. Вставай! Нам надо уходить отсюда.
- А они? – дальнейшее продолжение вопроса Леночка проглотила. Ясно было, что она говорит о своих коллегах по работе.
- У них есть родственники? – в свою очередь задал вопрос Черкасов.
- Есть, - кивнула головой Леночка. И почему-то перед ее глазами встала сестра Вени, которая всегда привозила ему еду на смену.
- Надеюсь, они не будут слишком сильно оплакивать погибших. Вставай! – повторил свое приказание Черкасов.
- А вы не будете меня… - Леночка не могла выговорить это слово.
- Убивать? – помог ей Черкасов.
- Да, - замотала головой Леночка.
- Я не только тебя не буду убивать, - успокоил ее Черкасов. – Я тебя еще и похвалю.
- За что? – не поняла Леночка.
- За правильное поведение, - объяснил ей Черкасов. – Вставай. А то я не успею обезвредить бомбу, и тогда твой приятель шофер отправится вслед за этими санитарами. Я так думаю, тебе этого не очень хочется.
Эта угроза очень подействовала на Леночку. Она сразу же встала и посмотрела на Черкасова.
- Вот и молодец! Выйди пока во двор, - велел ей Черкасов. Леночка послушалась его.
Сам Черкасов принялся убирать свои отпечатки пальцев со всех поверхностей, до которых он мог дотрагиваться. Дело это нелегкое, но крайне необходимое. Еще Черкасов благодарил свою судьбу, что Максим Иванович жил в частном доме. Прошло уже десять минут, а на выстрелы не торопились милицейские наряды. Из этого очень простого факта Черкасов сделал выводы, что выстрелы из ружья Максима Ивановича в ближайших окрестностях никто не слышал. А значит, он может никуда не торопиться. Он аккуратно стер следы тряпочкой, которую спрятал в карман куртки. Ее он выбросил чуть позже, когда они уже были на обратном пути.
Затем вышел на улицу. Леночка покорно ждала его на крыльце.
- Пойдем домой. Не то твой шофер взорвется ненароком.
- Пойдем, - послушно кивнула головой Леночка.
До квартиры Радова они добрались без всяких происшествий. И там ничего страшного не произошло. Разве только шофер Саша совсем сник. Поглядев на него, Черкасов понял, каким образом можно использовать Сашу. Не зря же он с ним целый день возился.

                Глава двадцать третья.

Приехав на свою конспиративную квартиру, Толя понял, что он ужасно устал. Бессонная ночь есть бессонная ночь. Веки его опухли, а глаза постоянно слипались. Никакое кофе не взбодрит в таком состоянии.  Толе явно требовалась передышка, да и делать сейчас пока было нечего. Толя лег отдохнуть и не заметил, как проспал пять часов.
Разбудил его звонок телефона. Звонил начальник технического отдела. Он взял под наблюдение лицо, которое, как подозревал Толя и является заказчиком убийства Знахаря. Именно, этому человеку, как предполагал Толя, его хозяин и мешает больше всего.
- Хорошо, - кивнул головой Толя. – Продолжайте работать. Обо всех результатах докладывать мне лично.
Затем последовал звонок с автовокзала. Старший бригады требовал сменить людей. Они тоже работали больше суток. Отдых им был тоже необходим. Толя удовлетворил это требование своего человека. Он же не был зверем, понимал, что отдых требуется не только ему. К тому же в резерве у него имеются свежие силы. Поэтому он сам совершил звонок в свое агентство. Необходимо было узнать, как там обстоят дела. Оказывается, дела в его агентстве были в полном порядке. К ним приезжала сегодня милиция, но отнюдь не в лице всезнающего и дотошного Колычева. К ним приехал молодой человек в аккуратном гражданском костюме. Он не был слишком расстроен, когда услышал, что начальника нет на рабочем месте. Лейтенант охотно выпил кофе и пообещал зайти на днях. Такое настроение сотрудников милиции очень даже порадовало Толю. Он сказал своему заместителю, что бы тот послал надежных людей на вокзал. Дважды свои указания Толя повторить не привык – все понимали его с полуслова.
 Затем следовало совершить еще два звонка. Толя тяжко вздохнул – он начинал привыкать к такой работе, когда тело расслабленно, зато мозги напряжены до предела. 
Но для начала Толя сходил в туалет и в ванную. Отражение в зеркале показывало очень отрадную картину. Если верить зеркалу, на Толю смотрел очень уверенный и деловой человек. Этот человек умеет решать проблемы и избегать неприятности.
В комнате зазвонил сотовый телефон. Интересно, кто это? Знахарь, или Оружейник? Толя бросился в комнату и увидел, что номер не определен. Толя догадался, какой абонент беспокоит его в этот час.
- Это я, - с волнением взял он трубку.
- Очень хорошо, что это вы, - голос на другом конце телефона звучал очень серьезно. – И почему вы не смогли справиться со своей работой. У вас был шанс. И вы свой шанс не использовали.
- Я еще справлюсь с этой сложной задачей, - сказал Толя. – Если вы мне согласитесь помочь, - добавил он.
- Увы, я уже вам оказал всю свою помощь, - вздохнул неведомый абонент. – Теперь все зависит от вас. Помните, этот человек очень опасен. Он всегда идет до самого конца. Остановить его крайне сложно. Но у него сейчас крайне ограниченный срок для выполнения заказ. Вот, пожалуй, и вся моя помощь. – В трубке раздались короткие гудки.
- Я справлюсь, - сказал Толя сам себе.
Затем он стал набирать номер телефона Оружейника. У того тоже все было глухо, как в  танке. Хотя его люди и шерстили все притоны этого города. Но их обитатели даже не слышали о странном человеке.
Значит, этот день пропал даром. Знахарь же, когда толя дал ему полный отчет, не сказал Толе ничего хорошего. Хорошо, хоть на каждое нецензурное выражение у него хватало силы добавить два нормальных слова. Зато начальник службы технического контроля сделал новый звонок. Ему бы, чуть пораньше позвонить. Но все равно Толя обрадовался его звонку. Он почувствовал, что его человек зафиксировал важный звонок.
- Он только что позвонил человеку. Фамилия этого человека Коровкин Павел Иванович, - сказал начальник службы технического контроля. – Распечатку этих переговоров могу я вам прислать.
- Я сам приеду, - решился Толя на вечернюю прогулку.
Ему интересно стало, о чем мог говорить Тунгус с очень высокопоставленным чиновником, с которым его начальник и босс любит играть в теннис. Еще бы он не любил играть! Ведь Знахарь всегда выигрывал у Коровкина. Почти всегда с огромным преимуществом.
Толя не поленился и доехал в этот вечер до своего агентства.
  Распечатка разговора, который предоставил Толе начальник службы технического наблюдения, не представляла ничего важного. Просто один человек приглашал другого на деловой разговор. Толе бросилось в глаза только одно. Это время делового разговора. Завтра, точнее уже сегодня в семнадцать часов дня, когда Знахарь будет принимать в  областном парламенте  пост спикера.
- Это все, - сказал начальник службы технического наблюдения.
- Продолжайте дальнейшее наблюдение за этим человеком, - Толя не смог скрыть своей радости, когда он прослушал этот разговор. Ему казалось, что этот разговор является доказательством предательства Тунгуса.
 
                Глава двадцать четвертая.

Черкасову повезло не только с квартирой, но и с тем, что в квартире Радова находилось много разной аппаратуры. Радов следил за техническими новинками. И техника в его доме вся была новой. От плазменного телевизора до обыкновенного диктофона. Этим утром Черкасова диктофон волновал гораздо больше.
Да, прошла еще одна ночь. Ее Черкасов провел очень спокойно. Никаких снов он не видел. Как закрыл глаза в десять вечера, так и проспал спокойно до шести часов утра. Черкасов знал, что так бывает, когда днем предстоят очень важные события. Сейчас его организм готовился к этим событиям.
Леночку на этот раз он даже не прикреплял наручниками к батарее. Вообще наручники на нее не надевал, полагая, что у нее могло быть много шансов убежать, когда они были с визитом у гипнотизера. Сашу же он оставил все в таком же положении, как и в первую ночь. Все-таки, он был мужиком, а мужики – народ не постоянный. Могут и подчинятся они бесприкословно, а через час, когда ты ослабишь свою хватку, горло тебе перерезать.
- Ничего, - успокоил его Черкасов, - недолго тебе еще осталось терпеть. – Он посмотрел на наручные часы, который тоже позаимствовал у Радова. – Еще несколько часов.
- Будем надеяться, - пробормотал Саша, жадно поглощая гречневую кашу. Ее Черкасов не пожалел для своего пленника. Приготовил ее, как для себя. Зачем лишний раз унижать человека.
- Моим обещаниям можно верить.
Затем Черкасов пришел к Леночке, которая завтракала на кухне.
- Говори телефон своего двоюродного брата, - велел он своей пленницы. Она быстро начала называть цифры.
- Это рабочий телефон, - объяснила она. – А это телефон домашний. Есть еще и сотовый телефон. Называть его?
- Конечно, называть! – велел ей Черкасов.
Леночка наморщила лобик и смогла вспомнить ряд цифр, которые и составляли номер телефона Знахаря.   
- Вот и молодец, - похвалил ее Черкасов. – Сегодня все закончиться. – Он поднес к Леночке диктофон. – Ты должна произнести крайне важное сообщение. Оно адресовано твоему брату. От этого сообщения зависит его жизнь, и уж точно, твоя жизнь. Понимаешь меня?
- Да, - покачала головой Леночка.
- Запоминай, - Черкасов сказал Леночке слова, которые она должна была сказать перед диктофоном. – Запомнила?
- Да, - она снова кивнула головой.
- Теперь повтори эти слова.  – Сначала Черкасов прослушал, как Леночка запомнила его послание, а лишь затем он нажал на кнопку записи.
Леночка исправно повторила его слова. У неё получилось даже произнести свои слова лучше, чем у Черкасова. Голос ее постоянно дрожал и надламывался. Послание получалось очень драматичным. Ее брат поверит этим словам.
Черкасов прокрутил эту запись, которую он только что получил. Запись получилась очень хорошей.
- Еще несколько часов, - повторил он свое обещание. – Сейчас я уйду, а затем вернусь. Тебе мне придется снова прикрепить к батарее. Но это же ничего, совсем не страшно?
- Не страшно, – покорно согласилась с ним Леночка. – Только возвращайтесь поскорее.
- Я постараюсь.
Черкасов щелкнул наручниками, и Леночка снова оказалась у батареи. А он принялся собираться в дорогу. Только на этот раз его сборы были прерваны звонком в дверь. Вот тебе и новый поворот сюжета. Кто бы это мог звонить в дверь покойному Радову ранним утром. Да кто угодно! От соседей, до родственников.
Черкасов выглянул в дверной глазок. На площадке торчал могучего вида мужчина. По своему виду, настоящий браток.
- Что вам надо? – Черкасов изменил свой голос. Теперь он говорил фальцетом.
- Мне нужно, что бы вы забрали тело хозяина этой квартиры, - ответил  незваный пришелец.
- А вы кто такой? – поинтересовался Черкасов.
- Кто я такой? – возмутился пришелец. – Я – работник морга. И нам очень интересно будет узнать, когда вы заберете тело.
- Сегодня и заберем, - успокоил его приторный гнев Черкасов. – Мне нужно что-то подписать?
- Да, вам нужно подписать бумаги, - подтвердил работник морга.
- Давайте ваши бумаги сюда, - попросил у него Черкасов. - И ручку не забудьте.
Хорошо хоть, дверь квартиры Радова можно было открыть на цепочку. Мужчина протянул необходимые бумаги и ручку, а Черкасов  прошел на кухню.
- Ставь свою подпись, - попросил он у Леночки. Та охотно выполнила его просьбу.
- Получайте свои бумаги, - вернул он документы работнику морга.
  И он, и пришелец из морга, были рады покончить с необходимыми формальностями. Мужчина сразу же побежал по своим делам. А Черкасов перевел свой дух. Хорошо, что им в гости не заявились родственники Радова, или его друзья.
   Впрочем, это была всего лишь минутная слабость. Черкасов вытер пот и был готов к тому, что бы сегодня закончить все свои дела.

                Глава двадцать пятая.

Знахарь тоже сегодня проснулся рано утром. В первый раз за долгие годы он проснулся в своей широкой постели один. До этого, кто только не побывал в его постели! И фотомодели, и местные телеведущие, и победительницы различных конкурсов красоты, и заезжие эстрадные звездочки,  да и просто представительницы древнейшей профессии. Всем им Знахарь щедро оплачивал их услуги. Он вообще всех любил женщин, и мимо юбки ни разу еще не проходил. Даже, учась в школе, он уже грезил о прелестях своей учительницы Марьи Ивановны. А потом он даже любил рассказывать своим коллегам, что невинность свою он потерял с работницей комнаты по делам несовершеннолетних. Они смеялись, но не слишком верили в эту историю. Этим людям было привычно, что их коллеги преувеличивают свои любовные подвиги.
Знахарь понимал это и обижался. А ведь все так и было!
Работницу звали Вера. Она задержала его за кражу из ларька. Лично посадила его в небольшую камеру-одиночку. А посредине ночи он проснулся от скрипа двери. Знахарь испугался. Думал он, что пришли его бить. В темноте он разглядел Веру. Она больше была похожа на мужика, чем на бабу. Знахарь вскочил со своих нар. Вера легко, как ей казалось, толкнула его на нары. Знахарь очутился на спине. Он уже понимал, что с ним сейчас будет происходит. Вера стянула с него штаны. Это у нее легко получилось, благо они были без ремня и пуговиц. А потом Знахарь узнал, что такое опытная и жадная до этих дел женщина … Уже, находясь в зоне для несовершеннолетних он узнал, что он не один такой герой. Вера многих парней из их города наградила своей любовью. И все они вспоминали ее с ностальгией. В зоне таких женщин не было. Там вообще с женщинами было туго…
И вот сегодня впервые за долгие годы он спал совершенно один. Просто день сегодня предстоял очень важный. День, когда он получит венец. Да не терновый венец, а лавровый, венец победителя. К этому венцу он шел несколько лет. Именно, по этой причине Знахарь и хотел выспаться этой ночью. Он лег даже гораздо, чем обычно. Ему хотелось, что бы скорее наступил торжественный момент вступления в должность.  Старый спикер страдал подагрой и брал деньги из всех рук, которые протягивались к нему со всех сторон. А больше он делать ничего и не умел. И учится, по причине своего возраста, не хотел. Поэтому он и не хотел отдавать свой пост. Какой дурак захочет отдавать в чужие руки хлебное место? Однако Знахарь все равно этот пост у него отобрал. Времени он тоже немало потерял – слишком цепко старый спикер держался за свой пост, и были у него влиятельные сторонники, чего тут скрывать. Чиновники, старой, еще советской закваски не воспринимали Знахаря, как серьезного игрока на политическом поле.
К чувству предстоящей победы примешивалось еще и чувство горечи. Где-то в городе находился киллер, который пришел по его душу. Его люди не смогли найти этого душегуба, а тут еще и сестра его пропала. И не просто пропала, ее захватил именно этот киллер. Хорошо хоть дядя Боря об этом не знает, который тревожил Знахаря весь вчерашний день. Дядя Боря хотел знать, где находится его дочь. Хорошее желание! Знахарь тоже хотел бы знать, где находится его двоюродная сестра. Дядя Боря и сегодня от него не отстанет. Обязательно  будет звонить, беспокоить его. Причем, ему совершенно наплевать на то обстоятельство, что у Знахаря сегодня масса важных дел.
Знахарь в своих предположениях не ошибся. Одним из первых звонков за сегодняшний день, был звонок Бориса Ивановича – отца Леночки. Знахарь понял это уже по определителю номера. Пришлось ему прервать интересное занятие подбора запонок к синему костюму.
- Да, Борис Иванович, - схватил Знахарь трубку из слоновой кости.
- Сережа, - на другом конце телефонного провода говорил собеседник, который не просыхал со вчерашнего утра. Он любил свою дочь, а когда она не пришла вовремя с работы, Борис Иванович принялся за свое любимое занятие. – Сережа, что с Леночкой?
Этот вопрос Борис Иванович задавал и весь вчерашний день. Пришлось Знахарю соврать своему родному дяде.
- С вашей дочерью все в порядке, Борис Иванович, - заверил он своего собеседника.
- Правда? – в голосе его собеседника отчетливо звучала надежда.
- Абсолютная правда, - в этот момент Знахарь понял, что ему следует одеть сегодня другие запонки. Проблемы с пропажей Леночки его сейчас абсолютно не интересовали.
- А ты откуда это знаешь?
- Я все должен знать. Ведь я – хозяин этого города!
- Это верно. Когда моя дочь вернется домой? – жалобным тоном спросил Борис Иванович.
- Скоро, очень скоро, - пообещал Знахарь. Его сотовый начал издавать звуки похожие на бессмертную мелодию из «Крестного отца». Значит, ему нужно отвечать еще на один звонок. Тут уж не до проблем собственного дяди, который не просыхает уже несколько дней.
- Ты мне это обещаешь?
- Я вам это обещаю. Мое слово – закон. Извините, Борис Иванович, но мне звонят.
Реакцию дяди Знахарь не стал ждать. Повесил телефонную трубку на ее законное место.  Звонил на сотовый телефон, конечно же, Толя.
- Есть результаты? – задал обычный вопрос, однако, очень саркастическим тоном Знахарь. Он ожидал услышать отрицательный ответ на свой вопрос. Он ошибся – Толя на этот раз порадовал его.
- Результаты имеются, - спокойно сказал он. – Рано говорить, что они большие. Но,
по-моему, я нащупал заказчика.
- И кто же он? – поторопился спросить Знахарь.
- Точно могу вам ответить на этот вопрос только сегодня вечером, - Толя никогда не бросал своих слов на ветер. И Знахарь прекрасно об этом знал.
- Мне бы дожить до этого вечера, - попытался он пошутить.
- Доживете, обязательно доживете, - Толя воспринял эту шутку всерьез.
- Твоими бы устами, да мед пить, - сказал Знахарь своему верному заместителю.
- Своими устами я могу дать вам несколько советов. – Толя говорил сейчас абсолютно серьезно. – Не надо подходить к окну в вашем рабочем кабинете. Не надо находится на улице. И все. Это же так просто. А все остальное сделаю я, будьте уверены. И ваша охрана тоже не дремлет, - успокоил Толя своего хозяина.
- Хорошо, у меня еще к тебе есть вопрос, - произнес Знахарь.
- Можете его задать. Я постараюсь вам ответить на него, - обещал Толя. Он уже точно знал, чем сейчас будет интересоваться Знахарь.
- Что с моей сестрой, как ты думаешь? – задал свой вопрос Знахарь.
- Не могу вас утешить, - ответил Толя честно. – Скорее всего, наш беглец убил вашу сестру. В данной ситуации, она была не ваша сестра. Для киллера она представляла собой всего лишь ненужный балласт.
- Все так трагически обстоит? – поинтересовался Знахарь.
- Думаю, да, - не стал его утешать Толя.
- Будь со мной на связи, - закончил этот разговор Знахарь.
Выходит, своему дяде он соврал. Придется хоронить свою сестру. Если, конечно, они найдут ее тело. Бывает ведь так, что и не находят. И тогда человек навеки оказывается в списках людей, которые пропадают без следа. Дядю жалко, и Ленку жалко. А больше всего жалко себя. Когда Толя назовет имя заказчика, он с ним расквитается. По заслугам получит этот подлец!
Знахарь положил  сотовый телефон в карман и пошел к выходу. Верная охрана взяла его в коробочку, как только он вышел на крыльцо своего коттеджа, и посадила  Знахаря в «мерседес» последней модели. Впереди «мерседеса» ехал джип, который формально к охране Знахаря отношения не имел. Но только формально. На самом деле он ехал впереди всего кортежа и отслеживал все возможные опасности, которые могут встретиться на пути Знахаря. Охранники из этой машины держали радиосвязь с головной машиной. Именно в ней и ехал Знахарь. Впереди его «мерседеса» ехал джип той же марки  с тонированными стеклами. И позади «мерседеса» ехал такой же джип с таким же количеством, вооруженных до зубов охранников. Да и сам «мерседес» Знахаря был покрыт пуленепробиваемой броней, а заодно и бронекапсулой, персонально для Знахаря.
Его кортеж въехал на высокой скорости в городскую черту. Работники ГАИ не могли остановить этот кортеж – на машинах Знахаря были государственные номера, их он получил персонально от губернатора. Работники ГАИ могли только взять под козырек. Это они и сделали.
- Куда ехать? – спросил водитель у своего хозяина. Если ехать прямо по центральному проспекту, можно было попасть в офис компании, которую формально возглавлял Знахарь. А если повернуть на боковые улицы, то можно  легко было попасть в его офис в Законодательном собрании. Именно там сегодня и вознамерился провести  свой рабочий день Знахарь.
- Езжай в Законодательное собрание, - дал он указание водителю.
- Слушаюсь, - покорно кивнул водитель. Охранник, сидевший на переднем сидении рядом с водителем сообщил об изменении маршрута переднему джипу и машине разведки.
Кортеж развернулся в сторону Законодательного собрания. Таксист на желтой «волге» шарахнулся от кортежа. Любители быстрой езды при виде этого кортежа тоже забывали о своей любимой скорости, и вспоминали о пословице: тише едешь – дальше будешь. Даже водители маршрутных такси, и те замедляли скорость. Никто не мог воспрепятствовать этому кортежу. Через десять минут джипы и  шестисотый «мерседес» остановились возле здания Законодательного собрания.
Из машины Знахаря вылез охранник. Тотчас же к «мерседесу» подскочили и другие охранники. Удостоверившись, что их хозяину не угрожает никакая опасность, они позволили Знахарю пройти в здание Законодательного собрания. При этом своего хозяина прикрывали своими телами. Милиционер, что дежурил на главном входе, взял под козырек. Он знал, что в здание входит будущий спикер. Несколько часов и осталось до занятия Знахарем этой должности. А даже и просто, как депутат Законодательного собрания он был очень уважаемый и авторитетный человек.
- Как дела? – спросил Знахарь у дежурного милиционера. Этот вопрос он задавал всегда. Знал Знахарь, маленькие люди любят, когда их уважают. А этим своим вопросом Знахарь подчеркивал свое уважение к дежурным милиционерам.
- Никаких происшествий не произошло, - бодро гаркнул милиционер. Еще бы! Если бы, в городе произошли какие-либо происшествия, то Знахарь должен быть знать о них первым. Людей бы он своих сгноил, если бы, они не донесли до его ушей какую-либо важную информацию.
- Благодарю за службу, - Знахарь прошествовал в свой кабинет по мраморной лестнице. Его рабочий день начался.
                Глава двадцать шестая.

