Глава2 Земной уголок

     Ближайшая к Маскарешу земная слобода располагалась на противоположном берегу Маска, что петлёй огибал столицу Алака. Когда-то, эта неширокая но бурная река служила естественной преградой на пути полчищ  кровожадных гуллов, теперь же, когда отношения между Землёй и Алаком заметно охладели, она не менее надёжно разделяла бывших союзников. Местные патриоты, пользуясь политическим моментом, разнесли по брёвнышку единственный, возведённый землянами, мост через Маск и попасть из Маскареша в земную слободу стало весьма затруднительно. Правда, алак-вурды и между собой-то уживавшиеся с трудом, водить хороводы с землянами никогда не рвались и попасть в "Земной Уголок" в очереди на берегу не толпились. Появление алак-вурда на "земном" берегу - событие из ряда вон выходящее и иметь под собой могло немыслимые по  архиважности обстоятельства. 

     От землянина алак-вурда можно отличить разве что по иссиня-чёрному цвету волос, мертвенно-бледной коже и совершенно невозможной для человека сплющенности грудной клетки. Но, алак-вурды, как правило, обладали  достаточно развитой мускулатурой, и данная особенность строения их скелета для неопытного наблюдателя оказывалась практически неразличимой и при недостаточном  освещении спутать алак-вурда и землянина очень легко.
     Но, майору Волкову, сидевшему за дальним столиком единственного   в "Земном уголке" ресторана хватило одного взгляда чтобы безошибочно определить кто именно из двоих вошедших алак-вурд. И вовсе не потому что один из них был одет по алакской моде. Кто-кто, а он на своём веку повидал их немало. И чванливых средников, и алчных заквазцев, и заносчивых северян. Все они только с виду такие надменные и молчаливые. Но после первой же хорошей зуботычины трещать начинают что те сороки.          Волкову не раз доводилось выколачивать из неблагонадёжных "параллельников" нужную информацию.

