Джон Брайн. Грех не будет господствовать в святых

ГРЕХ НЕ БУДЕТ ГОСПОДСТВОВАТЬ В СВЯТЫХ
Джон Брайн (1764)
http://www.mountzionpbc.org/John_Brine/Sin.htm

Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью.
Рим.6.14

Очевидным замыслом апостола в этом контексте является побудить римлян отойти от своих порочных склонностей, ибо все свое рассуждение в предыдущей главе он посвящает благодати Божией, преизобилующей над грехом. В самом начале он устраняет возражение, что некоторые из них были расположены сделать против того, что он высказал по этому вопросу: "что же скажем? Оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Не дай Бог". И далее он предлагает рассмотрение наиболее весомых аргументов против этого, а именно: "как же нам, что умерли для греха, жить в нем? Разве не знаете, что очень многие из нас, крестившиеся во Христа Иисуса, были в смерть Его крестились?" (KJV). Я думаю,  вы легко заметите, что весь текст состоит из трех моментов.
I.  Он говорит о грехе, по отношению к верующим римлянам:  "Грех не должен над вами господствовать".
II. О том, что они не под законом.
III. О том, что они под благодатью. Из того и другого следует, что грех не должен властвовать над ними.
I. Я начну с первого утверждения, и мы рассмотрим, что понимается здесь под грехом и под его господством.
1. Давайте спросим, что подразумевается под грехом. Рассматриваемый как деяние, грех является нарушением закона: "всякий, делающий грех и беззаконие, ибо грех есть нарушение закона" (1 Иоан.3.4 KJV). Дела, которые не соответствуют закону, являющемуся правилом поведения для нас, есть грех. Но я полагаю, что здесь говорится не об этом. Говорить о господстве греха применительно к действиям не является правильным. Греховные действия следуют за грехом или являются результатом его господства, но они не есть причина этого господства. И, следовательно, я думаю, что грех здесь есть расположение ума, которое противоречит закону и является источником злых дел. И  для меня ясно, что апостол часто использует понятие греха именно в этом смысле. Именно так он делает несколько раз в этом контексте: "да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его". Каким образом похоть можно отнести к действиям? Но злое расположение состоит из многочисленных похотей,  и удовлетворение этих вожделений приносит рабство им, почему и сказано: "не предавайте членов ваших в орудия неправды греху". Наши члены делает орудиями неправды то злое расположение в нас, которое апостол и называет грехом. И в следующей главе он рассматривает грех не как беззаконные действия, но как принцип растления, из которого они вытекают:  "грех берет повод от заповеди"; не как поступок, но как источник действий, и грех поселился в нем. Действия преходящи, но то, что апостол называет грехом, пребывает в нас, и следовательно,  это следует понимать как злой нрав, или растленные привычки, но не просто как греховные действия. То же самое апостол называет плотью, в которой не живет доброе, и из которой не проистекает ничего хорошего. всего это чрезвычайно ясно, что грех должен пониматься здесь как нечистый источник, из которого вытекают все беззаконные действия.
2. Скажем теперь, что значит господство греха. Утверждение: "Грех не должен над вами господствовать" - по сути предполагает, что есть люди, над которыми он действительно господствует. Я знаю, что некоторые из них имеют большие претензии на святость, и хвастаются, что они чуть ли не полностью свободны от присутствия и работы зла в их сердцах, и в них господствует влияние святости, но это является лишь свидетельством того, что они не знают самих себя. Правда такова, что каждый верующий и свят, и развращен, что он есть дух, а также плоть, что в нем есть и чистый, и нечистый принцип. Есть две противоположные пружины действий в нем: "Если мы говорим, что не имеем греха, мы обманываем самих себя, и истины нет в нас" (Иоан.1.8). Те, кто представляют себя очень близкими к совершенству, могут смотреть на других с презрением, чуть ли не с мыслью "не подходи ко мне, потому что я свят для тебя", но это лишь дает доказательства не только наличия, но и власти греха в них. Те, кто преуспевает в святости, наиболее смиренны, ибо лучше всего знакомы с естественной развращенностью их сердец.