А вот другой человек шел сейчас по солнечной стороне маленькой улицы. В человеческом внимании он совершенно не нуждался. Человеческое внимание было сейчас просто опасным для Черкасова. Да люди и не обращали на него никакого внимания.
На этой улице располагалось почтовое отделение. Туда-то сейчас и направлялся Черкасов. Времени на часах было девять часов утра. Очень хорошее время для визита на почту. Пенсионеры еще не проснулись, а остальные граждане только начинали свой рабочий день. У Черкасова имелись все основания надеяться, что на почте сейчас никого нет.
Его ожидания сбылись. Он открыл тяжелую дверь и обнаружил, что в здании почтового отделения действительно никого нет, кроме старушки, которая разглядывала лоток с газетами.      
Черкасов подошел к полусонной женщине, которая сидела за стеклянной перегородкой. Она совершенно не обратила на него внимание. Понятное дело, Черкасов был обычным посетителем. Даже если бы сейчас в это отделение вошла звезда эстрады, то вряд ли бы работница почты узнала ее – слишком далеки ее мысли были сейчас от служебных обязанностей.
- Ко мне должна придти посылка, - обратился Черкасов к славной работнице почты. – До востребования.
- Ваша фамилия, - женщина обратилась к своему компьютеру.
- Черкасов – моя фамилия, - представился клиент почты.
Женщина защелкала клавишами. На экране компьютера высветилась нужная информация.
- Есть посылка для вас, товарищ Черкасов, - ответила она своему посетителю.
- Вот и хорошо, - вздохнул он облегченно. – Что мне нужно для ее получения?
- Паспорт, - сказала работница почты. – И все. Ну, и естественно, вам нужно будет заполнить необходимые документы.
- Вот вам паспорт, - протянул Черкасов в окошко свой документ.
Работница почты внимательно изучила его документ и протянула нужные документы. Их Черкасов заполнил в один миг, и получил заветную посылку. Ее он отправил из столицы. И в этой посылки находился инструмент для его работы. Естественно, в разобранном состоянии. Он давно понял, что почта – это самый удобный путь для доставки оружия в необходимое место. Естественно, если оружие находится в разобранном состоянии. Даже, если и просветит посылку рентгеновскими лучами, то все равно ничего не поймешь. В посылке лежат какие-то железки, только и всего. Так и в декларации, которую заполнял Черкасов, он написал, что в посылке находятся инструменты для работы. И он почти не врал.
- У вас тяжелая посылка, - взвесила на весах коробку женщина. – Много денег вам придется заплатить.
- Сколько?
- Триста рублей.
- Пожалуйста, - Черкасов легко расплатился за свою посылку. Деньги у него остались еще от Радова. Да и у других бандитов, которых он убил, он захватил деньги.
Он вышел из почтового отделения и принялся искать место, где можно было бы безбоязненно развернуть посылку. Получается, что такое место  находилось в доме, которые глядел на улице разбитыми стеклами. Дом этот предназначался под снос, да который уже год у местных властей не доходили до него руки. Зато бомжам было, где время скоротать.
 Черкасов зашел в ближайший подъезд. На третьем этаже он и развернул свою посылку. И с удовольствием убедился, что посылка находится в целости и сохранности. Ни одна деталь снайперского винтореза  не пострадала при перевозке. Даже оптика. Это внушило Черкасову оптимизм в будущем успехе дела. Все-таки его план с пересылкой винтореза по почте был рискованным, но успешным. А в сумках, которые он привез с собой в этот город, было обыкновенное тряпье. Не стило и забирать эти сумки из камеры хранения. Пусть его противники думают, что именно там лежит его оружие.
 Заранее он приготовил спортивную сумку. Ее он тоже взял на квартире Радова. В эту сумку он и поместил винторез в разобранном состоянии. А упаковку он выкинул на ближайшую помойку.
Затем он начал искать ближайший телефон-автомат. Не самое простое занятие в настоящее время. Не так то уж много осталось телефонных будок в этом городе. На поиск телефонной будки ушло у Черкасова полчаса. Зато, когда Черкасов нашел телефон-автомат, он обрадовался. Находилась телефонная будка в очень удачном месте. В тихом дворике, где в данный час не наблюдалось никакого народу. Времени просто еще было мало. Бабушки ходили за покупками по магазинам, а праздно шатающиеся граждане не успели проснуться, и мамаши не успели вывести своих детей на прогулку.
Телефонный жетон Черкасов приобрел заранее. Еще на почте. И не один. А несколько. Он знал, что до депутата областного Законодательного собрания будет нелегко дозвониться.
И – точно. В первый раз ему не повезло. Трубку сняла секретарша. Она послала Черкасова куда подальше, а точнее, к помощникам депутата. Черкасов послал ее куда подальше. Только на этот раз не к своим помощникам, а к чертовой бабушке. Секретарша обомлела, а Черкасов повесил трубку. Пришлось ему звонить на сотовый телефон депутата. Леночка не соврала, трубку действительно взял Знахарь.
- Это кто? – Черкасов специально первым не начал телефонный разговор. Он подождал, когда депутат сам произнесет эти слова. Он был в замешательстве, потому что, совершено не представлял, кто к нему в такой час может звонить.
- Это я, - просто представился Черкасов. – Вы меня не знаете, но вам обо мне говорили.
К депутату много за день звонило народу. Разного уровня. Разных званий. И разных положений в обществе. Поэтому Знахарь не сразу понял, о чем говорит этот незнакомый  мужской голос. Знахарь напряг память, и абсолютно точно понял, что сегодня он никаких встреч не назначал.
- Вы от Александра Михайловича (так звали Тунгуса на самом деле), - спросил Знахарь.
- Тяжелая у вас работа, товарищ депутат, - констатировал Черкасов. – Совсем вы забыли, что ваша жизнь дорого стоит.
До Знахаря стала доходить та истина, что к нему звонит не простой проситель. И не человек, который заискивающимся  голосом просит его о встрече. Знахарь заранее знал, что на этой встрече он будет выслушивать очередную просьбу о помощи. Так уже бывало с ним много раз.
- Вы… - начал он фразу, но Черкасов оборвал его.
- Да это я, - представился он полностью. – Человек, которому заказали вас убить, если говорить точнее. И тот человек, который удерживает в заложниках вашу сестру. Правда, двоюродную сестру, но все же, одинаковая кровь течет в ваших жилах.
- И что вы хотите? – не понял Знахарь цели этого звонка.
- Я хочу, что бы вы прослушали следующую запись, - рекомендовал ему на другом конце телефонной линии. – Больше от вас я ничего не требую.
Черкасов поднес к телефонной трубке диктофон. У него было всего лишь несколько минут, что бы прокрутить запись, сделанную несколько часов назад. Скорее всего, за эти минуту люди Знахаря засекут место, откуда сделан звонок.
- Это я, - говорила Леночка слова, которые подсказал Черкасов сегодня утром. – Ты, наверное, узнал меня. Я – твоя двоюродная сестра. Сегодня двадцать пятое сентября. На часах девять часов утра. И я еще жива. Я в плену у этого человека. Водителя он убил, а меня оставил в живых, как только узнал, что я сестра Знахаря. Этот человек хочет разойтись с тобой по мирному. Его предал заказчик. Он скажет его имя лично тебе. Сегодня в три часа дня. – Дальше следовало название того места, где должна была состояться эта историческая встреча. И условие Черкасова. – Ему вы должны выплатить сумму, равную стоимости заказа. А еще компенсацию за все его мучения. Это все, - голос Леночки на пленке замолчал. Запись закончилась.
Знахарь, конечно же, узнал голос своей сестры. И он, естественно, дал свое обещание придти в то место, которое назначил Черкасов.
  - Я выполню все ваши условия. Только не надо больше никакого убивать.
 И Черкасов сделал вид, что ему поверил.
- Я буду вас ждать. И помните, жизнь вашей сестры в ваших руках. Если вы поведете себя правильно, она будет жить долго и счастливо.
- Я приеду, - пообещал Знахарь.
- Очень хорошо, - Черкасов повесил трубку и зашагал прочь от телефонного автомата.
Никто не обратил внимания на человека, у которого находится большой баул в руках. Он слишком походил на обычного гражданина, которых, даже не сотни, а миллионы. И баул этот ничем не отличался от других баулов. Вот только, если бы прохожие узнали о его намерениях, они сильно удивились бы.

                Глава двадцать седьмая.

Ходить со своей спортивной сумкой по городу Черкасов не собирался. Это слишком опасно. В любой момент могли остановить стражи порядка и проверить содержимое этой сумки. Но Черкасову приходилось рисковать. Время у него было ограниченно.
Следовало еще съездить в одно место. По дороге Черкасов заглянул в обычный киоск канцелярский товаров и купил красные корочки. Из-за того только и купил, что на обложке этих корочек огромными буквами было написано «МВД». Эти корочками он и помахал перед гражданкой Волковой – законной женой шофера Саши на протяжении уже многих лет.
- Я из милиции, - представился Черкасов.
- А я и не удивляюсь вашему визиту, - гражданка Волкова пропустила нежданного посетителя в маленькую квартиру, где жила она вместе с двумя детьми и мужем. – Надеюсь, вы мне скажите, что ни будь новое про моего мужа.
- Скажу, - кивнул головой Черкасов. – Могу вас успокоить. Все в порядке с вашим мужем. Сегодня вечером он должен быть дома.
- И зачем же вы ко мне пришли? – не поняла жена Саши намерения нежданного визитера.
- Мой визит объясняется очень простыми причинами, - улыбнулся Черкасов. – Ваш муж не хочет с нами сотрудничать. Боится бандитов. Он хочет, что бы вы сказали ему, что все у вас в порядке. Помогли нам, так сказать, в частном порядке.
- Как я ему скажу, если его рядом нет? – не поняла жена.
- Очень просто, - еще шире улыбнулся ей Черкасов. – Мы живем в двадцать первом веке. Вам нужно произнести слова на диктофон. Всего пару слов и нужно вам сказать.
- Ну, раз так, - легко согласилась жена Саши. –  Что мне нужно сказать?
- Обычные слова, - посоветовал ей Черкасов. – Со мной все в порядке, и с детьми тоже. Мы живы и здоровы, и очень ждем, когда ты, Саша вернешься домой.
- Хорошо, - согласилась законная супруга Саши. Черкасов включил диктофон. - Со мной все в порядке. И с нашими девочками тоже все в порядке. Они тебя очень ждут и скучают. Приходи скорее домой.
- Им не долго осталось ждать, - убрал диктофон в карман Черкасов. – Всего лишь несколько часов. Вечером их папочка будет дома.
- Спасибо вам за это сообщение, - поблагодарила его супруга Саши. – Чаю хотите?
- Рад бы. Но, - Черкасов тяжко вздохнул. – Служба. День только еще начинается, и работы сегодня навалом.
- Понимаю, - супруга Саши проводила его до дверей. – Желаю вам успехов.
Черкасов всегда удивлялся тому, как граждане нашей необъятной страны доверяют разным корочкам. Ведь должна была жена Саши позвонить в отделение милиции, и узнать, есть ли такой милиционер, и направился ли он к ней домой. А ведь Черкасов даже толком не показал ей корочки. Он только помахал ими перед глазами. Женщина же даже не спросила, как его фамилия, хотя обязана была это сделать. Впрочем, своим простодушием она только облегчила ему работу.
Черкасов совершил еще один долгий переезд со своим свертком. И снова оказался в квартире Радова. Уже в последний раз. Его здесь встретили с ненавистью, но он другой реакции и не ждал от своих пленников. Хотя пленники и молчали, но ненависть сияла в их глазах. Впрочем, ненависть в их случае – была всего лишь обычной человеческой реакцией.
Своих пленников Черкасов поспешил обрадовать.
- Закончились ваши мучение, - с рук Саши он снял наручники. – Можете радоваться.
Саша начал растирать свои затекшие руки.
- Но, - поспешил их проинформировать Черкасов. – От вас требуется сделать еще одно дело.
- Какое дело? – не слишком обрадовался подобной перспективе Саша.
- Послушай вначале эту запись, - Черкасов включил диктофон, и в комнату ворвался голос жены Саши. Он внимательно прослушал эту запись. – Ты понимаешь, - сказал ему Черкасов, - что все может быть совершенно не так. И дочек твоих могут выкрасть из школы и детского сада, и жену изнасиловать в подворотне. Я не упоминаю о том, что их отец может не явиться сегодня домой.
- Ты мне угрожаешь? – спросил Саша усталым голосом.
- Я просто констатирую факт, - ответил Черкасов. – Все, может быть, гораздо более трагичней, чем уже есть. От тебя требуется одна только маленькая вещь. И тогда не произойдет никакой трагедии.
- Что мне нужно сделать? – поинтересовался Саша условием своего освобождения.
- Сущие пустяки, - обрадовался Черкасов. Ему попался умный человек, а главное, хороший семьянин. – Тебе нужно сходить с Леночкой в один тихий сквер. Она будет сидеть на скамейке. А ты будешь, находится в подъезде соседнего дома. И наблюдать за окрестностями. Естественно, Леночка должна находится в поле  твоей видимости. В три часа дня за ней должен приехать ее брат. И он обязательно приедет за своей сестрой. Он – очень заботливый брат. А ты в этот момент сделаешь выстрел. Всего один. – Черкасов протянул пистолет  «ТТ» с одним патроном в стволе своему бывшему пленному.
- Я в людей стрелять не буду, - отказался Саша от этого единственного выстрела. – Мне в тюрьму попасть не хочется.
- А я тебе разве сказал стрелять в людей? – резонно заметил Черкасов. – Я тебя сказал – сделай один выстрел. Хоть, в воздух, хоть в сторону, одним словом,  стреляй, куда тебе хочется. Можешь, конечно, и в людей, это твое право.
- А другого варианта у меня нет?
- Если бы он был, то я тебе обязательно его предложил. Но, если нет другого варианта, то его нет. Поверь мне, я предлагаю тебе очень легкую плату за твое освобождение. Вообще по правилам, вас требуется убрать. Но я стал слишком сентиментальным. 
- Понятно. Ты чего будешь в это время делать? – спросил Саша у Черкасова.
- Я буду находиться с твоей женой, - ответил Черкасов. – Ты не возражаешь против этого варианта?
- Возражаю, - покачал головой Саша.
- Понятное дело, но я могу в любой момент отнять у тебя жизнь. А я тебе ее сохранил, - особо подчеркнул этот момент Черкасов. – Я хочу, что бы, твои дети не росли сиротами.
- Заботливый какой! – заметил бывший пленник.
- Вовсе нет. Просто лишние жертвы мне не нужны.
- А что будет, если я не выполню твое задание?
- Появятся лишние жертвы. И ты понимаешь, кем будут эти жертвы.
Черкасов протянул Саше пистолет. Он принял этот пистолет. Черкасов ждал, что Саша захочет выстрелить в него. И он угадал. Саша тотчас же направил пистолет на него.
- Я думал, что жизнь твоих детей дороже, - усмехнулся Черкасов.
- Я и забочусь о своих детях, - Саша нажал на спусковой крючок.
 Но выстрела у него не получилось, и не могло получиться. Черкасов протянул пистолет пустой. Не такой он был наивным, что бы протянуть своему пленнику пистолет с полной обоймой. Саша даже не успел осознать свою ошибку. Черкасов налетел на него как коршун. Первый удар последовал в солнечное сплетение. Дыхание у Саши перехватило от этого тяжелого удара. Он очутился на коленях и уткнулся лбом в линолеум, что был постелен на полу. Второго удара не последовало. Не было в нем никакой необходимости.  Черкасов стоял над своим поверженным пленником и усмехался.
- Я думал ты гораздо умнее. Не мог же я дать пистолет тебе с патроном. Сначала я тебя проверил. Проверку ты не прошел. У тебя очень хорошие дети. И жена красавица. Не представляю ее вдовой, а детей сиротами.
- Не надо! Не надо его убивать! – в их сугубо мужской разговор вмешалась Леночка. – Я ручаюсь, Саша сделает все, как надо.
Хорошо все же иметь под рукой сентиментальную женщину. Она всегда поможет выполнить тебе твою работу. Вряд ли Леночка знала жену Саши и его детей, но жалкой их ей стало всерьез. Хотя в намерения Черкасов даже не входило их убивать. Он только пугал Сашу. Он только добивался своей цели. И добился ее.
- Вот видишь! – покачал головой Черкасов. – Ручается за тебя человек. Сделаешь все, как надо.
- Сделаю! – Саша медленно начал распрямляться.
- Он сделает! Сделает! – подтвердила его слова Леночка.
- Хорошо. – Черкасов был удовлетворен итогами этой беседы. – Пистолет с одним патроном найдешь в шкафу. Квартиру покинешь через десять минут, после того, как ее покину я. Дальнейшие инструкции, я надеюсь, ты запомнил?
- Я запомнил, - кивнул головой Саша.
- Сквер находится возле Медицинского института. Знаешь, где это место? – на всякий случай поинтересовался Черкасов.
- Знаю. Я вожу машину по городу уже двадцать лет.
- Добираться до этого сквера лучше всего на маршрутном такси. Так будет гораздо быстрее. Пистолет спрячь во внутренний карман куртки. Следи за тем, что бы он у тебя не выпал на улице, - дал последние наставления Черкасов. – Как говориться не пуха вам, ни пера. – Он не услышал ответного пожелания. Слишком уж были растеряны его пленники. – До свидания. Я надеюсь, мы с вами больше не увидимся.
- Я тоже на это надеюсь, - Леночка нашла в себе силу сказать эту фразу. Саша только с ненавистью посмотрел ему вслед.
Черкасов покинул квартиру покойного Радова. На этот раз, навсегда.

                Глава двадцать восьмая.
В кабинете депутата Законодательного собрания тоже сейчас происходил важный разговор.
- Ты ему веришь? – После звонка анонима Знахарь решил посоветоваться с Тунгусом. Ему он рассказал полное содержание этого неожиданного разговора.
- Насчет того, что Леночка жива? – уточнил Знахарь.
- Насчет того, что это звонил киллер? – скорректировал свой вопрос Тунгус. – И, что этот разговор не подстава?
- Верю. Это мог звонить только человек, который похитил Леночку, - кивнул головой Знахарь.
- Почему ты так думаешь?
- Он знал номер моего сотового телефона. Много существует людей, которые знают этот номер. А Ленка его знала. Как-никак, моя двоюродная сестра.
- А что если… - задумался Тунгус. В его голову сейчас пришла совершенно неожиданная мысль.
- Ты чего-то хочешь сказать? – поторопил своего помощника Знахарь.
- Да так, всякая ерунда лезет мне в голову, - отмахнулся тот. – Даже стыдно говорить, какая мысль мне сейчас пришла в голову.
- Ну, если начал, то говори, - потребовал Знахарь у своего ближайшего подчиненного. Он никогда не любил недоговоренных фраз.
- А ты уверен, что этот киллер вообще существует? – задал очень интересный вопрос Тунгус.
Знахарю пришлось выпить целый стакан минеральной воды, прежде чем ответить на этот вопрос.
- Ты кого-то из моих людей подозреваешь?
- Нет. Просто есть теоретическая возможность, что Толя выдумал этого киллера, что бы заманить тебя в ловушку. Что, если этот мнимый киллер – его человек? И в данную минуту он просто отвлекает твое внимание.
Тунгус задал обыкновенный вопрос, но этим вопросом он посеял семена недоверия в душу своего хозяина. Знахарь взлетел слишком высоко за последнее время. И он знал, что у его взлета есть слишком много врагов. Слишком много людей хотело, что бы он оставался обыкновенным криминальным авторитетом. Пусть и очень высокого полета. Сколько таких людей? Знахарь даже сосчитать боялся, их количество было очень велико. Высокопоставленные офицеры спецслужб. Бывшие коллеги по криминальному ремеслу. Почему-то все они теперь числились бизнесменами. Опять же чиновники всех мастей. Они получали свой доход от чинганчгугов. И, естественно, то обстоятельство, что Знахарь выгнал их из города, не могло устраивать чиновников. Это обстоятельство больно ударило по их карману. Еще были его политические противники. Опять же  бывшие офицеры МВД и ФСБ, чиновники и бизнесмены с криминальным прошлым. Всех их не устраивала та высота, на которую взлетел Знахарь.
А Толя? Знахарь только сейчас задал себе этот вопрос. И ответил на него положительно. Да, Толя мог желать его смерти. Он слишком крепко был привязан к своему криминальному прошлому, и сегодняшние поступки Знахаря не слишком устраивали его. Он считал их предательством по отношению к их недавнему прошлому. Опять же, какой солдат не мечтает стать генералом? И пусть Толя давно уже не был солдатом, но и генералом он не был. Генерал в его империи был один. Он, Знахарь. А Толя был всего лишь заместителем генерала.
- Даже если так, - ответил на сомнения Тунгуса Знахарь. – У меня нет сегодня времени разбираться с Толей. Но завтра я этим займусь. Твоя версия требует особого к ней отношения.
- Очень хорошо, - Тунгус был удовлетворен подобным поворотом делом. Не то, что бы он действительно не верил в киллера. Просто у него появилась хорошая возможность насолить Толе. Не воспользоваться этой возможностью было бы просто глупо.
- Сегодня на встречу с киллером, если она, конечно, состоится, я пошлю своих людей, - продолжил свою речь Знахарь. – Вот и посмотрим, ловушка это, или нет.
- А мне чем заняться? – спросил Тунгус.
- У тебя чего нет дел? – раздраженно ответил Знахарь.
Дела у Тунгуса были. Представители одной фракции запросили немало денег за свое положительное решение. И за свои услуги в деле давления на другие парламентские фракции, группки и просто влиятельных депутатов  они просили много денег. Но это было не самое страшное. Сегодня к Тунгусу позвонил их лидер и попросил увеличить эту сумму до необычайных высот. Так что этот день предстояло провести в огромном напряжении.
- У меня есть дела, - кивнул головой Тунгус.
- Вот иди их, и делай, - посоветовал Знахарь.
Тунгус сразу же испарился из кабинета своего хозяина. Чего-чего, а исполнительности ему было не занимать. За это Знахарь и держал его на первых ролях.
А сам он позвонил личному начальнику своей охраны, который в этот момент вышел пообедать. Пора было готовиться к сегодняшней встрече.
Начальник охраны был в курсе сегодняшних проблем. Получив указание от Знахаря, он уже подготовился к встрече. Место  в районе сквера возле Медицинского института было окружено людьми. Они были очень незаметны для большинства прохожих, но только не для Черкасова, который в этот момент проходил мимо. И на устах его появилась в этот момент улыбка. Он рассчитал все правильно. Похоже, люди Знахаря всерьез занялись его ловлей. Будь он наивным человеком, может, чего-нибудь у них и вышло бы.
Но Черкасов не был таким человеком. Он и не надеялся, что Знахарь придет на эту встречу. Не такой он дурак, что бы стать легкой мишенью. Но за своей сестрой он пришлет своих людей. Он должен был сделать вид, что поверит в намерения киллера. А киллер должен сделать вид, что он поверил в намерения Знахаря.
Только в таком случае  план Черкасова принесет нужный эффект. Пока что, его план давал свои плоды.
                Глава двадцать девятая.