    Подниматься гостю навстречу он не стал. Не по статусу  майору госбезопасности вскакивать перед всяким иномирником.  И руки не протянул. Просто указал на свободный стул и коротким взмахом руки отпустил сопровождающего. Обидеть гостя столь холодным приёмом землянин не опасался. Для жителя Алака земное рукопожатие столь же непреемлемо, как и для землянина приветственное "лобзание" алак-вурдов. К тому же, этот алак-вурд, ему сразу же не понравился. Во-первых, независимым видом. Не требовалось быть большим знатоком параллельных миров, чтобы понять, что этот алак-вурд не какая-нибудь там местная голытьба, а из потомственных северных лардов. Во-вторых, выправкой. Хоть и одет он был в "цивильное", но в повадках чувствовалась военная "жилка". А главное, алак-вурд был на редкость хорош собой. Этакий образчик мужской красоты. Должно быть вскружил немало женских головок.  Волков  достаточно долго "работал" на Алаке и знал немало случаев когда земные женщины увлекались такими вот "красавчиками" на столько, что забывали обо всём на свете. Хорошо ещё, у смешанных пар никогда не было понтомства. У Алак-вурдов, вообще, большие проблемы с детородностью. По большому счёту, этот мир обречён на вымирание. Даже, не смотря на то, что женская часть населения здесь преобладает в значительной степени. Дело в том, что  алак-вурдки, за редчайшим исключением, больше одного раза в жизни не рожают. Возможно, поэтому здесь и узаконено многожёнство. Майор Волков относился к этому факту крайне предосудительно, расценивая полигинию как предел безнравственности.  Он, не то чтобы был рьяным моралистом, нет. Просто, сам он особой популярностью у женщин никогда не пользовался и в тайне завидовал более успешным на амурном фронте коллегам. Что же касается местных самцов избалованных женским вниманием, то он уже давно заметил, что именно такие вот красавчики ломались на допросах быстрее других.
В-общем, невзлюбить этого алак-вурда причин у Волкова имелось  достаточно. К тому же, именно внешность алак-вурда, по замыслу "Центра" должна была существенным образом повлиять на успех запланированной операции. Похоже, там "наверху", к подбору кандида подошли со всей серьёзностью. И теперь, когда Волков воочию убедился в "достоинствах" будущего агента,  он не на шутку испугался  высокой степени вероятности "побочного эффекта". Мало того что этот алак-вурд  на редкость хорош собой, так он ещё каким-то невообразимым образом крайне напоминает Влада Поповича. Хотя, хоть какого-то, даже самого отдаленного сходства, в их внешности, при всём желании, отыскать было практически невозможно,  Волков чуял какую-то их похожесть. То ли в повадках, то ли в харизме.  Это он, мужик, и то почувствовал. Что уж тут говорить про женщину. Тем более, про  Машку! Она же - дура! Курица безмозглая!
     Чем дольше Волков думал о возможных нежелательных последствиях, тем больше убеждался в том, что этот алак-вурд никак не подходит для выполнения уготованной ему миссии. Он на столько в этом убедился, что даже готов был затеять с ним ссору и тем самым сорвать предстоящую операцию. В конце концов, не он её разрабатывал, не ему и лавры достануться. Так чего ради ему рисковать. Владьку уже не вернёшь, а риск потерять Машку снова, казался теперь неоправданно высоким.
 Волков поднял руку, щёлкнул пальцами.
Принесли запотевший графин и пару высоких стопок на подносе. Алак-вурд огляделся. Прочие посетители довольствовались  самообслуживанием. Значит, этот землянинин действительно важная персона.
     —Водку пьёшь? — Волков до краёв наполнил одну из стопок. Эх, ему бы сейчас стаканюгу шарахнуть! Вторую наливать не спешил. — Или силёнок лишь на местное пойло хватает?
      Алак-вурд промолчал. В своё время он достаточно плотно общался с землянами, но к фигуральности их речи так и не привык. Возможно, и на этот раз он что-то не так понял, и землянин вовсе не хотел его обидеть.
     Волкова молчание алак-вурда  несколько обескуражило. Обычно, алак-вурды крайне болезненно относятся к критике их национального напитка. Они скорее простят оскорбления в адрес родной матери, чем нападки на их разлюбезную клауретту. Но сдержанность аппонента Волкова лишь раззадорила.
"Ничего-ничего, и не таких ломали!" — он закурил сигарету и выпустил смачную струю дыма прямо в лицо алак-вурду. И без того бледное лицо алак-вурда сделалось синюшным. А Волков продолжал назидательно:
      — Клауретту пьют только бабы!
     — Не пойму я тебя, землянин, — алак-вурд положил руки на стол и Волков невольно отодвинулся.
    Он хорошо знал, чего можно ожидать от таких рук. Но, похоже, алак-вурд самообладания ещё не утратил. Возможно, держался он из последних сил, но, всё-таки, держался. А алак-вурд продолжал. Тихо, но внятно. И, весьма, убедительно:
     — Не я вас искал. Вы меня. Я вам нужен, не вы мне. Зачем ссоры ищешь? Или силой помериться хочешь? Но, ты же должен знать, в честном  поединке ни один землянин против алак-вурда не устоит. Или, на помощь земляков рассчитываешь? Но, думается мне, здесь ты - не среди своих. Разве что, вон тот... Да и тот на цепного пса не похож. Или на свою "пукалку" надеешься? Так ведь, у алак-вурда, девять жизней! Или нет?
     Волков скрежетнул зубами:
     — Ладно-ладно, извини, не хотел обидеть. Давай, лучше, выпьем.
     Он наполнил и вторую стропку. Как правило, водка валит алак-вурдов что из пушки. Возможно, уже после первой стопки дело пойдёт на лад.
     Алак-вурд стопку поднял и Волков, облегчённо выдохнув, шарахнул свой"полтишок". Водка оказалась "палёной", но майору, по долгу службы, доводилось и не такое пивать. Крякнув, он закинул в рот то ли чипс то ли сухарь, сразу не разберёшь. Похоже, о закуске в этом заведении думали в последнюю очередь. Алак-вурд долго крутил стопку в пальцах, будто пытался рассмотреть в ней что-то, потом даже поднёс к губам и с осторожностью понюхал.
— Пей-пей, не бойся. Добрая водка, — видя нерешительность  визави подбодрил Волков.
     Но, алак-вурд стопку отставил.
— Э-э-эх! — досадливо вздохнул Волков, видя, что уловка не удалась, и категорически констатировал. — Не мужик...
     Краем глаза он заметил, как вздулись кутикулы на пальцах алак-вурда, как побелели и без того бледные костяшки пальцев.  Волкову показалось, что он уже близок к цели. Ещё немного и алак-вурд сорвётся.
   — И имя-то у тебя какое-то бабье - Влаха!
     Лицо алак-вурда пошло синими пятнами.
    — "Дэ". Там ещё буква "дэ" есть, — прошипел он, проводя рукой по столу. — Ты хотел сказать, Влаха-д. Влаха-д Шипиц.
    По спине Волкова мурашки побежали когда он увидел как из-под ногтей алак-вурда тонкими спиралями завились  стружки от дубовой столешницы.
    Он замер в нерешительности. "Дожать" алак-вурда теперь раз плюнуть. Но, стоит ли? Вид когтистой лапы этого упыря отбивал всякую охоту ссориться. Ходи потом всю жизнь с гноящимися шрамами через всю рожу.
   Волков молча налил и"жахнул" стопку.
    Алак-вурд пододвинул ему свою:
    — Можешь и мою выпить.
    —Пей, дурак. Всё одно пить придётся, — огрызнулся Волков. — Всё натурально должно выглядеть...

