Юбилей дома

   

7 июля 2012 года нашему дому исполнилось 25 лет.

Подумала: какой – никакой, а ведь юбилей!

Однако событие это осталось жильцами незамеченным.

Нет, конечно, УК напомнило в расклеенных объявлениях, что в связи с 25-летием  дома возникла необходимость  в сборе огромных средств на ремонт лифтов в подъездах.

Жильцы повздыхали, поохали и с грустью стали готовиться к очередному отстегиванию кнопок на своих кошельках.

А ведь есть же, наверное, резон в этих юбилеях и другой.

В истории каждого дома можно проследить историю города, страны, и неплохо было бы в каждом доме к юбилейным датам открывать…музеи.


                ****

25 лет назад наша пятиподъездная  девятиэтажка стояла одиноко на отшибе города. Домов № 18, 19,21, 22, 25, 25а, 26, а также поликлиники и Ледового дворца не было. 

Я помню, как грохотали от музыки и веселых плясок  во времена новоселий целые этажи домов 18 и 19.

Когда строился 7-й этаж  соседнего 22 дома, упирающегося торцом в нашу спальню, умерла моя мама. 

Главной достопримечательностью нашей округи в первые пять лет   было огромное поле.

По нему ходили трактора и  комбайны, и возникало ощущение, что дом наш располагается в колхозном раю.

Шли годы. Мы наблюдали из своих окон, как  на пашне после покоса нагуливали привесы стада домашней живности. Пастухи  лениво играли кнутами.

Потом, в середине 90-х, для горожан здесь нарезали участки под картошку.

Года через три из-за разбойничьих набегов  оголодавших сограждан поля были заброшены и заросли бурьяном. 

Одно время  на заросшей  пахотной земле  проходили клубные занятия по дрессуре собак и стрелки местной шпаны.

В нулевые на поле появилась тропа, по которой люди из-за отсутствия денег стали ходить пешком в соседний поселок. 

Незаметно за  озером  на соседних лугах вырос коттеджный поселок, а  наше  поле облюбовали планеристы.

Сегодня, выглянув в окно,  можно увидеть, как в обеденный час  маршрутки и пазики заезжают в эти места  для отдыха и мытья машин.

                *****

За полем ещё одна достопримечательность -  озеро. В начале  нулевых мы там всем поселком купались. По дороге домой можно было нарвать хороший букет полевых цветов. 

Но потом берега так заросли, что озеро, словно шагреневая кожа, сжалось раза в два.

На водоеме летом селятся гуси, а нынешней зимой лихачи на автомобилях устраивали гонки по льду.

За озером поселок Рябково. По дыму из труб Илизаровского комплекса каждое утро я все 25 лет определяю скорость и направление ветра. Ни разу не ошиблась, сверяя свои вычисления с информацией о погоде по радио.

Сегодня я с грустью думаю, что лет через 5-10 из моего окна уже не будет видно ни поля, ни озера, ни огней соседнего поселка: их закроет очередная многоэтажка, сваи для которой торчат из земли вот уже 20 лет.

                *****

Из всех жильцов нашего дома «первенцев» - долгожителей осталось, по моим подсчетам, 25%. В нашем подъезде из 36 квартир с первого дня по сегодняшний в прежнем составе дожили лишь 8 семей. Всех, кто уехал, я помню, но, увы, не знаю, как сложилась их судьба.  Оставили они наш дом по разным причинам: кто-то развелся, кто-то умер, кто-то продал жилье и переехал в деревню, некоторые обменяли квартиры на  меньшие с доплатой, чтобы решить материальные проблемы.

«Вторичные» жильцы, въезжая, делают евроремонт, «первичные» доживают в старой роскоши.

Дружбы в нашем доме нет. Мы так и не смогли создать товарищества.

Старики сидят у подъездов,  и редко кого из них заносит не на свою территорию.

Старики с одного подъезда уже чужаки для другого.

Детям проще. Они быстрее сбиваются в стайки и стаи. По этой причине детская площадка у нас никакая. Всё, что на ней изредка появляется, горит синим пламенем.

Историческое событие нашего дома, о котором знал весь город: взрыв газа в третьем подъезде в 1993 году. Рвануло в 4 часа утра летним днем в одной из квартир на седьмом этаже. Стена, выходящая на площадку, треснула, таковой и по сей день стоит. Жертв, к счастью, не было. Хозяин был пьян и оставил чайник на плите.