Все же очень хорошо, что Черкасов прежде, чем начать выполнять очередной заказ, основательно изучал географию того места, где он будет работать. Это помогало, и не раз. Он прошелся мимо сквера, который запомнился ему в тот момент, когда он рассматривал карту этого города, выведенную на экран компьютерного монитора. Память у Черкасова была отличная. Один раз он посмотрел на карту и запомнил этот сквер. Отличное место. Сквер был окружен высотными домами. Рядом проходили две главные городские магистрали. Легко проехать к этому скверу, но так же и легко уйти в случае, если в том возникнет необходимость.
А еще, прежде чем отправиться на выполнение очередного заказа Черкасов хорошо изучил фамилии местных милицейских начальников. Сейчас знание их фамилий понадобится, как никогда.
Он подошел к телефонному аппарату, который нашел на улице, и набрал номер дежурного  городского Управления по работе с организованной преступностью. Ему он должен был сообщить важную информацию. Если дежурный среагирует на нее должным образом, то это очень хорошо. Если нет, то Черкасов ничего не терял.
 - Дежурный по управлению слушает вас, - услышал он в телефонной трубке усталый голос своего собеседника.
- Я – личный информатор Сычева, - представился Черкасов. Естественно, измененным голосом. Все звонки в управление фиксируются, а узнать человека по голову проще простого. Черкасов не зря назвал эту фамилию. Сычев был начальником городского управления. Вот только проверить эту информацию дежурный никак не мог. Сычев последние две недели находился в отпуске на черноморском побережье. Ловил полковник последние, солнечные дни, наслаждался бархатным сезоном.  – У меня есть важная информация.
- И какая же эта информация? – То, что неизвестный аноним представился личным агентом полковника Сычева, означало одно. Это не случайный шутник, а действительно информированный человек.
- Сегодня будет разборка в районе улиц Строителей и проспекта Суворова. Возле медицинского института, - назвал Черкасов место расположения сквера. – Предположительное время разборки – пятнадцать часов десять минут. – То, что Черкасов произнес время по военному четко, тоже говорило в его пользу. Его информация была записана на магнитофон.
Черкасов положил телефонную трубку, и отправился по своим делам. Дежурный же четко доложил об этом сообщение своему начальству. Заместитель Сычева мог бы проигнорировать это сообщение, но сам он считал себя на многое способным человеком. К тому же он ничего не терял в случае провала грядущей операции. Если звонок информатора окажется пустышкой, и он отправит в район улицы Строителей и проспекта Суворова своих людей, его никто не будет ругать. А вот если он проигнорирует это сообщение, то ему предстоит долгий разговор с полковником Сычевым, и с другими, не менее строгими начальниками.
Поэтому заместитель Сычева майор Колобов принял четкое решение направить в этот район отряд СОБРа и своих оперативников. Замысел Черкасова принял обретать конкретную форму и содержание.
А сам он в этот момент шел в магазин рабочей одежды. Их много было в этом городе. Они попадались, если не на каждом углу, то уж, через квартал – это точно. В некоторых таких магазинах  заодно продавались и инструменты. Черкасову и нужен был такой универсальный магазин.
 Он как раз подошел ко времени, когда первый вал покупателей  уже схлынул, а до вечернего часа пик было еще далеко. В магазине, куда он зашел, находилось всего двое человек. Молодой человек присматривал себе рабочие ботинки, и мужчина искал какую-то радиодеталь.  Продавщицы этого магазина явно скучали, коротая свое рабочее время за просмотром дневного сериала. Они знали, что из их клиентов плохие были покупатели, веди и радиодетали, и рабочие ботинки, стоили не такие уж большие деньги. К тому же мужчина недовольно фыркнул и покинул магазин. Похоже, он не нашел нужной ему детали.
При виде Черкасова продавцы оживились. Мужчина в хорошей одежде, а значит, при деньгах. Такие люди не ходят от скуки по магазинам. Продавщицы были хорошими психологами, и они не ошибались. Да и в руках своих мужчина нес тяжелую и неудобную спортивную сумку. Видно было, что мужчина хочет подыскать другую поклажу для своей ноши.
- Вам чего-то нужно мужчина? – немедленно подскочила к Черкасову продавщица.
- Да, - кивнул он головой. –  Если я сюда зашел, значит, мне действительно чего-то нужно. Мне нужен полный набор сантехнических инструментов. Есть они у вас?
- Могу вас обрадовать. Вы зашли в лучший магазин в городе. У нас все есть в полном наборе, - показала продавщица на витрину своего магазина. И она не обманывала – на витрине действительно находился полный набор, нужных Черкасову инструментов.
- Очень хорошо, - удовлетворен был Черкасов. – Мне нужна еще сумка, куда бы все это можно было положить. А то видите, - Черкасов потряс своей спортивной сумкой, - у меня не очень удобный чемодан. И рабочая одежда.
- Все к вашим услугам, - продавщица улыбнулась ему широкой улыбкой. Такой покупатель явился для нее подарком.
И сумка из брезента, и рабочая одежда в виде робы и штанов из прочного материала, нашлись в этом магазине. Общая сумма покупки составила три тысячи рублей. Не так уж и много Черкасова. Он даже дал продавцам чаевые в виде ста рублей.
 Продавщицы с благодарностью провожали неожиданного покупателя. А он не обращал, внимание на их взгляды. У него еще было много проблем, которые ему требовалось решить.
                Глава тридцатая.

- Как ты думаешь, он нас не обманет? – спросил Саша у Леночки. У него еще было много сомнений в душе. Что, если не пойти в этот сквер и не выполнить инструкции их тюремщика. Такой поступок совершить гораздо легче, чем выполнить его указания, которые казались Саше безумными.
- Не обманет, - развеяла эти сомнения Леночка. – Он – человек опасный, но слово свое держать умеет.
- Я надеюсь на это, - вздохнул Саша.
- А другого выхода у нас сейчас и нет, - сказала Леночка. – Он способен убить твоих детей. Ведь он – убийца.
- Ради них я и стараюсь.
Этот разговор состоялся между ними перед тем, как они покинули квартиру Радова.
Теперь осталось только выполнить все инструкции Черкасова бесприкословно. Саша и Леночка вышли из квартиры Радова вместе в два часа дня. На остановке они разделились. Саша сел на маршрутное такси. Леночка подождала автобуса. Таким образом, Саша пришел в нужное место на десять минут раньше.
Черкасов к тому времени занял нужную ему позицию. От городского сквера возле медицинского института он находился  на расстояние в двести метров. Он мог позволить такую роскошь, ведь у Черкасова был оптический прицел, через который очень удобно было наблюдать за происходящими вокруг событиями.
Правда,  снайперский прицел он достал не сразу. Сначала нашел позицию, на которой очень удобно было наблюдать за событиями возле городского сквера. Такая позиция оказалась на крыше обычного панельного дома. Он был построен как раз неподалеку от городского сквера. Жители дома наивно полагали, что кодовый замок на входных дверях защитит их от проникновения чужаков. Для Черкасова же открыть дверь в подъезд не составило никакой сложности. Он просто ткнул по наиболее стертым кнопкам кодового замка, и оказался в подъезде, в меру ухоженном, но все равно, мрачноватом.
 Чердак был закрыт, но подобные замки никогда не были проблемой для профессионалов. Они открываются обыкновенной шпилькой. Но шпильки сейчас у Черкасова не было, поэтому в качестве отмычки он использовал не менее обыкновенную проволоку.
 На крышу в качестве подстилки очень хорошо подошла  новенькая, только что купленная рабочая одежда. Заодно она немножко и поистреплеться и примет вид нормальной рабочей одежды. Там же на крыше он и собрал винторез, который он думал использовать несколькими часами позже. Сейчас же он убедился, что снайперская винтовка не пострадала при перевозке. За одно и пронаблюдал в снайперский прицел расположение сил в районе сквера.
А были они крайне интересными.
Черкасов не сразу же понял, где находятся оперативники, а где подручные Знахаря. Они походили друг на друга, как близнецы - братья. Оперативники изображали из себя пьяных граждан, подручные Знахаря, увлеченных чтением газет людей. Ни те, ни другие, не обратили внимания на Сашу. Он действительно не походил на киллера даже с расстояния. Он вообще не походил на уголовного элемента. Скорее Саша был тем, кем он был. Уставшим от жизни, постоянного безденежья, угрызений жены, капризов детей и злого начальства гражданином.
Саша беспрепятственно прошмыгнул сквозь  ряды оперативников и подручных Знахаря. Прямым ходом он направился к высотным домам. Они плотной стеной окружали городской сквер. Молодец, похвалил его про себя Черкасов.  Такие граждане всегда любят выполнять желание людей сильных людей. К таким  сильным людям Черкасов относил и себя.
Черкасов видел сквозь прицел снайперской винтовки, что Саша  на мгновение растерялся. Он подошел к подъезду и обнаружил, что на двери висит кодовый замок. Как его открыть Саша не знал. Опыта Черкасова у него не было, а догадаться сам, он был не в силах. Он ринулся к другой двери. Черкасов напрягся. Если Саше не удастся попасть в подъезд, то весь план его летит к чертям.   
Тут Саше повезло. И Черкасову вместе с ним. Кодовый замок на этой двери тоже имелся, но кто-то безалаберно его забыл закрыть. Такая безалаберность у наших граждан проявляется сплошь и рядом. В этот раз безалаберность была на руку Черкасову.
Саша, не долго думая, нырнул в подъезд.
А тут и Леночка подоспела в сквер. На нее обратили внимание. Прежде всего, граждане, озабоченные чтением газет. Черкасов заметил, как один любитель газет поднес к своему уху трубку сотового телефона. Наверняка, доложил своему начальству о появление двоюродной сестры их хозяина.
Леночка сейчас была озабочена, прежде всего, тем, что бы найти чистую скамейку. И действительно – проблема.  Любители чтения газет на свежем воздухе заняли все чистые скамейки. На остальных скамейках, предназначенных для отдыха граждан, сидела  ранее  молодежь. Есть у нее привычка садится на спинку скамейки. Ноги при этом, естественно, оказывались на самой скамейке. Естественно, на такую скамейку было очень неприятно садится.
 Леночка нашла выход и из этой ситуации. Она достала носовой платок и протерла поверхность скамейки. После чего носовой платок полетел в мусорную урну. Леночка села на скамейку.
Следующие пять минут прошли в напряженном ожидании. Но вот часы на руке Черкасова показали три часа, и события стали неожиданно развиваться. Такое  развитие событий и предполагал Черкасов.
В перекрестье его прицела вначале появилась машина. Джип с тонированными стеклами. Черкасову сразу же стало понятно, что этот крутой джип не зря нарисовался в районе городского сквера. Сопровождала джип «газель» тоже с тонированными стеклами. Джип и «газель» в нарушении всяких правил дорожного движения въехали на пешеходную дорожку. Леночка тоже заметила этот странный кортеж. Заволновалась. Черкасов понял это потому, что она закусила губу.
 Из джипа вылез человек, который не тянул на теневого главу этого города. Уже по сетку морщин на лице Черкасову стало понятно, что этот мужчина много пережил на своем веку. Мужчина был одет в  обычное пальто. У Черкасова была хорошая память – такие пальто были в крайней моде. Только было это в начале девяностых годов. Тогда такие пальто в огромных баулах возили челноки из Турции. Они пользовались огромным спросом, потому что были крайне прагматичными. Их можно было носить и зимой, и летом, если, конечно, отстегнуть подкладку из синтепона. Головной убор этого мужчины тоже был потрепан.  Мужчина почти бросился на Леночку, из чего Черкасов сделал  единственно правильный вывод – это отец Леночки.

                Глава тридцать первая.

Знахарь действительно пригласил на встречу в городском сквере отца Леночки. Он позвонил к нему незадолго до встречи.
- Я выполнил свое обещание, - сообщил ему Знахарь. – Хочешь встретить свою дочь?
 Борис Иванович, конечно же, изъявил желание встретить свою дочь. Тем более, ему не нужно было трястись в переполненном народом автобусе. Знахарь предложил ему ехать на эту встречу в  более комфортабельных условиях.
- Дорогой мой племянник, - простодушный Борис Иванович набросился бы на своего племянника, если видел его в тот момент. Набросился естественно для того, что бы расцеловать своего единственного племянника. – Я тебя за Ленку очень благодарю.
- Не за что, - равнодушно произнес в телефонную трубку Знахарь эти слова. – Машина будет через пять минут.
Он, конечно, не обманул.  Его дядя выскочил во двор. Дверь машины уже была открыта, и шофер знал, куда ему ехать.  Борис Иванович с удовольствием сел на кожаные сидения джипа и вдохнул запах дорогого одеколона. Им пользовались люди Знахаря, которые сидели вместе с Борисом Ивановичем в машине.
- Хорошо живет мой племянник, - вздохнул Борис Иванович, наслаждаясь поездкой на хорошей машине. До этого Борис Иванович имел удовольствие ездить на старом «москвиче». Общественный транспорт можно было не принимать в расчет.
- Ваш племянник очень уважаемый человек, - произнес охранник хвалу в адрес своего хозяина.
- Да? – удивился Борис Иванович. – А когда-то был обыкновенным сорванцом. Даже школу не успел окончить толком. Я еще удивляюсь, как он смог диплом вуза получить.
Простодушный Борис Иванович и подумать не мог, что институтские дипломы теперь принято не защищать в долгих научных прениях, а элементарно покупать за бумажки с изображением американских президентов. Так поступил и Знахарь. Он неплохие деньги отвалил за красный диплом по специальности «государственное управление».
- Ваш племянник долго и упорно учился, - снова сделал комплимент в адрес своего хозяина охранник.
- Он долго и упорно платил деньги за свою учебу, - не поверил его словам Борис Иванович. Даже он знал, что его племянник учился на платном отделении института.
- Уже почти приехали, - оборвал их беседу водитель. – Вот и ваша дочь. – Водитель действительно увидел Леночку, одиноко сидящую на скамейке сквера.
- Где? – Борис Иванович напряг свое зрение. Но без очков он видел плохо.
- Видите, она сидит на скамейке, - подсказал ему водитель.
- Не вижу. – Борис Иванович сощурился, но изображение перед глазами расплывалось. Это происходило от слез, которые выступили на глазах отца.
- Сейчас подъедем ближе, и вы все увидите, - пообещал водитель.
Джип медленно въехал на дорожку городского сквера, посыпанную осенними листьями. Леночка тоже заметила странную процессию. Но она не ожидала, что из машины выскочит ее отец.
- Леночка, - широко раскинул он свои руки.
- Папочка! – вскочила его дочь со скамейки.
Несколько десятков глаз наблюдали за этой неожиданной встречей. Больше всего волновался один человек. У него зуб на зуб не попадал, и руки страшно тряслись.
Сейчас стрелять, или подождать, чуть подольше? Такая мысль сейчас сидела в голове Саши. По инструкции выходило, что нужно ему стрелять именно в этот момент. Саша видел с высоты четвертого этажа, как Леночка обняла своего отца. Но он не слышал те слова, что произнесли они в момент этой встречи.
- Живая, - прижал ее к себе отец изо всех сил.
- Сейчас буду мертвая, если ты не ослабишь свои объятия, - нашла в себе силы пошутить Леночка.
- Просто я так о тебе переживал, - отец действительно ослабил свои объятия.
- Но ничего же со мной не случилось, - попыталась успокоить его Леночка.
- Но, ведь могло случиться, - Борис Иванович поцеловал свою дочь в щеку. На глазах Леночки выступили слезы.
- Я так тебе рада видеть папочка.
Они бы еще так долго могли стоять, если бы в их разговор не вмешались посторонние люди.
- Пройдите в машину! – поторопил их водитель. – У нас очень мало времени.
У водителя была действительно инструкция поторапливать Бориса Ивановича и Леночку.
- Хорошо, - обратился Борис Иванович к своей дочери. – Нам нужно идти, Леночка.
Он схватил своей потной ладонью руку Леночки, и они развернулись. Две пары глаз с волнением наблюдали за этой сценой. Черкасов ждал, когда прогремит долгожданный выстрел, а Саша все никак не решался его сделать.
Наконец то он произнес обычные русские слова, и просунул руку в окно. Он специально выбрал окно на четвертом этаже с выбитыми стеклами. Рука его с зажатым пистолетом сильно дрожала. Саша даже умудрился порезаться осколками стекла.
Леночка с Борисом Ивановичем вплотную уже приблизились к джипу. Охранник выбежал из машины, что бы помочь открыть им дверь. В этот момент Саша и решился нажать на спусковой крючок. Выстрел получился громким, но не эффективным. Саша выстрелил вверх. С крыши слетела стая голубей. Эту стаю спугнул выстрел. Борис Иванович вжал голову в плечи. Леночку нервно передернуло. Охранник резко открыл дверь и затолкал своих подопечных в машину. Там им уже было ничего не страшно, поскольку джип был бронированным снаружи. Водитель резко тронул машину с места, как только охранник буквально влетел в переднюю дверь.
Черкасов с удовольствием наблюдал, как стая голубей поднимается к небу, и слушал, как грохот выстрела разносится по округе. Он лежал бы еще и дальше, нежась под осенним солнышком, но нужно было спешить. Он даже пожалел об этом обстоятельстве. В один миг он разобрал винторез и засунул его обратно в сумку.
А картина внизу разворачивалась действительно интересная. Достойная самого энергичного боевика. Документалисты, точно, отдали бы много денег, что бы заснять эту сцену. Ее потом можно было легко продать за большие деньги.
Саша не открывая глаз, бросился вниз. Пистолет он выбросил на площадке между этажами. Несколько раз он ударился об стенку во время этого слепого спуска. Боли он даже не почувствовал. Ноги сами несли его на встречу спасения.
Милицейские оперативники легко вычислили место, откуда был сделан выстрел. Им даны были соответствующие инструкции. Они и сами понимали всю важность своего задания.
 Задержать киллера на месте преступления – это, как минимум премия. И уж точно – благодарность от начальства. Это в том случае, если киллера не удастся взять живым. Оперативники готовились и к такому исходу предстоящей операции. Но все же премия гораздо лучше. Поэтому они бросились со всех ног к тому месту, откуда был произведен выстрел.
Люди Знахаря тоже поняли, откуда стреляли, и тоже рванули к подъезду. Это был скорее машинальный поступок. Чем ближе люди Знахаря были к подъезду, тем четче они понимали, что у них есть конкуренты. И это отнюдь не их коллеги по криминальному цеху. Поэтому они резко убавили свою прыть и развернулись в сторону. Если на месте происшествия появились милицейские оперативники, то следовало делать ноги. Такое решение проблемы появилось в мозгах людей Знахаря.
Саша столкнулся с женщиной на площадке внизу. Ее авоська упала на бетонный пол. По подъезду разнесся звук битого стекла. Пол сразу же побелел от молока, которое вылилось из бутылок. Впрочем,  звук разбившихся бутылок заглушил  возмущенный рев женщины:
- Дурак! У тебя глаза есть?
Саша не обратил на этот крик, никакого внимания. Он добежал до двери и толкнул  эту дверь наружу. Осеннее солнце ворвалось в полутемное помещение.  А вместе с солнцем в помещение ворвались двое оперативников. Им не составило труда скрутить незадачливого стрелка. Один из оперативников двинул Сашу тяжелым кулаком в живот прямо на ходу, и вместе со своим коллегой принялись крутить незадачливому стрелку руки. Через какое-то мгновение на руках Саши защелкнулись наручники. Ловкие руки оперативников принялись ощупывать его в поисках оружия.
- Где пистолет? –  спросил у Саши третий оперативник.
- На площадке, - простонал Саша. У него не было сил, что бы врать.
- Молодец, - похвалил его оперативник. – А если врешь!..  – огромный кулак оперативника появился возле лица Саши. Он и без демонстрации силы не сомневался в своей печальной участи.
Другие оперативники в этот момент принялись догонять подручных Знахаря. И не все они в этом деле преуспели. Некоторые подручные Знахаря сумели скрыться, воспользовавшись своим преимуществом во времени. Зато остальным подручным досталось по полной программе. Оперативники валили их на землю, надевали на них наручники, и срывали свое зло. Как правило, с помощью ног. Оперативники были людьми опытными. Они знали, куда нужно бить, поэтому вряд ли подручным Знахаря можно было сейчас позавидовать.
Больше всего досталось людям Знахаря, что сидели в джипе и в «газели». Они думали, что они самые удачливые, если у них есть колеса. Но не тут-то было.
Процессия из двух машина даже не успело выехать из городского сквера. Путь процессии перекрыл обыкновенный автобус, который встал на пути процессии. Водитель чертыхнулся и ударил по тормозам. Водитель «газели» оказался менее ловок. Он чуть не въехал в зад передней машины.
- Это что? – спросила Леночка у своего отца.
Он не успел ответить. Борис Иванович только широко разинул рот. И был у него веский повод для подобного удивления.
 Начиналось действие, называемое в народе «маски-шоу». Из автобуса посыпались бойцы СОБРа. Все, как один в темных масках и бронежилетах. В руках своих бойцы держали укороченные автоматы. В случае любого сопротивления они готовы были открыть огонь и поразить любого противника.
Они быстро окружили «газель» и джип. При этом людям, сидящим в этих машинах, было понятно, что сопротивляться им бесполезно. Сопротивление было очень опасно для здоровья. Хороший адвокат людям Знахаря сейчас бы больше понадобился.
 - Выходить из машины! – командир Собра поднес мегафон ко рту.
 Люди Знахаря выполнили его указание и покинули машины. Через минуту все они лежали на земле, широко раскинув ноги. А между ними ходили бойцы СОБра и щедро награждали свою добычу пинками. Пинки эти были очень болезненными, потому что бойцы хорошо умели бить. При этом они не оставляли никаких следов. Люди Знахаря могли только крепко сжать зубы и спрятать свою обиду далеко-далеко.
Тут же начался обыск. Людей Знахаря поднимали с асфальта и ставили лицом к машине. Одновременно шел обыск внутри самих машин. Он выявил несколько единиц незарегистрированного огнестрельного оружия. И это было не какое-то самодельное оружие, а самые современные автоматы «кипарис» и «кедр». Бойцы СОБРа видели такое оружие только в учебных фильмах, которые им показывали для большей профессиональной подготовки. А еще в джипе и «газели» нашлось несколько бейсбольных бит и кастетов. А под конец бойцам СОБра удалось обнаружить гранату, спрятанную под обшивкой сидения. Так что, у славных сотрудников милиции имелись все основания, что бы задержать эту кавалькаду для выяснения всех обстоятельств.
- Проходите! – пригласил людей Знахаря в машину капитан СОБРа. Именно он и возглавлял всю операцию
- А нас за что? – слегка возмутился Борис Иванович. – Мы здесь совершенно не причем. Мы просто случайно оказались в машине.
Капитан посмотрел на этого мужика в старом пальто. И на девушку, что прижималась к его плечу. И мужик этот не походил на бандита, а девица никак не походила на его вечную спутницу – жрицу любви.
- Проходите, - сказал капитан Борису Ивановичу. – Позднее мы разберемся, кто есть кто.
Боец СОБра подтолкнул Бориса Ивановича прикладом автомата, и они оказались в автобусе. Дверь захлопнулась, отгородив их от всего мира. Если бы, к Борису Ивановичу сейчас не прижималась Леночка, ему стало бы совсем плохо.
- Ты не беспокойся доченька, - прошептал он ей. – Они нас быстро отпустят.
- Я в это верю, папа, - ответила Леночка.
Автобус медленно тронулся с места.