Сила греха - это осуществление его власти над душой. Так говорит Слово: "Цари и князья народов господствуют над ними" (Лк.22.25). Сердце находится в подчинении у греха как у тирана, когда он царит; душа лишена противоположного принципа, чтобы противостоять этому и не допустить его господства. Разум померк, и он не в состоянии получить надлежащие представления о духовных вещах. У тех, кто находится под господством греха, разум помрачен, их умы отчуждены от жизни Божией по неведению, и они не могут знать того, что от Духа Божия. Хотя они могут приписывать себе самую высокую мудрость, они глупы. Этому сопутствует постоянное бурление тщетных мыслей: "Помыслы сердца их есть зло во всякое время", когда грех обладает господством в человеке. Это предотвращает святые представления и постоянно вводит толпу нечестивых мыслей, так что мы никогда не свободны от их мощного влияния.
Воля также определяется грехом в своих актах, когда он царит. Этот растленный принцип заставляет волю отказываться от того, что хорошо, и делать выбор зла. В ней существует отвращение к святости и постоянная преобладающая склонность к совершению нечестивых действий. Это то, что вынуждает к послушанию, ибо фиксирует склонность к неповиновению. Это определяющее влияние греха на волю и есть его господство, которое он осуществляет в качестве правящего принципа. Если воля не в подчинении у греха, он не имеет господства. Он может увлечь ее, но править он не может. Привычка противостояния воли греху является полным доказательством того, что он более не обладает правлением и властью над душой. Плотские страсти ненасытны, они неуправляемы и непомерны. Грех как правящий принцип ведет их к тщетным предметам и фиксирует на таковых. Человек, находящийся под властью греха, не находит удовольствия в том, что хорошо, но довольствуется тщеславием и глупостью, которые заставляют его с нетерпением гнаться за плохим. В этих вещах и состоит господство греха. Он мешает святым мыслям возникать в уме, духовным желаниям - в воле, и страсти изгоняют из нас стремление к небесному, ибо с ним они потеряют свое господство, хотя некоторое количество их еще остается в душе. Если грех лишается своего господства, он никогда не сможет восстановить свою царящую силу, он сможет действовать лишь если ему допускать это или насилием. Это важная истина, которую положительно утверждает апостол, для поощрения верующих.
II. Святые не под законом. Здесь мы должны рассмотреть закон, под которым мы находимся, и его недостаточность, чтобы изъять или подчинить царящую власть греха.
1. Говоря о законе, я не буду отнимать у вас время доказательством, что церемониальный закон не предназначен для этого, причем очень очевидно; рассмотрим утверждение, что для этого предназначен моральный закон или завет дел, который состоит из наставлений, обетований и внушающих страх угроз.
(1). Он состоит из наставлений, и все они сводятся к двум основным заповедям. Одна из них заключается в следующем: "возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, всем разумением твоим, и всею крепостью твоею. Это первая и наибольшая заповедь". А другая, подобная ей: "Возлюби ближнего, как самого себя. На этих двух заповедях утверждается весь закон и пророки". Любовь есть исполнение закона. Эти заповеди включают в себя весь наш долг перед Богом и нашим ближним. К первому относятся святое почтение и поклонение Богу, зависимость от Него, благодарность Ему, подчинение и послушание Его воле во всем. Последнее также носит всеобъемлющий характер: "любовь не мыслит зла". Мы обязаны не наносить вреда нашим ближним, его личности и собственности, и напротив, наша обязанность быть строго равными и справедливыми во всех наших действиях по отношению к ним, и эта заповедь обязывает нас совершать добрые дела, осуществлять доброжелательность, сочувствие и сострадание во всем нашем поведении. Эти принципы достойны Бога, Его бесконечной святости, добра и мудрости, и постоянное послушание им вполне благопристойно и разумно.
(2). Закон содержит важные обетования в случае послушания, а именно благую жизнь: "тот, кто сделает это, будет жив". Он утверждает от имени Бога чистоту и послушание Ему,  и поэтому он никогда не будет соблюдаться невинными и послушными творениями так, чтобы они тяготились им, и такое творение под законом не может быть лишено тех благ, которые включает в себя обетование жизни.
(3). В законе есть и ужасающие угрозы в случае неповиновения. Его карой являетя смерть: "душа согрешающая, та умрет". Его язык - "возмездие за грех смерть", и не только телесная, но и вечная, в соответствии с законом.  Соблюдайте и живите; согрешите и умрете - вот правило завета дел и его справедливое установление. Благость Божия сообщает невинным и послушным творениям благую жизнь; Его справедливость наказывает виновных и неповинующихся смертью.
