Тринадцатый... глава 28

28
     Лето в том году ворвалось в город резко, одарив жаркими погожими днями сразу и надолго. Постепенно накаляя пространство, солнце запалило такую жару, что в городе плавился недавно положенный асфальт и прилипал к резине машин, оставляя следы от колёс на дорогах. Люди суетно спешили по своим неотложным делам, и в этом снующем людском потоке жара достигала своего убойного пика. Изнурённые пеклом, с бутылочками воды в руках, люди стремились получить прохладу в струящихся брызгах фонтанов и на берегах реки. Пляжи были забиты до отказа, девчонки в одежде «минимум» сновали по тротуарам, сверкая загорелыми бёдрами и спинами. Лето.
     Военный полигон вблизи N-ского села встретил их этой жарой: начались летние учения среди спецподразделений. Соревнования среди спецназовцев пока редкость, так как подразделения эти достаточно засекреченные, но после первых подобных сборов эксперты и командиры поняли, что они не только нужны, а даже необходимы. Помимо отработки совместной тактики боевых действий, бойцы знакомятся и общаются друг с другом, что может пойти на пользу общему делу. Шестнадцать команд со всего N-ского федерального округа. Некоторые команды не смогли приехать: время на такой «досуг» ограничено спецоперациями и командировками. На подобных учениях проводятся одна операция за другой: в них вырабатывается техника исполнения и совместное взаимодействие спецгрупп. Миновать сложнейшую полосу препятствий, десантироваться в кромешной темноте в заданную точку, найти и обезвредить опасную разведгруппу, соревнования по практической стрельбе - это лишь некоторые из заданий.
     Каждый спецназовец должен быть первоклассным снайпером, а это умение не только точно стрелять, но и эффективно работать в команде. Бойцу даётся фоторобот «террориста» и его приметы. Задача стрелка - выявить его в толпе по фотороботу и уничтожить. Обязательное задание - обезвредить «террориста» по словесному описанию наблюдателя со стороны. Наблюдатель даёт указания снайперу по рации, снайпер определяется с целью и поражает её. На всю работу по устранению должно уйти пятнадцать-двадцать секунд.
     В этапы соревнований входят полтора километра бега с препятствиями и марш-бросок на большое расстояние. Здесь бойцы отдают всю энергию и выносливость, и надо терпеть до конца, когда не осталось уже ни сил, ни терпения. Усталость бешеная, но ни один из бойцов никому в этом не признается. Золотое правило спецназа: не жаловаться, никогда, никому, здесь нет места слабости. С первых же метров нагрузка на руки и ноги, плюс - снаряжение килограммов двадцать, плюс - бронежилет, автомат и прочее. И со всем этим - бег и высокие прыжки через препятствия. Для кого-то эти учения бывают первыми в жизни. И пусть не сразу получается всё гладко, зато все чувствуют крепкий тыл и знают, что команда тебя никогда не бросит, что ты её часть, сила и боевая единица. Такие учения длятся несколько дней.
     Они приехали с этих учений загорелые и скинувшие по три-четыре килограмма веса.
- Салют всем закопчённым, как балтийская шпрота, - приветствовал их Пашка в первый рабочий день после учений. - Губы надуть круче и в Африку, негры за своего примут.
- Ну. Башку тебе шибче в колечки закрутить, не загорелые места замазать, и будешь там свой в доску, - тут же отпарировал Пашке Федя.
- Во жара, - Олег тяжело выдохнул. - Хорошие были скачки по полянкам. Давайте на выходные на речку с палатками махнём? Отдохнём там, порыбачим.
- Давайте, если по службе нам опять не замутят, – согласился он с Олегом.
Они давно мечтали выехать на природу с ночёвкой, только всё никак не получалось.

- Вань, привет. Где ты был? Тебя долго не было.
- Привет, Тимоха. Работу я работал.
- Почему не предупредил? Если ты куда-то пропадаешь, то должен заранее это знать, просто мне не говоришь. Почему не спишь? Я не могу спать, нос не дышит. Капец!
- Простыл, что ли? Жара такая стоит - жуть.
- Перекупался. Ты же знаешь, какие у нас горные речки холодные.
- Знаю. Налей в нос, каких-нибудь капель. Я тоже не могу спать, когда нос не дышит.
- Уже неделю лью.
- Да толку-то, что пьёшь, не помогает же. Надо лить.
- Я лью. Каво пей?
- Ну пей, через неделю само пройдёт. Каво пьёшь, таво и пей.
- Вань, ты там пьяный, что ли? Всё пью, и всё лью.
- С чего бы я пил? Фу, блин! Ты пишешь - лью, а я читаю - пью. Тимох, я помню, бабка меня над картошкой ещё парила. Закутает в одеяло, я ору, а она - дыши.
- Точно! Я тоже об этом думаю. Щас пойду, над кипятком с содой посижу.
