Народное средство - глава XIV

Старушка Разуваева мчалась к своей палат, будто за ней гнались. Её окликали, её пытались останавливать, удерживая за руки, но она машинально отбивалась, погружённая в свои мысли. Двери палаты были распахнуты, впуская  в комнату поток свежего воздуха – комната проветривалась. Обе соседки, Надежда, и Зинаида,  увлечённые чтением, вздрогнули и подняли головы, когда в палате внезапно объявилась старушка Разуваева.  Старушка живо подскочила к Надежде и сходу заявила:
– Наденька, у тебя появился конкурент! Ты всё агитируешь, а Петушок уже лечит КэФэЭсами!
Надежда, конспект с лекциями как-будто нехотя отложила в сторону, возмущенно воскликнула:
– О чем это вы? Я - главный координатор, и агентов кроме меня, здесь быть не может! И не КэФэЭсами, а КаФээСами – так правильнее…
Не смотря на пронзительный, испепеляющий взгляд Надежды, старушка выдержала его. Она выслушала всю назидательную речь, так и не разжав кулачков в карманах своего цветастого байкового халата, и умело скрыла, что чувствует себя уязвлённой. Пригасив стук сердца, извлекла кулачки из карманов и, собрав всю решимость, погрозила ими незримому свидетелю.
– Вот, вот. Он всё видит! – лукаво добавила, – А не в клизменной ли размножились КэФээСы? Только вот у Петушка очень большая коробочка! Наверное, у тебя устаревшие аппараты.
Зинаида, углублённая в чтение журнала «Здоровье», отвлеклась на азартное выступление старушки.
– Тёть Рая, и кого он лечит? – Полюбопытствовала, утаивая смешок.
– Сашка и «синий бархатный халатик». Я подозреваю, на очереди жена Петушка. Нам в ту очередь не пробиться.
Старушка, присела  на самую кромку кровати. Надежда начала коробочки снимать с тела. Зинаида, наблюдая за поспешными действиями Надежды, ударилась в философию:
– Недостаток лекарства приводит к рецидиву, избыток – к психическим отклонениям, а исцеляет вера. Её много не бывает.
Старушке понравилось выступление Зинаиды, чьи познания в медицине не вызывали сомнений, погрузившись в мечты, она буквально улетела навстречу берёзовому венику. Неторопливо оглаживая складки халата, Надежда вышла из палаты – и тут же столкнулась с Петушком, который возвращался со свидания. Без лишних слов она бесцеремонно схватила его за локоть.
– Говорят: КаФээСами лечишь. Откуда они у тебя?
– А знаешь что? Даже одна моя коробочка куда мощнее всех твоих! Этот природный генератор – переработанная куча навоза, - Валентин находчиво отбился её же манерой, - И очень  дорогой…
– Тебе разрешают вмешиваться в лечебные процессы? – продолжала возмущаться Надежда.
– У меня особые отношения с Софьей Вениаминовной, – подмигнул Валентин. - Пациенты ждут, извини, - вырвал локоток и устремился к своей палате-люкс.
Вернулась Надежда в палату возбужденной. На безобидный односложный вопрос старушки Разуваевой «Поговорили?» она рассерженно среагировала:
– Аферисты! Лохотронщики!
Задержав сердитый взгляд на каждой из соседок – будто оценивала ресурс неприятеля, Надежда принялась забрасывать чёрные коробочки в тумбочку. Голос её  дрожал от возмущения:
– Аферисты! Лохотронщики! Вот кто они! – периодически выкрикивала она.
– Это вы о ком? – раздался голос.
Весь проём двери заняла грозная фигура Грига. В этот момент Зинаида успела заметить: облик Грига напоминал распушённого,  готового к бою петуха. Но Григ, не сходя с места, лишь буравил взглядом Облизалову, выжидающе молчал и ждал ответа. Зинаида искала вариант, как можно на это среагировать. Может возмутиться? «Разве так можно?» Старушка Разуваева, мирно сидевшая на кровати и заранее отказавшаяся от любого вмешательства, взглядом дала понять: «Я тут ни причем». У Надежды тем более не хватило духу хоть как-то оправдаться. В едином порыве Григ рассёк рукой воздух над непокорными головами. – Всех выписываю!
Приговор текущему дню был вынесен.
– И меня? – вымученно вякнула старушка Разуваева. Днём раньше лечащий врач Борис, осмотрев её, констатировал, что состояние -  наименее поддающимся излечению.
Григ, не проронив ни слова,  удалился.
– Интере–е–сная  ис–то–о–рия! – пропела Зинаида.
На старушку Разуваеву вдруг снизошло озарение:
– Торопится Григ свидание Зинаиде назначить  где–нибудь в скверике. И подлечит, а может, и вылечит..
– Замшелые у вас фантазии, Раиса Гурьяновна, – отбрила  её  Надежда. Этим она признала свою вину, и заняла позицию в поддержку аиболее пострадавшей от инцидента.