2. Все, кто находятся под властью греха, находятся под законом. Каждый невозрожденный человек находится под заветом дел. Избранные и неизбранные находятся под ним без различия. Этот завет был заключен с Адамом, как главой и представителем всех его природных потомков и, следовательно, все люди были включены в этот завет. Закон говорит состоящим под ним, что справедливо и правильно, "так что заграждаются всякие уста и весь мир становится виновен пред Богом". Хотя избрание ко спасению обеспечивает избавление от этого завета, это не мешает тому, что оно приходит к части человечества в рамках подзаконного состояния, но обязательно предполагает его. Каждый человек, в котором царствует грех, подлежит закону как завету. Закон показывает ему его вину и являет ужасные угрозы. Даже те, кто добродетельны и религиозны, будучи под властью греха, оказываются под законом в своих преступлениях его. Апостол Павел до возрождения был добродетелен и религиозен в своем поведении, и все же тогда он был под законом. Он вел себя таким образом, что те, кто имел возможность хорошо знать его, не могли обвинить его в грехах, будь то действием или бездействием.  Ибо "по правде законной" он был безупречен. Несмотря на это, он был под властью греха, и в подчинении закону как завету, и был осужден им, как всякий, в ком царит грех. Но верующие, в которых грех лишается господства, не находятся под законом как заветом, то есть для них нет обещаний жизни на условии послушания и угроз смертью за неповиновение. Они еще подлежат закону, но не так, чтобы он налагал на них свои кары. Они мертвы для него, поскольку принадлежат к Телу Христову, и закон мертв для них. На самом деле они не чужды закона пред Богом, но в соответствии с законом Христовым. Некоторые, возможно, скажут: как же закон может подчинять нас и удерживать от греха, если он не обещает жизнь за послушание и не угрожает  смертью за нарушение его предписаний? Но не является ли человек разумным существом? Разве у него нет оснований желать себе блага и по возможности избегать страдания и зла? Что может быть более сильным мотивом к исполнению наших обязанностей, чем надежда получить награду? А что может оказать более сильное влияние на наш ум, чтобы мы воздерживались от греха, чем страх перед его наказуемыми последствиями? Именно это Павел упоминает в качестве причин, почему грех не должен властвовать над римлянами, если они не под законом. На этом основании я должен показать:
3. Недостаточность закона, чтобы покорить и подчинить грех как правящий принцип. Закон убеждает нас в грехе и осуждает за него: "законом познается грех".  Похоть в нашем сердце становится известной нам благодаря запрету закона: не пожелай. Он обнаруживает, какие дела хороши, а какие плохи. Кроме того, закон осуждает всякий грех, как в сердце, так и в жизни. Но более этого он не может сделать. Убедить и осудить, это все, что Закон в состоянии выполнить. Он не может изменить расположение разума, который остается таким же под убеждением закона, и убрать страшное проклятие, которому грех подвергает человека. Природа греха  -   взять повод от заповеди, чтобы делать всякую похоть. Обетование жизни само по себе не привлекает и не побуждает к послушанию, и угроза наказания не удерживает от неповиновения. Закон может наполнить ум ужасом от своих угроз, но он никогда не сможет внести изменения в наше злое расположение. Угроза его кары никогда не сможет произвести в душе симпатию к святости и нежелание грешить. Воля заинтересована в грехе, когда он царит, и поэтому в ней не может быть нежелания греха как такового. Если бы грех и его последствия можно было разделить, человек под его владычеством не имел бы никаких затруднений подчиняться тому, что грех диктует.   Я не боюсь сказать, что мы похожи на дьявола, когда грех царствует в нас: он верует и трепещет, но он не может любить. Угроза кары не порождает у него ни малейшего желания святости или отвращения ко греху. Мы также можем верить и трепетать под чувством Божественного гнева, но мы не можем любить. Любое страдание и кары, как бы долго они ни продолжались, не сделают лучше расположение наших умов.
