Как Илья Муромец за жар-птицей ходил

Илья сидел и задумчиво теребил штанину. Сегодня Великий Князь Новгородский озадачил его новым поручением — словить для него жар-птицу.

Илья тяжело вздохнул: «Что же, Ивана-дурака ему мало, что ли?» — подумал он, собираясь в дорогу. «Меня с таким пустячным делом посылать? Меня! Самого Илью Муромца! Да мне татар и печенегов на границе государства русского гонять нужно, а он меня в Тмутаракань за какой-то жар-птицей посылает».

Но делать нечего, приказ есть приказ. И отправился Илья Муромец в далёкий путь. Долго ли, коротко ли он ехал на своём богатырском коне — неведомо. Но вот смотрит Илья: на распутье трёх дорог камень стоит с надписями.

Плюнул в сердцах Илья: «Тьфу ты, опять двадцать пять! Ну никуда без этих дорожных указателей не денешься, на каждом перекрёстке понатыканы. Что хоть там понаписано-то? Ага, всё как обычно: налево пойдёшь — невесту найдёшь, направо пойдёшь — деньгу огребёшь, а прямо пойдёшь — башку оторвёшь».

«Прямо пойду, — решил Илья. — Муромец я или нет?!» Сказано — сделано. Едет Илья по прямой дорожке, вдруг видит: мужик на поваленном дереве сидит, нож о голенище точит.

— Кто ты, добрый человек? — вежливо поинтересовался Илья.
— Соловей я, разбойник, — чихнув, ответил мужичок. — Сейчас грабить тебя буду, — и опять чихает.
— Да куда ж тебе, болезному, грабить меня? — изумился Илья. — Ты ж на ладан дышишь, вон исчихался уж весь. Насморк, поди, да кашель есть?
— Твоя правда, — приуныл Соловей-разбойник. — Не до свиста мне щас, нос заложило. Возьми меня с собой, Илюша? А? Может, по дороге на аптеку наткнёмся, лекарства прикупим, а я тебе потом пригожусь.

Покачал головой добряк Илья и согласился. Вот едут они дальше вдвоём. Смотрят, а на дороге девица красная стоит, от холода как лист дрожит. Красавица писаная! Защемило в груди у Муромца, и влюбился он.

— Что ты, девица-красавица, одна в лесу дремучем делаешь? — спросил он ласково. Зарделась девушка, застеснялась, но всё же ответила:
— Летела я по небу на ковре-самолёте, а он возьми да зацепись за самую высокую ёлку. Порвался он, и вот я здесь.
— А звать-то тебя как, краса ненаглядная?
— Айгуль. Матушка нарекла. Принцесса я шамаханская. Летела на свадьбу к сестре родной — царице Шамаханской, да не долетела. Не судьба, видать, погулять на свадебке.

Девушка утерла рукавом выкатившуюся слезинку.
— А вы куда путь держите, добры молодцы?
— Ну, положим, добрый молодец здесь я один, — подбоченился Илюша. — И еду я на поиски жар-птицы. А это попутчик мой — Соловей-разбойник.
— Ой! — испугалась Айгуль. — Неужто взаправдашний разбойник?
— Разбойник как есть, — прогнусавил Соловей, чихнув в очередной раз.
— Да ты, девица, его не бойся, — Илья похлопал Соловья по плечу. — Он сейчас хилый да болезный, свистеть не может. Аптеку вот, бедолага, ищет. Айда с нами, красавица! Втроём веселей будет.

Обрадовалась царица, что не придётся ей в дремучем лесу одной оставаться, и мигом запрыгнула на могучего Муромского коня, обхватив сзади Илюшу за шею.

Ехали-ехали они и видят: замок посреди поля бескрайнего. А вокруг костей человеческих да черепов оскаленных видимо-невидимо.
— Видать, кто-то серьёзный в замке том проживает, — проговорил Муромец, приложив ладонь к глазам.
— Как несерьёзный? Известно дело — серьёзный. Пахан наш Кощей Бессмертный туточки живёт! — обрадовался Соловей-разбойник и кинулся вприпрыжку к воротам.

Распахнулись ворота тем временем, и выехал оттуда на пегой кобыле старичок какой-то, бледный да сморщенный. Кинулся к нему Соловей-разбойник, в пояс кланяясь да прославляя:
— Здрав будь, Кощей наш батюшка! Долгих лет тебе…
— Тю, вот дурак-то! — перебил его Кощей. — Бессмертный я.
— Ну с чем пожаловали, гости дорогие? С огнём и мечом воевать меня удумали? — обратился он к Илье.
— Мне тебя воевать не велено. Мне велено жар-птицу сыскать да представить её пред светлые очи князя Красно солнышко.
— Ну что ж, хорошо, коли так, — облегчённо вздохнул Кощей. — А то сильно я притомился добрых молодцев изводить. Косяками в последнее время так и прут, так и прут! То Василис им подавай, то яблочек молодильных... А где ж я на всех Василис наберусь? Одна была, да и та сбежала с Иваном-дураком. А яблоня? Да не плодоносит она лет пять, почитай! Сам бы рад пару сотен годков сбросить — да нетути яблочек молодильных.