- Носом вдох, ртом выдох. Потом наоборот. И соды сыпани. Ща вылечим тебя.
- Ещё эффективно соду туда кинуть. Сам знаю, не учи.
- Тимох, ты пьяный там? А я про чё тебе пишу? Про соду.
- Сам пьяный. Просто мы ответ враз отправили.
- Аспирину таблетку и водки, если температура есть. Как даст в пот, ночь - мокрый весь, и всё. Утром - огурец.
- Нет температуры, и сдохну я от водки. Всё, Вань, пойду, а то кислороду не хватает. Спок тебе.
- Пока. И тебе спок.

     Работа, домашние хлопоты, затянувшийся ремонт по мелочам в квартире, больницы с Наташиными нескончаемыми анализами. Жизнь крутилась колесом и порой казалось, что она не хочет нигде тормозить. Солнце, словно огненный всадник, несло на землю энергию ну очень жаркого лета. Прячась за любую возможную тень, бабки во все голоса кудахтали на лавочках про жару, как растопырившие крылья наседки. Горевали они, что нет дождей, что в огородах ни хрена не будет, а картошка, так вообще не вырастет. Так и хотелось крикнуть им: «Не горюйте, бабки, подбросят вам картошки из других краёв». В этой изнуряющей жаре была своя фишка: если учесть, что три лета подряд были дождливыми и прохладными, то это лето отдало своё тепло за те предыдущие. Ему нравилась эта жара.
     Наташа дорабатывала крайние дни до очередного отпуска, а потом, не выходя на работу, должна была уйти в декретный. Он видел, как трудно ей приходится в этой изнуряющей жаре, и жалел её. Она уверяла, что её не напрягают, что на работе она много не стоит, но всё равно было видно, что она очень устаёт. Одного ребёнка носить трудно, а двух - это, наверное, уже подвиг. Он помогал ей, как мог: хвостиком ходил за ней по квартире, и когда совсем уже надоедал ей, она хлопала его по голове кухонным полотенцем.
- Вань, я от тебя больше устаю.
- Я же скучаю. Давай ты будешь дела делать, а я их носить. Ты же носишь их в руках, вот и я хочу, - возражал он ей.
Наташа соглашалась, махнув на него рукой, и тогда он стоял сзади и держал в руках её живот, а она делала свои дела. Это были их шутки, и ей нравилась такая забота.
- Наташ, а отцы же ходят с жёнами рожать?
- И что? Ну-ну, развивай свою мысль дальше.
- Ничего. Мамы бывают при рождении детей, а папки нет, как будто они не имеют такие права. Я тоже хочу быть рядом, когда родятся мои сыны.
- Не шокируй меня своими хотелками.
- Наташ, я просто рядом буду. Хочешь, даже глаза закрою.
- Ваня. Нет - это моё крайнее слово, и не возвращайся больше к этому разговору.
Он обиженно засопел Наташе в ухо. До рождения детей оставалось три месяца, и они так весело бились у неё внутри. Там билась жизнь, и его жизнь тоже. Это, какой-то другой мир, параллельный: ты чувствуешь его, он рядом и уже настойчиво заявляет о себе. Он цепляет тебя так, что в груди тикает мелкая дрожь. Это чувство захлёстывает, и ты переводишь дух, выпуская из себя воздух мелкими выдохами. Тихая катастрофа в груди, сладкая и безграничная, хоть смирительную рубашку на неё надевай.
     И ура! Девчонки отпустили их к Пашке на дачу на выходные: они отпросились у них смыть с себя жару в баньке. Закатили туда в пятницу, попарились, и как оторвались. Проснулись к субботнему полудню возле баньки, кто как смог, вповалку, на расстеленных на траве старых покрывалах. Давно они жару с себя так не смывали! Очухавшись, Пашка пополз к бочке, стоявшей возле баньки, и как был в шортах, так и перевалился в неё вниз головой. Приподнявшись на руках, он наблюдал за Пашкой: вынырнет или нет, вдруг спасать надо. Вынырнул. Из бочки торчала Пашкина голова с закрытыми глазами. Наверное, Пашке сейчас было лучше всех. По другую сторону от него на коленках сидел Федя. Рыча себе что-то под нос, Федя растирал заспанное лицо руками. Благородных кровей, их величество Граф-Олег, сладко спал, подложив под голову невесть откуда взявшуюся подушку. Дальше, за Федей, раскидав ноги на траве, спали Игорь и Хан.
- Позорище, споили молодых, - пробурчал он, морщась от похмелья.
- Всё нормально, - Федя огляделся по сторонам. - Вань, а где Пашка?
- Граф не хило пристроился. Чё ему, уткнувшись лицом в траву спать, он подушку припёр.
- Не помню ничего. Во дали! Давно так не жарили. Перебор, - Федя потряс головой. - Придётся тут ночевать. Куда ехать, вонючие все. Где Пашка-то?