Ни одно из положений завета дел не может изъять царящую власть греха. До тех пор, пока человек под этим заветом, грех сохраняет свое владычество в его сердце. Все невозрожденные люди находятся под законом, и это их обязанность - жить под ним. В их обязанности не входят вера во Христа ко спасению, евангельское покаяние и евангельское послушание; это не обязанности, содержащиеся в законе. Я знаю, что против этого возражают, но если это так, то долг грешных людей - зарабатывать жизнь делами, что они по природе и склонны делать. Это настолько слабое возражение, что странно, что оно вообще делается разумными людьми. Обязанность верующих и неверующих - совершать добрые дела, но ни на ком нет обязанности делать их ради того, чтобы обрести вечную жизнь. Адаму в его невинном состоянии было разрешено ожидать дальнейших благословений от жизни за счет его дел, но нарушение закона отрезало все надежды обрести жизнь послушанием. Право на жизнь было раз навсегда отобрано грехом, грешник никогда не может быть восстановлен в нем, хотя бы он в будущем оказывал идеальное послушание закону. Завет дел не позволяет никому из тех, кто под ним, надеяться на жизнь за счет неукоснительного соблюдения заповедей, которые он содержит. И потому хотя обязанность дел остается на грешниках, отсюда вовсе не следует, что на них лежит долг работать, чтобы получить жизнь, хотя бы они могли идеально повиноваться закону и всем его заповедям. Право на жизнь было навсегда отобрано неповиновением, и нарушитель не может быть восстановлен в нем, хотя бы он в дальнейшем исполнял все полностью и точно.
III. Верующие - под благодатью. Здесь я постараюсь показать, что такое благодать, что значит быть под ней и как благодать может действенно предотвратить господство греха в тех, кто под ней.
1. Я покажу сначала, что такое благодать. Бог доброжелателен и добр ко всем Своим творением, как их Творец и Хранитель. "Он благ для всех, и щедроты Его на всех делах Его". Он сотворил все хорошее и прекрасное в своем роде, что было угодно сотворить Его бесконечной мудрости, и мудро предусмотрел всему долю Свой милости. Но благодать не есть эта универсальная доброжелательность и благость Бога, хотя некоторые, кажется, не имеют никакого другого понятия о ней: для избавления от греха и его последствий этого недостаточно. Будь так, каждое виновное и греховное существо несомненно было бы спасено. Ни один грешник никогда не погиб бы, если бы спасение от греха и его наказуемых последствий истекало из этой доброты, которая является универсальной. Послушное творение могло бы ожидать от Бога всех наслаждений и преимуществ, ибо Ему приятно даровать благо Своим созданиям, если они не отвергают Его неповиновением. Но это не может быть надеждой ни для кого, кто вызвал грехом недовольство своего Творца. Если бы благость Божия миловала каждое виновное творение, никакое наказание за грех не было бы возможно для Него. Предположить обратное было бы грубым абсурдом. Если бы Бог не мог иначе поступать по отношению к Своим творениям, Он и не относился бы к ним иначе. Но благодать есть особое и своеобразное добро, и ее благосклонность является абсолютно свободной и суверенной. Божественная любовь, которой мы обязаны спасением от греха, не имеет для себя никаких мотивов или побуждений в своих объектах. Бог не любит грешников потому, что они подходят для того, чтобы Он оказал милость к ним, но только потому, что таково Его благоволение. Благодать и дела несовместимы в деле спасения, как ясно доказывают сильные и острые рассуждения апостола. "Так и в нынешнее время, есть остаток по избранию благодати. И если по благодати, то это не по делам; иначе благодать не была бы уже благодатью. А если по делам, то это уже не благодать, иначе дело не есть уже дело" (Рим.11.6-7). "Благодатью вы спасены,.. через веру, и сие не от вас, это дар Божий; не от дел, чтобы никто не хвалился" (Еф.2.9). Люди, возлюбленные Богом, ничем не лучше, чем другие. Они так же развращены, и в них нет ничего хорошего, все святое послушание дано им Богом. И потому неразумно думать, что Божие расположение к ним зависит от каких-то хороших качеств, которыми они якобы обладают. Их духовные плоды есть следствие, а не причина любви Бога к ним. Следовательно, Его благосклонность к ним суверенна и абсолютно свободна. Это то, что приводит нас к Нему и действенно дарует нам счастье. Намерение Бога даровать некоторым вечную славу может быть дано только Божественной благодатью. И вера в том, что это может быть только по благодати, "чтобы обетование было непреложно для всех потомков". Обетование есть начало радости вечной жизни, которую Бог, что не может лгать, обещал нам пред миром. И следовательно, вечное счастье тех, кому дано это обетование, безопасно и несомненно, и мы можем быть в нем уверены, несмотря на многочисленные и большие трудности и препятствия, которые лежат на пути его достижения. Ибо Божественная любовь бесконечно превосходит все это.