Так за светской беседой и заехали в замок они.

— А как насчёт птицы-жар? — спросил Илья Кощея, спрыгивая с коня на землю и помогая спуститься Айгуль. — У тебя, поди, она?
— У меня, — согласился Кощей. — Держу её в золотой комнате на перинах пуховых. Пуще смерти своей берегу — красоту необычную.
— Как я понял, не отдашь мне её ты? — Илья внимательно посмотрел на Кощея, с прищуром так посмотрел, неласково.
— Не отдам... И продать не продам. А вот обменять могу.
— Так на что ж ты её сменять хочешь? У меня кроме коня богатырского и нет ничего.
— А вот на девицу, что с тобой приехала, и обменяю! — разулыбался Кощей, подмигивая Айгуль обоими глазами.

— Э-э-э, нет! — Илья грозно нахмурил брови. — Девица не продаётся. Возьми лучше Соловья вон (правда, свистеть не может), зато смотри, как тебе туфли рукавами отполировал!

— Ну, Соловей-то и так мой... В моей ватаге служит... Что ж, не хочешь — не надо. Поворачивай назад. Привет князю большой передавай.

Кощей развернулся и пошёл прочь.

— Да я щас твой замок по камушкам разнесу! — рассвирепел Илья и схватился за меч булатный.
Но Айгуль зашептала ему на ухо:
— Тише-тише, Илюша! Не справишься ты с ним против его колдовства. Не поможет и сила богатырская. Отдай ему меня... А сам с жар-птицей во всю прыть скачи к земле русской и жди меня там.

— Да как же ты... Краса ненаглядная... От Кощея сбежать удумала? — растерялся Илья.
— А есть у меня колечко заветное: перекину с пальчика на пальчик и окажусь там, где вздумается!

Сказано — сделано. Обменял Илья Муромец Айгуль на диво-дивное: птицу с пером, жаром пышущим (но не жгущим). Тоскливо стало на сердце у Илюши да муторно: обменял любовь единственную на тварь бессловесную (хоть и ценную). Но делать нечего: уговор есть уговор.

Привёз Илья князю птицу чудную (а сам домой отправился думу тяжкую думать да горе своё мёдом хмельным заливать). День прошёл... Другой... Неделя пролетела — нет красавицы Айгуль! Закручинился пуще прежнего Илья и решил назад возвернуться да спросить с Кощея по-полной.

Мчался он на своём коне богатырском безостановочно (по пути в сердцах дубы столетние в щепы разбивая). Подскакал он к замку да заорал зычным голосом:
— Эй, Кощей! Выходи на честный бой! Это я, Илья Муромец! Тебя воевать пришёл!

Открылись тут ворота замковые (а навстречу из них Айгуль выбегает):
— Ой, Илюшенька! Родной мой возвернулся!
Кинулась она ему на шею.

— А где Кощей? — опешил Илья (не ожидавший такого приёма).
— Так помер Кощеюшка намедни... Как есть от тоски иссох!
Смахнула слезу рукавом Айгуль.

— Так он же бессмертный! — ещё больше удивился Илья.
— Так-то оно так... Но кровушка его хоть и бессмертная... но на вкус вкусная! — мечтательно закатив глазки, почмокала губами Айгуль. — Пойдём скорее, Илюша! Я тебе хозяйство своё новое покажу!

И пошёл Илья безропотно (так как любил он Айгуль сильнее жизни), хоть и оказалась она кровососом. Посадила Айгуль Илью за стол обеденный, подливала ему зелья хмельного, осыпала поцелуями сладкими... А к утру и присосалась к нему одурманенному.

С грустью смотрел Илья, как уходит его силушка богатырская вместе с кровушкой в глотку упыря ненасытного. И не казалось уж столь красивым личико принцессы шамаханской: изуродовали прекрасные черты жадность страшная да похоть страстная! И так жаль Илье самого себя стало!

Вспомнил он (что некому без него границы русские от набегов охранять). Некому татар и печенегов мордой по земле возить да приговаривать: «Жри, басурман, землю русскую! Вдоволь наедайся да запомни вкус её на всю жизнь оставшуюся... И детям и внукам своим передай: кто к нам с мечом придёт (тот земли и нажрётся)».

И так обидно стало Илье (что не подержать ему боле печенега за горлышко), что взвился он ясным соколом с криком грозным: «Не бывать этому!» Сбросил с себя упыря ненавистного в образе девы обольстительной... Отрубил одним махом ей голову да домой пошёл, напеваючи:

Ай идёт добрый молодец,
Ай славянский сын!
Защитит землю русскую —
Только он один!
Берегись, татарва! Печенег, беги!
А не то в зад пинок,
Получай с ноги!
Развернусь плечом —
Переулочек,
А другим поведу —
Будет улица!
Не видать ни сальца вам,
Ни курочек,
Не для вас, враги, —
Наша курица!

#ИльяМуромецИАйгуль #ЮмористическаяСказка #СлавянскоеФэнтези