                Глава тридцать вторая.

Знахарь узнал об этой милицейской операции через полчаса. У него были люди в милиции, и они исправно выполняли свою работу.
- Им шьют что-то серьезное? – спросил Знахарь у Тунгуса, который доложил ему о неприятном инциденте.
- У них нашли незарегистрированные стволы, - ответил Тунгус.
- Дураки, - презрительно отозвался Знахарь о своих людях. – Зачем нужно было тащить с собой стволы на эту встречу?
- Они их всегда с собой таскали, - оправдали их Тунгус.
- Нужно было не брать с собой эти стволы! – Знахарь был раздражен этим фактом.
- Им было лень, - оправдал Тунгус задержанных СОБРом.
- Вот и получили за свою лень, - махнул рукой Знахарь. – У тебя есть еще какие-нибудь новости. – Судьбой Леночки и Бориса Ивановича он даже не поинтересовался.
- Есть, - кивнул головой Тунгус. – Самую главную новость я еще не сообщил.
- Так сообщай же, - проявил нетерпение Знахарь.
- Нашего киллера взяли, - торжественным голосом доложил Тунгус. Он даже голову поднял вверх.
- Это точно наш киллер? – усомнился Знахарь в его сообщении.
- Со стволом взяли, - подтвердил свое сообщение Тунгус. – А ствол этот был зарегистрирован на одного из людей Толи. Он пал вчера в гостинице смертью храбрых. Киллер стрелял из его ствола.
- Куда стрелял? И в кого? – Знахарь любил знать все подробности.
- Еще неизвестно, в кого он стрелял. Но, наверное, со злости в машину. Или, - предположил Тунгус, - он мог подумать, что ваш дядя является вашим заместителем.
- Это странно, что киллер никуда не попал. Ладно, снимаем этот вопрос с повестки дня, - махнул рукой Знахарь. – Взяли его, значит, взяли. Решили мы одно важное дело. Как у нас обстоят дела с несговорчивой партией?
- Их лидеры слишком много запросили, - Тунгус потупил свой взгляд.
- Денег? – Знахарь хотел знать, чего именно лидеры этой партии запросили за свои услуги.
- Вот именно, что нет, - ответил ему Тунгус. – Они хотят знать, что Коровкин на нашей стороне.
- А он на нашей стороне? – спросил у него Знахарь.
- Коровкин всегда играет за себя, - объяснил ему Тунгус. - Но сейчас он в принципе на нашей стороне. Фигура старого спикера его точно не устраивает. Вы ему позвоните, пусть он подтвердит свои интересы в том, что вас изберут спикером парламента.
- Вот и доверяй вам, - схватился Знахарь за трубку телефона. - А потом приходится все делать самому. Павел Иванович, - быстро дозвонился он до Коровкина. – Не узнал меня?
- Как же не узнать своего соседа по даче, - поприветствовал его Коровкин. – Долго жить будешь.
- Очень на это надеюсь, Павел Иванович. У меня к вам дело, - деликатно кашлянул Знахарь. – Я понимаю, такие дела не решаются по телефону, но у меня нет сейчас другого выхода.
- Я уже понял, что у тебя за дело такое, - в голосе Павла Ивановича появились добродушные нотки. – Без дела ко мне никто еще не никогда не звонил в рабочее время. Уж и не знаю, чем тебе помогу, но просьбу твою обязательно выслушаю.
- Есть тут люди, которые хотят выслушать ваше мнение насчет сегодняшнего заседания парламента, - деликатно сформулировал свою просьбу Знахарь.
- Я уже понял, что это за люди. Мое мнение всегда положительно по этому поводу, - ободрил его Коровкин. - Мне будет приятно играть в теннис со спикером нашего парламента. И иногда обыгрывать его.
- Хорошо, что мы поняли друг друга, - поблагодарил Коровкина Знахарь.
- Надеюсь, что у вас все получится, - пожелал ему Коровкин удачи. После чего он повесил трубку. Не в его правилах было вести долгие разговоры.
- Вот видишь, - обратился Знахарь к Тунгусу, -  когда человека очень хорошо попросишь, он обязательно пойдет тебе не встречу.
- Но за это придется, потом платить, - возразил резонно Тунгус.
- Но это будет потом, - победным тоном провозгласил Знахарь. – а сейчас я достиг своей цели.
Через час ему стало известно, что самая крупная фракция в парламенте изъявило желание за него проголосовать. Сам председатель этой фракции зашел в кабинет к Знахарю.
- Нам будет приятно, - заметил он, - если вы победите. Вы – самый реальный человек на  место спикера.
- Я очень надеюсь, что моя победа вас действительно порадовать, - очень деликатно начал этот разговор Знахарь. – Будем надеяться, что в будущем мы сможем помочь друг другу.
- Обязательно, - улыбнулся председатель фракции. – В будущем мы об этом еще поговорим. А сейчас мне нужно идти. Дела, дела. В следующий раз я буду уже общаться с вами не как с простым депутатом, а как с законным спикером нашего законодательного собрания.
Председатель фракции вышел из кабинета Знахаря. До начала  парламентского заседания осталось полчаса.

                Глава тридцать третья.

Черкасову мило улыбнулась девушка. В другой раз он бы очень обрадовался подобному факту, а сейчас он был очень занят. Он нашел очередной телефон-автомат и совершил очередной звонок. Хорошо, что все нужные телефоны были в его памяти. Они были заучены наизусть.
Он плотнее закрыл дверцу в телефонную будку, набрал побольше воздуха в легкие и начал этот разговор. От исхода этого разговора зависел исход всего сегодняшнего предприятия. Сейчас ему предстоял самый сложный разговор за сегодняшний день.
- Это, что это такое Петр Иванович? – начал разговор Черкасов важным басом. – Вы когда у нас меняли трубы?
- Полгода назад, - ответил Петр Иванович, начальник коммунального хозяйства области. Именно его управление и занималось обслуживанием здания Законодательного собрания.
- И какие вы трубы нам поставили? – спросил у него Черкасов. – Наверняка, это были старые трубы?
- Самые, самые новые, - ответил Петр Иванович. У него не возникало сомнение, откуда был сделан этот звонок. А все потому, что прежде чем совершить этот звонок Черкасов поставил на телефон специальный аппарат, который он получил сегодня посылкой вместе с винторезом. Этот аппарат показывал на определителе номера Петра Ивановича лживый номер. Номер этот, естественно, принадлежал начальнику хозяйственного отдела Законодательного собрания. Да и тон в этом разговоре Черкасов выбрал соответствующий. И голос он умудрился изменить. Черкасов, естественно, не знал, какой именно голос был у начальника хозяйственного управления Законодательного собрания. Но он давно заметил, что все начальники разговаривают с подчиненными басом. И он не ошибся на этот раз.
- Новые трубы? – удивился Черкасов. – Почему же они тогда потекли?
- Как, потекли? – изумился Петр Иванович. Для него это действительно была неприятная новость.
- Очень просто. А как, по вашему мнению, могут потечь трубы? Короче так, - решил Черкасов, - авария эта должна быть устранена в течение часа. Понятно вам это?
Петр Иванович и сам любил разговаривать с посетителями и с подчиненными на повышенных тонах. Но этому просителю он не мог отказать. Хотя на дворе стояло начало отопительного сезона. Самая горячая пора для коммунальщиков всей страны. И трубы в домах граждан и учреждениях рвались ежечасно и ежедневно. Телефоны его управления разрывались от жалоб граждан, бизнесменов и начальников всех уровней и мастей. Но теперь звонил проситель, которому, конечно же, можно отказать. Только вот своего места в таком случае Петр Иванович лишился бы на следующий день. А место свое Петру Ивановичу потерять очень не хотелось. Хлебное у него было место.
- Конечно, мне все понятно, - ответил Петр Иванович. – Вашу проблему мы, дорогой мой, решим гораздо раньше.
- Ну, и хорошо, - смягчился Черкасов. -  Очень на это надеюсь.
Он повесил трубку. Негоже большим руководителям долго разговаривать со своими подчиненными. Задача руководителей состоит в том, что бы спустить со своих заоблачных высот высокое и мудрое указание. Дальше пусть подчиненные думают, как водворять его в жизнь.
Кроме того, у Черкасова была сейчас другая важная задача. Ему нужно было переместиться к домоуправлению, которое находилось на соседней улице от Законодательного собрания. Именно оттуда Петр Иванович и должен отправить мастеров на устранение аварии.
И он не ошибся в своих расчетах.
Петр Иванович побурчал после звонка вышестоящего начальства насчет решения своих проблем. И принялся названивать начальнику центрального домоуправления, в чьем обслуживании и находилось здание Законодательного собрания. У того начальника тоже была запарка. Не мог он в течение одного часа выделить бригаду нужных мастеров. Для этого мастеров требовалось снимать с объекта. На эту процедуру ушло слишком много времени.
- Ну, хоть одного мастера ты можешь выделить? – спросил у него Петр Иванович.
- Одного, конечно же, могу, - ответил начальник центрального домоуправления.
- Он нормальный мастер? – Петр Иванович не заметил особого энтузиазма в словах своего подчиненного. – Руки у него из правильного места растут?
- Конечно же, нормальный! Мы других работников не держим! – Не мог же начальник домоуправления объяснить, что Петрович, так звали этого мастера, в данный момент находится в глубоком запое, и на работу ходит поскольку постольку… Боится он потерять свое рабочее место. Хоть и пьяный вечно, а дисциплину проявляет.
- Головой отвечаешь за его действия! – Петр Иванович был тоже хорошим начальником. И тоже не любил церемониться со своими подчиненными.
Как и начальник центрального домоуправления, который, словно ошпаренный, соскочил со своего места. Звонок Петра Ивановича был очень некстати. Его подчиненные ликвидирует сложную аварию. И произошла она тоже не в простом доме. Там жили чиновники и бизнесмены. И бригаду рабочих с этого объекта было уже не снять. Тем более, и времени у начальника на это не было. выходило, что Петрович – был сейчас единственной надеждой начальника центрального домоуправления.
Он сам пошел в подсобку, где и проводил свой рабочий день Петрович. «Нормальный мастер» дремал безмятежно, положив себе под бок кучу рваного тряпья, когда ботинок начальника врезался ему под ребро. Начальник вложил в этот удар всю свою злобу и раздражение.
Петрович открыл глаза и увидел перед собой физиономию начальника. Мурашки пошли по спине Петровича. Вообще то он был не пугливым человеком, но ведь и начальство к нему особо не придиралось. Иногда лишало его премии, но это все пустяки, дело житейское. Начальство просто напоминало ему, что оно не зря свой пост занимает. А чтоб, лично начальник зашел к нему в подсобку, такого события на памяти Петровича еще не было.
- Встать! – рык начальника огласил подсобное помещение. Начальник мог бы и не тратить свой голос, Петрович и так вскочил. Подтянул штаны и вытянулся по струнке. Глаза он опустил вниз. Вся его поза сейчас говорило одно. Чего изволите, господин начальник, то я и исполню. Весь я сейчас в вашем распоряжении.
- Извините, - только и смог пролепетать Петрович заплетающимся языком.
- Работать можешь? – спросил начальник уже более тихим голосом.
- Конечно, могу, - кивнул головой Петрович. И похвастался. – Я – рабочий человек! К работе готов всегда! 
- Вот поэтому, рабочий человек, я и разбудил тебя. Еще не совсем пропил свои мозги? – поинтересовался начальник.
- Я мозги не пропиваю, - ответил Петрович. – Только печень.
- Руки у тебя не трясутся?
- Руки у меня нормально работают.
- Собирайся! – начальника сейчас не интересовали все эти подробности. Если руки у мастера работают, то это очень хорошо. – В Законодательном собрании трубы потекли. Нужно починить. Не спрашиваю тебя, можешь ты их починить, или нет. Обязан!
- Починю, - пообещал Петрович и принялся приводить в порядок свой внешний вид. – Раз обязан, то починю. -  Даже лицо Петрович вымыл, и рот прополоскал. Все-таки он идет в учреждение власти! А в завершении процедуры подготовки к  этому ответственному походу, начальник выдал ему новую спецовку и новые башмаки.
Из здания домоуправления Петрович вышел, если и не красавцем, то вполне нормальным человеком. Даже песенку модную насвистывал.
Расчет Черкасова оправдался.
 
                Глава тридцать четвертая.

Он сидел уже несколько минут на лавочке возле входа в домоуправление и ожидал развития событий. Его сердце тревожно билось. Но оно сразу же забилось в радостных ритмах, когда на пороге домоуправления появился Петрович.
Черкасов мгновенно вскочил со скамейки, на которой он коротал недолгое время ожидания. Оно полностью оправдалось – Черкасов и ожидал увидеть именно такого мастера. Человека, на лице которого можно было прочитать одно  только желание. Выпить стакан водки и закусить ломтиком соленой селедки. Желательно при этом выпить и закусить на халяву. Не любят такие типы платить за себя.
 А вот работать этому человеку вообще не хотелось. Да надо работать, не было у него сейчас другого выхода. Интересно, как его зовут. Последнее обстоятельство не сильно смущало Черкасова. Понятно, что такого человека никто не зовет по имени и отчеству. Скорее его зовут по отчеству. Угадать его будет нетрудно. А вот завязать нужное знакомство с таким человеком очень просто.
В два прыжка Черкасов догнал сантехника.
- Михалыч! – хлопнул он по плечу своего нового знакомого. – Не узнал?
- Это ты, дорогой, обознался, - охотно вступил в диалог Петрович. – Меня не Михалычем зовут. Другое у меня имя.
- Извини, друг ошибся. Но в «Золотой рыбке» ты бываешь? – спросил Черкасов.
«Золотая рыбка» являлась самым популярным питейным города. Естественно, не среди людей среднего достатка. Туда ходили в основном такие представители рабочего класса, как этот сантехник. Напитки в «Золотой рыбке» были очень дешевыми. Естественно, их еще разбавляли водой из-под крана. А самопальный спирт начисто сносил голову даже у самого крепкого человека.
- Бываю, - подтвердил предложение Черкасова сантехник. – Но не часто.
- Так и я там редко бываю, - обрадовался Черкасов. – Меня Федя зовут. Помнишь, как мы в последний раз там гуляли. А потом к Маньке пошли. Она еще дает почти за бесплатно.
Последние две фразу Черкасов придумал на ходу.
- Вообще-то это Любка Исаева дает всем на прополую. Муж у нее импотент. А женское естество свое просит, - вспомнил Петрович про свои недавние подвиги. Он действительно гулял недавно в «Золотой рыбке». А с кем гулял, он не помнил. У Петровича вообще не было постоянных собутыльников. Он жил по принципу кого сегодня бог пошлет, то и ладно. Если бог никого не посылал, Петрович не расстраивался. И без своих собутыльников он обходился прекрасно. А к Любке Исаевой он действительно ходил постоянно. Хотя и подхватывал от нее несколько раз дурные болезни. Но другой женщины у Петровича сейчас не было, и в ближайшем будущем не предвиделось.
- Значит, это была Любка Исаева. У меня плохая память на имена, - легко согласился Черкасов. И задал самый главный вопрос: - Выпить хочешь?
- Кто же не хочет? – обнажил гнилые зубы Петрович.
- Дурак не хочет, - подсказал ему ответ Черкасов.
- Ну, на то он и дурак, - усмехнулся Петрович. И вспомнил: - Вообще-то я сейчас на работе. У меня срочный заказ, - спохватился он.
- Жаль, - отступился от него Черкасов. – Не повезло мне. Разжился  сегодня деньгами, а потратить их не с кем.
- Сколько денег? – заинтересовался Петрович.
- Нормально, - ответил на его вопрос Черкасов. – Все мои. Пятьсот рублей.
Эта сумма ошеломила Петровича. Ему приходилось подрабатывать, но никогда его левый заработок не превышал жалкой сотни. А тут сразу же пятьсот рублей!
- Повезло тебе друг! – вздохнул Петрович. – Где так везет людям? А ну, расскажи, не стесняйся.
- Сантехником я работаю, - назвал свое место работы Черкасов.
- Вот как! – изумился Петрович. – И я тоже сантехником. Как с армии пришел, так и работаю. Я – прирожденный сантехник. 
- Выходит мы коллеги, - подвел итог Черкасов. – Надо бы за это выпить.
- Надо бы, но не сейчас. Работа у меня, - повторил свой предлог для отказа Петрович. В голосе его явно слышалось сожаление.
- Да ладно тебе с работой. Подождет, - сказал ему Черкасов. – Работа не зверь, в лес не убежит.
- Не подождет. Заказ срочный. Меня шеф с работы мигом уволит. Глазом не успею моргнуть. И так я первый кандидат на увольнение, - с очень унылым видом отказался Петрович. Когда еще появится у него такая возможность выпить на халяву?
- Может я тебе смогу помочь с работой? – подсказал ему выход из этой ситуации Черкасов. – Ведь мы с тобой коллеги. Мигом с твоим заказом вдвоем справимся. Один работник – хорошо, а два лучше. Так, кажется, говорится. А после работы, почему бы и не потратить мою трудовую денежку?
- Идея! – поднял палец кверху Петрович. – Только как я тебя проведу в здание Законодательного собрания. У меня ведь там работа.
- Да, - сразу же сник Черкасов. – В это здание мне действительно идти, никакого резона нет. Ну, и служба у тебя, коллега! – хлопнул сантехника по плечу Черкасов. – Не завидую я тебе!
Он специально не согласился сразу же идти в здание Законодательного собрания. Инициатива должна идти от Петровича. И он высказал эту инициативу. Слишком великим искушением была мысль о пятистах рублей, которые они могут сегодня потратить. Если перемножить их на литры дешевого спирта, то получится. У Петровича радостно ёкнуло сердце, когда он подумал о целом море спирта, и о дешевых, но крайне доступных прелестях Любы Исаевой.
- Нормальная у меня служба, - сказал Петрович. – А у тебя, что очко заиграло, когда я тебе сказал про Законодательное собрание. Подумаешь, Законодательное собрание! – раздухарился Петрович. – Ничего там страшного нет.
- А мне туда можно с тобой сходить? – робко поинтересовался Черкасов.
- Почему бы и нельзя! – отрезал Петрович. – Со мной тебя везде пропустят, - категорически заявил сантехник. - Скажу, что нас двоих послали на заказ, и все дела. Пускай попробуют не пропустить!
- А если охрана проверит, что тебя одного послали на заказ? – осторожно поинтересовался Черкасов.
- Что им делать больше нечего. Скажу тебе секрет. Охрана в Законодательном собрании только для вида, - прошептал Петрович и подмигнул. – Вот такие пироги!
- Ну, и ладно. Тогда я пойду с тобой, - решился Черкасов.
Половину проблему он решил за несколько минут, которые были заняты разговором с Петровичем.
- Э, нет, - погрозил пальцем Петрович. – Ты мне для начала денежку покажи, а потом уж и иди со мной.
- Пожалуйста, - сделал обиженную мину Черкасов. Затем протянул своему собеседнику мятую купюру. Петрович внимательно исследовал купюру. Только что не нюхал ее. Только убедившись в  том, что купюра настоящая, он протянул ее владельцу. Но тот проявил великодушие. – Бери ее себе. Мы все равно вместе сегодня будем развлекаться. Никуда от меня мой заработок не денется.
- Правда, мне можно взять ее себе? – подобным поступком Черкасов окончательно расположил к себе Петровича.
- Конечно, правда. Я тебе полностью доверяю, - ответил сантехнику Черкасов. После чего купюра исчезла в тайниках спецовки Петровича.
- Петрович, - протянул сантехник руку.
- Федя, как я уже и говорил, - представился Черкасов. Он назвал имя, которое первое пришло ему в голову. – Будем с тобой знакомы во второй раз.
- Я первый почему-то не помню, - пожаловался Петрович. – Наверное, память плохая.
- Это спирт был очень крепким, - возразил Черкасов своему новому знакомому. – Я тоже иногда не хрена не помню. Ну, как пойдем, или здесь будем стоять, ждать у моря погоды?
- Конечно же, пойдем, - переложил Петрович с одного плеча на другое тяжелую сумку с инструментами. И Черкасов схватил свою сумку. – Нас ждут великие дела, - Петрович почти не ошибался, когда произносил эту фразу. Только великие дела на этот раз ждали Черкасова.
Времени на часах было половина пятого. Обратного пути у Черкасова не было. Прямым ходом, вместе с Петровичем, они зашагали к Законодательному собранию. 

                Глава тридцать пятая.