- Федь, сползай, из бочки его вынь. Одна башка торчит. Потонет, пл-.
Федя встал и нетвёрдой походкой пошёл к бане. Бочка была наполовину пустой, вчера после парилки они выпулькали из неё всю воду. Пашка сидел там на коленках.
- Чё скукожился? Выгребай отсель, а то замёрзнешь. Маринка выгонит на фиг. Зачем ей такой отмороженный, - Федя выдернул Пашку из бочки и свалил рядом с Олегом на покрывало.
- Соловей, не брызгайся, - промычал Олег, учуяв холодного Пашку, и отвернулся в другую сторону.
- В холодильнике пузырь стоит. Похмеляйтесь, - прошипел Пашка, не открывая глаз.
- Нет, - дружно помотали головами они с Федей.
- Нет, - эхом отозвался сонный Олег из-за Пашкиной спины.
Игорь и Хан даже не шевелились.
     Отоспались и понемногу расходились глубоко за «после обеда». Теперь надо было придумывать отмазку для девчонок, почему они не вернулись домой.
- Чё мозги крутите? - Пашка невозмутимо набрал номер своей Маринки. - Машина у меня серьёзно крякнула. Ремонтируемся мы. Как починим - так приедем.
Они наперебой звонили каждый своей и откровенно врали, что в Пашкиной машине полетела какая-то деталька, что они съездили в город и купили её. Теперь они Пашкину машину разобрали и ставят эту детальку. Страшно тяжёлая и долгая работа. Может сегодня всё сделают, только они грязные все, и опять топят баньку, чтобы помыться после ремонта.
- Марина, аллё. Поломался я... Ну, да... Ну, вот так... Ну, не отвечали... И чё? Чё мы, грязными руками в телефоны полезем? Ага... Телефоны? Да в домике телефоны были, - небольшое молчание. - Кто? Ты чё ерунду-то несёшь? Кто пьяные? Мы? Ну-ну... Какого низкого отношения ты ко мне, Марина. Как я, твой Паша, могу тебе врать? Да... Приеду и дыхну... Дыхну, я сказал!
- Натах. Да. Всё нормально... Пашке машину делаем, поломался он... Нет... Не пил, говорю... Телефон? Забыл в машине... Если бы рожала? Да я бы мигом... Как бы сообщила? Гад я, прости... Пиво только. Не буду больше. Клянусь... Только рядом. И язык высуну... Чё Пашка орёт? Нет, не орёт, это он Маринке в трубку дышит... Слышно, как дышит? Я скоро... Целую.
- Оленька, - Олег даже заулыбался от общения со своей. - Нет, как я могу. Ты же знаешь, что я не пьянею... Пиво, и всё. Клянусь. Трезвый... Оль, не кричи в трубку, звякает сильно... Голос у тебя звонкий, вот и звякает... Нет. В голове чисто... Хорошо. Поговорим. Буду завтра... Пашку ремонтируем... Нет, не самого. Машину его... Пока. Целую.
- Лен, - Федя стоял босиком и ногой крутил траву. - Не молчи, а... Щас машину Пашке сделаем... Успеем - приедем, не успеем - завтра утром... Маме? Лен, ну ты чё? Не надо маме... За чё ругать-то? Не злись... Чё голос осип? Простыл, вода после бани в колодце холодная, переобливался я... Да не переблевался!!! Ты чё несёшь-то? Чё я тебе, пацан? Обливался водой холодной... Чё раньше-то? Может я раньше крепче был. Старею и простывать стал... Да не пил я! Песни пел громко, может с них и осип... Не надо маме... Приеду. Тихо буду... Нюсечку в щёчку за меня... Как не нужен? Ты чё несешь там, а? Приеду... Тихо буду.
И только Игорь и Хан сидели и улыбались, им ни перед кем не надо было оправдываться. Вечерком посидели ещё возле костра, а в воскресенье утром, как порядочные огурчики, явились домой.
     И всё-таки женская логика, это - полный капец! Ну, напились раз, ну не приехали, не дошли, не доползли. Так не умерли же! Вот они все - живые и здоровые, молчаливые и во всем виноватые. А вы ворчите, словно вам от этого легче. Научитесь понимать, и относитесь проще. Чего волноваться-то? Ну, получилось так. Чушь пороли и врали поголовно? Да! А вы всегда правы? Да! Вы ни в чём и никогда не виноваты? Да! Вы всё и всегда делаете правильно? Да! Вы никогда не ошибаетесь? Да! А мы чё? Мы на всё согласные. Вот только интересно - дышал Пашка дома на Маринку или обошлось? Да слушаемся мы вас, и слушаем.
- Не буду больше. Не буду, я сказал, - ответил он, встречавшей его в дверях Наташе. - Сам знаю, дурак. Устал я.