    Алак-вурд хотел потребовать объяснений, но увидев, что землянин пристально смотрит куда-то ему за спину, осторожно оглянулся.
    Для этого  ему не пришлось поворачиваться. Он просто повернул  голову. Почти на сто восемьдесят градусов. Позвонки и суставы у алак-вурдов весьма подвижны.  Им, не то что хребет переломить,  руку-ногу сломать – ещё умудриться надо.
    Волков снова скрежетнул зубами.
“Что б ты шею себе свернул, упырь гутаперчивый!”
     Тем временем алак-вурд внимательно изучал обстановку. Ничего сколько-нибудь примечательного не происходило. Лишь, в дверях заведения появилась земная женщина. Обыкновенная землянинка. Но, судя по всему, именно её появление повергло задиристого землянина в ступор.
     – Кто это?
    Ответа не последовало. Но, по тому, как лихорадочно Волков  опрокинул в себя ещё одну стопку, Алак-вурд понял, что ждали именно её. Он с большим чем прежде вниманием посмотрел на женщину, в сопровождении невзрачного человечка приближавшуюся к их столику.
    Невысокая ростом, светловолосая с до неприличия округлыми формами. Казалось, кругленьким у неё было всё: и глазки, и щёчки, и губки. И даже движения её  были какими-то округлыми. Словом, абсолютная противоположность алак-вурдовскому эталону женской красоты.   
     Алак-вурд пренебрежительно скривил губы. Нет, на первую красавицу Алака эта землянинка никак не походила.
    – Пупс какой-то....
    Волков, во все глаза пялившийся на женщину, оказался в некотором замешательстве. То, как алак-вурд отреагировал на женщину, несколько успокоило его страхи, но и столь откровенное пренебрежение понравиться никак не могло. Ему захотелось высказать собственную точку зрения относительно привлекательности местных женщин вообще  и  мужских достоинств отдельно взятого алак-вурда в частности но, женщина подошла уже достаточно близко, а он ещё не был настолько пьян чтобы не контролировать собственные действия.
      Сопровождавший женщину человечек незаметно удалился и она осталась стоять одна смущённо улыбаясь:
    — Здравствуйте...
    К удивлению алак-вурда, землянинка обращалась именно к нему, а вовсе не к землянину. Это казалось странным. Землянин определённо знал её и знал, по всей видимости, хорошо, может даже, был к ней неравнодушен. Но землянинка, создавалось впечатление, видела его впервые. Впрочем, как и самого алак-вурда, в этом он был абсолютно уверен. Прежде они никогда не встречались. Хотя...
     Алак-вурд легко и грациозно поднялся.  Пластики в движениях алак-вурдам не занимать.