Вторую половину проблемы было решить гораздо сложнее. Хоть они и входили в здание Законодательного собрания с черного хода, но их тормознули. Охрана Законодательного собрания, признал Черкасов, работала, как хорошо отлаженный механизм. Такой и должна быть настоящая охрана.
Охранников было двое. Платили им очень неплохо. Каждый из них держался за свою работу. И не случайно они проявляли подобную ретивость.
- Куда? – загородил проход молодой охранник в строгом черном костюме. Такой костюм очень украшает своего владельца, зато очень мешает при физическом контакте с возможным противником. От охранника пахло дорогим одеколоном, и галстук был повязан безукоризненно. Черкасову сразу же стало ясно, что этот охранник упивается своей властью.
- Это же, Петрович! – зато второй охранник, в отличии от своего коллеги, сразу же узнал сантехника.  Кстати, узел галстука второго охранника был слегка приспущен, что свидетельствовало о его некоторой безалаберности. – Местный сантехник.
- Ну, и что, что сантехник, - не проявил либерализма и разгильдяйства его напарник. – Вот именно, что он сантехник. Я и спрашиваю его, куда он направляется?
Мурашки поползли по спине Черкасова. Задуманная им операция могла рухнуть, словно карточный домик. Все сейчас зависело от ответа Петровича.
- На аварию я направляюсь. – Петрович не привык к подобному отношению к своей фигуре, следовательно, был слегка обижен. – Трубы у вас текут. Я ведь могу и не чинить их? Только тогда вам достанется от вашего же начальства.
Последняя фраза прозвучала к месту. Её оценил не только Черкасов, но и  местные охранники.
- Трубы у нас действительно текут, - констатировал второй охранник. – И починить их надо. - Он нажал на красную кнопку, и электрический турникет раздвинулся, пропуская двух людей внутрь.
- А это кто с тобой, Петрович? – не успокоился первый охранник. Бывают же на свете такие ревнивые работники охраны.
- А это Федя, - представил своего нового напарника Петрович. – Наш новый работник.
- У этого Феди есть документы? – спросил первый охранник.
- Конечно, есть, - ответил Петрович. – Тебе их показать.
Этот прием всегда действует неожиданным образом. И этот раз не явился исключением.
- Не надо, - охранник освободил сантехникам путь. – Только сумки, пожалуйста, раскройте. Мне интересно посмотреть, что в них находится.
- Нет, ну ты Сергей и зверь, - восхитился поведением своего напарника второй охранник.
Первый охранник вяло среагировал на его восхищение.
- Такая у нас работа! Нам за нее деньги платят. Прошу раскрыть сумки!
Черкасов был готов к подобному повороту дела. Он специально испачкал новенькие инструменты в грязи, которую он нашел прямо на улице. Охранник глянул на содержимое сумок сверху, а ощупать их побрезговал. Руки не хотел охранник пачкать грязью. Только посмотрел сверху. Черкасов и не особенно волновался за то, что он чего-то там найдет. А вот, если бы охранник не поленился запачкать свои руки грязью, тогда ему могло повезти. Он мог бы нащупать винторез, и события потекли другим ходом. Но судьба улыбнулась Черкасову.
- Закрывай свою сумку, - велел охранник ему. – На работу даю вам час.
- Почему только час? – возмутился Петрович. – Часа нам мало. Больше нужно времени.
- В шесть часов вечера депутаты закончат свою работу, - объяснил охранник свое решение. – Не мешало еще, что бы вы в своей грязной одежде ходили по коридорам. Понятно? Что бы, духу вашего не было после шести часов вечера!
Петрович хотел еще возмутиться, но Черкасов миролюбиво улыбнулся охраннику.
- Часа нам вполне хватит. – Тем самым, он разрядил ситуацию. - Показывай, куда идти Петрович?
- Пока прямо по коридору, - Петрович не стал спорить с охранником. – Туалет в самом конце.
Черкасов подхватил свою сумку, и они вместе с Петровичем потопали по коридору. Охранник им вслед отпустил  ядовитое замечание:
- Работнички!
После чего приступил к своим непосредственным обязанностям, то есть к охране ввереного ему объекта, к которому могли подойти другие, более подозрительные личности.
Петрович тоже разразился бранью, когда они удалились на безопасное от охраны расстояние.
- Делать им нечего. Вот и маются дурью! – высказал Петрович свое авторитетное мнение.
- Они здесь всегда так… работают? – поинтересовался Черкасов.
- Да ты что! Первый раз подвергаюсь подобной проверке, - удовлетворил его любопытство Петрович. – Сам удивляюсь. Правда, этого охранника я вижу в первый раз.
- Ну, тут удивляться нечего. Они люди государственные, им и по статусу положена такая безопасность, - высказал свое мнение Черкасов. – К тому же, и охранник, как ты сам сказал, новый.
- А ты, Федя, откуда такие слова мудреные знаешь? – с подозрением спросил Петрович.
Черкасов понял, что допустил маленькую ошибку. Тут же ее исправил.
- Газеты читаю. Там знаешь, какие нынче мудреные слова пишут? Хоть со словарем читай те газеты.
- Это верно. Газеты наши читать не могу. Потому, как образование у меня незаконченное среднее, и в ваших мудреных терминах я не разбираюсь. Потому и водку пью. – Петрович, похоже, не слишком жалел о своей нехитрой доле.
Они пришли к двери туалета, которая была сделана по последней тенденции в дизайнерском искусстве. Петрович открыл эту дверь своим ключом, который он извлек из кармана спецовки. 
- Простым людям сюда ходу нет, - объяснил Петрович, поворачивая ключ в замочной скважине. – Для работников Законодательного собрания имеется свой туалет. Классом пониже. А этот туалет только для депутатов. Поэтому нас и вызывают сюда даже на самый мелкий ремонт.
Когда Петрович открыл дверь, Черкасов понял, почему простых работников сюда не пускали. Внутри депутатский туалет напоминал своим убранством сказочные арабские дворцы, или жилище нового русского. Народные избранники явно заботились обо всех сторонах своей жизни. Туалет блестел, как новогодняя елка. Да и запах стоял еловый. Постоянно работал освежитель воздуха, который каждые десять минут освежал туалет новой порцией елового запаха.
Петрович сразу же достал табличку из шкафчика, от которого у него тоже имелись ключи. На табличке крупными буквами было написано «Ремонт». Табличку Петрович водрузил на ручку двери снаружи. После чего закрыл туалет снаружи.
- Теперь никто нам не будет мешать. У нас есть целый час, - начал выкладывать Петрович свой инструмент. – Мы нормально поработаем, а потом отдохнем.  Э, друг, ты чего? Я за тебя бесплатно работать не буду! – Он совсем забыл, что совсем недавно Черкасов дал ему пятьсот рублей.
- Я сам буду работать, - обрадовал его Черкасов. – И вижу уже первую течь.
- Где? – Петрович повернул голову. Ему самому хотелось увидеть эту течь. Черкасов же не видел никакой течи. Ему нужно было отвлечь внимание своего нового знакомого. Поэтому он сразу же схватил разводной ключ из рабочего набора сантехника и опустил ее на голову Петровича. Тот сразу же обмяк. Капля крови упала на белый кафельный пол.
Времени на часах было пять часов.

                Глава тридцать шестая.

Тунгус в этот момент, как раз подрулил к ресторану, где ему назначил встречу Коровкин. Зачем нужна была это встреча, он и сам не знал. Но согласился на нее, потому что нельзя было отказать Коровкину. Особенно в его положении. Он все же не первое лицо, а всего на всего правая рука. Второе лицо, как не крути, не первое.
Тунгус вышел из блестящего «мерседеса» последней модели. На такие «мерседесы» с завистью глядят мальчишки, в будущем надеясь их купить. Девчонки глядели на такую машину не менее завистливым взглядом. Они надеялись, что такую машину им подарят. И не сказочный принц, а богатый спонсор, и не из любви, а за очень прагматические услуги. Молодое поколение давно расставило все акценты в этой жизни.
  Тунгус мог бы оставить этот «мерседес» открытым. Все равно с этой стоянки никто не ворует машины, и не чистит их роскошные салоны. Таков священный уговор между всеми криминальными силами этого города. Все авторитеты разных уровней ездили обедать и ужинать в этот ресторан, и все хотели, что бы их собственность находилась в полной безопасности. Да и охрана ресторана следила за машинами. Каждый охранник головой отвечал за сохранность машин.
И в этот раз охранник услужливо подбежал к машине Тунгуса.
- Я послежу за вашей машиной.
- Хорошо, - Тунгус пошел к зданию ресторана. Почему-то лицо охранника было ему знакомо. У него была хорошая память на лица. На фамилии и номера телефонов память у него была не очень хорошая, а вот человеческие лица Тунгус запоминал с первого взгляда. Такая вот особенность.
Столик в ресторане был уже заказан. Но никого не было. Странно, Коровкин никогда не опаздывал. Не было у него такой привычки.
Тунгус сел за столик. Тут же к этому столику подбежал официант с услужливым выражением на его лице. Он держал блокнот и ручку. Официант уже знал Тунгуса и думал, что он сделает щедрый заказ. Да и чаевыми его не обидит.
- Мне стакан минеральной воды, - сделал заказ Тунгус. Не хотел он заказывать без Коровкина роскошный стол. На лице официанта промелькнуло разочарованное выражение. Но Тунгусу было глубоко наплевать на его чувства. Он частенько бывал в этом ресторане, и никогда не обижал официантов. Один раз они могли обойтись и без его чаевых.
Ждать заказа пришлось десять минут. Официант не торопился, хотя обычно, он бегал туда-сюда со скоростью футбольного мяча, которым владеют бразильские футболисты.  Поэтому Тунгус и не дал ему щедрые чаевые, хотя намеревался не обидеть официанта. Он вообще не дал работнику ресторана никаких чаевых. Отделался обыкновенными словами благодарности. Но, спасибо, как известно – это очень хорошо, а сто долларов в кармане гораздо лучше.
А Коровкина все не было, хотя прошло уже пятнадцать минут. Швейцарские часы на руке Тунгуса, никогда не подводили своего владельца.  Тунгус решил подождать еще пять минут, и сделать звонок своему знакомому. Так он и поступил. Впрочем, этот звонок не помог. Телефон Коровкина не отвечал. А встреча с ним явно оказалось сорванной.
Тунгус резко отодвинул стул и быстрым шагом пошел на выход. Он понял, что произошли неприятности, которые и помешали этой встречи. Но не понял, какие именно произошли неприятности.
«Мерседес» Тунгуса услужливо подогнали к выходу, он плюхнулся на водительское кресло и почувствовал резкую боль в затылке. Он ткнулся лицом в рулевое колесо, обитое кожей.
Человек Оружейника, который спрятался на заднем сидении, выскочил из машины. Тут же на стоянку подскочила «Газель». Она стояла до этого момента на противоположной стороне улицы. Из «газели» выскочило двое помощников Толи. Втроем они быстро перенесли Тунгуса в «газель». Потом человек Оружейника сел за руль «мерседеса». Он ловко выгнал машину Тунгуса со стоянки. Теперь ее путь лежал в отстойник, где судьба машину будет печально. У «мерседеса» отобьют номера, и отправят в южные республики, где спрос на дорогие иномарки огромный. Вся прибыль от этой операции ляжет в кармане Оружейника и Толе Середского. Деньги это, по их меркам, не самые большие, но все равно они являлись достойным гонораром за эту операцию.
Сам Тунгус открыл глаза несколькими минутами позже. «Газель» в это время стояла на перекрестке. Тунгус понял, что он лежит на полу. Его дорогой костюм извалялся в пыли. Зато руки и ноги его были абсолютно свободными. Тунгус потрогал рукой затылок. Кровь на затылке уже спеклась. А голова продолжала раскалываться от жуткой боли. Удар тяжелым предметом по затылку никогда не проходит бесследно.
Пришлось Тунгусу показать своим похитителям, кто есть кто.
- Вы что делаете? – спросил он хриплым голосом. Он хотел напугать похитителей, но эта попытка оказалась безрезультатной. Они явно знали, с кем имеют дело в настоящий момент.
Тунгус попытался встать, но именно в этот момент «газель» тронулась с места, и попытка Тунгуса не удалась. Зато он сильно ударился спиной и закричал от боли.
 - Что вы делаете? – повторил он свой вопрос.
- Что мы делаем? – один похититель нагнулся над Тунгусом и обрел свое лицо. Теперь Тунгус совсем ничего не понимал.
- Ты? – ошарашено спросил Тунгус. Он очень хорошо знал личность этого похитителя.
- Я, - улыбнулся похититель. – Думаю, второго такого человека на свете нет.
- Ты осознаешь, что творишь? – спросил у него Тунгус.
- Я выполняю свою работу, - ответил Толя. – Работаю я на Знахаря. А вот, что ты творишь, мне очень хотелось бы знать.
- Я тоже  работаю на Знахаря, - сказал чистую правду Тунгус.
- Не свисти, - носок ботинка Толи врезался под ребра Тунгуса. Удар был сильным, и Тунгус задохнулся от боли. А еще от непонимания и абсурдности всех происходящих сейчас событий. – Лучше правду скажи. Смерть легче будет.
Тунгус понял, что Толя с ним не шутит. Какие ту шутки, когда жуткая боль пронзила Тунгуса. С губ человека, который еще несколько минут назад управлял людскими судьбами, сорвался страшный крик. Его никогда раньше не били, зато вот теперь один этот легкий удар перечеркивал всю его жизнь.
- Мне нечего тебе сказать. Ты мне просто мстишь сейчас, - сделал свой вывод Тунгус.
- Я не понял, - удивился Толя. – За что мне тебе мстить?
- Зачем мстить? – задумался Тунгус. – Я ведь был всем, а ты никем. Мусорщиком, дворником, который подметал мусор за Знахарем. Тебе, естественно, хочется занять мое место. И вот ты решил убрать меня таким образом.
Тунгус нашел очень правильное объяснение своему сегодняшнему положению. Но он не знал Толю. Толе всегда нравилось его собственное положение. Да и сейчас он делал свою работу. Охранял своего хозяина, как верный цепной пес.
- Нет, - отмел эти обвинения Толя. – Мне нужно конкретно знать, что ты делал в ресторане?
- И все? – удивился Тунгус.
- И все, - подтвердил Толя свой маленький интерес.
- Я там должен был обедать, - ответил Тунгус. – Не один, а в компании с человеком. Тебя устраивает такое объяснение?
Такое объяснение Толю не устраивало. Он хотел знать больше.
- Почему же этот человек не пришел?
- Я не знаю. Можешь мне поверить, не знаю! – по слогам произнес Тунгус.
- А ты назови мне его имя, я наберу номер телефона этого человека, и он подтвердит, или опровергнет твою версию.
Как не хотелось Тунгусу говорить имя Коровкина, но он его назвал. Толя набрал этот телефон. Тунгус надеялся, что Коровкин все разъяснит Толе. Но вот досада: телефон важного чиновника не отвечал.
 - Можно позвонить к нему попозже? – с надеждой спросил у Толи Тунгус.
- Конечно, можно. Я и позвоню ему. А ты мне пока ответишь честно на один вопрос. Кто заказал нашего хозяина, ты  знаешь? – поинтересовался Толя.
- Не знаю, - помотал головой Тунгус. – Но догадываюсь, что это сделал ты.
- Я? – Толя удивился подобной наглой версии.
- Ты! – подтвердил Тунгус. – И я боюсь, что Знахаря убьют именно сегодня. Я даже в этом не сомневаюсь.
- Хорошо, - подвел итоги этому бессмысленному разговору Толя. – Сейчас ты мне правду не скажешь. Все будешь валить на меня. Но только сейчас. В бункере ты мне все расскажешь. Там даже глухонемые начинают бодро разговаривать. Можешь мне поверить.
«Газель» и в самом деле прямым ходом шла к месту, получившему условное название бункер.

                Глава тридцать седьмая.

Сашу, мнимого киллера, толкнули в кабинет заместителя начальника отдела по борьбе с организованной преступностью. Заместитель был очень доволен итогами сегодняшней операции. Он знал, что будет потом. Уже к вечеру наедут крутые адвокаты, и к завтрашнему утру большинство задержанных преступников, а именно так к ним и относился майор Колобов, окажется на свободе. И ничего с этим заместитель начальника не мог поделать. А вот киллер оказался у них в организации надолго. Если, конечно же, он в тюрьме неожиданно не умрет. Такое с людьми его калибра бывает сплошь и рядом. Киллер, как и оружие, из которого стреляет киллер, используется только один раз. После чего заказчик стремиться от него избавиться. У большинства киллеров довольно печальная участь. Именно поэтому, большинство заказных убийств и остаются нераскрытыми. Потому, как сами убийцы уже давно гниют в сырой земле.
- Снимите с него наручники, - попросил заместитель начальника у конвойных. Он никого никогда не боялся. Да и довольно глупо боятся преступников, находясь в собственном кабинете. Конвойный ловко снял наручники. – Покиньте комнату, - попросил его майор Колобов, и конвойный оставил их наедине.
Колобов внимательно посмотрел на свою добычу. Никак не походил этот задержанный на киллера. Просто русское лицо, огромные голубые глаза с густыми ресницами. А в глазах этих застыло выражение страха. Под одним глазом расплылся огромный синяк – люди Колобова слегка прошлись по физиономии киллера. Впрочем, это довольно простительные действия с их стороны. Колобов никогда не любил гуманизма в отношении преступников. Они то, как он знал по своему долгому опыту, никакого гуманизма к своим жертвам не проявляют.
 Хотя, задержанный был не маленького роста, он не производил впечатления сильного человека. Так бывает, когда человек слишком долго сидит на одном месте, и у него вырастает живот, да и мышцы атрофируются. Задержанный опустил голову и смотрел в пол, точнее, в линолеум, вытертый множеством ног, который был постелен на этом полу.
- Проходи, садись, - пригласил его майор Колобов к своему столу.
- Что? – задержанный вскинул голову. Он, словно, не слышал приглашение майора.
- Я сказал, присаживайся, - Колобов показал рукой на стул, который стоял возле его рабочего стола. – Сентябрь нынче жаркий, - вздохнул Колобов, когда задержанный опустился на краешек стула. Колобов действительно, как и всякий полный человек, страдал от этой ненормальной погоды. Сейчас он мечтал о двух вещах. О том, что бы кондиционер в его кабинете нормально работал, и что бы, задержанный скорее стал давать показания. Но, похоже, эти мечты и должны были остаться мечтами.
- Жаркий сентябрь, товарищ майор, не то слово, - Колобов был  в форме, поэтому задержанный легко определил его звание. Затем последовало неожиданное продолжение. – Вы товарищ майор не того человека задержали.
- То есть? – Колобов закурил сигарету. Ему стало интересно, что дальше скажет задержанный.
- Не тот я человек, который вам нужен, - сказал задержанный. – Меня Александром зовут, и я вовсе не киллер. Я и стрелять то толком не умею. В армии водителем служил, мне оружие не давали.
- Если ты – не киллер, тогда, кто же ты? – поинтересовался у него Колобов.
- Я – водитель, - еще ниже опустил голову задержанный. – На «скорой помощи» работаю. А тот, кто вам нужен, находится у меня дома.
- Значит, киллер у тебя дома, - усмехнулся Колобов. – Интересно, и что он там делает?
- Он держит в заложниках мою жену и детей, - неожиданно выпалил Саша. – И пока вы тут со мной разбираетесь, он там… - Дальше Саша не мог продолжить свою речь. Он задохнулся от страха, когда подумал, что может киллер сделать с его родными.
- А ты тогда зачем стрелял в людей? – деликатно спросил Колобов.
- Он мне приказал, - ответил Саша. – Понимаете, он держит мою жену в заложниках. А до этого он держал в заложниках меня. А еще Леночку. Вы и ее захватили.
- Не захватили, а задержали, - уточнил Колобов. – Задержали, как лицо подозреваемое. Продолжай дальше свой рассказ.
- Продолжать нечего, - выполнил его просьбу Саша. – Этот человек, которым вы интересуетесь, дал мне оружие и велел мне стрелять. Хоть в воздух, хоть куда. Но он обязательно велел мне сделать выстрел. Вот и все. Я и стрелял в небо. Я никого не хотел убивать даже случайно.
Майор Колобов выбросил сигарету в мусорное ведро. К его огромной досаде сигарета упала на линолеум. Смутные подозрения стали закрадываться в голову майора.
- На какой станции «скорой помощи» ты работаешь? – спросил он у задержанного.
- На специальной станции «скорой помощи», - ответил Саша. – Там и Леночка работает.
В голове майора всплыла информация об убийстве двух почтенных докторов психиатрии, которые к тому же занимали немалые административные должности. С их убийством много было связанно загадок. Одна из этих загадок была связана с пропажей двух сотрудников психиатрической клинике. Шофера и санитарки. Или медсестры, что сейчас неважно. А вчера появилась еще одна загадка. Было убито сразу три сотрудника психиатрической клинике. Причем, их убийца совсем не оставил следов. Колобов сразу понял, что это преступление находится в разряде глухарей. Свидетели, правда, говорили о молодом мужчине в сопровождении женщины, но это была даже не информации, а какие-то мелкие крохи. Сколько по улицам города ходит молодых мужчин в сопровождении женщин.
 И теперь еще появляется этот человек, который сделал всего один выстрел, и действительно в молоко. А больше там было не в кого стрелять. В окрестностях находились только криминальные шестерки, подручные Знахаря, да еще и мужчина, который приехал встречать свою дочь. И мужик этот, и дочь его, никак не тянули на лидеров криминального мира.
Майор Колобов умел быстро соображать. И он понял, то перед ним сейчас находится подстава. Он вызвал к себе в кабинет единственную женщину, что задержали в городском сквере. Леночка полностью подтвердила слова задержанного. Более того, она поведала новые факты, о вчерашнем тройном убийстве. Якобы она была на месте преступления, и убийца оставил ее в живых. Потому что, она была ему нужна.
 Майор Колобов почувствовал страшное головокружение. Он понял, что произойдут страшные события. И не завтра, и даже не через час. Они происходят сейчас.
И ответственность за эти события понесет лично он, майор Колобов.

                Глава тридцать восьмая.