Вечером он вырубился быстро, словно весь день мешки из вагонов разгружал. И по барабану была лирика распахнутого ночного неба с его маленьким месяцем-серпом. Месяц шустро плыл за окном, то теряясь, то весело подмигивая из-за неожиданно набежавших облаков.
     А ночью грянула гроза: настоящая, мощная, сильная, с нескончаемым ливнем. Раскатистый гром грохотал во всё видимое небо так, словно хотел разорвать крыши домов и этот закопчённый от летней жары город. Всполохи молний рассекали пространство, расчерчивая землю по каким-то своим небесным планам. Танцующие всплески стихии. Потоки дождя падали на землю и захлёстывали улицы и дома так, словно кто-то опрокинул сверху огромную чашу воды или забыл закрыть кран. Крупные струи монотонно барабанили в стёкла, выбивая свои ноты по клавишам карнизов. Сжимаясь на мгновение, ливень брал разгон с высоты, чтобы ударить с новой, более мощной силой. Он встал с кровати и подошёл к окну. Светало, и даже с высоты этажа было видно, что земля напилась уже досыта. По асфальту неслись мощные разливы воды, образуя глубокие и большие лужи, в которых булькала и пузырилась новая вода, хлеставшая с неба.
- Вань, жуть какая-то, - закутавшись в тёплый плед, Наташа встала рядом. - Гром как даст, и кажется, что сразу по крыше. Страшно.
- Я помню в детстве, в деревне, после дождя до трусов разденешься - и по лужам до одури. У нас перед домом поляны большие были, и там в траве разливалась вода. Летишь по этим лужам - сопли пузырём и брызги во все стороны. После такого дождя испарение от земли идёт, сеет мелкий дождик. Его ещё слепым называют. И ещё солнце и радуга во всё небо, и гром далеко затихает. А свежесть, дыши - не надышишься.
Он говорил и чувствовал, что в нём опять просыпается нарастающее чувство чего-то невыносимо лишнего и ненужного ему. Чувство - словно он хочет сбросить с себя что-то и от чего-то освободиться. Тревожная тревога. Звоночек такой тревожный. И он сказал тебе: «Дзинь!». Ты не понял ещё его, а он тебя уже тревожит. Ничего. За-будется! За-терпится! Пере-живётся! Может, это музыка дождя играет на высоких нотах внутри? Или это новые атаки перед боем с самим собой? Выкинь своим тревогам белый флаг и сделай зачистку собственным кукушкам в голове. Стоп! Не они ли во мне просыпаются? Да-а! Музыка дождя на клавишах серого рояля из туч.

- Привет, Тимоха. У нас ночью гроза была - жуть.
- Доброе утро, Вань. У нас солнце, и жара поднимается. У тебя всё спокойно? Никто не тревожит?
- Нормально, никто не тревожит. Должны, что ли?
- А кто их знает.
- А как бы узнать?
– А это только они знают, когда тревожить начнут.
- Тимох, у меня такое чувство, что внутри есть маленькая такая педалька.
- Я чую. Не надо газовать, Ваня.
- Да погоди ты. И кто-то тихо жмёт на неё.
- А если отпустят эту педаль?
- А что случается, когда отпускаешь педаль? Стоп! А машина работает, топливо зря жжёт, и мотор вхолостую.
- Холостые ходы, зажигание вырубаешь, по инерции ещё катишься, и всё. Стоп!
- А когда совсем стоп - тогда ржаветь начнёт, потом разваливаться. Вот так и человек.
- Философ! Вань, как Наташа?
- Хорошо. Пацаны растут. Хоть бы дождаться и от счастья не сдохнуть. К осени нас могут кинуть «туда», а она возьмёт и родит без меня. А я хочу быть дома.
- К осени будет ясно, не загадывай. Вань, что случилось с тобой? Какой-то ты не такой стал. Только не ври мне, я ведь сразу ложь чувствую.
- А с тобой, что случилось? Однажды ты сказал, что не хочешь больше встречи, и теперь я жалею, что позволил многое понять о себе. Был бы просто Ваня на сайте, и всё. А теперь ты думаешь, наверное, что у меня руки в крови, и поэтому боишься. Зачем ты боишься? Кого? Меня? Тимоха-а, я чище их всех - вместе взятых! Плохо, когда тебя боятся, и хочется, чтобы любили. Должности и звания? Нет. Я вот хотел остаться капитаном, а мне майора дали. Наверное, я ерунду написал. Мы на выходных водку пили, на даче у Пашки. Надо нам так было. Попарились, наелись, напились, и напелись. Всё в порядке. Я живой.
- Ваня, Ваня. Ты написал ерунду. Я рад, что знаю тебя настоящим. Я знаю тебя таким, каким не знают тебя твои близкие друзья. И никогда я не боялся тебя, и не боюсь. Не крови я боюсь. Я за себя боюсь, потому что привык к тебе - до ужаса. А ты оттолкнул, и теперь я ухожу в тень.