В нулевые дед на костылях выпал с четвертого этажа, потом под теми же окнами нашли труп неизвестного. Потом в собственной квартире сгорела дворник Галя.

В лихие времена в нашем доме круглосуточно торговали паленым самогоном, и наркотики купить тоже можно было.

В нашем доме лет 15 жил директор макаронной фабрики, немало военных пенсионеров и афганцев проживают в нем сейчас. Есть врачи и учителя.  Много инвалидов. 

Две третьих   проживающих  по возрасту  своему  давно перешагнуло 50-летний рубеж. Молодежи маловато будет: разъехались. 

Гордость нашего подъезда - Вася с 8-го этажа  -  закончил МГУ и преподает теперь в Кембридже математику.

Сашка с 7-го этажа в прошлом году маршировал на Параде победы в Москве. Ныне тоже уехал.


                ****

Я мало знаю о жильцах нашего дома, хоть и считаюсь старожилкой. 

Очень грустно вдруг осознать, что 25 лет  под одной крышей  прожито, а информации друг о друге ноль.

Сколько одиноких стариков? Сколько детей по соседству проживает? Сколько сдается в нашем доме квартир? Сколько собак и кошек в нашем «товариществе»? Сколько ветеранов, инвалидов осталось в живых? Сколько дачников, рыбаков и охотников? Сколько христиан и мусульман? Сколько мужчин и женщин? Сколько художников, поэтов, музыкантов?

180 квартир, 180 семей – целая деревня! И всем друг на друга стало наплевать. Каждый спрятался в своей квартире, как улитка в раковину.

Ну, почему бы не собрать такой паспорт дома и не сделать клубы по интересам по месту жительства?


                ****

А собрались бы во дворе в честь юбилея, столы б накрыли, да вспомнили бы про  Костю.

Ах, какой дворник и слесарь был в одном лице! Лучший в округе!

Каждую осень приходил он в каждую квартиру послушать краны: не свистят ли, не гудят ли? Сам стравливал воздух, все заторы чистил и был доступен  24 часа в сутки, потому что жил в квартире за №1.

А собрались бы и пригласили дворничиху Таню, которая вот уже 10 лет за копейки скребет и метет наш двор, а мы бессовестно валим мусор из окон на улицу, да повинились бы перед ней.

Я не знаю, как нас растормошить, развернуть лицом друг к другу. Чтобы мы  интересовались жизнью в  нашем  общем доме, по-соседски  заботились о друг друге, гордились  успехами наших  детей, чтобы спешили помочь тем, кому нужна помощь.

Увидела недавно на помойке домашние заготовки – закатанные трехлитровые банки с огурцами и помидорами. И ужаснулась человеческой глупости: ведь не у всех же есть дачи, кому-то из соседей  можно было бы  предложить.

Не знают кому?

               
                ****

Любой дом – живое существо. Он рождается, стареет, умирает. 25 лет – псу под хвост! Не набрался наш дом ни ума, ни мудрости.

У каждого дома своё лицо, свой характер. У нашего – пофигейство и равнодушие.

На сколько нас хватит? Кого из старожилов не спросишь, все мечтают об одном – съехать, куда глаза глядят.

И съезжают, съезжают: дорого стало жить – полпенсии на оплату жилья уже уходит!

А у новых жильцов другие заботы: им некогда друг с другом общаться – работают по 12-14 часов в сутки.


                ****
УК могла бы в качестве подарка к юбилею дома  подъезды побелить и покрасить, перила на лестничных клетках поправить – всё радость.

 Жильцы бы от этого подобрели, оттаяли б и потянулись друг к другу.

Ну, кто-то же должен сделать первый шаг навстречу  нормальной жизни из тупика безысходности?

Разделить людей легко, а вот объединить, собрать их в хорошую кучу-малу удастся ли?
   

                ****

Дом, в котором я  сегодня живу, «мертвый» дом. В нем холодно душе и телу.  И я не знаю, как нас всех сегодня можно  отогреть.

А может, размножить на принтере эту свою слезную писанину  и положить каждому соседу  в почтовый ящик? Оттают? Сдвинется?

Как ты думаешь?