2. Верующие под благодатью. Ибо даже находясь в невозрожденном состоянии или под властью греха, они были предметами особой и исключительной любви и благорасположения Бога. У нее нет начала и никогда не будет конца. Все счастливые субъекты спасения были вечно возлюблены Богом, и ничто не может быть более очевидным, чем то, что Его избрание их ко спасению было делом Его суверенной и бесконечной любви к Своим людям, а предназначение Им Христа быть для них Посредником и Спасителем было результатом Его свободного благоволения и любви к ним. Дарование им Христа, чтобы они спаслись через Него, было результатом Его особой и отличительной благодати. Все духовные благословения дарованы им во Христе, как их Главе в завете, и это был дар бесконечной любви. И этот дар Христа для них и для их искупления был великим и отличительным благоволением и высшей любовью к ним, когда они были еще грешниками. Ибо, конечно же,  Божественная Любовь не начинается из-за власти греха, но предшествует ей, ибо она есть причина того, что "Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас", даже когда мы были грешниками, "мертвых по преступлениям оживотворил со Христом" (Еф.2.4-5). Эта великая любовь Божия есть также причина нашего оживотворения, когда мы мертвы в грехе, и, следовательно, даже в то время, когда мы были под властью его, мы были предметами Божественной любви. Эта благодать, которой причастны верующие, истекает от Бога к ним, и не до прихода ее они были заинтересованы в доброты, милости и благодати Его.
Из всего этого ясно и очевидно, что быть под благодатью значит иметь долю в любви Божией. Поэтому под благодатью находятся все, кому она дана как мощное и действенное влияние милости Божией.  Благодать работает во всей душе. Разум, воля и чувства находятся под ее влиянием. И она исполнит то, для чего она совершает свое дело. Бог не может быть разочарован в том, что Он намерен сделать для людей, в которых Он работает. Он просвещает ум, освящает волю, и одухотворяет чувства. Если Божия благодать действует, ничто не может помешать ей или предотвратить то, что она делает. Все ее цели формируются бесконечной мудростью, и, следовательно, ничто из ее намерений не превышает ее власти. Если Бог берет на Себя благо ее объектов, то Он не может быть разочарован в достижении мудрых и святых целей, которые Он себе ставит во всех Своих действиях в душах людей. Он, бесконечно Мудрый и Всемогущий, по самой Своей природе не может разочароваться в Своих трудах, и как Он может разочароваться в деле Своей благодати? В этом деле Его высокая слава явлена особым образом, и неразумно думать, что Божия милость останется безрезультатной в любом из своих благих влияний в тех, кто ей причастен. Благодать Божия не только милует грех, но и изымает его царящую силу в сердцах и изгоняет его из разума, что является абсолютно необходимым для блаженства. Ни одно разумное существо не может быть счастливо, пока в нем есть греховная примесь.
3. Благодать Божия действенно предотвращает господство греха в тех, кто под ней.
(1).   Грех живет в них в качестве активного начала. Зло всегда присутствует в верующих. Восстанавливающая благодать не изгоняет из них сразу суть греха. Она также не изменяет их природу, она остается мерзкой и отвратительной, как и природа до возрождения. В новом рождении природа не изменяется к лучшему. Грех остается активен в душе, разуме, воле и страстях. Иногда он являет себя с большой силой, к великой досаде, скорби и огорчению святых. Это не располагает их к их долгу, нарушает его и в значительной мере отвращает их от того, чтобы приносить духовные плоды. Хотя возрожденные лица умерли для греха, он не умер в них. Он не прекращает действовать, он может действовать и постоянно проявляет себя в противостоянии благим принципам, святым мыслям, небесным желаниям и духовным движениям, и духовных движений, которые возникают из этого принципа в уме, воле и чувствах. Так что, верующий никогда не бывает полностью чист и свят в делах своей души. Лучшие из его обязанностей содержат злой корень из-за присутствия греха в нем. Его молитвы, размышления и религиозное служение даже в лучшей своей части примешивают к святости нечестие. Наряду с высокими мыслями в нем поднимаются тщетные, ибо пребывающий грех производит их в душе и она не может предотвратить это.   И хотя он не терпит порочных желаний, находящихся в нем, но они часто пробуждаются в его сердце, к его великой печали и скорби.  И хотя он ненавидит злые движения в своих привязанностях, растленный принцип действует в них и слишком часто ловит и захватывает их к его невыразимой скорби.