- Зачем мне твоя тень? Я же не тварь бесчувственная. Ну, хорошо. Я тоже ушёл в тень и напился по самые сопли. Вот ушёл я в тень. И что? Ты же всё равно ждал меня. Ты - тень, и я – тень. И привет твоей тени от моей. Здорово!
- Ты-то с друзьями напился, и по... тебе. Тебе плохо было, ты собрался и уехал, чтобы стало хорошо.
- А кто тебе сказал, что мне хорошо стало? Сейчас предупреждаю, что я ушёл на работу. Меня ждёт полигон. Я оставляю тебе последний патрон - пристрели меня, гада.
- Не дождёшься. Удачи тебе там.

- Пока. Держитесь, - сказал он Наташе, поцеловал её в щёчку и вышел.
Не дожидаясь лифта, он быстро сбежал по лестнице вниз и вышел в прохладную утреннюю рань. Во дворе, как всегда, первым крутился Федя.
- Вот дал сегодня дождь. Я думал, крышу вырвет. У нас даже Нюська проснулась.
- Мы тоже вставали с Наташей, и в окно смотрели. Здорово.
     Солнце пригревало остывшую от пекла землю, поднимая вверх влажную духоту. Казалось, что отмытые от скопившейся летней пыли дома и дворы скинули с себя жару, измучившую их за долгое время без дождей. Зелень травы и листьев на деревьях, умытая, свежая, и даже помолодевшая, сверкала на солнце непросохшими каплями воды.
- Я на градусник глянул, двадцать градусов уже, а прохладно, кажется, - Федя посмотрел вверх, по небу бежали белые тучные облака. - Может, ещё нагонит?
- Сейчас мы у Олега спросим. Пусть с точки зрения науки ответит - почему после дождя прохладно.
- Привет, самым здоровым, - Пашка приподнял с головы лёгкую кепку. - Вот вжарило сегодня.
- Привет, - Олег поздоровался с ним и Федей за руку. - С точки зрения науки? А самому слабо? А, Неволин?
- Не слабо. Температура окружающей среды может не поменяться после дождя, а нам будет казаться, что стало прохладней. Влажный воздух имеет большую теплопроводность, и он быстрее будет забирать у человека тепло. Поэтому, всегда кажется, что после дождя прохладно.
- Вода после дождя испаряется под солнцем быстро: идёт активное перемешивание воздуха, и он охлаждается. На это нужна энергия, которую вода берёт из воздуха. Удельная теплота парообразования воды большая, поэтому температура окружающей среды заметно понижается, - Олег посмотрел на небо. - Подвешенные в воздухе пылинки прилипают к каплям дождя и оседают на землю, воздух очищается, становится легче дышать. Это, как бы влажная уборка воздуха и земли. Разряд молний постоянно ионизирует воздух и превращает его в видоизмененный кислород - озон. В воздухе после такой грозы его много. И вот она вам - первозданная свежесть.
- Академик, - Пашка ухмыльнулся, натягивая кепку на глаза. - Очёчки круглые на нос, и всё: готовый ботаник - Олег Александрович.
- Да я не жалуюсь на зрение, вместе проверяем.
- Это для солидности. Чё вы паритесь? Физика-химия, - хмыкнул Пашка. - Облейтесь холодной водой и походите. Или после хорошего перегрева - в бочку. Благодать - так и шипит. Приглашаю на дачу, почувствуйте на практике.
Одинокая жёлтая бабочка медленно пролетела мимо них, усиленно взмахивая крылышками. Судя по её трепетно-дрожащему движению, она срочно искала себе аэродром. Покружив рядом с ними, бабочка приземлилась на лобовое стекло его машины.
- Тяжело села, - Пашка зажал бабочку в ладошку. - Крылья подмокли. Пошли на сиреневый кустик, суши там свои вёсла.
Они удивились проявлению Пашкиной заботы к этой маленькой бабочке и следили за тем, как садит он её на куст сирени. Бабочка была послушной, она даже не попыталась взлететь с куста. Наверное, она долго летела и просто устала. А может и не верила, что осталась живой и её не забило плотным потоком воды. Повезло бабочке, очумевшей от этой грозы
- Поехали. И готовьтесь, сегодня будет накачка психолога. По-нашему - как задавить в себе собственных кукушек. Да, Пашка? – подмигнул он Соловью.
- Задавить? Всегда готов!

   Зал был заполнен сотрудниками, когда в него вошёл полковник Щербинин. Окликнув его, полковник жестами показал на выход. Он вышел из зала. В коридоре рядом с полковником стоял незнакомый капитан.
- Бери к себе под крыло для укрепления группы. Знакомьтесь, и в зал.
- Иван Неволин, - он подал новичку руку.
- Иван Левашов, - капитан пожал ему руку.
- По любому - Левша, - улыбнулся он новенькому.
