Правила игры

Леся и Коля поженились два года назад. Он в ней души не чаял, обеспечивал и старался сделать её жизнь как можно счастливее, надеясь, что и она любит его. Давал много, не требуя много от неё. Идеальный мужчина по версии многих женщин, да наверно так оно и было.
 ***

 У неё был День рождения и Николай ждал возвращения жены с работы. Несмотря на такой день, сегодня она задерживалась дольше обычного.

 - С Днём рождения, дорогая, – он поцеловал жену и помог снять пальто.

 Она вяло кивнула, он не обратил внимания. Скорее всего, был тяжёлый день.

 - Ещё раз с Днём рождения! Разреши надеть тебе это, – он открыл коробку и перед Лесиными глазами предстал элегантный золотой браслет.

 - Не надо, – она как-то испуганно отшатнулась от него, одёрнув и без того длинные рукава кофты.

 - Что значит не надо? – он даже опешил на мгновенье. – Что с тобой?

 Муж заметил, что у Леси красные глаза и как-то неестественно трясутся руки.

 - Эй, ты только не молчи. Скажи, что случилось? – Николай схватил её за руку и почувствовал, что рукав бардовой кофты неестественно липкий. Кровь, перепутать было невозможно. – Покажи.

 - Не трогай меня! Ты… ты вообще… - она не договорила и разрыдалась.

 Леся обхватила голову руками и он увидел, что её руки изрезанны тонкими, но глубокими порезами от бритвы. Николай слышал, что такое иногда случается с пятнадцатилетним девочками. Но как это могло произойти с ней? С его женой, с женщиной, с которой он буквально пылинки сдувал… И почему? Почему он не заметил этого раньше? Должен был заметить.

 - Ты что же, хотела…

 - Да ничего я не хотела! – истерически взвизгнула жена, но тут же взяла себя в руки. – Прости, прости, Коль, я не должна была так себя вести.

 - Не важно. Ты должна мне всё рассказать. Может тебе обратиться к врачу?

 - Я должна уйти, он… Прости меня, но я ухожу, сейчас. На самом деле, я надеялась не застать тебя, взять кое-какие вещи и потом… потом сказать. Спасибо тебе, что ты замечательный, правда, но…

 - То есть как уйти? Ты не можешь уйти. Да ты на себя посмотри! Куда ты в таком виде собралась?! – Николай даже толком ещё не осознал только что услышанную информацию, вся ситуация была какая-то дикая.

 - Я должна уйти, должна уйти сегодня, сейчас, – сказала она с каким-то твёрдым надрывом и муж увидел её пустой взгляд. – Он так сказал.

 - Так у тебя кто-то есть, – он сделал глубокий вдох. – Понятно.

 - Прости меня, но я не… не люблю тебя. И я… - она попыталась побороть рыдания.

 - Не любишь значит. Ну ладно, тогда уходи. Я пойду в спальню, и когда я выйду желательно, чтобы тебя здесь не было.

 - Угу. Спасибо.

 - Сколько?

 - Год.

 Он ушёл, Леся истерически засобиралась и уже через десять минут Николай услышал как хлопнула входная дверь.

 ***
 Она выбежала из подъезда, швырнула сумку на заднее сиденье машины и через несколько минут джип въехал на оживленную автостраду.

 - Кажется мы говорили о твоих слезах. Ты не должна плакать.

 - Прости.

 - Думаю для этого случая можно сделать скидку. Но только в виде исключения, поняла?

 - Да.

 ***

 Леся познакомилась с ним на выставке. Она поругалась с Колей из-за какой-то ерунды и возвращаться домой не хотелось. Выставка современного искусства, она мутным взглядом пялилась на картину, абсолютно не понимая, что она значит.

 - Идиотизм в массы. Вы тоже попали под его обаяние? – приятный голос и черты лица, правда было в нём что-то резкое, но тогда она не обратила на это внимание.

 - Я предпочитаю классику, – нервно ответила она, комкая программку.

 - Приятно слышать. Александр. Могу я узнать Ваше имя?