- Прости, - промолвил Черкасов над телом Петровича. Судя, по крови, которая струилась из раны, он вряд ли слышал сейчас Черкасова. И вряд ли он больше кого-нибудь услышит. Слишком слабым оказался у него организм. Сантехник еще дышал, но, если ему не оказать медицинскую помощь в ближайшие минуты, то у Петровича не будет никакой надежды на выживание. Естественно, Черкасов не стал вызывать «скорую помощь». Поэтому у него были все основания просить у него прощения.
Первым делом он вытер разводной ключ, которым он ударил Петровича. Теперь у Черкасова не было никакого права оставлять за собой следы. Так на его руках появились тонкие хлопчатобумажные перчатки.
Черкасов аккуратно вывалил инструменты на пол. Достал из своей сумки промасленный сверток. Собрать для него винтовку, было делом нескольких секунд. И действительно через сорок пять секунд интенсивной работы винтовка была готова к стрельбе. К ней осталось только привинтить глушитель. Но в таком виде она не помещалась в сумке. Итак, винтовка уже ощутимо выпирала из спортивной сумки. Поэтому глушитель Черкасов положил в свой карман.
После чего Черкасов аккуратно положил инструменты обратно в свою сумку. Сверху положил винтовку. Затем захлопнул сумку. Теперь у него стояла задача, дойти до контрольной точки, откуда ему нужно было сделать выстрел. Один, единственный, который и должен был стать эффективным. Права на промах у него не было.
Времени на часах было пятнадцать минут шестого, когда Черкасов открыл дверь туалета и вышел из него. Гул заседания доносился даже до этого коридора. Черкасова, впрочем, сейчас это устраивало. Он руководствовался вполне простыми соображениями, чем больше народу заседает, тем меньше шляется от безделья  по коридору. Он закрыл дверь туалета и поправил табличку с надписью «Ремонт». Ключ положил в карман своей рабочей робы.
После чего он почувствовал чей-то жадный взгляд на своем затылке.
- Простите, - раздался за его спиной приятный женский голос, - а туалет надолго закрыт?
Черкасов перевел дух. Затылок ему сверлила своим взглядом всего на всего обыкновенная посетительница туалета.
- Вы, что не видите, ремонт, - грубо ткнул он пальцем в табличку. Именно так и вели себя работники коммунальных служб. Никогда они не обращали вежливо со своими клиентами, особенно с теми, которые платили строго по тарифу. – Пока он не закончится, туалет будет закрыт.
- Тогда вы могли бы заняться ремонтом непосредственно, - все-таки в здании Законодательного собрания области работали не просто люди, а люди, близкие к власти. Они умели давать советы. – А вы идете куда-то.
- Дорогая у меня тоже есть свои естественные потребности, и мне нужно их справить, - неудачно ответил ей Черкасов. Так мудрено не говорят сантехники. Однако он не стал на этом заострять свое внимание. – К тому же в другом туалете обнаружена еще более сильная течь.
Черкасов резко развернулся и пошел прямо по коридору. Служащая хотела ему еще что-то сказать, но он не стал ее слушать. Это, конечно, плохо, что она попалась у него на пути. Но, лучше уж эта служащая, чем работник охраны.
Черкасов направлялся сейчас к контрольной точке пустыми, гулкими коридорами Законодательного собрания. Он добрел до лестницы и начал подниматься наверх. На него никто не обращал особого внимания. Видимо, рабочие в грязной спецовке и с тяжелыми сумками в руках были в этих коридорах обычным явлением. Да и народу на пути Черкасова повстречалось не слишком много.
У Черкасова была сейчас одна цель. Это аппаратная, построенная прямо над залом заседаний. Там  стоял проекционный аппарат. Именно отсюда депутатам демонстрировались  документальные фильмы и рабочие документы, когда нужно было их увеличить. В аппаратной должен находится киномеханик, но он не был никакой преградой для Черкасова.
Главное, что бы этот человек там действительно находился. Если его не было на рабочем месте, приходилось открывать дверь, а Черкасов никогда не был большим специалистом по этому делу. Человек, неумело открывающий дверь. Может обратить на себя ненужное внимание.
Эту аппаратную Черкасов выделил сразу же, как только получил компьютерную модель  здания Законодательного собрания. Вообще-то такие компьютерные модели находятся под строгим контролем соответствующего ведомства. Они хранятся в их комьютерах,  защищенных немыслимым количеством паролей. Но у нас в стране живут лучшие хакеры. Этим хакерам любой компьютер не почем. Один из таких хакеров был большим знакомым Черкасова. Не в том смысле знакомым, что они знали друг друга по имени, и отчеству, а в том, что у них уже в течении многих лет существовали деловые контакты, щедро зацементированные гонорарами Черкасова. В этот раз хакер его не подвел.
   Аппаратная – это очень удобное место для работы. Весь зал для заседаний был виден как на ладони. Так решил Черкасов, как только разобрался в плане задания Законодательного собрания.
Киномеханик оказался в аппаратной. Дверь была закрыта изнутри. Черкасов осторожно постучался. За дверью раздался шорох. Киномеханик мог и не открыть Черкасову дверь, имелось у него такое право, поэтому ему пришлось проявить всю свою деликатность.
 - Кто там? – раздался из-за двери глухой голос. Такие голоса обычно бывают у людей, злоупотребляющими различными спиртосодержащими жидкостями.
- Это я, - осторожно начал он свое общение с киномехаником.
- Кто я, - не узнал его голоса тот.
- Сантехник, - представился Черкасов. – Мне нужна срочно твоя помощь.
- А… Так бы сразу и сказал, - ключ несколько раз провернулся в замочной скважине и на пороге появился человек. – Чем я вам обязан? – изыскано объяснился киномеханик. Изысканность эта объяснялась очень просто – от киномеханика  несло вчерашним перегаром. Да и сегодня он успел принять уже на грудь. Извечная русская болезнь, чего с ней поделаешь? От нее страдают в равной степени миллионеры и нищие.
- Ничем! – у Черкасова не было времени на долгое объяснение с киномехаником. Он резко ударил его ребром ладони по шеи, а обмякшее тело втолкнул внутрь.  Ощупал пульс. Киномеханик был живой, но вот в сознание он не придет максимум двадцать минут. Убивать его не было никакого смысла. Свидетель из него получится гораздо хуже, чем из служащей, или из работников охраны. У них было масса времени, что бы запомнить его лицо. А вот у киномеханика этого количества времени не было. – Извини, друг, - попросил Черкасов прощение у киномеханика. Это были искренние слова.
Затем запер дверь изнутри. Начиналась главная фаза его работы. Все, что было до этого, было всего лишь прелюдий, долгой подготовкой. Сейчас Черкасову предстояло исполнить главную роль, и скрыться незаметно с места своей работы.
Это получалось у него много раз. И сегодня у него должно все получится.

                Глава тридцать девятая.

Заседание обещало быть жарким. Но эти ожидания Знахаря не сбылись. Сначала слова взял самый старый депутат областного парламента. Он прочитал дежурную речь, о том, что им давно нужно был избрать председателем очень достойного человека. Сын этого депутата был взят на работу в местный коммерческий банк с легкой руки Знахаря. Зарплату этому сынку положили самую достойную. А дочь этого человека проходила лечение от наркотической зависимости в престижной московской клинике, пребывание в которой стоило несколько депутатский окладов за год работы. Депутат не мог заплатить такие деньги, хотя он очень любил свою дочь. Ему помог в этом некий благотворительный фонд. Через подставных лиц он целиком принадлежал человеку, который стремился занять пост спикера.
 Знахарю доставляло удовольствие слушать этого депутата. Он хорошо отрабатывал свой хлеб. Именно он и выдвинул кандидатуры Знахаря на место спикера. Таким образом, формально эта инициатива исходила от независимого депутата.
Но у нас не бывает безальтернативных выборов. Таков закон любой нормальной демократии. Конкуренцию Знахарю составил депутат от коммунистов. Всем было понятно, что это непроходной депутат. Это раньше коммунисты имели большую силу в областном парламенте. Прошли те времена. И депутат их стоял сейчас на трибуне и осознавал, что своим присутствием он должен создать видимость демократических выборов. Унизительная роль. Но он с ней вполне нормально справлялся. Коммунистический депутат говорил о чем-то. Очень складно и красиво, но никто его не слушал. Всем хотелось, что бы поскорее началась процедура голосования.
Спустя несколько минут началось  это самое голосование. Затем организационная комиссия начала подводить его итоги. Зал законодательного собрания был забит под завязку. Знахарь постарался, что бы все депутаты присутствовали на этом заседании. А то были  и такие личности, которые посещали зал законодательного собрания раз в году. Все  же остальное время они пользовались депутатскими льготами, получали депутатский оклад, и плевали на своих избирателей с высокой колокольни. Знахарь провел с ними большую работу. И стоила она ему не так уж много денег. Угрозы снятия депутатского мандата на таких народных избранников подействовали лучше всего. они первыми прибежали на сегодняшнее заседание.
Естественно, эти депутаты отдали свои голоса за Знахаря.
А еще за него проголосовали депутаты самый крупнейшей фракции, что, собственно, и определило исход сегодняшнего заседания. А еще за него проголосовали представители другой, менее крупной, но, тем не менее, влиятельной в парламенте фракции.
И только коммунисты проголосовали за своего депутата. Их голоса составили меньшинство. И три человека проголосовали против всех кандидатов. Демократия предполагает и некоторое количество недовольных.
Председатель счетной комиссии поднялся на трибуну. Зал замер. Начался кульминационный момент сегодняшнего заседания. И только Знахарь был в этот момент спокоен. Он заранее знал результаты сегодняшнего голосования. И понимал, что лишние волнения только вредят его нервной системе.
- Мы подсчитали результаты сегодняшнего голосования. – Руки у председателя счетной комиссии тряслись. Был он хроническим алкоголиком. Если бы Знахарь не выделял деньги на врачей, которые поддерживали его здоровье в норме, председатель давно бы уже ушел в мир иной. – И вот результаты, какие мы получили. Большинством голосов был избран… - Знахарь ожидал услышать свою фамилию, и он ее услышал. – Знахарев Андрей Дмитриевич, - провозгласил председатель счетной комиссии фамилию Знахаря. - Просим нового председателя нашего законодательного собрания сюда на трибуну.
Зал послушно зааплодировал. Знахарь поднялся со своего депутатского кресла. Сердце его радостно колотилось. Сегодня для него исторический день. Он стал главой законодательного собрания, да и с киллером проблему решил.
Легким и быстрым шагом он пошел к трибуне. На ходу Знахарь застегнул пиджак. Зал продолжал аплодировать новому спикеру. Даже коммунисты – вечные упрямцы – проявили на этот раз деликатность. Они давно уже поняли, что их кандидат непроходной, и провели с представителями Знахаря переговоры на счет того, какие они выгоды могут получить в случае не избрания их кандидата.
Аплодисменты затихли только тогда, когда Знахарь поднялся на трибуну и поднял руку. Зал замер. Слышны были только вспышки фотокамер и гудение огромной телекамеры – местная пресса, конечно же, не могла пропустить это историческое событие. Ложа для прессы была забита до отказа. Даже с центрального телевидения пожаловала съемочная группа.
Знахарь готовился к этому моменту. Лучшие журналисты области приготовили ему речь. Но сейчас Знахарь начисто забыл все слова этой исторической речи. А читать свою речь по бумажке, это он понимал – было неудобно. В конечном итоге, он еще молодой человек, сам должен найти слова для своей речи. Пришлось Знахарю проявить все свое красноречие.
- Дорогие друзья, - кашлянул Знахарь, - Спасибо вам за оказанное мне высокое доверие. – Это были первые слова, что пришли ему в голову.
После этих слов, как и положено, грянули аплодисменты. В продолжительные овации они, правда, не перешли. Всем, присутствовавшим в зале людям, было интересно, что скажет в своей речи новый председатель областного парламента.
 - Я буду краток. Не люблю длинных речей. Нам сейчас нужны не красивые слова, а реальные дела. – Знахарь оглядел огромный зал, который снова разразился аплодисментами. 
И лишь один человек не аплодировал в данную минуту. И то он находился не в зале, а в аппаратной над залом. Руки этого человека сейчас были заняты другой работой. Черкасов аккуратно приготовил свой винторез к работе. Стрелять он мог только с одной точки – из окошечка, через которое луч кинопроектора проникал в зал. Это было не самое удобное место, что бы сквозь него стрелять. Но другого выхода у Черкасова не было.
Он просунул свой винторез в это окошечко и принялся изучать зал сквозь перекрестье снайперского прицела. Видны были только одни затылки и головы с аккуратными прическами. И попробуй угадать, какой затылок принадлежит Знахарю. И голову его по прическе не узнаешь. Черкасов даже не знал, какой костюм сегодня надел его клиент. Ясно, что дорогой и эксклюзивный. Но в этом зале, не считая ложу для прессы, все были в дорогих и эксклюзивных костюмах.
Но Черкасов умел ждать. Он догадывался, чем закончится эта суета. Знахарь обязательно должен выйти на трибуну и произнести торжественную речь. И уж тогда…
Черкасов видел, как дрожал листок в руках человека, который в данный момент стоял на трибуне. Он видел, как с места встал человек и пошел к трибуне. Черкасов хорошо видел его широкую спину, обтянутую дорогим пиджаком.
Этот человек и был Знахарем. Но полной уверенности у Черкасова  еще не было. И он ждал.
Человек легко поднялся на трибуну и встал лицом к залу. Теперь и Черкасов мог хорошо рассмотреть породистые черты его лица. Оно совпадало с тем изображением, что показывал ему посредник. Это и был Знахарь собственной персоной. На лице его было нарисовано удовлетворение. Еще бы! Ведь Черкасов наблюдал его в тот торжественный момент, когда Знахарь становился большим начальником.
Вспышки фотокамер ослепили его. Он зажмурился. А вместе с ним зажмурился Черкасов. Эти вспышки тоже ослепили его. Знахарь сделал жест рукой и зал окончил аплодировать. Только работала телекамера. В полной тишине Знахарь хотел закончить свою речь.
Настала пора спускать курок и Черкасову. Знахарю осталось жить только несколько секунд. То есть ровно то время, за которое Черкасов заново прицелится, плавно нажмет на спусковой крючок, и пуля пролетит пространство, отделяющее ее до лба Знахаря.
Черкасов уже прицелился и нащупал спусковой крючок. Но жизнь Знахаря продлилась. В дверь постучали, и Черкасов дернулся всем телом. Он тоже был человеком, и у него тоже были нервы.
- Кто там? – оторвался Черкасов от снайперского прицела.
- Аркадьич у тебя все в порядке? – спросил голос за дверью. Черкасов узнал этот голос: он принадлежал первому охраннику, который проявлял ретивость на входе.
- Ну, в общем, нормально, - промямлил Черкасов невнятным голосом. Вряд ли охранник, находившийся сейчас за дверью, мог предположить, что с ним говорит не киномеханик. – А что? Есть какие-то проблемы?
- Да сантехники куда-то делись, - ответил охранник. – Открой дверь, Аркадьич!
Все-таки он не зря ел свой хлеб. Охранник подозревал, что сантехники находятся именно здесь. Только вот он, даже в самых смелых мечтах и предположить не мог, чем сейчас занят один из сантехников.
Черкасову нужно было срочно решать проблему. Иначе охранник позовет подмогу. Тогда ему станет совсем худо. И выполнение заказа сорвется.
- Сейчас открою, - пообещал он охраннику. А сам рванул пистолет «ТТ» из - под своей рабочей спецовке. Хорошо, хоть пистолет был с глушителем.
- Ты чего медлишь, Аркадьич! – охранник начал дергать за ручку двери.
Медлить Черкасову было действительно нельзя. Он направил пистолет в сторону двери и нажал на спусковой крючок. Посредине двери появились две дырки. Пули легко прошли фанерные листы, из которых была сделана дверь. Черкасов открыл дверь, и в дверь ввалился охранник. Своими руками он держался за живот. Руки охранника постепенно становились красными от крови.
Черкасов выглянул в коридор. Слава богу, он был пустой, и этой сцены никто не видел.
- Ты? – захрипел охранник. У него еще были на это силы. Он понял, что сбылись самые худшие его подозрения.
- Я, - подтвердил Черкасов. И в третий раз спустил спусковой крючок. Пуля попала охраннику прямо в голову. Он завалился на бок. Из маленькой дырки во лбу потекла кровь. На такие мелочи Черкасов уже не обращал внимание. Времени на  самый главный выстрел у него становилось все меньше и меньше.
В зале для заседаний в очередной раз раздались аплодисменты. Черкасов бросился к винторезу. Знахарь еще не сошел с трибуны. Он еще продолжал свою торжественную речь. И Черкасов перевел свой дух. У него еще имелось время продолжить свое дело.
На этот раз ему никто не мешал.
Он успокоил свои нервы, почувствовал, что сейчас его нервы чувствуют себя вполне нормально, и тщательно прицелился.
Зал снова разразился аплодисментами. Депутатам понравилась речь нового спикера. Хотя, в принципе, они не ожидали от этой речи чего-то нового. Речь нового спикера была наполнена дежурными фразами. Обычная вступительная речь, в которой человек много обещал. Но всем было понятно, что он не обязательно свои обещания выполнит.
Знахарь почувствовал, что его наполняет чувство восторга. В эту минуту ему было все подвластно. Он и не думал сейчас, что песочные часы его жизни уже перевернуты, и из них высыпаются последние песчинки. Если бы ему кто-то об этом сказал, он рассмеялся этому человеку в лицо. Слишком высоко он, вознеся на вершину, и не было сейчас в мире силы, которая способна была свалить его с этой вершины.
Черкасов видел в перекрестье прицела улыбающееся лицо нового спикера. Настал самый главный момент всей операции. Он плавно нажал на спусковой крючок. Пуля вылетела из ствола. Ей предстоял совсем недолгий полет. Всего каких-то сто пятьдесят метров. Звука выстрела никто не услышал, раздался только небольшой хлопок. Его заглушили очередные овации.
 Спикер опрокинулся на пол – пуля попала ему прямо в переносицу и снесла половину лица. После чего, пуля продолжила свой полет. Она вышла через затылок и пролетела до задней стены, в которой застряла. Там ее и нашли позднее судмедэксперты. Знахарь умер на вершине своего могущества. Никто еще не понял в зале, что собственно произошло, а Черкасов выбежал из аппаратной. Винторез он, естественно, оставил на месте. Как и свою рабочую спецовку, которую он скинул сразу же. Как и свою сумку, из которой он взял только дымовую шашку. В коридоре еще никого не было. Такое обстоятельство было только Черкасову на руку.
Зал замер, ожидая развязки. Депутаты еще не поняли, что произошло с их новым спикером. Слишком быстро он упал. И трибуна мешала рассмотреть кровавое месиво, в которое, под действием пули, превратилось лицо Знахаря.
Председатель счетной комиссии встал со своего стула и двинулся по направлению к трибуне. Именно она мешала ему увидеть голову Знахаря, которая лежала на ковре. Он становился все темнее и темнее от крови. Она обильно вытекала из пулевого отверстия. Сам председатель счетной комиссии почему-то не испугался, когда, обогнув трибуну, он увидел мертвого спикера. Никаких сомнений у него не возникло в том, что спикер мертв. Он только почему-то закричал по-бабьи тонким голосом.
- Убили! Убили!
Зал вскочил. Из сотни мужских глоток вырвался крик ужаса. Черкасов хорошо его слышал. У него имелось время, что бы подбежать к кнопке пожарной сигнализации и выхватить дымовую шашку. Она сработала исправно. Черкасов и дальше мог продолжать свой путь. Только на этот раз он шел уже, не спеша. Через несколько коротких мгновений, здание Законодательного собрания огласил рев пожарной сигнализации.
Коридоры наполнились топотом сотни ног. Депутаты спешили покинуть, как можно быстрее, место своего заседания. Они тоже были людьми, и как всяким людям им было присуще чувство страха. На выходе из зала заседаний даже возникла небольшая давка. Смешаться со всей этой толпой не составляло никакого труда. Толпа эта постепенно заполняла все коридоры. Черкасов и влился в эту толпу, которая начала рваться к выходу. Рвалась это толпа настолько уверено, что любую преграду она могла бы снести запросто. Один охранник на входе не мог служить для этой испуганной толпы особым препятствием. Охранник и не стал препятствовать этой толпе депутатов. Тем более, он и сам не разобрался в чем еще дело.
Черкасов стал частью толпы. С этой толпой он и выскочил на улицу. Здесь к толпе депутатов и работников Законодательного собрания добавилась новая толпа. Это толпа зевак. Удивительно было, как за короткое время на улице собралась такая огромная толпа. На время две толпы смешались и расступились. На место происшествия прибыли пожарные машины. Пожарники быстро оттеснили эту огромную толпу от здания. Теперь Черкасов мог чувствовать себя в безопасности. Его мог опознать только охранник, но сейчас охраннику было не до него. Да и попробуй, узнай одно лицо в сотни других таких же лиц. А Черкасов и не стал ожидать того момента, когда охранник вспомнит про двух сантехников. У него была простая задача – покинуть это место происшествия. И он благополучно покинул место происшествия. Он уже отыграл свою роль в этом спектакле. И он начал протискиваться сквозь плотные ряды людских тел.
Он выбрался наружу и жадно вдохнул свежий воздух. Затем его взгляд упал на человека, который не суетился. Он смотрел на происходящий спектакль абсолютно равнодушно. Впрочем, все равно все его внимание было поглощено этим спектаклем.
- Эй, брат! – окликнул он Черкасова. – Что там произошло? – задал человек обычный вопрос уличного зеваки.
- Спикера убили, - проинформировал его Черкасов.
- Это точно? – спросил человек, который стоял возле новенькой «десятки» модного серебристого цвета.
- Абсолютно точно, - подтвердил Черкасов. – Точнее не бывает.
- А кто его убил?
- Какой-то человек. Никто точно не знает. Видишь, паника ккакая.
- Вот блин! – выругался человек. – Как же мы проморгали! Толя нас убьет.
Черкасов сразу же заподозрил, что этот человек не случайно стоит возле здания Законодательного собрания. Теперь он понял, какая функция была у этого человека. И в его голове возник мгновенно план.

                Глава сороковая.