- Нет, позывной - Ясень. Не угадал, командир.
- Почему Ясень?
- Блондин. В армии ещё обозвали, от слова «ясный».
- Ладно, остальное потом. Пошли на беседу, как ты вовремя на неё попал.
     На сцену вышел психолог, и в зале началось лёгкое оживление. Они успели сесть в свой ряд, предварительно растолкав рядом сидящих, чтобы освободить место новенькому. Пашка вопросительно посмотрел на него.
- Знакомьтесь, Ваня-Ясень. И примите за своего.
- Уважаемые коллеги, - начал свою речь психолог. - Работа в нашем подразделении сложна и опасна, и она требует больших эмоциональных и физических сил. Проведение подобных бесед, оказание помощи в преодолении негативных эмоций - это первоочередная задача психологической службы. Все вы проходили спецобучение и спецподготовку. И с первого дня службы вас учили умению владеть своим адреналином: учили, когда его можно выплеснуть, а когда нужно держать. Для бойцов спецподразделений несложно собраться и поехать на выполнение боевого задания. Находиться в обстановке войны - это психологический стресс даже для таких закалённых мужчин, как вы. Оружием вы не бряцаете, и не хвалитесь, а используете его по назначению. Адаптация к экстремальным условиям - это норма вашей профессиональной деятельности. Однако, при длительном негативном воздействии, у человека может возникнуть такой уровень психической напряжённости, который может вызвать стресс.
     Дальше психолог пояснял им про то, что все они работают, как один кулак, что хорошо чувствуют друг друга, что первую психологическую помощь в районе действия группы они должны оказывать друг другу сами, и что командир обязан следить за бойцами и выводить их из депрессивного состояния. Он осмотрелся вокруг. Федя застыл в нирване, уставившись в одну точку поверх головы психолога. Пашка откровенно зевал, прикрываясь ладошкой и с трудом сдерживая глаза от полного закрывания. Олег гонял на колене шариковую ручку, отстукивая только ему известный мотив и при этом потряхивая ногой. По любому, что-то поёт. Хан слегка склонил голову к плечу Игоря и откровенно дремал: а кто поймёт с его разрезом глаз - закрытые они у него или открытые. Игорь сидел со сдвинутыми в кучу бровями и слушал психолога. Новенький Ваня-Ясень с интересом поглядывал на ребят и впереди сидящих сослуживцев. Он оглянулся назад: за спиной царила подобная картинка.
- Понимание, внимание, соучастие, контроль над поведением, - продолжал психолог, - приводят бойца в стабильное психическое состояние, которое даёт возможность выполнять служебные обязанности. Депрессивное состояние может проявиться в виде двигательной заторможенности и бессилии, в виде подавленности и общей угнетённости. А ещё оно может проявиться повышенным настроением, приливом сил и выносливости, бесшабашной готовностью к любым действиям. Если вы проанализируете своё поведение в период проведения спецопераций, то обнаружите, что такое состояние было у каждого из вас.
     Краем глаза он заметил, как Пашка откровенно зевнул в воротник и закрыл глаза. Через Федю, он легонько ткнул его в бок и показал кулак: «не спать». Встрепенувшись, Пашка с умным лицом стал внимательно слушать психолога.
- Мужской, доверительный стиль общения, с хорошей долей поддержки-шутки, позволяет бойцу быстро выйти из стрессового состояния. Бойцы спецподразделений всегда называют друг друга по имени, а в боевых операциях используют позывные. Это тоже влияет на доверительное общение. Ну и ни для кого не секрет, что используемая ненормативная лексика, здоровая и не унижающая достоинства, тоже имеет свой положительный успех. После такой разрядки, зачастую, и происходит выход человека из депрессивного состояния.
Из практики наблюдений психологи сделали вывод, что бойцы спецподразделений могут находиться в стрессовой обстановке без ущерба для здоровья в пределах двух месяцев. Для нас не секрет, что в подобном пограничном состоянии находится, практически, каждый из вас. Это типичная реакция общего психоэмоционального состояния. По возвращении из командировки вы можете пройти индивидуальную программу психореабилитации: госпитальное обследование, отдых в санатории. От приёма транквилизаторов вы чаще всего отказываетесь, опасаясь привыкания к препаратам. И что остаётся? Стакан водки - и спать сутки напролёт? Этого привыкания вы тоже опасаетесь, да и ваши родные волнуются по этому поводу.
Пашка крякнул в кулак и шумно откашлялся, его поддержал ещё один голос из зала. Лектор глянул в зал поверх очков.