 Таких женщин как она было легко вычислить и использовать в собственных целях. Чуть заметная небрежность в одежде, обычно они носят одежду на размер больше, чем нужно, чтобы не показаться полными или слишком вызывающе одетыми. Чуть угловатые движения, выдающие неуверенность, из-за которой женственность так и не смогла развиться. У них специфичная мимика и жестикуляция, они часто поправляют волосы и облизывают губы. Кажется, что взгляд вызывающий, но на самом деле затравленный. Причины? Иногда эта какая-то травма из детства, комплексы, чаще их просто нет.

 Ими легко управлять – главное уверить, что теперь ты позаботишься о ней и впредь ей ничего не нужно будет делать, никаких проблем, не забыть про обоняние и комплименты на первых парах и тогда она сама добровольно станет твоей рабыней. Никакого насилия – это главное.

 Обычно у женщин срабатывает интуиция и если ты гнилой, то многие распознают это практически сразу, эти если и видят, то их всё устраивает.

 Потом незаметно, мягко и постепенно вводишь в тему. Нельзя использовать такие термины как «садомазохизм», «бандаж» или «спанкинг» - это пугает. Всё это придёт само, желательно, чтобы она была инициатором практики, но если медлит, можно и надавить.

 Леся сразу ему понравилась: красивая, хорошо одетая, да к тому же он увидел её на выставке. Идеально.

 ***

 - Куда мы едем?

 - А куда ты хочешь?

 - Куда хочешь ты, – она плотнее закуталась в тонкое пальто и, шмыгнув носом, затравленно посмотрела на собеседника.

 - Зачем ты резалась? Ты ничего не должна делать без моего разрешения.

 - Нервничала, боль помогает успокоиться. Зато теперь я совсем твоя, как ты и хотел.

 - Ты же знаешь, что за это будет.

 - Если они будут аккуратны, я тоже хочу этого.

 ***

 Николай промучился весь вечер. Он не должен был отпускать её, не должен. Этим вечером Леся вела себя неадекватно, раньше он никогда не видел её такой, кажется она даже не помнила, что сегодня её День рождения. После долгих колебаний он позвонил её подруге, оказывается, что она не видела его жену больше года и на все её просьбы о встречи, Леся отвечала отказом, не объясняя причины, и вытянуть у неё что-то было невозможно. Да, она подозревала, что у неё кто-то был, но уверенности не было. Нет, она ничего не знает, советует Коле порыться в её компьютере, но Леська всегда была аккуратна и наверняка удалила историю поиска, но к счастью она знает программу, которая поможет всё выяснить.

 По мере просмотра сайтов, которые посещала его жена, волосы у Николая становились дыбом. Это было даже не пресловутое БДСМ, садомазохизм не как психосексуальная субкультура, а как образ жизни. Никаких контактов с так называемым любовником он найти не смог, она действительно была аккуратна.

 Его поразило то, что всё это время он не заметил в ней этих перемен, более того, он не видел в ней никаких наклонностей к этому, скорее отвращение. Теперь уже почти бывший муж понял, что это была игра на публику, игра для него, которая скорее всего была спланирована.

 В документах Николай нашёл копию контракта, в котором были оговорены все допустимые пределы и были выделены правила поведения. Опять таки, всё было анонимно. Это была не просто безобидное отклонение от нормы, а профессиональный мир садомазохизма, который не имеет ничего общего с ванильными книжками и картинками в интернете.

 ***

 - Как ты?

 - Все хорошо, кажется даже встать могу, – попыталась пошутить Леся.

 - Помни, что я никогда ничего не сделаю без твоего согласия, в любой момент ты можешь меня остановить, – прошептал Александр, подхватывая её на руки.

 - Я знаю.

 - Есть хочешь?

 - Да, только я хочу домой, там и поем.

 Они подъехали к дому, в котором у Леси была квартира, оставшаяся от её матери.

 - Гляди! Я всё обставил. Надеюсь, тебе понравится.