– Именно на старом дереве образуется мох, а он – главный путеводитель для заблудившихся в лесу, – попыталась защититься Зинаида.
На фоне бежевых панелей коридора  озорно проскользнул силуэт «синего бархатного халатика».  Женщины даже вздрогнули от такой дерзкой реальности.
– Скачет, – с удивлением высказалась старушка Разуваева.
– Заскакала,– утвердительно добавила Надежда.
– А по–моему поскакала, – пошутила Зинаида.
– На свидание к Григу, – окончательным аргументом Надежда сразила добрую фантазию старушки Разуваевой.
В едином порыве все трое встали и вышли в коридор, чтобы  понаблюдать за « синим бархатным халатиком». Перед их глазами язычок синего бархатного халатика лишь лизнул косяк двери перевязочной и оставил после себя запах озона.
– Аж, вся пропахла свежестью! Точно, Надя, КэФээсы мудрёнее.- бросила вызов старушка Разуваева.
У перевязочной к Григу выстроилась длинная очередь. Троица топталась в стороне, сомневаясь: а стоит ли вставать в очередь? Вполне можно нарваться на скандал.  Старушка Разуваева решила по-другому действовать и соседкам план свой выдала:
– Надо с заведующей повидаться. Дочка моя к ней ходила, говорит, что очень внимательная.  Пожить ещё хочется.
– Нет, лучше вовремя уйти, – Зинаида отдернула ладони от прохладной стены и,  осторожно ступая,  проскользнула в   палату.
Надежда осталась  наблюдать за нервозной очередью. Неожиданно выплыл из–за  поворота Сашок на коляске, старушка Разуваева  бросила ему навстречу пришедшее на ум оправдание - «Меня, кажется, берёзовый веник подгоняет!».
Софья Вениаминовна встретила старушку Разуваеву приветливо. Она заметила, как по лицу вошедшей пробежала судорога, шрам окрасился в бордовый цвет. Заведующая указала, где присесть. По вкрадчивым движениям больной она также поняла, что разговор не для чужих ушей, встала и присела на стул поближе.
– Дочка! – не скрывая тревоги, старушка Разуваева обратилась к заведующей, - Почему меня завтра выписываете - умирать домой отправляете? Ведь вы мне здешнее лечение прописывали!
– Дорогая, – спокойно начала переговоры заведующая,– не волнуйтесь: у вас нет метастазов, шрам в норме. Вы будете приезжать на процедуры. Я вашей дочке рассказала, как с вами обходиться.
Старушка Разуваева, вглядываясь в лицо заведующей, спросила: – Обходиться?.. Процедуры-то бесплатные?  - с горечью в голосе пояснила беспокойство, - Зять–баптист не малые деньги в церковь отдаёт, а сам хроник. У него опасная  работа – радиоактивные отходы на полигоне бульдозером зарывает. Нет у нас лишних денег…
– Спокойно, Раиса Гурьяновна! Обещаю, что оформлю бесплатные процедуры. Вот такая фантасмагория получается: одни выпускают в наш мир ворона, другие заставляют его вернуться назад..., – сказала Софья Вениаминовна, скрывая удивление казуистикой, какую может выдавать мозг при случае: «Ворон кричит “кар!”  - а в обратном порядке  читается  “рак”»
В дверь кабинета постучали. Стук был игривым, отбивающим узнаваемую мелодию.
– Софочка! Можно войти?
В дверях появился Петушок; он, увидев собеседницу Софьи Вениаминовны, замешкался и покраснел. Старушку Разуваеву с места словно ветром смело.
Она бодро шагала по опустевшему коридору, но чувствовала в карманах халата особую тяжесть рук. Она тихо прошла к кровати и прилегла, поджав колени и прикрыв лицо ладонями. Соседки, принимая отрешенность соседки за усталость, переглянулись и продолжили листать журналы. Через полчаса старушка закряхтела, пытаясь удобнее сесть. «Софочка! Можно войти!» – произнесла манерно, не выпуская из поля зрения своих соседок, – «Похоже, Софочка Петушку мудрёную КэФээску удружила. За что? Наверное, родственники. А может родом из одной деревни Кукареки. Куда тебе, Наденька, тягаться с такой величиной!»
Надежда уже давно отложила журнал, следила за движениями старушки.
– Что Вы говорите, теть Рая? О чём Вы говорите, хоть понимаете? У меня в заказчиках весь Облздрав! – поняла, что сказала лишнее, торопливо добавила,– Конечно, не весь.
Зинаида рот открыла, потом прикрыла, потом снова открыла.
– Речь не про ту заказчицу, которая Главврачу нагоняй за плохое отопление сделала. Интересно! Ты, Надюшка, её лечишь приборами, опережающими время, так? Ну, а сама – то почему здесь оказалась?
– КаФээсы пока не излечивают злокачественную опухоль, вот...
– А у Петушка, я говорю, уже излечивают,–  издала  уверенный вердикт старушка.