- И не крякайте. Всем давно известно, что вы игнорируете реальную помощь психотерапевта. Вы подменяете её сомнительной помощью в виде бутылки водки и беспробудного сна в течение нескольких суток. О потребности в реабилитации бойца, побывавшего в зоне боевых действий, вам скажет любой грамотный психиатр. И больший результат даёт такая реабилитация в мужской компании, но никак не в одиночестве. Вы пугаете этим родных. А вы думали о том, что вашим родным, и прежде всего жёнам, тоже нужна психологическая реабилитация? Провожая вас в зону боевых действий, они ждут одного - вернулся бы живой. И вот вернулся. Всё позади, наступает время отдыха, и выход из командировки требует своего подтверждения. В итоге: водка и своё собственное «Я». А кто жену поймёт? Ожидание и тревога, негативная информация в СМИ «оттуда», редкая телефонная связь. И вот он - вернулся живой и невредимый. Ей-то лучше видно, какой ты вернулся. И не успеет она оглянуться, как ты, вернувшийся, опять отправляешься на задание. И так по кругу. Командование старается как-то восполнить этот пробел, поддерживая ваших жён. Может не всегда это получается на должном уровне, но вечера совместных праздников в подразделении, я думаю, они вспоминают с теплом, - психолог помолчал, собираясь с мыслями. - Упорное переживание событий проигрывается вами в уме бессчётное количество раз и вызывает раздражительность и эмоциональную нестабильность. Чувствуется телесная напряжённость, хаотичность в поступках, снижение физических сил. Сон может быть тревожным, ситуация психотравмирующего события присутствует в сновидениях. Семейная и интимная жизнь либо вызывает тревогу, либо становится невыносимо тяжёлой для вашей супруги.
Пашка опять кашлянул на весь зал, и его опять поддержал кто-то сзади. Сидевший в первых рядах полковник Щербинин обернулся и сердито глянул в их сторону.
- Вот-вот, – продолжил лектор. - Это, видимо, клинический случай. Такие налёты могут быть быстро проходящими, а могут длиться долго, подавляя желание жить полноценно. Вы умеете контролировать такое состояние и можете преодолеть его самостоятельно. И у вас, подготовленных профессионалов, в общем случае это получается. И всё же в период выхода из командировки, зачастую, может наблюдаться длительный уход в себя, снижение интереса к жизни, нестабильность в семейных отношениях. Супруге ведь сложно понять, что у вас в голове.
Очень редко, но встречаются довольно сложные клинические случаи в виде психогенной амнезии, фобии в виде навязчивых страхов, и социофобии. Возникает тревожность перед скоплением людей, снижение жизненного тонуса, вплоть до полного психического истощения. Такое, уже нужно лечить. Об этом я и хочу вас предупредить.
Нормальное повышенное возбуждение мобилизует физические и психические силы и является нормой для человека. Избравшие своей профессией службу в спецподразделении, по потенциалу своей психики устойчивы на любую угрозу. Иногда, они даже требуют внешних, провоцирующих моментов для поддержания такого состояния: сверхвозбудимость становится линией поведения, человек начинает искать острые ощущения, и как модно сейчас говорить - нарываться. Поиск ситуаций риска, опасности, создание таких ситуаций, приводят его в состояние повышенной активности. Для бойца спецподразделения важно умение преодолевать такое состояние и контролировать себя. Ваши задачи не ограничиваются поимкой или уничтожением влиятельных командиров и бандгрупп, уничтожением схронов, разведкой. Работу приходится выполнять разную. Одни участвуют в спецоперациях, а другие выезжают на спецзадание так, что этого никто не видит, и делают то, что не подлежит огласке.
Боец спецподразделения работает в связке со всей группой, и в любой момент должен полноценно заменить командира. Поэтому, для вас очень важна общая психологическая совместимость. Понимание, взаимозаменяемость, возможность взять ситуацию под контроль, умение взять на себя выполнение любой задачи, умение взять на себя ответственность – это важная составляющая успеха. Такой психотип у мужчин называют пассивно-агрессивным. Под ним специалисты подразумевают склонность человека к риску, холодному здоровому азарту, расчёту и сильной воле. Постоянная угроза жизни и здоровью, постоянное изменение боевой обстановки, физические и психические нагрузки, возможная утрата боевых товарищей, выполнение жёстких насильственных акций по отношению к противнику - всё это оказывает сильное воздействие на психику. Без специальной подготовки к длительной работе в боевых условиях психика может не выдержать. Профессиональный боец умеет владеть собой в любой обстановке, умеет входить в боевое состояние и выходить из боевого режима. Чтобы выполнить задачу, необходимо, прежде всего, справиться с самим собой и иметь навыки саморегуляции психики.
Слово «спецназ» сейчас везде на слуху. Терроризм, к сожалению, разгорается во многих точках земли, и процесс этот долгий и мучительный для всего мира. Всё вроде бы открыто, всё прозрачно. А что закрыто? Что недоступно уму террориста? Недоступно главное: приёмы и методы действий спецназа, специфика каждой операции, боевая и психологическая «изюминка» бойцов спецназа. Этим мы и сильны.