 Она восхищенно улыбнулась, квартира и правда была дорого и со вкусом обставлена. Красивая дубовая мебель, обои темно-коричневого цвета придают уют.

 - Устала?

 - Немного.

 - Встань ровно, вытяни руки.

 Он снял с неё кофту и помог справиться с брюками, через секунду девушка почувствовала на своей шее холодную сталь ошейника.

 - Если хочешь, можешь сесть за стол.

 - Да, спасибо.

 ***

 Она сменила все телефоны и обрубила все возможные контакты с Колей и близкими друзьями. Так хотел он, а ей уже было наплевать, главное, чтобы ему нравилось. Она была как робот, который живет пока у него есть цель, это стало частью её уничтоженной личности и иная жизнь не имела смысла. Иногда он давал её в пользование своим подчиненным, раньше у Леси это вызывало острую реакцию, сейчас она искала этого сама, только бы он не потерял к ней интерес, всё что угодно.

 ***
 Николай так и не начал бракоразводный процесс, почему-то до сих пор не подписал бумаги. Зазвонил телефон.

 - Привет, – в трубке послышался голос подруги его жены. – Леся в больнице, у меня тут знакомая работает. Подумала, тебе будет интересно.

 Полгода он безуспешно искал её, подкарауливал около квартиры, на работе, все безрезультатно. Наконец появился шанс хотя бы поговорить. Через пару часов он уже сидел около её кровати.

 Трудно было узнать в этом сломленном, искалеченным морально и физически человеке его жену. Он решил, что теперь точно не позволит её вернуться к этому психу, в конце-концов Леська всё ещё оставалась его женой и он имел на неё права. Можно признать женщину душевнобольной и назначить его опекуном, найти хорошего специалиста. Она бы не сделала все это добровольно, наверняка он заставил её, не в буквальном смысле, но как-то сумел внушить, что всё это безумие её идея.

 Врач сообщил, что чудом удалось избежать разрыва заднего прохода, всё тело во множественных порезах и ссадинах, которые необходимо обработать и потому сейчас Леська выглядела как человек с переломанными костями, вся в бинтах.

 Николай сообщил ей о своих планах, она лишь кривовато усмехнулась.

 - В конце концов, почему ты не могла сказать мне?! Мы бы могли… я бы…

 - Ты бы?! Да зачем ты вообще сюда притащился?! Разве не ясно, что я не хочу тебя видеть. Меня всё устраивает, а если тебе это не нравится, меня не волнует.

 - Я не требую давать ответ сейчас. Ты подумай, слышишь? Я приду завтра.

 На следующий день, в субботу, ранним утром он поехал в больницу и застал медсестёр за перестиланием кровати, на которой ещё вчера была Леська.

 - Она ушла сегодня утром с каким-то мужчиной, под расписку. Вам ничего не передавала, – сообщила медсестра заученным тоном.

 ***

 Александр был не новичком в этом деле, был замешен в экспорте секс-рабынь за границу, спонсировал нелегальные бордели и порой сам поставлял туда товар.

 Леся была бриллиантом, замечательной находкой, которую он решил оставить для себя. Либо сломать, либо сделать монстром, она будет доставлять ему удовольствие, пока сможет. Она сломалась, но как-то странно, цепляясь за него как за соломинку, не желая сдаваться окончательно. В конце концов, такое было впервые, не так банально как было до этого. Она хотела всего этого сама, никакого насилия – главный принцип, без которого рухнет всё.

 Он перешёл грань, не смог вовремя остановиться и в итоге она оказалась в больнице. Это было непростительно, непрофессионально.

 - Такого больше не повториться, ты веришь? Я виноват и обещаю, больше до такого дело не дойдёт. Тебе нужен отдых.

 - Да. Прилечь бы.

 - Я уеду по делам. Звони, если что.

 - Хорошо.

 Через пару часов ему позвонили и сообщили, что она повесилась в его квартире на проводе от компьютера. Он велел убрать труп и уничтожить следы. На мгновенье Александр задержал дыхание, всё-таки в каком–то смысле он любил её. Она была прекрасным партнёром.