Человек, не обращая внимания на Черкасова, тыкал  пальцами по кнопкам своего мобильного телефона. Его он достал сразу же, как только услышал про смерть спикера.
- Хорошая у тебя машина, - заметил Черкасов. И подошел ближе к «десятке».
- Не мешай мне дружище, я занят, - предупредил Черкасова человек. – Мне предстоит важный разговор.
- С Толей Середским? – спросил Черкасов.
- Именно, с Толей Середским, - подтвердил человек. Он не успел даже разобраться в ситуации.
Черкасов действовал молниеносно. Короткий удар в челюсть, и человек повалился на Черкасова. Сотовый телефон разбился от удара об асфальт. Никто, естественно, не обращал на эту картину особого внимания. Все были сейчас заняты созерцанием другого действа. Людям не интересно было, что происходит у них за спинами.
Черкасов подхватил тело братка и запихнул его в машину, на переднее сидение. Сам сел на водительское кресло. Сейчас у него была задача отъехать, как можно дальше от здания Законодательного собрания, а лишь затем поговорить с представителем местного криминального сообщества. Мотор «десятки» завелся легко и весело. Вот, что значит, новенькая машина! Она еще пахла заводской краской изнутри.
Машина мгновенно тронулась с места. На встречу «десятки» уже ехали машины с мигалками. Но на «десятку» люди, сидящие в этих машинах, не обратили особого внимания. Черкасов беспрепятственно отвел машину на безопасное расстояние от Законодательного собрания и остановил ее в маленьком дворе. Браток в это время пришел в себя. Он мог оказать существенное сопротивление. Пришлось Черкасову предупредить это сопротивление. На это пришлось потратить еще пулю. С прострелянной кистью руки большого сопротивления не окажешь. Хорошо, хоть машина была с тонированными стеклами, а пистолет с глушителем. Браток, конечно, разразился в адрес Черкасова самой отборной бранью. Ее Черкасов выслушал совершенно спокойно. Он мог подождать сейчас – время у него было. Браток рано или поздно должен был догадаться, что Черкасов не зря сохранил ему жизнь. Он и задал этот вопрос, когда прошло несколько минут, и запас брани кончился:
- Что тебе надо от меня?
- Для начала мне нужно узнать твое имя, - сказал Черкасов. – Точнее, прозвище, под которым тебя все знают. Поскольку простые имена в вашем славном кругу не в почете.
- Зачем тебе это нужно? – недоумевал плененный Черкасовым браток.
- Для установления контакта с тобой, - объяснил Черкасов. – Не люблю общаться с людьми, не зная их имен. На «ты» называть тебя мне не хочется.
- Ты уже начал общаться со мной, не зная моего имени, - хмыкнул браток.
- Чувствую одной прострелянной руки тебе мало, - пригрозил Черкасов. Браток на удивление быстро понял его.
- Остановись, - поднял он свою целую руку. - Я скажу тебе мое имя. Меня зовут Оружейник. И я авторитет.
- Авторитет! Громко сказано, - покачал головой Черкасов. - На Толю Середского работаешь?
- Я работаю сам на себя. Я же сказал, что я в авторитете. Толя Середской просто платит мне, и моим людям деньги. Только в таком случае я выполняю его работу, - объяснил условия своего найма Оружейник.
- Гордый ты человек, Оружейник. Где сейчас Толя? – спросил его Черкасов.
Оружейник хотел соврать, но вспомнил про пистолет в руке своего противника. Не хотелось ему получать вторую пулю. Ясно было, что его враг не промахнется и на этот раз. Любой человек на его месте сказал бы правду. Такое оправдание нашел для себя Оружейник.
- В бункере, - назвал он местопребывания Толи. – Там он находится вместе с Тунгусом.
- Спасибо за правдивый ответ, - поблагодарил его Черкасов. - Что они там делают?
- Толя думает, что Тунгус тебя нанял. Вот он и говорит с ним по душам, - и на этот вопрос Оружейник дал правдивый ответ. Не хотелось ему, что бы его вторая рука оказалась прострелянной.
- Пытает он его что ли? – догадался Черкасов.
- Можно и так это назвать, - кивнул головой Оружейник. – Толя называет эту процедуру допросом.
- Понятно, где находится бункер? – закономерно последовал новый вопрос.
- Не так уж и далеко, - неопределенно ответил Оружейник.
- Сколько примерно туда нужно ехать на твоей машине? – уточнил Черкасов.
Оружейник наморщил лоб. Он прикидывал сейчас расстояние до бункера.
 - Примерно, полчаса. Это, если на дорогах не будет пробок.
- Мне нужно туда попасть. Тебе это понятно? – спросил у него Черкасов.
- Не очень, - Оружейнику и в самом деле было непонятно, зачем киллеру нужна встреча с Толей. Это совершенно парадоксальная ситуация. Вот, если бы Толя захотел встретиться с киллером и устроить ему допрос – это было бы вполне объяснимо.
- Ладно. Тебе это понимать не нужно. Сколько вместе с Толей человек? – задал новый вопрос Черкасов.
- Четверо.
- Не врешь? – Черкасов с подозрением покосился на своего пленника.
- Я правду говорю, - поспешил тот заверить Черкасова. – Естественно, я могу и ошибаться. У Толи может быть и больше людей. Но ненамного. Он любит сам поработать.
- Верю тебе. Все четверо, наверное, надежные и проверенные люди?
- Именно так. Толя других с собой и не берет, когда намечается важное задание.
- Вот и посмотрим, какие они проверенные, - Черкасов завел мотор. – Показывай, где находится этот бункер.   
«Десятка» мягко тронулась с места. Черкасов вывел машину со двора и оказался на улице, где машина влилась в поток других таких же машин.
- А ты меня? – последнее слово Оружейник проглотил. Но Черкасов понял, о чем он ведет речь.
- Не знаю, - ответил он. – Все будет, зависит от твоего поведения. Пока ты ведешь себя совершенно правильно? – одобрил он Оружейника.

                Глава сорок первая.

Оружейник не врал. Бункер действительно находился недалеко от места, где расположено было Законодательное собрание. Такова особенность провинциальных городов, где проживает всего несколько сотен тысяч людей. Хоть и носят они гордое название областного центра, а как поедешь по одной центральной улице, так и попадешь всегда на окраину. И не важно, что свой путь начал ты из  самого центра города.
Труп Знахаря еще не успел остыть, еще судмедэксперты не успели начать свою работу, еще оперативники всех служб рыскали возле места совершения преступления в поисках преступника, еще следователи не успели начать допрос  всех свидетелей преступления, как «десятка» подъезжала к окрестностям, где располагался бункер.
Он не зря носил такое название. Раньше этот объект носил название бомбоубежища фабрики номер четыре. Но фабрика номер четыре была, успешно приватизирована в начале девяностых годов, как и другие предприятия необъятной страны. На ее месте теперь чего только и не было. Только самого производства здесь не было, а так, все к вашим услугам. Несколько автомастерских, стекольный, столярный, слесарный цеха. И много, много складов различного назначения. А вот на бывшее бомбоубежище никто глаз не положил. Слишком далеко оно в стороне находилось. Да еще и располагалось оно на огромном пустыре. Не было к этому бомбоубежищу никаких нормальных подъездов и дорог. Вот и положил на него глаз Толя по этой самой причине.
Рядом с бомбоубежищем никого не было, да  и  стены этого бункера были очень толстыми. Что внутри происходит, наружи не слышно. Очень понравилось это место, вот и привозил сюда Толя несговорчивых людей. Некоторые возвращались обратно, а иные находили в земле вечный уют. Благо, земли этой на пустыре возле бункера хватало.
А еще Толя, а вместе с ним Оружейник, использовали этот бункер под склад оружия. И они всегда радовались, что им удалось отхватить такое место.
Сейчас «десятка» остановилась неподалеку от склада. Черкасов видел, как у «газели» темно-зеленого цвета прогуливается человек. На «десятку» он пока не обратил никакого внимания.  Человек стоял и курил. Его задание было вполне понятно – отслеживать все незнакомые машины, что могли появится возле бункера.
- Можешь ехать дальше, - подсказал Черкасову Оружейник. – Внизу все равно не слышно, что происходит наверху.
- Спасибо, - Черкасов продолжил свой путь по дороге, которая очень подошла бы для покорения ее мощными внедорожниками. «Десятка» же громыхала нещадно всеми своими деталями. Правда, дорогу, или точнее, полное бездорожье, она прошла исправно. Черкасов в данную минуту имел все основания похвалить отечественную автомобильную промышленность.
Человек заметил машину. Тревоги он не проявил. У него было острое зрение, да и солнышко еще светило вполне нормально. Человек сумел рассмотреть номера, и догадаться, что машина принадлежала Оружейнику. А у него имелось полное право сюда приезжать. Поэтому, человек и не проявил никаких признаков беспокойства.
 Напротив, подручный Толи выбросил сигарету и поприветствовал рукой машину Оружейника. Черкасов подрулил к человеку. Нажал на кнопочку, и тонированное стекло поползло вниз. Человек еще успел рассмотреть, кто находится за рулем. Вот и говори, после этого о вреде тонированных стекол! Но среагировать подручный Толи никак не сумел. Даже удивление не успело отобразиться на его лице.
Черкасов выстрелил подручному Толе прямо в лицо, и он рухнул на пожухшую траву. Промахнуться с такого расстояния Черкасов не мог. Пуля вошла прямо в глаз и вышла через затылок, улетев затем в неизвестном направлении.
- Черт! – Оружейник ударил кулаком по передней панели. Он понимал, что упустил еще один шанс к своему освобождению. А шанс этот был вполне реальным. Среагируй подручный Толи быстрее, и Оружейник был бы сейчас свободен.
- Оружие у тебя есть? – спокойно спросил у него Черкасов. Его не интересовала сейчас реакция его пленника.
- В багажнике, - ответил Оружейник.
- Доставай, - приказал ему Черкасов. Оружейник вылез со своего переднего сидения. Черкасов полностью контролировал его. Он тоже вылез из машины. Через мгновение у него в руке оказался второй «ТТ». Его Черкасов засунул за пояс, а вот обойму Черкасов взял из этого пистолета. – Иди вперед, - приказал он Оружейнику. Тот тяжко вздохнул, но послушался его приказа. Он уже понял, что глупо спорить с этим противником. У Оружейника оставалась сейчас одна надежда, что Черкасова завалят в подвале. Все-таки против него одного было трое стволов, да и его, Оружейника, не стоило списывать со счетов.
 Дверь, ведущая в бункер, оказалась открытой. Простительная оплошность Толи, если учитывать то обстоятельство, что наверху остался его человек. Толя не мог предположить, что его человека так легко завалят. Этот человек был у Толи на особом счету, именно по этой причине, он и поручил ему охранять бункер. Черкасов не сразу вошел в бункер. Для начала он поинтересовался, сколько ступенек ведет вниз.
- Я не знаю, - ответил Оружейник. – Не считал никогда. Но внутри очень глубоко. Все-таки, это бывшее бомбоубежище.
- Хорошо, - кивнул головой Черкасов. – Можешь открывать дверь.
Сам он встал за спиной у Оружейника. Он выполнил указание Черкасова. Одной рукой отворил тяжелую дверь. В ноздри Черкасову ударил затхлый запах. Другого запаха здесь и быть не могло – бомбоубежище и есть бомбоубежище.
Вниз вели ступеньки. По стенам горели электрические лампочки. Их тусклый свет горел не слишком ярко, и по ступенькам приходилось шагать ощупью.
- Ступай вперед, - приказал Черкасов, и Оружейник послушно зашагал вниз по ступеням. Черкасов пошел за ним, держась на расстоянии двух шагов.
Их было ровно четырнадцать. Дальше начинался длинный коридор, по которому Оружейник провел Черкасова. Воздух в этом коридоре был еще более затхлым. Коридор заканчивался железной дверью. Именно за ней сейчас Толя и пытал Тунгуса, пытаясь выведать у него всю правду. Толя так увлекся этим занятием, что и думать забыл про время.
Тунгус, то приходил в сознание, то снова терял его. Его пиджак валялся где-то на полу, а чистая рубашка давно стала грязной от крови. Если бы не кляп во рту Тунгуса, то небольшое подвальное помещение наполнилось бы самыми дикими криками. Но с кляпом во рту, Тунгус мог только мычать.  Толя не применял к нему особо изощренных методов. Его люди работали с Тунгусом по старинке. Кулаками. Но поскольку, их кулак были очень тяжелыми, Тунгусу приходилось не сладко. Если добавить, что люди Толя применяли во время допросов и свои ноги, то положению Тунгуса и вовсе не позавидуешь. Его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво. Где нос, а где рот, и не сразу разберешь.
- Будешь говорить? – в очередной раз спросил его Толя.
Его пленник помотал головой в знак отрицания и что-то промычал. Его избиение продолжилось бы  и дальше. Если бы, в это действие не вмешались побочные обстоятельства.
  Тяжелая железная дверь скрипнула, и на пороге подвала появилась Оружейник. На его лице было нарисовано огромное удивление. Толя, и трое его подручных повернулись на  скрип двери.
Его подручные и осознать даже не успели, что произошло. Вслед за Оружейником появился Черкасов. Он не вошел, а влетел в дверь. Он стрелял без промедления и без жалости. Глухие хлопки наполнили подвальное помещение. Подручные Толи начали хвататься за свои животы, которые мигом окрасились кровью. Пули Черкасова попали именно туда.
 Впрочем, один из подручных Толи успел выхватить пистолет и сделать ответный выстрел. Да только не зря Черкасов прикрывался Оружейником. Пуля попала прямо ему в живот. Черкасов не медлил со своим ответом, и последний подручный Толи оказался на полу. Две пули попали ему в грудь.
Оружейник схватился за живот и упал на колени. Черкасова он больше не волновал. Свою роль он успел выполнить. К тому же и обещание свое Черкасов выполнил. Не он убил Оружейника.
 Рука Толи автоматически потянулась к кобуре, где лежал его пистолет. Толя знал, что он не успеет его достать, но он не умел никогда проигрывать.
Черкасов в очередной раз нажал на спусковой крючок, и на рубашке Толи появилось кровавое пятно. Плечо налилось свинцовой тяжестью.
- Черт! – Толя зажал ладонью пулевую рану.
- Вот мы и встретились, - констатировал Черкасов. – Это кто? – показал он на Тунгуса.
- Это твой заказчик, - ответил Толя.
- Правда? – удивился Черкасов. – Открой ему рот. Мне надо у него самому все узнать.
Толя здоровой рукой выдернул кляп. Тунгус жадно глотнул свежего воздуха. Он понимал, что обстоятельства кардинальным образом переменились.
- Это не правда, - выпалил он. – Я не заказывал убийство Знахаря.
- Жаль, - покачал головой Черкасов. – Иначе ты остался бы, жив.
Тунгус не успел осознать, какую ошибку он только что совершил. Две пули впились ему в живот, и  он задергался в смертельных конвульсиях.
- Не люблю лишних свидетелей, - сказал Черкасов. – Один вопрос я тебе могу задать. Он меня давно волновал, - обратился он к Толе. – Кто тебе рассказал про меня?
- Неважно, - сплюнул на пол Толя. – Ты думаешь, я все тебе расскажу? Вот тебе! - Толя показал Черкасову известную фигуру из трех пальцев. И тотчас же заохал. Черкасов прострелил ему и вторую руку, точнее, ее кисть.
- Это был неправильный ответ! – констатировал Черкасов.
- А другого ответа ты и не получишь! – выкрикнул Толя.
- Умереть можно по-разному, - сказал он. – Можно очень быстро, как твой шеф. А можно и медленно. Быстро ты умрешь, если ты мне все расскажешь. Медленно, если будешь молчать. Выбирай. Выбор у тебя не богатый. И запомни – про твое геройство в этом подвале все равно никто не узнает.
В голове Толи очень быстро заработали мозги. Они проанализировали оба эти варианта. Можно и дальше проявлять геройство, да только что с этого геройства толку? Киллер прав. Толя прекрасно это понимал. Если будешь молчать, то будет хуже.  Только умрешь в муках хуже собаки. А можно умереть и спокойно. О такой смерти в данный момент Толя мог только мечтать.
- Ладно, ладно, - Толя поднял вверх прострелянную руку. – Я все тебе расскажу. Мне ведь уже все равно. Хозяин мой убит. Я не справился со своей миссией. Меня теперь и свою убьют. Я все тебе расскажу. Только обещай, что ты убьешь меня сразу.
- Обещаю, - кивнул головой Черкасов. – Рассказывай.
Толя начал свой рассказ.
                Глава сорок вторая.

Черкасов очень быстро понял смысл этого рассказа. Его предал посредник. Больше некому было его продавать. Он и раньше это подозревал. Как только обрел память во время гипнотического сеанса, так сразу о нем и подумал. Теперь его подозрения нашли свое подтверждение.
- Что ты подмешал мне в стакан кока-колы? – спросил он у Толи.
- Это такой наркотик. Он начисто отшибает мозги. Есть и другие побочные эффекты. Слабость, головокружение, головная боль. – Толя опустил голову низко. Он сожалел о том, что такой план потерпел сокрушительный провал. – Кстати, как ты вернул свою память?
- Напоминаю, здесь вопросы задаю я, - покачал Черкасов пистолетом.
Из всего рассказа Толи Черкасову запомнился один момент. Это второй звонок его посредника. А что, если будет и третий звонок? Бог, говорят, троицу любит.
 Безумный план начал созревать в голове Черкасова. Толя в этот момент сел на колени. Его взгляд умолял Черкасова покончить все дела в этом бункере.
- Нам нужно еще поговорить, - сказал ему Черкасов. – Повезло тебе, Толя. У тебя есть шанс продлить свою жизнь.
- Какой шанс? – хоть Толя и попрощался со своей жизнью, но, как и всякий нормальный человек, он готов был ухватиться за любую соломинку. Такую соломинку ему сейчас Черкасов и бросал.
- Пойдем, выйдем наверх, - сказал он Толе. – Воздух здесь больно затхлый. Лучше там с тобой поговорим.
- Хорошо, - Толя, естественно, ему подчинился, и через пару минут они оказались около выхода из бомбоубежища.
- А сейчас пойдем в «газель», - сказал Черкасов. – Сотовый телефон у тебя, надеюсь с собой?
- С собой, - Толя хлопнул по карману рубашки, где и находился миниатюрный телефонный аппарат, стоимостью в несколько обычных зарплат.
- Открывай дверь, - приказал Черкасов. И Толя ему подчинился, не смотря на свои прострелянные руки. – В машине мы будем ждать звонка, - объяснил Черкасов своему пленному.  – Он обязательно тебе позвонит.
- Кто мне должен позвонить? – не понял Толя.
- Мой посредник, - объяснил ему Черкасов. – Человек, который сдал меня тебе. Ты должен сказать ему, что у тебя все в порядке. – Черкасов дал Толе необходимые указание, и они стали ждать телефонного звонка.
Толе в это время звонило много народу. В основном все сообщения касались убийства Знахаря. Толе приходилось давать односложные ответы на все сообщения.
- Я знаю, - в этот момент Черкасов покачивал пистолетом, и Толя прекращал свой разговор.
- Вот и молодец! – хвалил его Черкасов.
 Нужного звонка им пришлось ждать два  долгих часа. Черкасов уже потерял надежду, что им позвонит его посредник. Но он позвонил.
- Оказывается, вы ничего не стоите, - стал он  сразу же укорять Толю. – Вашего хозяина вы не смогли уберечь.
- Это верно. – Толя в тот момент, когда отвечал своему абоненту, чувствовал холодную сталь, прижатого к его затылку. -  Но, мы смогли поймать вашего киллера, и сейчас собираемся с ним позабавиться. Смерть нашего хозяина должна быть дорого оплачена.
- Он не мой киллер, - обиделся посредник. – Ваши планы в отношении его мне нравятся, но я хочу, что бы вы отдали киллера мне.
- Вы многого хотите, - Черкасов объяснил Толе, что посредник сделает именно это предложение. И толя был готов к этому повороту в разговоре. – А я хочу отомстить за своего хозяина.
- Я тоже хочу его не по головке погладить. Сколько вы хотите за голову вашего пленного. За живую голову, - уточнил посредник. – А с телом киллера вы можете делать, что вам захочется. Бить его, пытать, но он должен остаться живым.
- Пятьдесят штук баксов, и никак не меньше, - назвал свою цену Толю. Цена эта, естественно, была предложена Черкасовым. Он знал, что такая сумма вполне по карману его бывшему посреднику.
- Ого! – свистнул посредник. – Круто вы берете!
- Спасибо скажите, что я не затребовал от вас ту же сумму, но в евро, - справедливо заметил Толя. – В европейской валюте вышло бы гораздо дороже.
- Большое вам,  за это спасибо. Вы очень хороший бизнесмен! Я согласен на ваше предложение, - посредник понимал свою выгоду, если он получит живым Черкасова.
- Но это еще не все, - предупредил его Толя.
- Что еще? – посредник насторожился.
- Мне нужна фамилия заказчика. Я хочу его достать, - успокоил его Толя. – Это ведь не самая большая услуга?
- Хорошо. Скажу вам его фамилию, когда прибуду в ваш город. Называйте место встречи и время, - сказал посредник. Последнее предложение Толе ему не понравилось, но он готов был пойти и на этот шаг.
- Любое время, - сказал Толя, а местом встречи он, конечно же, назначил пустырь возле бункера.
- Я прибуду завтра утром в четыре утра, - назначил время посредник.
Это был оптимальный промежуток времени для посредника. У него было примерно семь часов. За это время вполне можно в авральном порядке собрать команду надежных людей, и доехать от Москвы до этого провинциального города, не волнуясь, что тебя остановят за превышения скорости сотрудники ГАИ.
В телефонной трубке зазвучали короткие гудки. Они звучали, как реквием. Толе оставалось жить считанные секунды. Но он не должен об этом подозревать.
- Где находится арсенал, который так хвалил Оружейник? – спросил у него Черкасов.
- Рядом с пыточной комнатой, - уточнил местонахождение арсенала Толя.
- Это то место, где я тебя нашел, так называется? – уточнил Черкасов.
- Да, именно та комната так у нас и называется, - кивнул головой Толя. - А рядом есть дверь. Там и находится арсенал.
- Ключи от арсенала находятся у тебя? – задал новый вопрос Черкасов.
- Они торчат прямо в замочной скважине, - охотно пояснил ему Толя.
- Весьма непредусмотрительно вы поступаете, - заметил Черкасов.
- У нас воров нет, - с гордостью ответил Толя. – Да и желающих заглянуть в наш арсенал мало нашлось.
- Ладно, пойдем обратно вниз, - решил Черкасов. – Ты мне лично покажешь, где находится твой хваленный арсенал.
Толя легко выпрыгнул из машины на землю. Именно в этот момент его и нашла пуля. Черкасов не хотел потом вытаскивать труп из машины. С такого расстояния он не был способен промахнутся. Толя повалился на землю – с пулей в затылке долго не проживешь.
- Не выполнил я свое обещание, - сказал вслух Черкасов. – А он бы выполнил свое обещание?
Вопрос носил риторический характер, и ответа на него не прозвучало. Черкасов знал таких людей, как Толя. Они никогда не выполняли своих обещаний.
Черкасов наклонился, схватил Толю за ноги и затащил его тело в бункер.

                Глава сорок третья.

