Народное средство - глава VII

Услышав собственный храп, Надежда проснулась. Она отодвинула к стенке одеяло и встала с кровати. Сразу решила: в туалет по тёмным лабиринтам идти не стоит - лучше зайти в клизменную. Подошла к двери, нажала на клавишу включателя. Щелчок был глухим и нужного действия не произвёл. Попытку повторила. Полоса света в дверной щели снова не появилась. Вспомнила требование старшей медсестры: «Ни при каких обстоятельствах не пользоваться данным служебным помещением!» В порыве протеста она принялась бить кулаком по большой клавише включателя. На счете  «пять» остановилась и резко распахнула  дверь во всю ширь.
Она замерла, увидев на светлом круге стены проекцию двух фигур – мужчины и женщины. Парочка сидела на кушетке! Собеседники переговаривались и даже не обернулись. В мужчине Надежда узнала мужа Николая, вздрогнула. Женщину не признала, та была гораздо старше и её и Николая. Откуда-то со стороны послышался  мужской голос третьего участника.
 – Вот стоило ненадолго удалиться, как началось чужеземное вторжение! Как вам это нравится?
Надя хотела вмешаться, но голос никак не прорывался изнутри. Она поняла:  вмешиваться нельзя. Можно только наблюдать. Молча присела на кушетку рядом с мужем.
 – Кто–то понял, а я -  нет! Какое вторжение? Они же помогли моей Надюшке! - возмутился Николай.
Надя поняла, что супруг  начнёт  рассказывать о случившемся с ней, плотнее прижалась к нему, словно боялась не услышать историю.
 – А КаФээСы почему не помогли? – ехидничал третий голос. Надя напрягла зрение и, наконец, увидела  лежащий между Николаем и женщиной берёзовый веник. Веник шелестел – ровно в такт произносимым словам: «Слышал, что корректирующие свойства в поведении производятся в любое время. А вышло-то – почти потеря памяти!»
 – КаФээСы она сняла, когда в стоматологию отправилась!
 – Ну, ж я и говорю, все это чушь – даже зубы не стерпели подлога.
Женщина, до той поры молчавшая, поддержала беседу:
 –Все могу понять, не пойму – почему десант инопланетян появился тогда, когда Надежда головой ушиблась?
 – Никакие это не инопланетяне, а бандиты!
 –Бандиты? – переспросил веник,  – почему они были в униформе?
 –Что? Бандиты не могут носить униформу? – Удивился Николай, – любая операция требует жесткого сценария. Спасибо только могу сказать. Помогли – подняли!
Надя помнила: как звала людей, как расчищала площадку от наросших глиняных взгорков и подлезла под оградку.
Словно прочитав мысли жены, Николай продолжил:
 – Мужики бросились вытаскивать.
Надя пыталась  вспомнить лица  спасителей. Лиц ведь не было! Какие мужики? – инопланетяне это были. Если бы не участливый выкрик со стороны хирургического корпуса, её бы точно в тарелку затащили. И где бы она сейчас была? 
Прошелестел смехом веник. Осознав, что её мысли становятся достоянием общего собрания, Надя почувствовала неловкость. Решив, что лучше удалиться, она бесшумно, почти на цыпочках, вышла в коридор, пытаясь вспомнить, зачем вообще сюда заходила. Медленно пошла вперёд по знакомым лабиринтам отделения.
Валентин видел, как по коридору шла молодая женщина, держась за голову, немного постанывала. Когда она приблизилась, он  участливо спросил:
 –Что с Вами?
Опустив руку, женщина указала  в сторону двери клизменной: «Там..». Она снова приложила руку к голове и двинулась дальше. Проводив женщину взглядом, Валентин пошёл в указанном направлении. Открыв дверь клизменной, оглядел комнату. Слабый свет из коридора едва проникал в комнату, и в этой полутьме мало что просматривалось. Ничто не привлекло внимания следователя и он дверь закрыл, чтобы дождаться странную женщину.
Надежда шла навстречу Валентину, держа руки в карманах цветастого халата, похоже, женщина окончательно проснулась - выглядела вполне бодрой. Валентин  спросил:
 – Вы в порядке?
Надежда узнала в мужчине Петушка.
 – Приставать, мужчина, нету смысла.
 – Какие глупости! – возмутился Валентин, а про себя подумал: «Бывает и хуже». Надежда с сумрачным видом скрылась за дверью своей палаты, а участливый Петушок сразу же потерялся в полутемном коридоре. Через некоторое время он вышел из своей палаты встревоженным. Очень вовремя навстречу, шаркая подошвами стоптанных сандалий, двигался сам Григ. 
 – Плохи дела у соседа – сильно стонет, – Валентин многозначным жестом зазывал Грига  в  соседнюю палату.
Услышав глухой стон, Григ остановился. Дверь в седьмую палату была полуоткрыта, - и он шагнул в темноту - палата  тотчас осветилась. Через несколько минут Григ вышел. Он оттолкнул Валентина, устремляясь в направлении ординаторской. Его крик прорезал тишину: «На операцию!»
Ожил коридор, наполняясь голосами, быстрыми шагами, бряцанием колёс каталки  и воем проснувшегося лифта. Валентин остался стоять, но ему страстно захотелось поучаствовать в спасении соседа: влиться в этот профессиональный поток, стать живительным его ручейком. Он даже начал задыхаться от этого святого желания сопричастности общему делу.  Уставший от ответственности адвокат,  десяток лет мечтавший освободиться от нее и кому-то передать, понял: ответственность, как и жизнь,  не передают - она сама возвращается к Создателю – откуда явилась.