Мишка. Рассказ охотника

 «….Молодые 5-6 месячные медвежата чрезвычайно забавны: они в высшей степени игривы, шаловливо лазают по деревьям борются, неуклюже бегают взад и вперёд, прыгают в воду, если вода близко,- словом ведут себя очень игриво. Но уже через полгода они становятся злы, прожорливы и свирепы …»

Брэм. « Жизнь животных».


Владелец крупной лесной дачи – барин,  как звали его крестьяне, Николай Иванович Коськов озабоченно проснувшись, отправил в свою тихвинскую контору телеграмму с безотлагательным  требованием: для воспитания у наследников любви к родной природе - основному источнику семейного достояния, срочно отловить медвежонка и доставить его на квартиру  в Санкт Петербург.

Медведи по Тихвину  так запросто уже  не гуляли.
«…Хорошая медвежья охота в России существует теперь в глухих, малонаселённых уголках нашего отечества…» уже сто лет назад,с  сожалением  и  грустью, писал тот же Брем.
Из конторы с эстафетой был отправлен нарочный в деревню Харагеничи, уголка  до сих пор малонаселённого, живописного и исключительно глухого.

В деревне, сбегавшей по склону холма к выгнутому серпом озеру, жил знаменитый  в те времена  охотник  Арефий Иванович Трошков.
Спихнув убогий земельный надел на руки бабам, он  «кормился лесом» -  валил и сплавлял деревья, охотился и рыбачил, дома  бывал редко и в одну из побывок, не ведая о последствиях, стал ещё и  прапрапрадедушкой рассказчику этой истории.

Посланный к Арефию мужичок -нарочный, с порога  невразумительно изложил, дескать, барин для воспитания и острастки наследников срочно требует пымать ведмедя, и доставить в Питербурх на Захарьинскую улицу.

Медвежонок был пойман. Ареша  смастерил из сосновой щепы короб, впихнул туда орущего хишника - короб за спину, и провожаемый  высыпавшими на улицу домочадцами, двинул по красноватой глине  крутой  харагинской  горы  в сторону Тихвина.
Дорога  много раз хоженая . Шёл не спеша останавливаясь  в каждой  деревне , где жили родственники и знакомые – люди сердечные и гостеприимные, угощавшие от души и по долгу не отпускавшие из дому. У деверя , в деревне   Шуйга, он даже принял участие в строительстве баньки и безответственно загулял на целую неделю.

Ещё одно обстоятельство  сдерживало целеустремлённое движение  и сильно утомляло Арефия Ивановича – деревенские собаки, чуявшие медведя и «гнавшие» его на переходах от деревни к деревне. Выломав и взяв наперевес двухметровую дубину, с коробом за спиной, вертясь, подпрыгивая, шипя и ругаясь, как  самурай из фильма Куросавы, отбивался дедушка  от назойливых Жучек и Трезорок .
К концу месяца «с  собаками на хвосте», слегка ободранный  не прекращавший вертеться и махать палкой оказался он в Тихвине, где на углу Новгородской и Николаевской столкнулся с большими неприятностями  в лице  околоточного  Барибалова ,  за нарушение общественного спокойствия  в канун престольного праздника сунувшего деда  вместе с медведем в холодную. Только вмешательство управляющего конторою  Бермана и страстного охотника присяжного поверенного Урсус-Дов-Шимановского  вызволило праотца из этого полицейского зоосада.

Ободренный человеческим участием , получив в конторе прогонные до Петербурга  ,отправился дедушка на вокзал. Мишка спокойно спавший, заслышав многоголосый  вокзальный гомон, проснулся  и   довольно громким  рычанием начал обозначать своё присутствие. На входе в  вагон Ареша был остановлен вопросом обер-кондуктора, указавшего на ревущий короб:
-Что это?
-Медведь.
-С медведями нельзя!
-Нельзя так нельзя  - начав по-русски и  продолжив на вепсском языке  поминание кондукторовой  матери, достойный предок  мой решительно двинулся под открытый семафор в неизвестность  и непогоду, оставляя за спиной станционные огни, обдуваемый паром проносящихся  мимо поездов.
 