Ему еще предстояло сегодня много сделать работы. Но для начала следовало отдохнуть. Напряжения сегодня было достаточно, и сил своих Черкасов потратил много. Времени Черкасову вполне на этот короткий отдых хватило.
 Он устроился на пассажирском кресле в «газели» и задремал. Дрема превратилась в неглубокий сон. Даже во сне Черкасов слышал, что происходит вокруг. К его счастью в окрестностях бункера все было спокойно.
Проснулся он только в три часа. Сразу же спустился в арсенал. Толя не обманул его – ключ действительно торчал в двери. Черкасов дважды повернул его и зашел доверху и вошел в комнату до отказу, забитую оружием. Впрочем, изучать все это вооружение, не входило в планы Черкасова. Ему требовалось найти обыкновенный автомат Калашникова любой модификации. И он довольно быстро нашел его. В этом арсенале находилось десятка два «калашей». Все, как один в заводской смазке. Черкасов догадался, что эти автоматы были куплены прямо с завода, или с воинского склада. Обычная картина в нашей стране. Бандиты пользуются автоматами, которые предназначены для воинов.
Один из этих автоматов и взял с собой наверх Черкасов. Еще захватил с собой три обоймы. Их вполне должно было хватить для предстоящей работы. 
Ровно в четыре часа Черкасов услышал гул мотора. Он включил фары у «газели», создавая тем самым ориентир для машины своего посредника. Водитель белого грузового «фольскфагена» мигнул несколько раз фарами в знак того, что он понял, куда ему направляться. И направился к «газели», в которой и находился Черкасов.
В этот момент он приготовил автомат к стрельбе.
Не доехал «фольсфаген» до «газели» всего несколько метров. Машина заглушила мотор, и из нее выпрыгнуло четыре человека – в одном из них Черкасов узнал своего посредника. Он шел чуть впереди своих телохранителей. Черкасов и не ожидал, что он приедет на встречу в одиночку. Не таким наивным человеком был его посредник. Он и его люди прямиком направились к «газели».
Черкасов тоже выпрыгнул из машины. Появление его с автоматом наперевес было сюрпризом. Прежде всего, для посредника.
 Люди посредника полезли в карманы своих курток. Очень даже понятная реакция на появление человека, который в любой момент готов разрядить в них автоматный рожок. Но достать оружие они не сумели.
Черкасов опередили их. Тугая автоматная очередь разорвала ночную тишину. В глазах своего посредника Черкасов увидел страх. Любой бы на месте посредника испугался, когда  двоих твоих людей уложат на месте всего за несколько секунд. Автоматная очередь есть автоматная очередь. Она покосила людей посредника, как острая коса траву. А третий боевик упал на землю.  Это не была его хитрость. Просто Черкасов прострелил ему ноги. Затем сетка пулевых отметин появилась на стекле «фольсксфагена». Именно туда направил свой огнь Черкасов. Водитель «фольксфагена» оказался весьма прытким товарищем. Он сумел выпрыгнуть на земле. Тут то его и настигли тяжелые автоматные пули. Одна пуля ударила его прямо под ребра и развернула водителя лицом к Черкасову. Еще две пули клюнули водителя прямо в грудь. Она была защищена легким бронежилетом, но пули пробили пластины этого бронежилета, и начали крошить внутренности водителя, превращая их в кровавую кашу.    
Нова автоматная очередь, и машина подпрыгнула на месте – Черкасов направил все пули в бензобак, который был налит полностью. Полтора десятка литров бензина взорвались сразу же. Машину объяло пламя. А затем раздался новый взрыв. Видно, в машине были еще кое-какие боеприпасы, и они сейчас взлетели на воздух.
Все было кончено за несколько секунд. Ни машины не осталось, ни людей, которые находились в это машине. 
 И только посредник умолял его о пощаде.
- Не надо, - поднял он руки вверх. В своих руках он держал дипломат. – Здесь та сумма, которую просил Толя.
- Ему больше эти деньги не понадобятся, - ответил Черкасов и поставил автомат на одиночный огонь. В следующее мгновение он послал пулю в колено своего посредника. Нога надломилась, и посредник оказался на земле, подняв целую кучу пыли вокруг себя. –  Меня волнует сейчас один вопрос. Имя человека, который сделал заказ на Знахаря? Называй его!
- Коровкин Павел Иванович, - сдал посредник своего заказчика. Он не стал играть в героя.
- Сколько он тебе заплатил за заказ? – прозвучал следующий вопрос Черкасова.
- Сто пятьдесят тысяч бесприкословно, - озвучил немаленькую сумму заказчик. – Это для него не очень большие деньги.
- И тебе не жалко этих денег? Ведь, предавая меня, ты их терял? – поинтересовался Черкасов.
- Он мне  дал эти деньги сразу же. На руки. Без всяких авансов, -  отрывисто говорил посредник. - Щедрый человек. И надобность в этом заказе была огромная.
- Понятно. Телефон заказчика? – потребовал Черкасов.
- Я назову его, - пообещал посредник. – Только ты пообещай, что не будешь меня убивать.
- Сначала назови телефон, - не стал с ним торговаться Черкасов. – А после я решу твою судьбу.
И посредник назвал этот номер телефона. После чего, его голова разлетелась, как арбуз. Хотя, глаза посредника умоляли о пощаде, Черкасов не пожалел еще одной пули. Да и зачем ему теперь был нужен посредник, когда у него имелась запись его голоса. Черкасов заранее включил свой диктофон. Можно было,  позвонить заказчику, и продемонстрировать ему запись. Пусть знает, кто его сдал. И пусть заплатит деньги человеку, который выполнил его заказ.
Дикий крик продолжал раздаваться над пустырем. Он исходил от человека, которому Черкасов прострелил ноги. Жуткая, неимоверная боль и заставляла его исходиться криком.
Черкасов облегчил муки человеку посредника. А проще говоря, не пожалел еще одной пули. Человек, который до этого корячился в пыли, умоляя о пощаде, затих навсегда.
- Все там будем, - философски заметил Черкасов.
Он стер свои отпечатки с автомата и выбросил его в пожелтевшую траву. Затем нагнулся и подобрал дипломат. Открыл Черкасов его уже в машине. Деньги он не стал пересчитывать, но, похоже, посредник не собирался обманывать Толю, и в дипломате лежало действительно пятьдесят тысяч баксов. Не самая маленькая сумма. Но все же главное сокровище, которым обладал сейчас Черкасов, была запись с голосом посредника. За нее можно было получить гораздо большие деньги.
Оставаться у бункера дальше было нельзя. Пламя от огня было видно издалека. Да и грохот от взрыва, и треск автоматной очереди могли услышать люди. Не ровен час раздастся вой сирен, и сюда нагрянут бравые представители  правоохранительных органов. Связываться с ними Черкасова не хотелось. Он и так пролил сегодня много крови.
Поэтому он завел мотор «газели» и убрался от места бункера подальше.

                Глава сорок четвертая.

 Но куда он мог поехать? Дороги из города явно были перекрыты в связи с убийством очень важной персоны. А у него нет даже документов на эту машину. И паспорт у него поддельный. Одно это обстоятельство являлось поводом к тому, что бы его задержать. А дальше можно было легко привязать его к любому убийству. Это дело техники для оперов. Одних людей посредника, которых он положил, хватит на пожизненное заключение.
Поэтому путь у Черкасова был один. В узкие, маленькие переулки, или во дворы жилых домов, где на машину никто не обращал внимание, и где был минимизирован риск милицейской проверки.
Черкасов потел каждый раз, когда мимо проносились милицейские машины. Что поделаешь? Он тоже был человек, и у него тоже имелись нервы. И нервы были потрепаны за последние трое суток. Приключений, которые с ним произошли за это время, иному человеку хватило бы на всю его жизнь. Так что, не так уж Черкасов и был не прав, когда решил завязать со своим ремеслом. Сегодня ему везет, а завтра? Смерть всегда ходит рядом с людьми его редкой профессии. Удача может от него отвернуться, как и от любого счастливчика, и тогда он тоже закончит жизнь в каком-нибудь бункере? А ему, как и всякому нормальному человеку хотелось умереть в своей постели, окруженному вниманием детей и правнуков.
Он все-таки нашел двор, где можно было поставить «газель» и немножко отдохнуть. На отдых Черкасов отвел себе ровно тридцать минут. Когда солнце начало показываться из-за панельных домом, Черкасов достал сотовый телефон и начал набирать номер. Он не смущался от того обстоятельства, что слишком рано тревожил человека. Он знал, что этот человек заинтересуется его сообщением.
- Да? – Коровкин не стал утруждать себя разными бессмысленными вопросами, и выяснять личность человека, позвонившего ему, в столь ранний час. К тому же номер его телефона знало не так уж и много людей.
- Вы не знаете меня, Павел Иванович, - начал этот разговор Черкасов. – Но я хорошо выполнил ваш заказ. К тому же достал любопытную пленку. Вам ее было бы интересно послушать.
- Это чья-то шутка? – спросонья у Павла Ивановича не слишком хорошо работала голова.
- К вам очень часто звонят по этому телефону шутники, - сказал Черкасов. – Я могу и не прокрутить эту пленку.
- Крутите вашу пленку, - к чести Павла Ивановича, он хорошо умел держать себя в руках. Только сердце его учащено забилось, когда он понял, наконец, кто к нему звонит. – И извините меня за непонимание.
- Ничего.
Черкасов поднес диктофон к сотовому телефону.
- Вам хорошо слышно? – поинтересовался он.
- Даже очень, - ответил его собеседник.
- Ну, и хорошо, - Черкасов нажал на кнопку и запись начала прокручиваться.
Коровкин с интересом выслушал эту запись. И он понял, что посредник сдал его с потрохами. Любой человек на его месте запаниковал. Павел Иванович, к его чести, сумел справиться со своими нервами.
- Что вы хотите от меня? – поинтересовался он.
- Вам не кажется, что этот человек вас предал, и я устранил от вас опасность? – задал ему вопрос Черкасов. – Последствия этой ситуации могли быть самыми непредсказуемыми.
- Вы абсолютно правы, - подтвердил его догадку Коровкин. - Этот человек действительно предал меня. И это предательство могло иметь для меня самые неприятные последствия.
- Хорошо, что мы с вами находим понимание. А еще я выполнил ваш заказ, и хочу получить за него деньги. Кстати, пленка находится у меня в одном экземпляре, и ее, как я думаю, вы тоже были бы не прочь получить, - сформулировал свое предложение Черкасов.
- Сколько стоит ваша пленка? – Коровкин быстро умел реагировать.
- Сто тысяч, - назвал вполне нормальную сумму Черкасов. - Я думаю вам не надо объяснять, в какой валюте нужно оплатить мои услуги.
- Нужно. Сейчас популярны две валюты, - логично ответил его собеседник.
Да, отечественный рубль никогда не считался нормальной денежной единицей при криминальных расчетах.
- Я предпочитаю доллары, - сказал Черкасов.
- Понятно, что ж, вы получите свои доллары, - согласился Коровкин. -  Где мы встретимся?
Черкасов воспроизвел в своем мозгу карту города.
- Лучше на одной из центральных улиц, - сказал он. – Ее вы можете выбрать по вашему вкусу.
- Хорошо, - решил Коровкин. – Я буду на площади Фридриха Энгельса ровно в двенадцать часов. Увидите серебристый «мерседес» на площади, можете смело в него садиться. Это моя машина. И в ней буду я.
- Вам не нужно объяснять, что бы вы были одни, - напомнил Черкасов своему собеседнику одно из условий их встречи.
- Не нужно. Я буду совершенно один, - повесил Коровкин трубку, посчитав тем самым, что их разговор закончен.
- Люблю конкретных людей, - констатировал Черкасов. Он был рад тому обстоятельству, что нашел понимание у своего собеседника.
 
                Глава сорок пятая.
 
Сто тысяч долларов были для Павла Ивановича Коровкина – не бог весть, какие деньги. Не самые маленькие деньги, но и не самые большие. Исполнитель мог бы потребовать от него сумму гораздо больше.
 Его раздосадовал факт того, что исполнитель вычислил его. Конечно, это событие произошло по вине посредника, который предал его. Но все же, все же…
Коровкин предпринял все  свои усилия, что бы этого не произошло.
Он даже специально подставил бедного Тунгуса. Знал Павел Иванович, что Толя Середской в первую очередь будет подозревать его. И его фигура идеально подходила на роль заказчика. Второй человек всегда мечтает стать вторым. Такова вечная истина. Вот и назначил он Тунгусу встречу в тот момент, когда Знахарь будет избираться на должность спикера. Догадывался Павел   Иванович, что Толя начал следить за Тунгусом. В том числе, и телефоны Тунгуса он слушает. И он в своих расчетах не ошибся.
Была у него своя агентура. Она и доложила, что Тунгуса захватили возле здания ресторана. Все вышло, как и хотел  того Коровкин.
Павел Иванович совсем успокоился, когда к нему поступило сообщение, что Знахарь мертв. Застрелен из снайперской винтовки прямо в зале заседания. Стрелял киллер из аппаратной. В здание Законодательного собрания он оставил еще три трупа. Один принадлежал охраннику, а два – парламентской обслуге. Павел Иванович благодарил судьбу, что она проявила к нему благосклонность.
Знахарь давно мешал ему. Слишком большой кусок он откусил. Интересы Павла Ивановича пострадали. А главное, пострадали интересы людей, которые стояли за Павлом Ивановичем. Он  тоже жил не сам по себе. Он был частью команды. Концы этой команды уходили на такие заоблачные высоты, о которых и говорить не хотелось.
- Мы тебя поставили на твой высокий пост. Ты служил нам верой и правдой, - сказал Павлу Ивановичу представитель этих людей. – Теперь ты должен убрать Знахаря. Он стал совершенно лишним в наших делах.
Павлу Ивановичу давно стала понятна эта истина.
- Но как? – Павлу Ивановичу еще не приходилось иметь дело с заказными убийствами. Он вообще всегда сторонился открытого криминала. Зачем красть вагон с золотом, если этот вагон можно благополучно списать по бумагам?
- Физически, - подсказал ему представитель вышестоящих сил и шепнул ему адресок. –  Как еще можно убрать человека, который мешает? У этого человека, телефон которого я тебе шепнул на ушко, есть очень хорошие исполнители. Тебе нужно с ним связаться и щедро оплатить свой заказ.
- Другого выхода у нас нет? – на всякий случай спросил Павел Иванович.
- Если бы у нас был другой выход, то не заговорил я о физическом устранении Знахаря, - представитель сильных мира сего хлопнул Павла Ивановича по плечу. - Можешь не волноваться, это не так трудно, связаться с посредником и сделать заказ.
И представитель не ошибся. Павел Иванович, конечно, волновался. Но все оказалось не так уж и плохо. Знахарь мертв. Убит он, не пробыв на посту спикера даже часа.  И исполнитель просит свои деньги по праву. Его подставил посредник, создав ему препятствия, а он, все равно выполнил свою работу.
- Ты куда пошел? – буркнула супруга Павла Ивановича. Это был обычный ее вопрос.
- Уже утро, - ответил ей Павел Иванович. – Мало ли, куда мне нужно идти. -  И направился в туалет.
Там у него имелся тайник. Деньги всегда должны находится под рукой, считал Павел Иванович. Обстоятельства могут возникнуть разные. И он не ошибался. События сегодняшнего утра подтверждали эти предположения.
 В тайнике лежало даже больше денег, чем требовалось исполнителю. Павел Иванович отсчитал нужное количество купюр и положил их в целлофановый мешок. Тайком от супруги он спрятал этот мешок в кожаный кейс, с которым он ходил к себе на службу. Он не хотел обманывать исполнителя. Собственное спокойствие дороже любых денег. Да и кто знает, какими возможностями обладает этот исполнитель? Судьбу своего приятеля по  теннисному корту Павлу Ивановичу повторять не хотелось. 
Ровно в полдень он сидел в своем «мерседесе», стоявшем на площади Фридриха Энгельса. Еще и памятник на этой площади стоял. Уродливый, в духе соцреализма, не всем  уже людям было понятно, что это за старик с огромной бородой. Учения классика марксизма в школе не преподавались больше пятнадцати лет. Зато голуби полюбили этот памятник.
  Через минуту, после того, как Павел Иванович заглушил мотор автомобиля, задняя дверь отворилась, и на кожаные сидения рухнул человек. Павел Иванович посмотрел в зеркало. Он не  нашел в этом человеке ничего страшного. На него в зеркало заднего вида глядело лицо обычного человека. Может быть, глаза были усталыми, да и лицо выглядело помято. Но это и понятно: тяжелая работа у человека. А в целом киллер не произвел особого впечатления на Павла Ивановича.
 - Я рад, что вы меня не обманули и приехали на эту важную встречу, - поприветствовал его Черкасов.
- Деньги в кейсе, - проинформировал Черкасова Павел Иванович. – Кейс лежит на заднем сидении. – Черкасов узнал голос человека, с которым он разговаривал по телефону.
- Хорошо, - положил руку на этот кейс Черкасов. – Я думаю, содержимое этого кейса можно не пересчитывать.
- Там ровно сто тысяч, - кивнул головой Павел Иванович.
- Я вам верю, - Черкасов протянул диктофон. – У меня всего одна копия этой записи. И это копия по праву принадлежит вам.
- Очень хорошо, - Павел Иванович взял диктофон. – Я полностью доверяю вашим словам. Надеюсь, мы с вами в расчете? – Коровкин искренне на это надеялся.
- Нет, - замотал головой Черкасов. – У меня к вам есть еще одна просьба.
Мурашки побежали по спине Павла Ивановича, когда киллер произнес эту фразу. Какой ему сюрприз приготовил его собеседник.
- Какая просьба? – голос Павла Ивановича дрогнул, ему стало действительно страшно. Черкасов понял, что творится на душе его собеседника. Коровкин – нормальный человек, и в критические ситуации он попадать не привык. Напротив, привык отсиживаться за чужими спинами.
- Ничего страшного, - успокоил Коровкина Черкасов. –  Моя просьба совсем небольшая. Мне нужна, что бы вы занялись судьбой Леночки и Саши. Ничего страшного они не совершили, но они могут крепко попасть в руки нашего правосудия. Они попали вчера в милиции в связи со вчерашней операцией СОБРа.
- Хорошо, я займусь их судьбами, - пообещал Коровкин.
- Я вас обманул. У меня к вам не одна, а целых две просьбы, - сказал Черкасов. -  Мне нужно с вами прокатиться. Вы, наверное, догадываетесь, что творится сейчас на дорогах в связи с убийством вашего коллеги.
- Знахарь не был моим коллегой, - открестился Павел Иванович от этой почетной обязанности.
- Ну, компаньона по делам, - сказал Черкасов. – Мне все равно, кем был мой вчерашний клиент. Мне нужно выехать из вашего города, и из вашей области. Вам  должно быть понятно это мое желание.
- Понятно, - Павел Иванович завел мотор. – Вы хотите прикрыться моими государственными номерами, и моим иммунитетом.
- Именно так, - улыбнулся Черкасов. Он откинулся на сидение, потому что Коровкин резво рванул с места. – Вы только не попадите в аварию, - предупредил он своего водителя. Коровкин резко рванул с места.
- Не попаду, - пообещал Коровкин уверенным голосом. Он и в самом деле был первоклассным водителем. Только времени у него в последние годы было мало, что бы оттачивать свое водительское мастерство.
Свое обещание он выполнил. До самой границы области он доехал за два часа. И, слава богу, без всяких аварий. Зато с ветерком и в полном комфорте. Черкасов чувствовал себя в абсолютной безопасности. На их пути попадалось много постов милиции, но не один милиционер их не остановил. У сотрудников милиции тоже есть глаза, и они видели, что на «мерседесе» есть государственные номера. Да и милицейский патруль на границе области тормознул их чисто формально.
- Ваши документы?  - взял под козырек пожилой капитан. Он был опытным милиционером, и знал, что с водителями «мерседесов» нельзя разговаривать грубо.
- Вы кого-то ищите? – поинтересовался у него Коровкин. Он все-таки протянул свои документы.
- Мы всегда кого-то ищем, - ответил ему капитан. – Вчера убили спикера, вот мы и ищем сегодня его убийцу. Хотя я, сомневаюсь, что мы его найдем. Он уже далеко уехал, если не дурак.
- Понятно, такая у вас работа, - усмехнулся Коровкин.
- Именно так. -  Капитан внимательно  изучил документы, и протянул их обратно водителю. – Павел Иванович, а у вашего пассажира можно посмотреть документы.
- Конечно можно, - сказал Черкасов. – Я – коллега Павла Ивановича из Москвы. Возьмите мои документы. Удостоверения у меня, правда, нет. Зато вот вам мой паспорт. – Черкасов протянул свой паспорт. Он знал, что наглостью и уверенностью можно разоружить любого служивого человека. – Надеюсь, одного паспорта вам будет достаточно убедиться в том, что перед вами вовсе не киллер.
- Не надо мне ваших документов, - капитан не стал брать паспорт Черкасова на проверку. – Езжайте, пожалуйста. 
- Спасибо, за доверие.
Черкасов перевел дух, когда «мерседес» выехал за границы области.
- Вам не откажешь в уверенности, - заметил Коровкин. – Вы, что действительно, хотели показать ему свой паспорт.
- А что? – удивился Черкасов. – Разве у этого капитана имелась ориентировка на мою фамилию. Они искали человека без паспорта и без имени. И человек этот имеет очень усредненные приметы. Легче найти иголку в стоге сена, чем такого человека. А тут едет человек с высокопоставленным чиновником. И он в любую минуту готов показать свой паспорт. Такой человек всегда внушает доверие. Даже самому бдительному постовому. К тому же самый бдительный постовой – это всего лишь человек. И как человек он понимает, что связываться с высокопоставленным чиновником, пусть даже он и перевозит убийцу, очень опасно.
- Вам не откажешь в уме, - усмехнулся Коровкин. – Всегда думал, что люди вашей профессии не слишком умные люди. И преуспели они только в одном деле – в искусстве владения оружия. Вынужден признаться, я ошибался.
- Спасибо, но я не девушка, что бы радоваться каждому комплименту, - скромно отозвался Черкасов.
Вдалеке появились городские силуэты. Впереди находился небольшой городок, чьи жители кормились тем, что их селение располагалось на федеральной трассе. Женщины продавали промтовары прямо на дороге, девушки становились плечевыми проститутками, мужчины работали или водителями – дальнобойщиками, или занимались разбойным промыслом, грабя тех же самых дальнобойщиков.
- Проедем мимо этого города? – спросил Павел Иванович. – Или заедем в него.
- Конечно же, заедем, - дал ему указание Черкасов.
- Хорошо, - Коровкин спокойно отнесся к его предложению. Хотя в душе он понимал, что его путешествие подходит к концу.
Черкасов попросил Павла Ивановича остановить свой «мерседес» возле автобусной остановки.
- Мне нужно пересесть на автобус.  Не все же мне на «мерседесе» раскатывать. Прощай Павел Иванович, - сказал Черкасов. В руках он держал большую дорожную сумку, и кейс, наполненный денежными купюрами. Не так уж плохо он заработал за эти трое суток. – Надеюсь, больше мы никогда не увидимся.
- Я тоже надеюсь на то, что наши дорожки никаким образом больше не пересекутся. Прощайте. - Павел Иванович развернул свой «мерседес» в нарушении всех правил, и поехал обратно в свой город. Черкасов глядел ему вслед то тех пор, пока «мерседес» Коровкина не скрылся из виду.
Затем он направился, но направился не к автобусной остановке. Автобус ему был сейчас нужен, но вовсе не тот, который ходил по этому городу. Черкасов знал, что автовокзал находится недалеко. В десяти минутах ходьбы.
А оттуда всегда можно уехать в Москву. Автобусы ходят каждый час. И есть еще маршрутные такси. Никаких проблем с этой поездкой у него не должно возникнуть. Он остановился возле ближайшей урны. Открыл сумку и выбросил черный пакет. В нем находилось оружие. Он заранее упаковал его в мешок.  Черкасов надеялся, что оно ему больше не понадобится. Затем зашагал очень быстро, удаляясь от этой урны.
Через полчаса от автобусного вокзала отошел автобус с сотней пассажиров на своем борту. Одним из этих пассажиров был Черкасов. Он сидел у окна и улыбался. Он ехал в Москву, где его ждала Татьяна.