Как Дущенов Крупина мракобесом выставлял

Как Дущенов Крупина мракобесом выставлял на канале Завтра.

(Информационная война против православных. Бои на подступах.)


Представьте себе Победную весну. Когда радость со слезами на глазах.

Мы с вами едем на Восток. В  вагоне.  От пункта   А  в  пункт  В.

Путь  не близкий.  Времени много.  Компания  -  все свои.

В смысле – фронтовики. Душевные ребята.  Товарищи.

Есть, что вспомнить, есть, что рассказать. Шумно.  Гамно.

И между прочим,  один дед, лет тридцати пяти, начинает вдруг гудеть
против  станционных порядков.
Кипятку не успел набрать он: стоянка короткая – очередь длинная.
Чайник пустой. Без чаю весь перегон теперь сиди.


А другой товарищ, улыбчивый такой, душа нараспашку,

вдруг и как – то очень кстати, громко сводит всё
 
к бестолковщине на железной дороге.

Достаётся  от него Москве.    Безобидный анекдотец
 
про Генералиссимуса пропускает.

Совершенно безобидный. Лестный, даже, для Иосифа Виссарионовича.

Для Трумэна дразнительный.

Фронтовички мимо ушей  не пропустили шутки эти, но насторожились.
Молчат:  бывалые. Видалые.

Что дальше было?
Правильно.
Чаю так и не попил дед.
И никто не попил. В этом купе.
Всех сняли на следующей станции.  Всех.
До пункта назначения  В никто из них не добрался.
Почему с  недругом в одной компании оказались?
Почему именно вам он власть ругал?
Нет теперь и вам доверия.
Хоть и герои вы.

Азефушка отработал кровные.

Кто съазефил?
Ясно кто. Кто громче всех кричит.
Провокатор.
Разводила.
Заводила.
Выводила.

А теперь мы перенесёмся в  двухместное купе – студию на канале Завтра.

Два товарища беседуют. Один ведёт – тон задаёт. Другой  размышляет.

Первый  товарищ -  Константин Дущенов.    Ник такой у него. Наверное. Националист.

Рубашка – гимнастёрка чёрная – борода а ля конфессион традисион.

Второй – Владимир Крупин.  Писатель русский.

В цивильном пиджаке. Человек не без известности.
 
Интересно?   
Съазефит  Дущенов Крупина? 
Мелом спину измажет?
Разведёт – выведет?
В любом случае – не в проигрыше Дущенов.
Компанию плохому мальчику Крупин сосотавил.
А что отвечал Крупин достойно на провокационный бред  Дущенова
 – не всякий вникнет.
На то расчёт.

Провокационный  вброс товарищ   Константин  Дущенов делает, что,

дескать,
 
глубокоуважаемый всем цивилизованным миром,
 
русский гений,
 
всеми любимый Александр Сергеевич Пушкин,

родившийся на свет Божий, чтобы сказать:

“Шестикрылый Серафим не перепутье мне явился”,

“Береги честь смолоду”( Капитанская дочка) ,

и  “Но  я другому отдана и буду век ему верна”. (Евгений Онегин);
 
Пушкин, чьи” Повести Белкина”

и “Маленькие трагедии” –

о погублении жизней, нарушающих десять заповедей –

оказывается, по  Дущенову,  ни много ни мало,

сформировал язык,

“который позволил гниль западную транслировать в русскую душу”.

Так и брякнул в студии. В купе, то бишь.

Провокационно.


Лёгкое передёргивание допустил - дескать Пушкин сам об этом о себе говорил.
 
Издателю , мол, пишет( мы должны думать)  ни много ни мало:

я сформировал язык, который позволил гниль западную транслировать в русскую душу.
 
Это логика Дущенова.

Чем подтвердит нам это товарищ националист.

Русский.

Другим передёргиванием.

Издатель хвалит Пушкина за язык,

дающий возможность приобщения русских к европейской культуре.


А что имел издатель ввиду? Перевод французских романов?

По  Дущенову  французская культура и антикультура одно.

Бросает, эдак,  тень  Дущенов на создателя современного русского языка
 
и основоположника русской литературы…

и не даёт времени Крупину отреагировать.
 
Спешным ударом следующего вопроса.

Чтобы вышло – Крупин, де,   

противник творчества Пушкина.

Мракобес, де, Крупин.

В глазах культуры.

Русской и мировой.

Не вышло.

Дущенов. 

Не вышло у вас Крупина замазать.

Он отбил ваш финт.

Он, из деликатности , не спорил с вами.

Сказал, что Пушкин определял ум человека не на французском.
 
На русском.

Настоящий гений может вырасти на православной почве.

Исповедовался он на русском.

Не прошёл ваш  удар православным ниже пояса.

Православненький вы наш.
На маргинала расчитано.
Пушкина не знающего.
На того, кому наглый напор и словесный компот
понятнее деликатности.

Пустой он.

Этот удар.

Плохая работа.

Неквалифицированная.

О  ваших  попытках  подножек  лауреату   Крупину далее…