Репа термометр

Натолкнуться на Репку за каким-либо полезным времяпрепровождением  было также сложно, как лицезреть патриархального крестьянина, грызущего в задумчивости карандаш.
Такса обожала две вещи: рыть норы и париться в бане. Если первое  увлечение доставляло хозяйке массу неприятностей, то второе позволяло сэкономить на термометре. Когда Репа лежала на верхней полке, температура не достигала и восьмидесяти градусов, на второй – колебалась от восьмидесяти до ста, а на нижней – хорошо за сотню.

Одним морозным зимним днем, аккурат под Рождество, на даче у хозяйки собралась веселая компания. Попариться, погулять, то да се…
 Дров не жалели, благо лес рядом, а лесник далеко.  Пока гости разминались в столовой, Репка первой забежала в парилку.
 Хозяйка периодически, между винегретом и селедкой под шубой, наведывалась баньку.
-  Рано еще. Репа только на второй,  -  кричала она гостям.
 А те и рады. Куда торопиться, когда под столом так заманчиво поблескивает батарея непочатых бутылок.
 Эх, хорошо в выходные! Завтра на работу  тащиться не надо.  Можно как следует и расслабиться…
 
 Увлеклись, не заметили, как вместе с дровами пролетели и верных два часа.
Пора париться.
-  Глянь, где там Репа! - попросили гости.
 Хозяйка вернулась из бани с круглыми, как блюдца глазами:
-  А Репы там и нет…
Самый, как ему  казалось, трезвый гость сбегал в парную и вылетел оттуда, как пробка из шампанского:
-   Не мудрено. Там все сто пятьдесят!
-  Это тебе все по сто пятьдесят. Залил глаза. Куда ей деться? Дверь-то заперта!   
-  Сама посмотри! - огрызнулся муженек.
Посмотрела. И в правду - собаки не было видно.
-  Куда ж она запропастилась? Окно притворено. Дверь - тоже.
-  Подкоп вырыла, - сказал кто-то, самый умный, -  Норная все же…  Пошли искать!
 Согласились.
Выпили «на дорожку». Дрова подкинули, чтобы печь не остыла.
 
-  Репа! Репа! На, на!  –  нестройно кричали  изрядно подгулявшие гости.
-  Так не пойдет, - назидательно заметил  самый умный,  - Надо по следам. Тропить.
Согласились.
Выпили «за блестящую мысль!»  Дрова подкинули, чтобы  печь не остыла.

С полчаса утюжили покрасневшими носами снег, но отпечатков лап так и не нашли.
-  Запорошило, -  уверенно констатировал  самый, - Есть захочет  - вернется.

Согласились.
На радости («не бегать же весь день по морозу»)  выпили. Дрова подкинули, чтобы  печь не остыла.
 
Пора париться.
Разделись. Вошли. Репы, как и положено, нигде не видно. На полу одиноко лежала войлочная шапка с надписью «Хозяин бани». Кто-то поднял атрибут…
Под ним недвижимое, обмякшее тело таксы. Оно казалось втрое меньше обычного.
-  Копец!  Сублимировалась,  – изрек  самый и добавил, -  хорошая была собачка. Хоть и с придурью.
-  Может, «изо рта в рот», - кто-то нерешительно.
-  Вот, ты, и дуй! Семашко с Пироговым.
-  Нее. Бесполезно. Она, почитай, часа три парится.
-  Проводить бы надо. А то, как-то не по-людски - подытожил  самый.
 
Согласились.
Выпили «за упокой души». Дрова подкинули, чтобы  печка не остыла.
 
Вернулись в баньку - все ж таки париться приехали. Окружили тело собачки. С ноги на ногу переминаются. Неловка, вроде…

Первой не выдержала хозяйка:
-   Репа, копать! Крыса! -  в отчаянии закричала она над ухом любимицы.
-  Переживает… - понимающе вздохнули гости.

Неожиданно такса вскочила, как ужаленная, и опрометью метнулась на улицу. Миг,  и она кумулятивным снарядом вонзилась в ближайший сугроб!
 Вам доводилось наблюдать, как раскаленный бур с шипением входит в гору сливочного масла?  Нет?  Полюбуйтесь.
 
Когда  спустя несколько минут  гости пришли в себя,  самый умный  нагнулся к отверстию и негромко позвал:
-    Репа. Репа.
В ответ раздавался лишь удаляющийся шепот талого снега.
-  Эко ее понесло. Теперь не скоро вернется. Пойдем, отпразднуем счастливое возрождение.

 Согласились.
Выпили «за здравие». Дрова подкинули, чтобы  печка не остыла.
 
 Далеко в лесу одинокий охотник тропил зайца. Коварный белячок накидал уйму скидок, но опытный следопыт уверенно преследовал жертву.
-  Вот за тем снежным отвалом  хитрец и  прячется, - ухмыльнулся и стал осторожно подкрадываться к предполагаемому укрытию.
-  Щас я тебе косоглазие-то выправлю, -  шептал он, сжимая в дрожащих руках старенькую двустволку.
Пух!
Из сугроба вылетело нечто черное, дымящееся, с красными безумными глазами!
 Вылетело… и пропало.
Обалдевший дедок стоял недвижим. Палец примерз к спусковому крючку. Ушанка сползла на бок.
-  Все! Пора завязывать!

Так и сделал.
С тех пор старуха на старика не нарадуется.
 
-  А что же Репа? - спросите вы.
К вечеру она вернулась на дачу и классно похозяйничала за столом, пока гости парились в бане.

 
05.10.11
 
 


Рецензии