(2). Власть греха снимается в верующих. Восстанавливающая благодать лишает его силы, хотя сущность его остается в душе. Благодать Божия непосредственно и мгновенно создает святой духовный принцип в сердце, который выступает против греха таким образом, что он не может более осуществлять свое господство над разумом, как прежде. Этот принцип является источником   новых мыслей, новых желаний, новых движений в тех, кому он дан. Обитающий в них грех теперь не может предотвращать святые представления в уме, духовные желания в воле и небесные стремления в чувствах, как он мог это делать, когда он обладал властью над душой. Этот новый принцип реально и постоянно выступает против греха; похоти взимаются на него, но они не в состоянии больше держать сердце в подчинении себе. ибо то, что рождено от Духа, под Его благодатным влиянием побуждает душу действовать против плоти. И хотя плоть все еще притягивает нас, наше правило уже становится другим. Зло - это предмет ненависти и отвращения Души, и добро - предмет ее стремлений и выбора. Она согласна с законом, что он добр, находит наслаждение в нем и служит ему. Пока грех царствует в сердце, в нем нет отвращения ко греху как таковому, стремления к святости или желания практиковать ее. Господство греха полностью отвращает от служения закону Божию. Но верующие, хотя плотью они еще служат закону греха, умом они служат закону Божию.
(3). Грех может начать превалировать в некоторых частных актах поведения верующего, хотя он уже потерял свою власть над ним. Царствование пребывающего греха не состоит в его излиянии во внешних действиях. Человек, который находится под его господством, может вести себя безупречно, как апостол Павел говорит это о себе до обращения. Такой человек может быть доброжелательным, сострадательным, умеренным и скромным в поведении,  и заслуженно получить уважение тех, с кем он хорошо знаком, и все же грех может царствовать в нем. Грех в некоторых случаях может выливаться во внешние действия и в тех, кто не находится под его господством, если в них прерывается осуществление благодати, воля перестает быть бдительной к силе искушений и они предательски входят в сердце. Это настолько очевидно, что я думаю, что нельзя стесняться это признать. Это столь же реально доказуемая истина, как и то, что святость действительно существует, и, следовательно, мы должны сделать вывод, что власть греха не состоит в его излиянии во внешних действиях. Действительно, когда грех теряет свое господство, он еще может проявляться в некоторых внешних действиях и даже общем ходе поведения человека. Он может доводить этим до глубокой скорби того, кто действительно возрожден и не находится под его правящей властью. Это было характерно для некоторых из самых выдающихся святых, который когда-либо жили в мире. Рассмотрение этого должно заставить нас быть смиренными, и побудить нас к молитве и бдительности над собой, чтобы грех, живущий в нас и противящийся благодати, не получал преобладания и не склонял нас ко злу. Наша вера не может быть убита влиянием искушений или внешними действиями, которые порождает грех, но их последствия будут такими, что мы будем сетовать и мучиться во все дни наши.
(4). Грех никогда не сможет восстановить власть над верующими. Они предуставлены в жизнь вечную, избраны ко спасению чрез освящение Духа и призваны Богом всякой благодати в вечную славу Его, рождены снова к наследию нетленному, непорочному и неувядающему, приготовленному для них на небесах. Бог избрал их, чтобы они обрели святость в Его непосредственном присутствии. И если бы грех мог восстановить господство над ними, Божия цель не была бы достигнута. Его совет не устоял бы, и Его благоволение не исполнилось бы. Даже представить это будет недостойно Бога. Это бесконечно обесчестило бы Его слово, Его замысел - если бы он не был исполнен. Но Бог не может быть разочарован ни в Своих намерениях, ни в объектах Своей любви, ибо невозможно, чтобы Его бесконечная благость не исполнила бы в них то, что Он замыслил о них, хотя бы в наименьшей степени.    