    Ловко пододвинув стул, он усадил гостью за столик. Догадавшись, что представить его даме здесь никто не удосужится, он лихо щёлкнул каблуками  начищенных до блеска ботфортов и склонился в учтивом поклоне:
     — Позвольте представиться. Влаха-д Шипиц...
     — Клоун..., — буркнул Волков.
      Действительно, получилось несколько театрально, но, в общем, весьма эффектно. Военного покроя камзол,  белоснежная манишка и богато украшенная перевязь алак-вурда  выгодно отличались на фоне  затёртых джинсов и обмятой ветровки землянина. 
     — Маша... , — женщина, перехватив злой взгляд землянина смутилась. – Мария Васильевна. Попович.
     Но, ручку, всё же подала.
    Алак-вурд склонился в галантном поцелуе.

    — Что же вы? Так и будете стоять? – женщина улыбнулась, продемонстрировав очаровательные ямочки на щеках.
    — С вашего позволения..., — Алак-вурд присел на краешек стула, всем видом  демонстрируя готовность услужить даме. — Прошу извинить за столь убогую обстановку... К сожалению, здесь не в состоянии предложить ни приличной карты вин, ни сколько-нибудь сносного меню.... Ах, если бы только я знал с каким очаровательным созданием  уготована мне встреча...

   — Вы очень любезны, – женщина, польщённая комплиментом, отвела взгляд.
     И кто только распускает об алак-вурдах эти ужасные слухи. Чего только о них не рассказывают. И кровь-то они пьют, и грабят, и убивают, и насилуют….

      Алак-вурд же, посчитав, что  необходимые и достаточные нормы вежливости соблюдены, принял равнодушный  вид.
     На самом же деле, его совершенно не радовала перспектива иметь дело с женщиной, тем более с земной. Опыта общения с землянинками он не имел никакого, но резонно полагал, что в каких-то аспектах они ничуть не лучше алак-вурдок. С некоторых пор он ограничил общение с представительницами противоположного пола лишь примитивным удовлетворением физиологических потребностей. Прочий опыт оказался для него слишком печальным...

    — Довольно любезностей! — землянин, зорко наблюдавший за поведением женщины, увиденным остался недоволен. — Ближе к делу!
     Но, начал с того, что снова взялся за графин.
     — Тебе налить? — обратился он к женщине.
     — Водки? Не-е-ет! – женщина категорически замотала головой. — Да и тебе, Володя, по-моему, уже хватит!
    Алак-вурд скривил губы. Что ж, как он и предполагал, женщины везде одинаковы.   
     Землянин же только хмыкнул наливая себе водки.
 
     — Мы тут, с отставным так-паном кое-что уже обсудили, —  землянин прикинул, сколько ещё водки осталось в графине и только тут спохватился. — Ты назвала меня по имени? Ты помнишь меня?

     — Ну,  да, — женщина выглядела удивлённой. — Что в этом такого? Ты – Володя. Володя Волков. Кажется... ну, да..., майор из четвёртого отдела ….
     И осеклась под яростным взглядом землянина.
      Алак-вурд напрягся.
     Так вот значит, кому он понадобился! Дело приобретало куда как серьёзный оборот. Кое-что о “комитетчиках” и методах их работы он уже знал. Цепкие ребята. От таких сабелькой не отмахнёшься.

      Землянин поднял стопку:
      — Выпьем, алак-вурд! За это надо выпить!
       — За что именно? — алак-вурд справедливо ожидал пояснений.

     Землянин долго копался в блюде с закуской, выискивая что бы такое бросить на зуб. Наконец, кивнул в сторону женщины:
    – Она только сегодня прибыла с Земли. При телепартации у некоторых, чаще у женщин, иногда случается частичная амнезия. Потом это проходит. Со временем.

     Он снова поднял стопку, но понял, что кое-что   объяснить всё же придётся:

     — Несколько дней назад, при невыясненных обстоятельствах, на Абергоне один наш сотрудник исчез.... Что с ним случилось мы не знаем. Это необходимо выяснить....

     — И этим займётся женщина, которая и телепортацию-то перенесла с трудом? — усмехнулся алак-вурд. — Не лучше ли было выбрать кого-нибудь более подготовленного?

     — Не тебе решать! – огрызнулся землянин.
     Лицо Алак-вурда снова пошло синевой.
 "Голова к голове" он кое-как ещё терпел хамские выходки землянина, но в присутствии дамы спускать дерзостей кому бы то ни было не собирался:
       — Я думал, все эти рассказы о ваших женщинах, способных проходить сквозь огонь и усмирять разъярённых животных, лишь образные выражения, но, оказывается, землянам и вправду привычно прятаться за женские юбки!