Поздняя осень, грачи улетели. Лес оголился…. Крестьяне, лежащих вдоль дороги деревень, ночевать не пускали. Медведь становился злым ,прожорливым и свирепым .
В силу  не объяснимой игры природы, Арефий Иванович природный вепс, внешность имел  совершенно цыганскую и был  чёрен, как грач. В деревнях деда  принимали за чавелу потерявшего табор и настойчиво требовали демонстрации фокусов и медвежьих танцев по шарманку.
 - Покормите, покажу  зверя   - огрызался дед, держа наготове собачью дубину.
 - Но, ни в какие шарманки играть не желаем.

В большом селе Иссад ,  оставив короб в сенцах ,зашёл дед  погреться  в трактир. Там ,  среди различного люда , расположились золотая рота, какие – то шиши московские, бродяги  и  зимогоры. Посчитав, что мужик в тяжёлом коробе что то  тащит на ярмарку, самый  умный в темноте сенец по плечи сунулся в короб  и с криком  перекрываемым рёвом  медведя , барсуком влетел в трактир  с пятью рваными полосами, переходящими  с зипуна на спине в пять кровавых рубцов на башке.

Только к Рождеству Арефий Иванович оказался в Питере. Медведь уже с трудом умещался в коробе ,трещавшим  под его весом ,спал на ходу и недовольно  ревел при каждой остановке. Выходила какая – то сказка про Машу наоборот. Наловчась выбивать головой крышку короба , медведь неожиданно из него высовывался, как бы играя в детскую игру «Ку – Ку» ,чем сильно пугал прохожих и особенно , спавших   у края тротуара извозчичьих лошадей.

У коськовского  дома на Захарьинской улице прадед обратился к праздно стоящему  у ворот  дворнику  Равилю Аюпову  с рожей,  раскрасневшейся на ветреном питерском морозе ,  не уступавшей в сиянии  медной бляхе на его белом фартуке.
 - Проводи  меня, мил человек, к барину  да прихвати с собой метлу и верёвочку покрепче.

В кабинете, украшенном  чучелами, фарфором и по моде обставленному  мебелью  в стиле «Чип энд Дейл»  Николай Иванович Коськов , хорошо знавший Арефия по совместным охотам, ласково протянул ему ручку, усадил в кресла и громко  прокричал в соседнюю комнату:
- Сонюшка, дети, мишку принесли!
- Показывай, Иваныч.
 Бесцеремонно вытряхнутый из короба, сильно огорчённый крупный медведь, для почину разорвав чучело глухаря  и поняв, кто здесь главный,  встал на задние лапы  и пошёл на барина, круша  хрупкого чипа с дейлом и изящные вазы  старой китайской работы.

Угомонить и упаковать медведя  обратно в короб  дедушке  удалось только с помощью поцарапанного Равиля и прибежавших  на шум повара Харитона и укушенного в схватке поварёнка Васьки.
Барин стоял посреди разгромленного кабинета, держа в руках оторванные у фрака фалды. Барыню лежавшую на диване отпаивали валерианкой .
Дети заикаясь рыдали.

- Иваныч, а мишка – то великоват.
Праотец стоял  молчал, виновато почёсывая затылок.
- Не горюй - сказал барин.
- Отдам медведя в цирк  к Чинезелли , паблисити выйдет , а это денег стоит немалых.
-  А ты, Иваныч, прими от щедрот и ступай с богом.
И   счастливый  Арефий Иванович ,  почувствовав  сладостный душевный подъём и восхитительную лёгкость в членах,  двинул восвояси.


Рецензии
Забавный рассказ .Кстати моя мама моего брата часто называла Зимогором , встретила здесь это слово,интересно .что оно обозначает?

Татьяна Мягкая   30.11.2019 21:02     Заявить о нарушении