Но благодатное влияние Бога на души верующих не прекратится никогда. Так как Божия любовь не перестает, Он не перестанет могущественно и действенно работать в умах тех, кого Он возлюбил. Благодать Божия в сердцах верующих явит ту бесконечную силу, которой Он сохраняет их сердца. После того, как они вошли под благодать, так будет всегда. Ничто не может удалить из человека силу благодати, если он когда-либо действительно подпал ее влиянию. Поэтому грех никогда не будет господствовать над ним.   
Таким образом, я попытался кратко объяснить эту тему, из которой могут быть выведены следующие важные наблюдения.
Наблюдение 1. Закон должен быть проповедан. Некоторые из нас, кажется, стесняются проповедовать закон, но это должно быть сделано. Существует законное и незаконное использование и проповедь Закона. Закон хорош , если кто законно употребляет его.  Следует объяснять как смысл закона, так и духовность его наставлений, и уделить внимание доказательству того, что закон касается как внешних, так и внутренних вещей, наших мыслей, желаний, тенденций и привязанностей. Он строго запрещает всякую гордость и тщеславие, все страсти и похоти и всякое нарушение воли Божией. Он  требует идеальной чистоты сердца, не менее безупречного и неуклонного послушания в жизни. Благоволения Божия по закону можно ожидать лишь на основании полного соблюдения того, что закон требует от нас, и любой  недостаток такого соответствия делает нас достойными смерти. Бог благоволил обещать жизнь за послушание, и Его справедливость угрожает смертью за неповиновение. Закон должен быть проповедан грешникам, чтобы довести их до отчаяния в обретении жизни своими делами, ибо только после этого они могут принять сердцем истину о спасении по благодати Иисусом Христом. И закон должен быть проповедан святым, чтобы они обрели благодарность в своих умах за дивное спасение, явным откровением которого является Евангелие. Насколько мы знакомы с учением закона, настолько, и не больше, мы знаем наше ничтожество и нашу нужду в Евангелии.
Наблюдение 2. Мы можем быть уверены в окончательной стойкости святых. Их конфликт с грехом, который живет в них, часто является очень острым, а иногда грех получает даже преобладание в них, но он никогда не сможет восстановить свое господство над ними. Верующие никогда не окажутся в столь безнадежном состоянии, что отпадут полностью. Полное отпадение предполагает изгнание благодати, после чего грех может восстановить свое господство в сердце, но этого никогда не будет. Верующие могут отпадать, бесчестить Бога, оскорблять Святого Духа и ранить свои души. Но самое худшее их не постигнет. Сущность благодати продолжает жить в их сердцах, и это мешает господству греха над ними, даже если он преобладает в некоторых их делах, и потому для верующих есть достаточное основание торжествовать даже тогда, когда они находятся в острой борьбе с грехом. Как ни жестоко сопротивляется грех принципу благодати в нас, он никогда не будет в состоянии восстановить утраченное господство. И следовательно, окончательная стойкость святых - это не то, что может быть, а может и не быть; это то, в чем мы можем быть уверены, несмотря на все искушения, опасные падения и предательские похоти, которые остаются в нас.
Наблюдение 3. Учение о благодати Божией должно быть проповедано в поощрение и утешение тем, кто скорбит, чувствуя наличие и власть греха в нас. Они единственные люди, которые имеют право на евангельское утешение. Те, кто бесчувственны к своей виновности, осквернению и нищете, не имеют на него права. Абсолютная свобода и суверенитет Божественной любви должны быть четко разъяснены и твердо доказаны для утешения святых, которые тяжко скорбят и плачут над своей никчемностью.  Его неизменность также должна быть показана, и славный замысел Божией благодати, касающийся верующих, должен быть развернут для подтверждения их веры и укрепления их радости. Они должны знать, что благодать Божия от вечности замыслила их полное избавление от греха и всех его последствий, чтобы сделать их совершенно святыми и неизменно блаженными навсегда. И мы должны познать, что в нашем возрождении благодать была достаточно действенной, чтобы забрать господство греха в нашем сердце, с которым мы погибли бы, и привести нас к тому, чего мы искренне желаем. Тогда дни скорби святых прекратятся, а их радость будет полной и вечной. Так мы должны утешить тех, кто плачет на Сионе, ибо Бог предназначил им вместо траура елей радости, и вместо унылого духа одежды хвалы.

Перевод (с) Inquisitor Eisenhorn