Подобные беседы необходимы для бойцов спецподразделений в целях психологической помощи. Забота о вашем здоровье, психологическое обследование личного состава, сопровождение комплектования групп, навыки групповой сплочённости - это основная работа психологов. Вопросы есть? - зал промолчал. - Спасибо за внимание. У кого есть личные вопросы, того прошу на приём в кабинет.
Пашка крякнул ещё раз. Лектор опять взглянул поверх очков в зал и улыбнулся:
- Вижу-вижу, что есть особо интимные вопросы у некоторых. Всего доброго, и хорошей всем службы.

     После лекции они поближе познакомились с Иваном Левашовым.
- Иван Иванович Левашов – Ясень, тридцать три года, женат, два сына. Прошёл три контракта вместе с обучением, сейчас четвёртый. Постоянно в командировках, работу знаю. Спокойный, держать себя умею в любой ситуации. Где надо - молчу, где можно - шучу. В порядке я, освоюсь и вольюсь.
- Мы тоже без выпендрёжа, - Пашка крепко пожал Ивану руку. - Неволину опять пофартило, капитальный тёзка пришёл, ещё и по возрасту рядом. А нашим дочкам зато женихов привёл.
- Да и я несложный. Побегал, подранили маленько. Сработаемся.
- Ну и лады. Всем в тренажёрный зал, а я к «Вове». Приказано было зайти.
     Полковник Щербинин сидел за столом и вглядывался в монитор компьютера.
- Стул бери и садись ближе, - полковник кивнул на стул, стоявший у стола. – Кто там у тебя, крякун такой? Всю лекцию прокрякал.
- Щеглов. Горло болит у него, - он взял стул и подвинулся ближе, чтобы видно было экран.
- Болеет, так пусть идёт к врачу и не крякает инфекцию, - полковник повернул монитор к нему. - Видишь? Вот этот - депутат местного районного масштаба. Это N-ский район Дагестана. Рядом четыре телохранителя. Охраняет он себя здорово, и есть за что. Депутат-боевик и компания с полным набором действий: незаконное хранение оружия и активная террористическая деятельность. Его компания убивала и грабила людей, направляя добытые деньги на поддержку бандформирований. В его списке - организация убийства заместителя главы N-ского района. Крупный мошенник, имеет шикарный дом в районном центре и ещё один в селе N-. Этого «лидера» спецслужбам сдали бандиты из похожей группировки. У них там тёрки какие-то случились, задержали трёх боевиков из той группировки, и они сдали этих. Депутат в полной неприкосновенности, хотя о нём и так всё известно. Интересно, какие надежды возлагали граждане, выбирая его в депутаты? Как только начинают их брать за одно место, так там в высоком окружении чётки начинают крутить и вопли пускать по поводу законности и незаконности. Ну это так, для общей картины, он в разработке у силовиков. Хитрый шибко, службы ищут, где удобнее его зацепить. Возможно, это связано ниточкой и с нами. Есть сведения, что здесь замечены следы экстремистской группировки, так называемый «местный джамаат». С ним связывают совершение у нас особо опасных преступлений в конце прошлого года. Задержанные тогда пять человек дали информацию по их группировке. В интересах следствия фамилии задержанных не называют. Сколько человек в ней состоит, это тоже выясняется. Эта экстремистская организация занимается финансированием боевиков на Северном Кавказе. Средства добывались здесь путём вымогательства, грабежей и разбоев, и переправлялись главарям бандподполья на территории Кабардино-Балкарии и Дагестана. Там планировалась серия диверсий и терактов. Возможно, что по «депутату» там будем работать мы, непосредственный захват и передача спецслужбам. А если там передумают, то мы на них не обидимся, пусть сами ловят.
- Ясно. А данные есть, где они у нас прячутся?
- Гаражи и съёмные квартиры на окраинах. Силовики по ним отработают.

Справка.
«Спецоперация, спланированная региональными отделами силовых структур, длилась больше суток. Задержано одиннадцать человек, которые подозревались в совершении особо опасных преступлений. Все они были в составе экстремистской организации, совершавшей финансирование бандгрупп на Северном Кавказе. По информации, в разных местах города, в гаражных массивах и на съёмных квартирах проводились широкомасштабные обыски. В одном из гаражей на городской окраине силовики обнаружили экстремистскую литературу и схроны с оружием. Изъято: пять автоматов, три пистолета, два подствольных гранатомёта, несколько тысяч патронов, четыре гранаты. Взрывчатые вещества - тротил и пластид, были спрятаны в канистры, обнаруженные в погребе гаража. Количества взрывчатых веществ, хватило бы для совершения нескольких терактов. В пластмассовых бочках бандиты хранили чёрные маски, комплекты камуфляжа, радиостанции, ноутбуки. На время проведения спецоперации в городе были приняты повышенные меры безопасности».
Отработка по «депутату» прошла мимо их группы: командировка отменялась, чему они были рады и ничуть не обиделись.


Рецензии