Декрет о затворничестве

Иссине-черный шрифт на панели моей машины- моей печатной компьютерной машины. Монитор забрызган кровью, невидимой кровью откровений. Я никогда не стал бы писать о том, о чем слишком хорошо знаю, но иначе, я бы стал писателем, которого бы читали те, кто не вынужден читать. Я не хочу быть писателем, по той причине, что писатели страдают, но я страдаю, потому я хочу быть писателем. Именно, быть, а не стать писателем. Ведь стать писателем легче, нежели им быть.

Тяжело рассуждать о жизни, если тебе всего-лишь двадцать три года от роду, три века души, и восемнадцать лет телу. Твоим глазам тысячи лет взглядов орошенных пустыней сомнения. Вот, что я называю метафорой знания. Когда-нибудь я напишу роман, в котором будет сотня идей в каждом абзаце, но я обязан дожить до той поры, когда идеи замкнут цепь событий моей жизни, и  я оторвусь от иссине-черного шрифта на панели моей долбаной адской машины.

Мое тело испещрено венами, и бледностью померкнут слой эпидермиса. Мои легкие наполнены смолой, а зубы белеют день ото дня из-за привычки их постоянно облизывать от волнения. Быть писателем не так уж сложно, если ты один и тебе никто не мешает. Если ты чувствуешь себя одиноким - быть писателем не так сложно, но если же, ты чувствуешь нарочитую отрешенность- то ты не поэт и, тем более, не человек.

Мне двадцать три года от рождения, я хочу быть писателем до самой смерти. Я хочу, чтобы мои мысли проносились между судьбами двух людей, которые чтят память моих строк. Я бы хотел сходить на поэтические чтения. Я бы пришел в пальто, я бы был пьян и яростен. Я бы расстегнул пальто, вытащил большой наточенный топор и начал рубить головы слащавых эстетов с крашенными волосами и нарочито-грустными глазами. Я бы вытаскивал их внутренности лезвием топора и давил ногой. Я бы смеялся и кричал, я бы пил вино и насмехался над листками со стихами. Я бы хотел посетить поэтические чтения, но я слишком добрый человек, чтобы позволить себе быть поэтом.

Странное сочетание эмоций вызывает во мне современное искусство. Современное "искусство". Современные люди. Почему я не могу быть современным человеком? Почему я не могу творить современное искусство? Современное искусство? Современное "искусство"...

Слава безумцам, что отрешены от мира, озлобленны и учтивы с низостью! Слава уродам социума! Я бы пожал руку каждому затворнику, но, боюсь, они бы не пожали мне руку, да и сам я, вряд ли смог бы сопротивиться своей  гордости и сказать им "спасибо".

Слава сладким поэтам, которые творят "современное искусство"! Лишь они дают нам понять, что все близится к концу, что все кончено! Ведь люди почитающие низость полны сил и кричат об этом! И это и заставляет безумцев быть отрешенными и озлобленными. И это заставляет меня быть писателем в свои малюсенькие двадцать три года, и это заставляет меня сомневаться в том, что я- писатель!

Выстрел из ружья. Роспись. Забвение. Еще один абзац скоро будет полон слов. Чистый разум, грязное самомнение. Слово ярости- вот, что необходимо для борьбы с несправедливостью

Мои рассказы  смахивают на записи в дневнике серийного убийцы, но я убиваю лишь одного человека- себя, так, что нечего бояться. Никому. Особенно никому.