     — Ой, мальчики, только не надо ссориться! – вмешалась землянинка. — Лучше, пригласите даму танцевать! Слышите, музыка заиграла!
     Она снова обращалась к алак-вурду.

      Алак-вурд поднялся с крайней неохотой.
    Сейчас он с гораздо большим удовольствием вышел бы  поговорить по-мужски со злобным землянином  чем предаваться бесстыдным земным танцам с землянинкой. 

      Волков остался сидеть. Он закурил и, пряча взгляд за клубами дыма, зорко наблюдал за танцующими.
До этого ему казалось что в кабаке собрались только мужчины но, оказывается, хватало и женщин. Небольшой танцпол быстро заполнился парами.  До морального облика прочих представительниц слабого пола землянину дела не было. Его волновал лишь один вопрос, как далеко зайдут отношения между его сослуживецей и алак-вурдом.
     “Даст она ему, овца безмозглая,  даст! – скрежетал он зубами. – Тут и к бабке не ходи!”
     Он налил себе водки ещё.
     “Какого дьявола выбрали именно Машку! У неё опыта оперативной работы – ноль! Она же всё дело провалит! А если ещё и с “прицепом” вернётся? – именно такой оборот дела пугал его больше всего. – Довериться этому упырю всё равно что поставить козла капусту сторожить! — махом опорожнив стопку, он занюхал сухариком и зло швырнул его мимо тарелки. —  Кастрировать бы  для начала жеребца этого!”

    Музыка стихла.

     Алак-вурд усадил даму на место. Сел сам.

    — Полковник Попович очень ценный сотрудник! — выдавил из себя  землянин. — Руководство крайне обеспокоено его исчезновением и принимает все меры к тому, чтобы он не попал в руки Абергонской разведки. Это для него может закончиться весьма плачевно!

     Алак-вурд повернулся к женщине:
     — Полковник Попович, надо полагать, ваш муж?

    Женщина с удивлением рассматривала свою правую руку:
     — Судя по кольцу на безымянном пальце, видимо, да. Хотя, я этого совсем не помню.
        Она виновато улыбнулась:
     — Выходит, я совсем ничего не помню....

     Казалось, ещё немного и она расплачется.

      Алак-вурд поморщился. На Алаке, даже для женщин, плакать, считалось дурным тоном.

      Землянин, успокаивая женщину  погладил её по руке:
     — Ничего, Машенька, ничего.  Скоро всё наладится. Верь мне.

    Он сжал её ухоженные пальчики. Но, на дружеское пожатие это совсем не походило:
     — А вот колечко снять придётся! По легенде, вы – алакская супружеская пара....

      Алак-вурд закатил глаза – этого только не хватало!

   – ..... Путешествуете в поисках острых ощущений в надежде возродить угасающие чувства, – продолжал инструктировать землянин.
Алак-вурд недоверчиво покосился на женщину. Ну, какая из неё авантюристка? От неё ж за версту веет ванильными пирогами, свежевыстиранным бельём и ватагой ухоженных ребятишек!
– А выпить тебе, всё же придётся! – заявил, вдруг, землянин обращаясь к Алак-вурду. –  Ваша телепартация на Абергон запланирована на сегодня. Всё должно выглядеть натурально.  Так что – пей!

Уже выходя из ресторана, землянин не удержался и шепнул Алак-вурду на ухо:
– Влад Попович – мой лучший друг. И если ты, гад,  владькинужену хоть пальцем тронешь  я тебя и на Абергоне достану! В порошок сотру! С дерьмом смешаю!
Алак-вурд брезгливо отстранился от жаркого перегара:
– Успокойся, с этой стороны проблем не возникнет….
Почти литр, выпитый  без закуски способен притупить бдительность даже “комитетчику”, ну а любому из  алак-вурдов обычно и пятидесяти граммов водки хватало,  чтобы забыть о некоторых правилах приличия. Они говорили недостаточно тихо, чтобы их не услышали. И землянинке последняя реплика алак-вурда неприятно резанула слух.


Рецензии