Егорка

Егорка, так звали моего соседа и друга.

Был, как говорят сейчас,  трудным ребенком, рос он быстро  и  вел активную жизнь, по его меркам не хулиганистую, а так,  веселую.

Никому не давал скучать:  ни соседям, ни друзьям, ни мне, единственной девочке в его мальчишеском братстве.

Летом все детишки были предоставлены: сами себе, улице и конечно бабушкам – соседкам, с утра занявшим скамейки под акациями, одна из которых  рьяно приглядывала за ребятней, а потом на доклад, к родителям бегала.

Бывала набег совершим, под Егоркиным руководством на соседские сады, он через забор за яблочками и ли грушами, в общем, что поспевало то и рвал, за пазуху натолкает и обратным путем возвращается, и обязательно цветочек для меня прихватит.

То двери двух комнат находящихся друг против  друга, за ручки  веревкой  завяжет. Время подберет такое, когда соседи домой с работы пришли, воду брать надо из колонки, туалет на улице. Вот и представьте, что происходило, да еще и веревка поперек  общего коридора.

Кричали, ругались все, кто попадал  в момент  Егоркиного веселья, а он из-за угла выглядывал, да посмеивался ох и попадало же ему, за его  шаловливость.

Допекла его соседка - доносчица решил он ей значит отомстить.

И вот в одну ночь, луна ярко светила, в окна заглядывала, наш друг Егорка учудил.

Когда все уснули после трудового дня: родители, соседи, часов так около двух, наш герой, где - то раздобыв известь, пробрался к окну нашей доносчицы, благо барак был одноэтажный закрасил стекла, а когда немного подсохла, нарисовал силуэт человека в плаще, лицо с огромными глазами, подрисовал нос и рот.

А луна в окно так и смотрит бабульке прямо  в глаза заглядывает,  долга она вертелась и только уснула аж всхрапнула. Услышал  Егорка храп обрадовался, кинул камешком в окно, а сам быстренько простынь на себя накинул, стоит, ждет, ничего,  в тишине ночи храп доносчицы только и слышен.

Ну, что делать? Подошел он поближе камушек побольше взял и опять в окошко, стук, храп прекратился,  и началось: тишину крик бабкин разрезал, видно увидела она силуэт, что Егорка нарисовал, испугалась.

И в следующий миг дзинь, звук разбитого стекла, шалун наш в дырочку простыни, которую предусмотрительно  заранее прорезал, чтоб можно было следить за действием соседки, подглядывает.

Увидел, что доносчица в окно лезет, а в руках скалка,  от неожиданной прыти бабульки, испугался, в простыне запутался, снять с себя не может, от страха, что бабка ненароком еще и прибьет. Смотрит Егорка, что над ним скалка нависла, зарыдал.

Услышав рыдание  доносившееся из- под простыни, наша соседка, ох и смела была, сдернула простынь с  рыдающего мальчишка и увидев Егорку, обозвав его негодяем, дала пару раз скалкой по заднице, отвела к родителям.

Родители строгие были.  Досталось нашему другу - весельчаку, да еще остаток ночи провел  стоя коленями на горохе.

Но это наказание не исправило его ни каким образом.

Утром он ей под порог масло налил, упала  доносчица, догадывалась кто это сделал, но доказать не могла, только пальцем Егорке погрозила и так посмотрела, что мальчик понял: - это не конец….